Chapter 10
Договариваемся с Алекс встретиться у Бо через два часа.
– Отлично! Кэрол сказала ты можешь жить в этой квартире. – Мама заходит на кухню и улыбается, глядя на меня. – Она все равно собиралась ее сдавать. Первое время, пока, ты не найдешь работу, платить аренду не нужно. А когда устроишься – договоритесь по оплате. – Лицо мамы сияет от радости.
Этот разговор оказался не таким уж страшным, как я боялась. Так или иначе, мама опять помогла мне, как и всегда это делала.
– Спасибо! Спасибо! Ты очень мне помогла. – Я подошла к ней и обняла за плечи, в этот раз крепче, чем обычно.
– Конечно, доченька, я всегда буду помогать тебе, ты же знаешь. Ты – вся моя жизнь и я люблю тебя. – Чувствую на своей щеке влагу и понимаю, что она плачет. – Пожалуйста, только не плачь, – прошу я. – Я же не умираю. Я буду прилетать, правда, буду. И ты ко мне, в любое время! Я тоже очень люблю тебя, ма.
На следующей неделе, я пообещала пройтись с ней по магазинам, чтобы обновить гардероб для новой Нью-Йоркской жизни. Сначала я сопротивлялась, но в итоге не смогла ей отказать. До отъезда я должна провести с ней столько времени, сколько смогу. Я сказала, что буду приезжать, но если быть до конца честной, вряд ли в ближайшие пару лет я захочу вернуться в этот город. Слишком много воспоминаний. Когда мама ушла, еще раз крепко обняв меня на прощание, я, не спеша, убрала все со стола, переоделась в объемный белый свитер и синие джинсы. Погода за окном явно не обещает ничего хорошего. Сделала легкий макияж: тон, немного туши, и блеск для губ тёмно-малинового цвета. Мне идут такие оттенки, они хорошо сочетаются с темным цветом моих волос и оливковой кожей. Собрала волосы в высокий хвост и, схватив наушники с комода, вышла из дома.
В этот раз, я довольно быстро добралась до центра. У входа в Death&Co в памяти опять пронеслись картинки прошлой ночи. Нет, только не сейчас! Джо, возьми себя в руки, он даже не позвонил. Не то чтобы его звонок мог что-то изменить или исправить. Я приняла решение, и я не отступлюсь. Но ведь он мог позвонить или хотя бы написать после того, что между нами было. Стоп! Дрожащими от холода руками, я достаю телефон из кармана: что-то припоминаю – перед тем, как выключить телефон, я написала эсэмэс Алекс и, тогда у меня было много неотвеченных вызовов и несколько сообщений. Я захожу в пропущенные и с облегчением вздыхаю – звонки и непрочитанные сообщения, от него.
– Эй, детка! – я поднимаю голову и вижу, как ко мне, выходя из такси, идет Алекс. Она улыбается и так хорошо выглядит в этой странной шапке с помпонами по бокам. Она всегда любила всякие странные аксессуары. Я улыбаюсь ей в ответ, и моё сердце сжимается: «Мне будет тебя не хвать» – говорю я про себя. Мы целуем друг друга в щеку и заходим внутрь. Я убираю телефон обратно в карман куртки – прочту сообщения позже.
– Чертовский холод! – возмущенно говорит Алекс.
– Да-а-а, точнее и не скажешь. – Смеюсь я в ответ. Мы заходим внутрь и отряхиваемся от снега.
– Привет, Вик! Накормишь нас сегодня чем-нибудь вкусненьким? – Алекс обращается к стоящему неподалеку от бара парнишке. Он оборачивается и, улыбаясь во весь рот, идет к нам. Мы садимся за наш обычный столик, в укромном углу возле окна. Виктор влюблен в Алекс уже много лет, а она не хочет этого замечать, или просто делает вид. Ведь это очевидно, достаточно того, как он смотрит на нее. Алекс, по своему обыкновению, каждый раз при любом удобном случае флиртует с ним, делая, безусловно, только хуже.
– Что будете заказывать? У шэфа сегодня какое-то особенное настроение. С утра напевает Фрэнка Синатру и пританцовывает.
