Лунный Феникс: начало пути

Кассиопея уже бывала на концертах, но как зритель – в первый раз. На Алькор ни раз прилетали знаменитые группы разных жанров и направлений, и Кэс часто отправляли в качестве охраны. И не сказать, что подобного рода мероприятия ей близки по душе: музыку Кэс слушала редко.

В Магиксе выступала группа с не самым обычным представлением. Симфонический оркестр, но с изюминкой в виде рок-вокалиста и, в прямом смысле, огненным шоу. Спецэффекты были на высоком уровне, и обычный классический концерт превратился в нечто более молодежное и динамичное. Как минимум, Кассиопея оглохла на одно ухо, в которое постоянно кричала Селин от переизбытка эмоций, а из-за количества света побаливали глаза. Но Кэс осталась под впечатлением. Группу она не знала, но сразу влилась в волну общего настроения, умудряясь подпевать на припевах.

Вернулись феи в Алфею около одиннадцати вечера. И кто, интересно, придумал отправить учеников на концерт в самом начале учебной недели? Ну да ладно. Все равно многие феи не соблюдали режим.

А по возвращении в школу всех ждал очень неприятный сюрприз.

– А-а-а! Как же мне понравилось. Это было мощно! – Кади заломила руки за голову и удовлетворенно прикрыла глаза. – Почаще бы так.

– Действительно! Я была бы не против еще раз вживую увидеть солиста!

– Селин. Ты что же, только на его смазливое личико смотрела? – съехидничала Кассиопея, а лицо феи Луны тут же раскраснелось: то ли от возмущения, то ли от неловкости.

– Неправда! Но стиль у него крутой! А соло на гитаре? Это же отпад!

Девочки шли по коридору и смеялись. Компании и других фей также бурно обсуждали концерт, явно оставшись с яркими эмоциями. Но все изрядно устали и мечтали лишь об одном – поскорей лечь спать. Кэс мимолетом думала о том, что же ей делать с той домашней работой, которую не успела сделать за сегодня.

Внезапно вдалеке раздались девчачьи крики, что вызвало волны негодования у студенток. Кто-то побежал в обратную от общежития сторону, и юные феи, поддавшись эффекту толпы, рванули за первыми бегущими.

– Там монстр! Монстр!

– Самый настоящий монстр!

Кассиопея, кажется, оглохла на второе ухо.

– А мы почему не бежим? – нервно поинтересовалась Кади у подруг, машинально схватившая Селин за руку, чтобы не повторить ошибок с Болота.

Без лишних слов, Антарес начала двигаться к источнику паники фей. Некоторые студентки не разбежались как остальные, но, обнявшись друг с другом, дрожали у стен, застыв на месте.

Вскоре в поле зрения Кэс попал огромный синий минотавр с огненно-рыжей гривой. Чудовище неподвижно лежало на земле, раскинув свои конечности в стороны. От него шел мерзковатый запах, чем-то похожий на пот. Его грудь очень медленно вздымалась, что говорило о том, что минотавр живой.

– Дракон, ну и почему феи такие трусливые? – из глубины коридора послышался мужской голос, и из темноты вышел уже знакомый Кассиопее специалист с бордовыми волосами. – Не встанет он.

– Ты – Ривен, верно? – Кэс сразу же включила в себе командира. По той же самой дурацкой привычке.

– Ага. А ты та самая «великая девушка-специалист, покорившая сердце Кодаторты»?.

– Эй! Побольше уважения! – Селин, разумеется, не осталась в стороне и следовала прямиком за Кэс к месту происшествия. Кади же осталась в стороне на всякий случай.

Феи в округе, которые еще не спаслись бегством, облегченно выдохнули, услышав от Ривена, что минотавр повержен и никого больше не потревожит.

– Даже не хочу спрашивать, что здесь случилось и что здесь забыл ученик из Фонтана.

– Остынь. Всего лишь небольшое чаепитие в хорошей компании. – нахальство ни на секунду не спадало с лица студента.

Селин закипала все больше от подобного отношения парня к своему кумиру, но Кассиопея взглядом просила не вмешиваться.

– Как скажешь. – Антарес закатила глаза, потеряв интерес к специалисту, а затем закричала как можно громче. – Девушки, опасности нет! Можете спокойно пройти в свои комнаты. Минотавр никого не тронет. Ситуация под контролем.

Рядом стоящие ученицы еще несколько секунд тупили взглядом в минотавра, но все же поспешили пройти через него. В скором времени вернулись и другие феи, а во главе всех шли Палладиум и Гризельда. Замдиректор что-то возмущенно кричала о нарушении дисциплины с упоминанием имен девушек из команды Винкс, а также трех ведьм, которые, по всей сути дела, как-то связаны с минотавром.

– Леди, настоятельно прошу вас всех пройти в свои комнаты и готовиться ко сну. Мисс Фарагонда в курсе всего, что произошло, и уже совсем разобралась. – мисс Гризельда активно жестикулировала руками, дабы подгонять фей в сторону общежития. – Профессор Палладиум, позаботитесь об этом? – пальцем фея указала на лежащего монстра.

– Разумеется, мисс Гризельда. Я быстро с этим разберусь. – кивнул эльф, подойдя ближе к минотавру и связав его световыми веревками.

