Мне страшно
Четырнадцать лет назад
Лучики июльского солнца пробивались через шторки и проникали в комнату рыжеволосой спящей красавицы, которая мирно сопела в подушку. Она никуда не спешила, ни о чем не переживала. Её жизнь была похожа на сказку, в которой родители-король и королева, а сестрёнка Шелли принцесса. Сердце Наоми Кэндис Грин было чисто, как вода озера Масю в Японии.
Дверь в комнату медленно открывалась, издавая протяжный скрип, который разбудил девочку. Она подняла рыжую макушку и посмотрела на силуэт, стоящий на пороге.
-Папочка? -пролепетала Наоми, протирая заспанные глаза
-Привет, лучик надежды, -Джошуа сел на край кровати и взъерошил волосы дочери. Он видел в ней себя много лет назад. Такие же рыжие густые волосы, которые мужчина постоянно перекрашивал в чёрный, карие глаза и веснушчатое лицо. Безобидная внешность, которая компенсируется дьявольским характером. Самые страшные люди, когда-то были ангелами, несущими в мир добро. -Пошли, пришло время научить тебя быть сильной.
-Но я сильная, смотри какие у меня мышцы, -девочка напрягла руку, обтянутую молочно-розовой кожей и улыбнулась, ожидая положительную реакцию отца. Но он лишь нахмурился
-Не обязательно быть сильным физически, чтобы иметь власть. Тебе нужно лишь принять те знания, которые я тебе передам.
Наоми удивилась. Она знала, что папа занимается гипнозом и практикует осознанные сновидения. Ей всегда хотелось побывать на сеансе у него, посмотреть, как и что он делает, а главное, ей хотелось хоть раз попасть в осознанный сон. Или сделать что-нибудь под гипнозом. Сможет ли она контролировать себя?
-Пошли, -Джошуа встал с постели и потянул Наоми за руку.
-Куда?
-Я видел в лесу детёныша оленя. Он поранился. Давай принесем его сюда и поможем ему, -в когда-то успокаивающем голосе слышались напрягающие хриплые нотки. Мужчина говорил размеренно, делая паузы между слова, будто обдумывал, что сказать.
-Настоящего? -глаза девочки зажглись. Она вскочила и вцепилась в руку отца, следуя за ним по пятам. -А мама видела? Мы покажем его Шелли? Давай позовём их с собой
-Нет. Ни мама, ни Шелли с нами не пойдут. Пускай они выспятся.
Наоми, держась за руку отца, вышла из дома в одной пижаме. Она не позаботилась о том, чтобы надеть тапочки или накинуть кофту. Её волновал лишь оленёнок, которому по словам папы нужна была помощь.
Дом Джошуа и Агаты Грин, находился в самом конце Нейн-Стрит. Сзади окружен густым труднопроходимым лесом. Часто можно было встретить пустоголовых людишек, которые хотят посмотреть на знаменитое логово "убийцы". Узнать, как живут его отпрыски.
Также возле дома имелся сарай с гончарным кругом, подделками Джоша и подвалом, про который никто, кроме него самого не знал. Он уходил глубоко под землю, но это не самое интересное, что в нём имеется...
Мужчина вёл девочку в глубь леса, широко улыбаясь, представляя, что вот-вот его самая заветная мечта исполнится. Он ждал слишком долго и наконец пришло подходящее время. Наоми исполнилось пять лет. Пора разрушить её мировоззрение. Пора доказать, что жизнь отнюдь не сказка, где люди будут относиться к тебе также, как к ним относишься ты. Что есть на свете злые люди, которых не исправишь. Что доброта-самое худшее качество человека. А эгоизм-двигатель процесса.
На полянке возле речки на боку лежал маленький оленёнок с белыми лапками и пузиком и светло-каштановой спиной. Его чёрные глаза-бусинки были наполнены болью, из-за того, что задняя лапа застряла в капкане. Он пытался вырваться, но делал себе лишь хуже. Его жалобный крик о помощи заставил огромное сердце Наоми сжаться до минимальных размеров.
-Пап, -только вымолвила девочка, стирая слезы с глаз. Она не могла смотреть на страдания беззащитного животного, который по случайности или по глупости, -а может у него не было выбора?- попал в ловушку. Где его родители? Почему они его бросили? А может, из-за них он попал в такую ситуацию? Будет ли он всю оставшуюся жизнь винить их в своей травме? Испортит ли это его жизнь?
Джошуа какое-то время стоял и смотрел на скотину, а потом подошёл к нему. Стоило ему присесть и потянуться к животному, как оленёнок сильнее задергался, замотал головой и сильнее кричал, чем разрывал детскую душу Наоми. Она шмыгала носом, не в силах выдавить ни слова.
Олененок брыкался, ворочал головой, не позволяя Джошуа коснуться его, словно он чувствовал тёмную ауру. Словно он знал, что мужчина сделал с его родителями и не хотел такой же участи и для себя.
Джошуа через плечо глянул на дочь и понял, что работы много, но сейчас он произведет незабываемое впечатление. То, что нужно. То, что сломает представление о мире. И о нём самом. Открыв капкан, Джош поднял на руки зверя, и позвав за собой дочь, стал возвращаться обратно.
-Он будет жить?