Помимо того, что Бо хозяин этого бара, он еще и шеф-повар. Когда они переехали с семьей, он хотел открыть место, в котором любой человек будет чувствовать себя как дома. И у него это отлично получилось. Death&Co – самое популярное и любимое место у жителей города.
– Да? Интересно. – Улыбаюсь я Вику. – И что же он сегодня приготовил особенного?
– Утка в яблоках! Фирменное блюдо от шэфа. – Торжественно объявляет Вик.
– Ого! В этот раз он начал празднование рождества раньше обычного. – Мы с Алекс смеемся и делаем заказ.
Он так любит Рождество, я помню, как каждый год за две недели до праздника, Бо начинал слушать Синатру, готовил всякие вкусности, украшал все вокруг и надевал каждый день эти уродливые свитера с оленями и ёлками. Это его любимый праздник, и он всегда делал его волшебным. Мне будет не хвать его и этого теплого и родного места, ставшего мне домом.
– Ну и ночка вчера была, жаль что ты уехала! – говорит Алекс, снимая наконец свою шапку.
– Да...мне тоже жаль. Видимо я съела что-то не то перед выходом или, мой организм так отреагировал на алкоголь. – Я пытаюсь не смотреть ей в глаза, потому что врать я так и не научилась.
– Детка, если бы ты чаще пила, твой организм не был бы в шоке от одного маленького коктейля. – Она смеется и кажется не замечает, как я нервничаю.
– Алекс, хватит издеваться. Ты же знаешь, я не умею пить и не очень это люблю.
– Знаю-знаю, если бы ты не была моей лучшей подругой, я бы подумала что ты невыносимая зануда. – Мы громко смеемся и как раз в этот момент к нашему столику подходит Бо.
– А я думаю, кто этот тут создает столько шума. – Он улыбается и целует нас с Алекс в лоб. – Я слышал, кто-то хочет полакомиться самой вкусной уткой в штате Висконсин?
– Шутишь? Еще как! Вик, сказал ты сегодня в особенном настроении и, если мы не закажем фирменное блюдо, будем жалеть всю оставшуюся жизнь. И знаешь что? Я ему верю! – Я улыбаюсь и в тот момент, когда Бо кладет мне руку на плечо, вспоминаю, как совсем недавно Лиам снимал с меня трусы в его кабинете. Не произвольно вздрагиваю и опускаю глаза.
– Все в порядке, милая? – Бо взволновано смотрит на меня.
– Все отлично, – отвечаю я не поднимая на него взгляд, – хочу поскорее попробовать твой очередной шедевр. – Не могу же я ему сказать, что мне ужасно стыдно смотреть ему в глаза, после всего, что мы вытворяли с Лиамом у него на столе.
– Еще минут десять, дорогая, потерпи. – Он улыбается нам и отходит к другому столику. Бо такой внимательный ко всем посетителям, со всеми разговаривает, следит за тем, что бы все были сыты, и довольны. Как жаль, что я не могу забрать его с собой. На глаза наворачиваются слезы и я быстро моргаю, что бы не заплакать.
– Слушай, Кит рассказал мне, как вчера вы сцепились с Лиамом. – Я знала, что он расскажет все Алекс и была к этому готова.
– Да, немного. Он просто идиот, ничего интересного, правда. – Пока я ехала сюда, я думала стоит ли рассказывать Алекс о случившемся. Она моя самая близкая подруга, и знает меня лучше других. Знаю, она поддержит меня и не станет осуждать. Но, что-то внутри меня останавливает. Как будто, если я произнесу это вслух – это будет по-настоящему, и я наконец, осознаню, что допустила самую большую ошибку.
– Он говорит, ты кричала на него, сказала что ненавидишь и влепила ему пощечину. – Не сдается Алекс.
– Да, было дело. Он просто меня взбесил, и знаешь что? Я имела на это полное право! Мы танцевали с Китом, а он схватил меня за руку и стал орать на него, мол тот хотел меня поцеловать и всякие другие глупости. Какое он вообще имеет право прикасаться ко мне и решать с кем я могу целоваться, а с кем нет?
– Кит хотел тебя поцеловать? – лицо Алекс растягивается в улыбке. – Ого, мой братец даром времени не теряет!
– Перестань так улыбаться. Ничего такого не было. Лиам – придурок! Давай забудем об этом, пожалуйста. – Раздраженно прошу ее я.