– А вы, юноша, пройдемте со мной. – из-под очков женщины сверкнул недобрый огонь, и Ривен, сглотнув, поплелся за ней.

Если тут была вечеринка, то Винкс всяко пригласили всю команду специалистов. Ну и вечер: ведьмы снова решили насолить первокурсницам, специалисты проникли в школу для фей, а Винкс опять попали в опасное приключение. От осознания ситуации у Кассиопеи задергались глаза.

– Селин, Кэс. Давайте уже уйдем отсюда. – Кадиджа молящими глазами, в которых читался страх, посмотрела на подруг. Фея ритма обескуражена сей происшествием, и ей незамедлительно хотелось оказаться в безопасном месте – в своей кроватке с наушниками в ушах.

– Эх, жалко, что минотавр уже был побежден. – фея Луны не разделяла всеобщий испуг. – Хотелось бы посмотреть на Кэс в действии!

По ее бирюзовой макушке прошелся слабый удар рукой, совершенный с целью отрезвить глупую фею. Кассиопея грозно глянула на Селин, и та, вспомнив недавние события на Болоте, замолчала и покорно последовала за Кади.

– Мисс Лэр очень Вас любит, как я погляжу. – вставил свое слово Палладиум, когда все студенты разбрелись по своим гостиным. Кэс устало вздохнула.

– Мне посчастливилось, что моя подруга – моя фанатка. – с сарказмом ответила Антарес.

Затем девушка присела на корточки прямо возле головы минотавра. Тыкнув в него пару раз пальцем и удостоверившись, что нет никакой агрессивной реакции, Кэс призвала пустой мешок и ножницы и начала срезать жесткую гриву монстра. Палладиум изумленно наблюдал за действиями феи.

– А Вы так и будете просто стоять и смотреть? Или у Вас достаточно волос минотавра для кровоостанавливающего зелья?

Перед носом профессора залеветировали такие же мешок и ножницы, и эльф, усмехнувшись, присоединился к Кассиопее.

Слишком долго с этим не возились, буквально пятнадцать минут. И когда вся грива заполнила оба мешка, Палладиум отправил Кэс в общежитие, заверив, что избавиться от монстра труда не составит.

За завтраком следующего дня Кассиопея в подробностях расспросила Блум и ее подружек, как же они так вляпались. Стелла взяла всю инициативу на себя и преподнесла историю как нечто великое, умело сыграв несколько ролей. А им все смешно... Пора бы задуматься о том, почему где Трикс – там и Винкс, и наоборот. Уж слишком часто они пересекаются друг с другом. Да и эти ведьмы в очередной раз переходят границы дозволенного. Сколько еще раз мисс Гриффин будет спускать им это с рук? Почему никто не думает о том, что даже три юные ведьмы могут принести масштабные разрушения?

– И все же, Айси, Дарси и Сторми – обычные ученицы из Облачной Башни. Вряд ли от них можно ожидать какой-то опасности. – уверенно ответила Текна на слова Кэс об осторожности.

– Просто возомнили себя лучше других, вот и выпендриваются таким образом! – подметила Муза, размяв кулаки. – Да и сколько раз они на нас нападают, столько раз мы даем им отпор!

– Именно! А еще таким образом мы становимся знаменитыми! – вот, что значит, в первую очередь волновало Стеллу.

«Наверное, я уже во всем и везде ищу великое зло. Надо меньше тревожиться», – Кассиопея, получив всю необходимую информацию, оставила бодрых девчонок и покинула обеденный зал. Да, тревог что-то много в последнее время.

Через несколько дней состоялся урок по целительной магии, где феи должны были представить свои доклады. И то, чем завершилось занятие, поразило Кассиопею.

– Леди, все вы старались, но по итогам защиты вынужден сообщить, что для вас обучение целительной магии подошло к концу. – Палладиум внес последние заметки по каждому докладу в журнал и начал подводить итоги урока.

Презентации, мягко говоря, были все провальные. Эльф сразу понял, что никто из студенток не использовал информацию из выданных книг по целительству. Да и мало кто вообще понимал суть целительства, раз уж путался в своей речи и толком не мог объяснить те или иные понятия или принципы лечения.

– Но, профессор! Мы же так старались!

– Если Вы, мисс, думаете, что для того, чтобы стать магом-целителем, хватит знаний из базовых учебников и из онлайн-статей, написанных непонятно кем, то мне жаль Вас разочаровывать. – Палладиум обдал воскликнувшую фею недовольным взглядом, демонстративно громко уронив на стол папки с докладами. – Эти доклады были специальной проверкой, чтобы выявить способных и... неспособных к целительной магии учениц. Это сделано для того, чтобы ни я, ни вы не тратили свое время в пустую.

В этот момент Палладиум перестал казаться ангельски-идеальным. Девушки продолжили бурчать и вклинивать что-то вроде «так нечестно, прошло всего лишь два месяца, а целительная магия и так сложная, Вы не даете нам даже шанса». Только Кассиопея, кажется, видела в словах профессора толк. Так или иначе все крутится вокруг предрасположенности к магии. Но юные феи настаивали на своем. Эльф молча выдерживал весь балаган. Кэс уперлась щекой об руку и старалась не концентрироваться на шуме. Спас ее и учителя долгожданный звонок.

– Прошу вас, леди. Не нужно расстраиваться. Вы сами должны понимать, что целительная магия подвластна единицам. – спокойно проговаривал Палладиум вслед уходящим феям.