Мужчина ничего не ответил. Его шаги ускорились. Ему хотелось побыстрее начать задуманное. По сравнению с годами ожидания, пять минут ходьбы кажутся мигом. Сердце стучало в ушах, отдавая приливом адреналина. Наконец-то, он удалит не только голод перед убийствами, но и жажду перед созданием лучшей версии себя. Наоми станет отличным подарком. Она станет новым человеком, самым страшным из всех, ведь её мир рухнет в считанные секунды.
Девочка бежала за отцом, надеясь, что оленёнок выживет. Она думала, что папа принесёт олененка в дом, чтобы там продезинфицировать раны. Дома есть и мама, которая сможет вылечить его, ведь она "фея" и многое умеет. Но Джошуа зашёл в сарай. Наоми последовала за ним.
Мужчина не обращал внимания ни на что. Быстро отодвинул тяжёлый стол, прикрывающий железный люк. Взяв зверя под левое плечо, он ввёл цифры на замке и, откинув его в сторону, посмотрел на Наоми.
-Пошли. Только аккуратно. Не упади с лестницы.
Джошуа первый ступил во мрак. Через пару секунд где-то глубоко зажёгся свет и послышались какие-то шорохи. Казалось, что кто-то простонал.
Наоми сделала осторожный шаг босой ногой на лестницу. По телу пробежался табун мурашек. По позвоночнику змеёй крался холод, заставляя сильнее жаться.
Девочка спустилась вниз, нашла взглядом папу, который уже положил олененка на стол и прикрепил его, чтобы тот не дергался во время оказания помощи. Рядом лежали какие-то инструменты, одним из которых был нож.
-Подойди ближе. Вот так
Наоми только сейчас обратила внимание на то, что по всему периметру расположены решётки. Помещение было похоже на камеру пыток или тюрьму, а с приглушённым светом место казалось более устрашающим. Как в настоящих фильмах ужасов или сериалах про маньяков.
Малышка встала напротив отца и положила ладошки на гладкую поверхность стола, наблюдая во все глаза за действиями Джошуа. Мужчина взял в руки нож.
Наоми нахмурилась. Она не могла понять для чего Джошу понадобился именно этот инструмент, ведь нужно было взять аптечку с кухни, иглы у мамы и зашить рану. Для чего нож? Отрезать лапу? Или..?
Джошуа замахнулся ножом, вогнав его по самую рукоятку под рёбра. Капли крови разлетелись, попав на лицо Наоми. Струи алой жидкости стали окрашивать руку мужчины в бордовый цвет.
Девочка жалобно застонала. Она видела, как животное перестало биться и рухнуло мордой на стол. Оленёнок пока оставался живым. Перед лицом Наоми растекалась кровь, пачкая всё вокруг. Металлический запах въелся в нос, отчего дышать становилось ещё труднее.
Наоми закричала от боли, разрывающей её изнутри. Ей было страшно не столь за себя, не столь за то, что пять лет своей жизни жила с психопатом и не подозревала об этом, но из-за того, что оленёнок находится на грани смерти, и она ничем ему не поможет. Её знаний не хватит, чтобы его спасти, сил не хватит, чтобы противостоять отцу и воли, чтобы прийти в сознание и стать здраво мыслить. Она слишком слабая.
Ноги девочки сами понесли её прочь из этого жуткого места, кишащее насилием, болью и смертью. Знала бы она, что здесь происходило, то не удивлялась бы. Здесь Джошуа проводит бóльшую часть своего времени. И он хочет, чтобы это место стало любимым для его дочери. Сейчас она ещё маленькая и не осознаёт всей картины. Но ей понравится. Обязательно. Можете в этом не сомневаться.
Крепкая рука мужчины вцепилась в волосы и резко дёрнула на себя. Наоми не знала сколько метров пролетела, но точно знала, что количество шагов, сделанных назад в поисках равновесия, перевалило за десяток. Голова ударилось обо что-то металлическое, а спина горела из-за стертой кожи.
Наоми пыталась что-то рассмотреть, но перед глазами плавали круги. Всё было расплывчато, словно ты смотришь на мир под водой. Звон в ушах с каждой секундой усиливался, заставляя корчиться от боли. Сердце стучало везде и нигде одновременно.
Джошуа подошёл и навис над дочерью, продолжая держать нож в правой руке. Капли скатывались с лезвия и падали на пол, ударяясь и разбиваясь вдребезги. Они разбились также, как и представление Наоми о мире, об окружающих ее людях. Первый осколок откололся. Что будет дальше? Насколько частей её ещё сломают? И сможет ли она собрать себя воедино, склеив детали так, что не будет заметно?
-Наоми! -на лестнице показалась Агата. Её не удивило то, что она увидела. И увидела ли она вообще? Её взгляд был направлен только на дочь, свернувшуюся калачиков в углу подземелья. Она словно не замечала стоящего рядом Джошуа. Его будто не существовало.
Мужчина спокойно развернулся, вытер нож о какую-то тряпку и прошёл мимо жены, усмехнувшись ей в лицо.
-Девочка моя, -Агата подлетела к Наоми, прижала её к себе и тихо заплакала. Сострадание и предрасположенность к эмпатии были общими.
-Мне страшно, -прошептала из последних сил Наоми и уткнулась носом в светлые локоны волос мамы.
-Я рядом
Агата стала не спеша раскачиваться взад-вперёд, успокаивая дочь, и напевая мелодию. Наоми закрыла глаза. Голос матери успокаивал. Он вырывал из тёмного царства, поглощающего с каждым новым днём. Он был светом в плотной оболочке мрака. Он был тем счастливым билетом лотереи, где на кону стоишь ты.