– Хорошо-хорошо, только не заводись. Эх, жаль я не видела эту сцену, хотела бы я посмотреть на его лицо, когда ты влепила ему по морде. – Я невольно улыбаюсь, вспоминая, как он скривился тогда от неожиданности и, конечно, боли.
– О да, это было эпично!
После того как мы доели утку, которая была восхитительна, как и все, что готовит Бо, пришло время поговорить о моем отъезде.
– Алекс, мне нужно тебе кое-что рассказать.
– Начало мне уже не нравится. Что ты задумала Джозефин Вудс? – она недовольно хмурит брови, глядя на меня в упор. Как же все-таки хорошо она меня знает.
– Ты же знаешь, что я с детства мечтаю переехать в Нью-Йорк. Так вот, я ...
– Не смей! – она резко меня прерывает. – Даже не думай закончить это гребаное предложение! – лицо Алекс меняется, и она смотрит на меня самым суровым своим взглядом.
– Пожалуйста, дай мне договорить. – Пытаюсь продолжить я.
– Нет! Я не хочу слышать то, что ты сейчас скажешь. Я не смогу, Джо, не смогу. – ее лицо резко меняется и я вижу, как ее глаза наполняются слезами. Это невыносимо, просто не выносимо видеть ее такой. Внутри все сжимается, в горле растет ком.
– Ты же понимала, рано или поздно это произошло бы. – Пытаюсь сдерживать слезы и не расклеиться окончательно.
– Да, но после всего, что случилось с Лиамом. Я думала.. думала.. ты больше не захочешь туда. Вы планировали уехать вместе и теперь, когда он... – Она замолкает и по ее щеке скатывается слеза. Я кладу свою руку на ее и крепко сжимаю, делаю глубокий вдох, и сквозь слезы говорю:
– Послушай меня и не перебивай, пожалуйста. – Она кивает мне в ответ, а по ее щекам градом текут слезы.
– Я люблю тебя, больше всех. Ты всегда видишь всю боль в моих глазах, в то время как остальные верят в мою лживую улыбку. Ты всегда рядом: в самые сложные и самые счастливые моменты моей жизни. Поддерживаешь, никогда не осуждаешь, просто держишь молча за руку и этого достаточно, чтобы почувствовать себя живой. Если бы нужно было отдать за тебя жизнь, родная, поверь мне, я сделала бы это не задумываясь. Я всегда думала, что когда придет время, ты уедешь со мной. Знаю, это эгоистично, но я правда так думала. Но сейчас, мне нужно уехать одной и быть отсюда, как можно дальше. Мне нужно найти себя, Алекс, понимаешь? Я не помню себя без него. Он появился так рано, и именно тогда, когда был нужен мне больше всего. В те годы, я каждую ночь просыпалась от маминых рыданий, и была в жуткой депрессии. А он пришел и помог мне справиться с этим. Моя жизнь поделилась на «до и после», и за это я ему буду всегда благодарна. А сейчас, когда он ушел, я потерялась. Я не могу найти выход. Мне нужно понять, кто я без него, понимаешь? Но это совсем не значит, что мы прощаемся. Ты можешь приезжать ко мне, когда захочешь. У нас есть навороченные телефоны и FaceTime! Понимаю, это не тоже самое, но все же, слава богу, нам не нужно писать письма и отправлять их с голубями. – Я напряженно улыбаюсь, глядя на Алекс. Она молчит и практически не моргая смотрит на меня.
– Когда? – Еле слышно произносит она.
– Рейс четвертого декабря.
– То есть уже на следующей неделе. Когда ты все решила?
– Только не думай, что я заранее спланировала свой побег и скрывала все это время от тебя. Я купила билеты в тот день, когда мы впервые увиделись с тобой, после... ну, ты понимаешь. – Почему мне так сложно произносить это «после нашего расстования»? Почему я не могу сказать это в слух?
– Понятно. – она вытаскивает свою руку из под моей и вытирает лицо рукавами своего свитера.
– Алекс, пожалуйста, скажи что-нибудь, наори на меня, только не молчи.
Она смотрит на меня еще какое-то время, не издавая не звука, а потом внезапно встает, садится рядом на диване и крепко меня обнимает.
– Я люблю тебя, Джо, больше всего на свете.