Но Кассиопею поразило не это. Она ожидала подобного результата. Однако, эльф ошибся на три феи. В нынешнем потоке первокурсниц к целительной магии предрасположены только два человека: Кассиопея Антарес и Амарил Старлайл. Кто бы мог подумать.

Обе девушки остались в кабинете по просьбе эльфа, который хотел еще кое-что обсудить.

– Мисс Старлайл. У Вас определенно есть способность к целительству. Слабо выраженная, но если развивать ее, как следует, то Вы можете многого добиться в целительстве. И доклад Ваш заслуживает высшей оценки.

Кассиопея видела, как Палладиум был доволен. Еще один необработанный драгоценный камень, который вполне себе может превратиться в исцеляющий артефакт. И сама Амарил, было видно, гордилась собой, стоило услышать слова похвалы.

– Мисс Антарес. Стоит ли мне пояснить о Вашем докладе, не менее великолепном?

Кэс махнула головой, и так понятно, что эльф не сомневался в ее навыках.

– В таком случае, я хотел бы рассказать вам о предстоящей практике.

«Наконец-то!», – радостно воскликнула Кассиопея про себя. Эту практику она ждала уже два месяца. Теорию фея зазубрила только так, и все не терпелось потренироваться. Она также помнила, что практика будет проводиться вне школы – в потенциально опасных зонах, где собираются беженцы с поглощенных нежитью планет.

– В качестве практики вам придется стать волонтерами на несколько дней в лагере для жертв нападения Армии Тьмы Темного Феникса на планете Иригил. Эта одна из планет, которая стала временным домом для множества людей. Ежедневно туда свозится несколько десятков раненных и заболевших. Люди вынуждены выживать, дожидаясь медицинской помощи. На постоянной основе сейчас там действуют два мага-целителя. Иногда я самолично навещаю людей и оказываю необходимую помощь, и зелья, которые ученицы готовят в Алфее, отправляются именно на Иригил. Ваша задача – стать временными помощниками. Останавливать кровь, вправлять кости, излечивать легкие ранения, укладывать на лечебный сон. Это все базовые заклинания, которыми к концу семестра вы должны овладеть в совершенстве. Помимо магии понадобиться помощь в обычных перевязках, уходе за пострадавшими, их диагностике. Все то, что вы сделаете в лагере, будет учтено на основном экзамене.

– Простите, профессор. – Амарил с бледным лицом смотрела на эльфа, улавливая каждое его слово. – А насколько планета Иригил опасна?

– Волноваться не о чем. Даркар еще шесть лет назад потерял к ней интерес. Какое-то время планета была непригодна для жизни, но с помощью совместных усилий министерства и ведьм удалось ее восстановить. И под руководством того же министерства было принято решение устроить там лагерь с проживанием людей, поэтому защита в лице купола и армии имеется. В течение шести лет не было заключено ни одного нападения. Но, в случаи опасности, я смогу сразу вас перенести назад в Алфею.

Палладиум, как поняла Кэс, пытался успокоить Амарил, сильно перепугавшуюся, скрашивая некоторые факты. Иригил, хоть и был восстановлен, до сих пор страдал от вирусных болезней за защитным куполом. Выйдешь за его пределы – сразу можешь что-то подцепить. Потребуется немало времени, чтобы полностью очистить воздух от влияния нежити Даркара. Да и шесть лет или меньше, неважно. Опасность есть всегда, и профессор это понимал. Но, возможно, это тоже своего рода проверка – маг-целитель не может быть трусом. Кассиопея знала, что ожидать от этой практики, ей не привыкать, а вот Амарил – шестнадцатилетняя девочка с золотой ложной во рту, никогда не знавшая войны и ее последствий. Но, стоит отметить, вместе со страхом в ее глазах одновременно плескался и огонь стремлений. Это же насколько она втюрилась в Палладиума, что готова пойти на подобное, чтобы его впечатлить?

– Разумеется, вы в праве отказаться.

– Нет! Я готова! – тут же перебила учителя фея звезд, взмахнув руками.

Кассиопея усмехнулась. Она уже представила первую реакцию Старлайл, когда та увидит тот самый лагерь, пропахший кровью и гнилью.

– В таком случае, – заканчивал свое введение профессор, – как вы смотрите на то, чтобы отправиться на Иригил в выходные по случаю Дня Розы? Целых три дня мы можем провести в лагере, помогая людям. Чем больше времени, тем лучше. Но если у вас обеих уже есть планы с вашими мамами, то я не смею настаивать и подберу другие дни.

Кассиопея призадумалась. Она определенно собиралась поехать домой, чтобы навестить маму. Поскольку отец и брат все еще находятся в экспедиции, Капелле приходилось несладко, будучи одной на Алькоре. Но Кэс заведомо знала, что та будет только рада отпустить дочь на практику по целительству.

Амарил, в свою очередь, тоже задумалась, резко поникнув головой. Ее взгляд стал более серьезным, чем обычно, но через некоторое время все же кивнула.

– Тогда встретимся с вами через три дня. – Палладиум протянул девушкам листы со своими заметками и оценками по докладам. – Ах, да. Мисс Антарес. Вы не собираетесь сегодня посетить клуб зельеварения? Ваша помощь была бы кстати.

– Раз Вы просите, профессор. – возражать причин не было.

***

Когда Селин и Кадиджа услышали о том, что на целительном профиле осталось только две ученицы, среди которых вредная Амарил, соседки целый день сочувствовали Кассиопее. А-ля, фея звезд точно все испортит, особенно своим отношением к людям. А вот Кэс, наоборот, не переживала. Да, компания так себе, но Амарил не так уж и бесполезна. Главное, в правильное русло направить, и даже от такой надоедливой феи будет толк в целительстве.

В какой-то степени Антарес даже обрадовалась, что не стала единственной ученицей в Алфее, которая обучалась на целительном профиле. Казалось странным, если бы она занималась с Палладиумом один на один в классе или путешествовала с ним по лагерям беженцев. Точно бы поползли слухи. И от тех же Амарил и Франсин постоянно приходилось бы получать оскорбления и насмешки. Не сказать, что их издевательства прекратились, но после практики на Грязевом Болоте их стало на порядок меньше.

Тем же днем, Кассиопея позвонила матери, чтобы сообщить о предстоящей практике на Иригиле. Как и следовало ожидать, Капелла только отмахнулась от дочери, заверив, что она в порядке. Кэс знала, что это не так. Всегда, когда она сама еще не участвовала в походах, мама, умело скрывая свои эмоции, думала только об отце и брате. Девушке было трудно видеть, как мать истязает себя плохими мыслями, и лично поздравить ее с Днем Розы было бы очень кстати. Но Капеллу не убедить. И, с тяжелой душой, Кэс усердно готовилась к Иригилу.

В назначенную дату Кассиопея и Амарил встретились с Палладиумом у ворот школы, где их ждал космолет со всеми необходимыми вещами. Магикс, как и всегда, встречал фей солнечной погодой. Кэс мысленно попрощалась с теплом, так как последующие три дня будут проходить только в холоде. В холоде, который пробирается в самые кости после того, как начинаешь пересчитывать окровавленных людей.

– Готовы? – спросил Палладиум девушек, перед тем как запустить их в космолет.

Кассиопея и Амарил переглянулись и синхронно кивнули. Кэс уверенно вошла на корабль. Амарил же несколько секунд прожигала Алфею испуганным взглядом, но вскоре присоединилась к остальным.

Профессор дал команду пилоту, и тот, закрыв двери, взлетел в воздух.

Практика началась.

***

До места назначения лететь около четырех часов. Достаточно долгое время, чтобы сто раз пожалеть о сделанном выборе. Именно этим и занималась Амарил, которая засела в самый дальний угол, постоянно шарахаясь от любой турбулентности. Наверняка фея звезд никогда не летала в такие отдаленные места. Кассиопея понимала ее чувства. В свое время, она не была тем самым новичком с горящими глазами, отправляясь черт пойми куда. Антарес, перед первой миссией, также нервничала, весь путь полета пытаясь избавиться от дрожи по всему телу. Это потом она уже в полной мере стала «настоящим» солдатом, готовым к любой опасности. Оставалось надеяться, что Армия Тьмы не возжелает давно покинутые земли.

Сама Кассиопея давно переоделась в свой излюбленный кожаный черный костюм, добавив к нему множество подсумков и карманов, чтобы таскать с собой все необходимые зелья, ингредиенты и прочее. На спине красовался плащ с капюшоном на случай, если на Иригиле будет очень холодно. Это вам не Магикс, все-таки.

Антарес передала подходящую одежду и Амарил. Старлайл предпочла надеть спортивный костюм, но тот совсем не подходил к условиям, в которых предстояло работать. Фея звезд, огрызнувшись на замечание по поводу своего внешнего вида, все же приняла рабочий костюм и скрылась в грузовом отсеке. Больше она не появлялась.

А Антарес тем временем не стеснялась осматривать корабль и ввести непринужденный диалог с Палладиумом и его подчиненными. Да, космолет принадлежал семье Алгар, и разработан он в лучших эльфийских традициях. Никакой тебе громоздкости или сверхскорости, зато алхимических предметов и волшебных камней хоть лопатой собирай. Команда, не включая учениц и самого профессора, состояла еще из двух эльфов. Оба сейчас сидели за пультом управления, однако у каждого были свои роли. Первый эльф, с весьма грозным и грубоватым лицом, с шрамом, проходящим через левый глаз на пол лица, с очень накаченным телом, являлся телохранителем. Палладиуму не нужен был личный охранник, но для предстоящей практики он специально взял с собой одного из командиров рыцарей дома Алгар. Второй же эльф, выглядевший совсем юным, почти подростком по человеческим меркам, занимался всеми техническими вопросами, связанными с космолетом. Инженер и механик, так сказать.

– Как часто Вы отправляетесь с гуманитарной помощью? – делать было особо нечего, поэтому Кассиопея решила прервать молчание и скрасить время за разговором. Эльфы все еще оставались для нее чем-то неизведанным, и пообщаться с ними было очень интересным занятием.

– Госпожа! Вы даже не представляете, как младший господин на всем этом помешан. – весело ответил телохранитель, которого звали Бедевер. Несмотря на свой устрашающий вид, мужчина приветлив и оптимистично настроен. – Только выдастся свободная минутка, и господин Палладиум уже куда-то летит.

– Порой мы не успеваем как следует провести технический осмотр корабля, как слуги уже грузят багаж внутрь. – с тем же задором ответил Эглин, и голосок у того был еще не сформировавшимся, значит, все же подросток.

И почему Кассиопея доверилась стереотипам, что все эльфы разговаривают надменно с вздернутыми носами?

– Госпожа, позвольте и Вам вопросик задать? – с озорством спросил Бедевер, развернувшись к Кэс лицом. – А Вы же та самая Антарес, да? Ну, Вы еще летом в лагере вместе с господином работали?

– Да, это я.

– О! Я так хотел увидеть девушку, о которой господин говорил без умолку, когда вернулся с Линфеи! – Эглин резко отвлекся от управления кораблем, нажав на кнопку автопилота.

Услышав слова подчиненного, Палладиум, до этого читавший какую-то книгу, отложил свое чтиво и быстрыми шагами оказался возле эльфов, грозно зыркнув на них.

– Раз уж хотите потрепать языками, то обращайтесь к мисс Антарес подобающе. Со всеми формальностями и приличиями. А лучше... – профессор развернул оба кресла пилотов. – Не отвлекайтесь. Следите внимательно, а то мало ли, кого встретим.

Кассиопея заметила, как кончики ушей учителя покраснели, но лицо его оставалось невозмутимым. Ну и ну, включил в себе наследника. В школе он совсем другой. Если подумать, точно такой же, как Бедевер и Эглин!

– Мисс Антарес... – обратился Палладиум к Кэс, хихикающей в кулак. – Не подумайте ничего такого. Я был очень рад встретить достойного мага-целителя, и, признаться, грезил о том, чтобы Вас обучить.

– Не переживайте, господин Алгар. – Кассиопея специально выделила обращение к эльфу. – Понимаю, что Вам не хватает рук.

– Кхм. Да. Спасибо Вам. – смущенно проговорил эльф, а затем направился в сторону грузового отсека. – Что-то мисс Старлайл долго не возвращается. Пойду, проверю, как она там.

Хмыкнув, Антарес подсела ближе к Бедеверу и Эглину, которые, судя по их подрагивающим плечам, сами сдерживались, чтобы не засмеяться в голос. А они точно подчиненные наследника древнего эльфийского рода?

– Не нужно формальностей, ладно? – попросила девушка, притянув все взгляды снова к себе. – Лучше расскажите что-нибудь об Эльфии. Очень интересно послушать.

– Госпожа, а Вы мне нравитесь! – вдруг воскликнул эльф-инженер, одарив Кэс уж очень миловидной улыбкой. Вот оно, невинное лицо ребенка.

– Об Эльфии, значит... – задумался эльф-телохранитель. – Слышали что-нибудь о наших традициях?

***

Начали с традиций, а закончили, как говорится, за упокой. Сначала Бедевер в подробностях рассказывал об эльфийской культуре, затрагивая специфический этикет, брачные обычаи, разнившиеся с людскими, главные праздники и фестивали, а затем эльф резко перетек в истории о нем самом. Кассиопея узнавала о семье Бедевера, его прекрасных жене и детях, а также о его подвигах и о том, как оказался на службе у семьи Алгар. Эглин быстро, пока рассказы телохранителя не превратились в его самовосхваление, перевел тему на общие истории, связанные с их троицей. Тогда же эльф-инженер завел повествование о различных ситуациях, в которых оказывалась их команда. Вот, недавно, например, они вдвоем летали на Линфею по приказу Палладиума за какими-то важными ингредиентами для зелий, но попали под удар Армии Тьмы, из-за чего случилась аварийная посадка. И Кэс удивляло, с каким оптимизмом они обо все этом рассказывали. Селин бы точно нашла с ними общий язык, окажись она здесь.

Какие все же располагающие к себе компаньоны. Ненароком вспомнились походы с братом и отцом, где Кассиопея также могла расслабиться, слушая забавные истории Альтаира.

Амарил вернулась спустя пятнадцать минут после того, как за ней ушел Палладиум. И за все время разговоров она и словом не обмолвилась. Фея звезд все морщила свой нос и смотрела исключительно в окно. Профессор же изредка поглядывал на Старлайл, но по большей части читал свою книгу.

Спустя четыре часа, команда все же добралась до Иригила, встретившего всех красным туманом.

Иригил – удаленная от центра Магического Измерения планета, где когда-то собирали железную руду. Столица представляла собой роскошный торговый город, куда стекались все, кто мог: от купцов до алхимиков. Сейчас же от города остались только руины, а недалеко от них располагалась небольшая деревушка, окруженная большим количеством палаток, в которых селили беженцев с ближайших покоренных планет. Всю деревню обволакивал защитный купол, поддерживаемый магами из министерства. Иригил одна из немногих планет, которая охранялась министерством, но и на том спасибо. Купол был нужен не только для того, чтобы продержаться в случае нападения Армии Тьмы, но и для того, что обезопасить людей от неблагоприятной погоды. Повсюду разлетался красный холодный дым – вирусные последствия столкновения с нежитью. Чтобы полностью избавиться от него, необходима сила сотни магов и ведьм, но, естественно, этим никто заниматься не хочет.

Палладиум навещал Иригил не в первый раз. Люди, живущие тут, сразу же встретили его с распростертыми объятиями. На вопрос Кэс, как часто профессор посещал планету, тот ответил, что уже и не сосчитать.

– Какой кошмар. – все, что вырвалось из уст Амарил, когда команду волонтеров провели в палаточный лагерь.

Проходя по деревне, Старлайл держалась непозволительно близко к Палладиуму, все время хватая того за предплечье.

Деревня жила своей жизнью. Здесь имелись и пабы, и школы, и кузницы, и лавки с едой. Но вокруг так много людей, избитых жизнью, взгляд которых превратился в мутное стекло. Все беженцы в одночасье потеряли дом и близких людей, поневоле оказавшись в единственном безопасном месте, и теперь вынуждены выживать в антисанитарных условиях.

В палаточном лагере находилась своего рода администрация во главе с волшебником из министерства. Тот контролировал поставку еды, медикаментов, обеспечивал местное население одеждой, раздавал указания солдатам по охране. Но всего всегда не хватало, ведь каждый день сюда кто-то, да добирался.

Самая большая палатка была отдана для обустройства медцентра, где ежедневно ввелся прием. Лечением занимались две феи-целительницы, а они, к слову, выпускницы Алфеи.

Позади всей деревни расположилось кладбище. Тысячи могил заполнили большой кусок очищенной территории, выходя за пределы купола.

По советам здешней администрации соваться в саму деревню не стоило. Очень часто случались бунты и прочие беспорядки, что могло навредить юным феям. Поэтому основное место практики и в целом пребывания на Иригиле ограничивалось палаточным лагерем.

Как именитому гостю, Палладиуму и его спутникам выделили одну из самых комфортабельных палаток, как раз рядом с главным штабом. И жить придется втроем под одной крышей. Бедевер, как истинный эльфийский джентльмен, не смел смущать дам, Амарил в частности, и потому сказал, что пристроится рядом с местными солдатами. Эглин же остался на космолете.

Палатка была оснащена двумя подстилками из соломы и ваты, одной более-менее удобной кроватью, рабочим столом, двумя котлами для зелий и умывальником с тазиком, куда поступала холодная вода. Амарил почти упала в обморок, стоило понять, насколько отличались условия от тех, к которым она привыкла. Однако, как подмечала Кассиопея, смелость феи звезд вызывала уважения. Будь на ее месте та же Франсин, то она бы всем вынесла мозг своими писклявыми криками и нытьем, если вспомнить ее поведение на Грязевом болоте. Амарил же просто молчала, проглатывая все те ужасы, что она видела.

После небольшого отдыха состоялся брифинг вместе с теми феями-целительницами. Обеим было около тридцати-тридцати пяти лет. Палладиум лично попросил их помочь Иригилу, и вот, уже около двух лет они трудятся, не покладая рук. И непосредственно, Амарил и Кассиопея будут у них в подчинении все эти три дня.

– Сегодня раненных не так много, как обычно, – сообщила одна из целительниц, – поэтому не должно быть слишком муторно.

– Это если в течение дня еще не прибудут. – добавила вторая фея, вручив ученицам Алфеи по кувшину с чистой водой, бинты и тряпки.

Кассиопея и Амарил разделились по обязанностям. Антарес будет заниматься раненными беженцами, а Старлайл, в силу неопытности, – помогать старшей фее в стиле «подай-принеси». Палладиум же занялся более серьезными случаями (например, оторванные конечности или пробитие тела).

Что же. Кассиопее давно не терпелось проверить свои нынешние способности.

Весь медцентр был забит бедолагами и залит их кровью. У каждой койки носились лекари с зельями в руках, судорожно накладывая повязки и жгуты. Кто-то истошно кричал, моля о помощи, кто-то болезненно мычал, кусая губы, а кто-то не подавал признаков жизни, бледнев с каждой секундой. Зрелище не для слабонервных.

Как только Амарил переступила порог палатки, как тут же выбежала обратно на улицу. От переизбытка эмоций и запахов девушку затошнило.

– В первый раз всегда страшно. – произнесла одна из старших фей, вернув Старлайл обратно и протянув ей зелье. – Вот, выпей. Полегчает.

Амарил залпом опустошила пузырек.

Палладиум мягко постучал по спине феи звезд, а затем стремительно убежал вглубь палатки, в закрытое помещение с тяжело раненными. Кассиопея тоже не желала медлить, и потому сразу приступила к диагностике пациентов.

В ходе первого дня Кэс сделала следующие выводы: скорость исцеления кровоточащих ран стала намного выше; вправление костей можно было не боятся, как раньше – отработана меткость; магической энергии затрачивалось меньше. Хороший результат для того, кто только два месяца проникся целительством. Старшая фея-целительница тоже было довольна проделанной работой: по ее лицу мелькало облегчение. Что не скажешь о наставнице Амарил.

Бедная Старлайл никак не могла сосредоточиться на лечении, что уж говорить о применении базовых заклинаний. Пациенты постоянно хватали юную фею за руки, видя в ней единственное спасение. Амарил не была чересчур брезгливой, но каждый раз пугалась и даже прикрикивала на беженцев, требуя не прикасаться к ней. Но девушка старалась, как могла. Ругать ее было не за что: к подобной картине трудно привыкнуть сразу, как только увидел ее вживую.

К счастью для Амарил, в течение дня не случилось нового наплыва пациентов, поэтому вечером студенток отпустили отдыхать.

– Кто вообще по своей воле отправиться работать в такое место за бесплатно, не понимаю. Это же... даже представить трудно, что кто-то живет здесь годами! А эти раненные... Создается впечатление, что им все обязаны. – в претензионном тоне высказывала свои впечатления Амарил, когда она вместе с Кэс и Бедевером села поужинать у костра.

– Хэй, Принцесса. Тебе не стоит так говорить. – совершенно беззлобно ответил эльф-телохранитель, отпив травяной чай. – Даже представить страшно, через что все эти люди прошли. А мы, то есть вы, юные целители, для них подобны нимфам, способным спасти их жизни.

– Он прав, Амарил. – вклинилась невозмутимо Кассиопея, зачерпнув ложку овощной похлебки. – Раз уж решила достичь хоть каких-то высот в целительной магии, то где, как не здесь. Все эти беженцы нуждаются в помощи. А мы можем дать им эту помощь.

– И все же, для нашей практики можно было и другое место подыскать. – Старлайл опустила глаза в тарелку, долго помешивала суп ложкой, а затем, поставив ее на землю, поднялась с бревна. – Аппетита нет.

Фея звезд подорвалась с места прямиком в палатку, где столкнулась с Палладиумом. Не извинившись перед учителем, Амарил скрылась внутри.

– Как она? – обратился эльф к Кассиопее.

– Типичная Амарил в нетипичный для нее среде. – Кэс пожала плечами. – Вы и сами знаете, что ей тяжело. И за три дня вряд ли сможет собраться, как на уроках.

– Ее можно понять. – устало вздохнул Палладиум, присоединившись к общей трапезе. – И я не намерен ее заставлять делать то, что не хочет. Пусть это небольшое путешествие покажет ей реальный мир, после которого она примет решение – продолжить обучаться или нет.

– Ох уж эти любимые господином проверки. – засмеялся Бедевер, уже закончивший с ужином. – Помню, как Вы и нас с Эглином проверяли. Как это... на вшивость?

– Подбирай выражения. – Палладиум окинул подчиненного вновь недовольным взглядом. – Не «вшивость», а «ложь». И вообще, снова ты...

– А мне вот было давно интересно. – Антарес, предвидя очередные терзания между эльфами, от которых она успела устать за те четыре часа, что они добирались на Иригил, решила перевести тему. – Сэр Бедевер, ты сегодня упоминал про главный праздник эльфов в честь Лунного Феникса.

– Да, было такое. А что?

– Во всем Магическом Измерении Великого Красного Дракона принимают как свое Божество почти все люди разных волшебных категорий. В Эльфии же больше отдают предпочтения Лунному Фениксу, так?

– Именно так, госпожа! Лунный Феникс – единственный и неповторимый, кто заслуживает обожествления в понимании эльфов. Было время, когда наш мир содрогнулся в глубочайшем конфликте интересов, несколько веков назад. Семьсот или восемьсот лет тому назад... Не помню уж.

– Даже в честь Дракона не устраивают главенствующих праздников. Должно быть, в Эльфии организовывают пир невероятных масштабов, если судить о вашей любви к подобному.

Кассиопея ждала, когда Бедевер продолжит в самых ярких красках, как и про свою свадьбу, описывать праздник Лунного Феникса, но вместо этого телохранитель опустил взгляд куда-то вниз, а его рука с заметной силой сжала деревянную кружку. Кэс обернулась на Палладиума, и то, что она увидела, повергло ее в замешательство. Гримаса боли отобразилась на вечно улыбающемся лице: взгляд помутнел, челюсть сжалась. Профессор, ничего не говоря, поднялся со своего места и направился вместе с тарелкой супа в сторону палатки.

– Я спросила что-то, что мне не следовало спрашивать по эльфийскому этикету? – Кэс стало очень неловко. Такого Палладиума она никогда еще не видела, даже во время осады линфейского лагеря.

– Здесь нет Вашей вины, госпожа. – Бедевер нервно почесал свою бороду. – Вы человек, и потому далеки от проблем эльфийского мира. И Вы не знали того, что праздник в честь Лунного Феникса – невыносимо болезненное мероприятие для каждого эльфа, напоминающее поминки.

Любопытство пожирало Кассиопею изнутри. Уж слишком много странностей вокруг Божественной фигуры. Эльфы так любят Лунного Феникса, что не могут смириться с тем, что он умер тысячи лет назад?

Кэс продолжала испепеляюще смотреть на Бедевера, и тот, вдохнув побольше воздуха, рассказал еще одну невероятную историю, окрашенную кровью эльфийского народа.

Эльфы делятся на разные виды. Большинство наших – лесные эльфы, они же мастера природной магии, алхимии, зельеварения, наук, ремесел и прочего. Эльфы света составляют королевскую династию Эльфии, поскольку испокон веков они представляли себя достойными лидерами, разбирающимися в политике. Водные эльфы – деятели искусства, очень миролюбивы. Существуют и темные эльфы – они сотрудничают с ведьмами, изучая темные искусства. Казалось бы, что на вершине нашей иерархии стоят эльфы света, однако высшими являются лунные эльфы.

Лунные эльфы – самый первый вид, созданный Лунным Фениксом и ставший хранителем его силы. Это как с Огнем Красного Дракона. Лунные эльфы считались священными и неприкосновенными для других. Среди их нации рождался избранный, кто нес в себе саму сущность Лунного Феникса, даруя всему Миру истинное исцеление. Почему сущность? Феникс – птица, которая всегда перерождается. Он может родиться новой личностью с новой душой, но прошлые воплощения всегда остаются с наследником силы.

До не давних пор посвященный Лунному Фениксу праздник – День Великой Луны – был долгожданным ежегодным событием для каждого эльфа. Лунные эльфы посещали Эльфию (они жили на Мунтире), даровали благословения, проводили старинные ритуалы. Но ровно сто пять лет назад Темный Феникс устроил кровавую расправу, уничтожив всю лунную эльфийскую нацию. Весь Мунтир покрылась серебряными песками, оставив сплошные руины похлеще, чем на Иригиле.

Лунный Феникс мог перерождаться только в теле лунного эльфа, никому другому из наших эта сила не подвластна. Мы все верили, что Феникс вернется, да вот прошло больше века, но ни один эльф не пробудился. С того момента праздник проводится в дань уважения лунным эльфам, в память о Лунном Фениксе и о нашей вине, потому что не сумели помочь.

– Неужели, Даркар уничтожил Мунтир? – первое, что спросила Кассиопея, когда Бедевер с болью завершил рассказ.

В ходе повествования ее ладошки похолодели, и точно не от образовавшегося холода вечера. Кэс видела, как Бедевер выдавливал из себя слова, когда тот вспоминал ужасающие события из прошлого.

– Без понятия, Даркар, не Даркар. Сама фигура Темного Феникса слишком загадочна. – кружка в руках эльфа все-таки дала трещину. – Никто не знает, откуда он появился. Кто мог знать, так это лунные эльфы. Но... Некоторые эльфы дошли до того, что стали думать, что Темный Феникс – и есть наше Божество. Якобы Лунный обратился во тьму. Я считаю, что это полнейший абсурд! За такие теории я бы голову лично отрубал!

Кассиопея задумалась. Теперь стало понятно, почему профессор просто взял и ушел. На протяжении нескольких тысячелетий Лунный Феникс оставался рядом со своим народом. И никто не мог предугадать, что случиться геноцид. Эльфы лишились своего покровителя, оставшись отрезанными от Божественного, составлявшее основу эльфийского бытия. Палладиум, должно быть, такой же набожный, как и остальные его сородичи. И именно поэтому он занимается благотворительностью, из-за чувства вины, как сказал Бедевер.

Более того, появилось еще больше вопросов. Темный Феникс буйствовал сто пять лет назад. Может ли быть такое, что Даркар – злое Божество, пробудившееся десять лет назад? Сколько Кассиопея себя помнила, нигде не упоминалось про Темных Фениксов прошлого. Даркар стал вторым серьезным врагом за последние полвека после трех ведьм-прародительниц, напавших на Домино около пятнадцати лет назад. Если Темный Феникс настоящее Божество, то возможно ли его вообще победить? А если он тот самый, кто напал на лунных эльфов, почему спал так долго?

– Госпожа, постарайтесь не принимать это близко к сердцу. – вдруг мягко произнес Бедевер. – Это все проблемы нашего народа, так что не думайте об этом слишком много.

– Весь мир находится под угрозой лорда Даркара. Моя семья ведет с ним десятилетнюю войну. Не думаю, что это только ваша проблема, сэр Бедевер. – Кассиопея серьезно посмотрела на телохранителя. – К тому же... Напрямую с Темным Фениксом вы не сражаетесь.

– Госпожа, но как же мы, обычные эльфы...

– Обычные люди пытаются добыть победу. – резко перебила Антарес эльфа, чьи глаза были по пять копеек. – Если Вы так ненавидите Темного Феникса, то почему не поднимете против него свое оружие?

Кэс не понимала, откуда такая ненависть зажглась в груди. В ее представлении, эльфы, потерявшие своего Бога и товарищей, должны были гореть яростью и желать всеми силами уничтожить Темного Феникса. Но вместо этого, они возносят бесполезные молитвы и утопают в чувстве вины. Антарес не постеснялась назвать эльфов трусами. Такие же загнанные трусы, как и другие королевства Вселенной, которые не лезут за пределы своих границ. Независимые, черт их возьми.

Помощь Палладиума неоценима. Но, по ощущениям Кассиопеи, только он один и пытается хоть как-то помочь в борьбе против Даркара. Эльфы ничем не отличались от людей.

С такими тяжелыми мыслями девушка покинула Бедевера, проникнув в палатку.

Кэс обнаружила Палладиума, тихо-тихо перебиравшего склянки с зельями для завтрашнего дня. Антарес не видела его лица, так как эльф стоял к ней спиной, но она знала, что тот борется с гложущими душу чувствами.

Амарил тихо сопела, полностью укрывшись одеялом на кровати.

– Я буду укладываться. – сообщила Кассиопея, снимая плащ, сапоги и подсумки.

Девушка аккуратно сложила вещи возле своей подстилки, затем ополоснула лицо холодной водой, собрала волосы в пучок и улеглась на солому, закутавшись в плед, отвернувшись лицом в палатку.

Свет, исходящий от лампады, начал медленно затухать. За спиной послышались шорохи одежды. Кажется, Палладиум тоже, наконец, решил лечь спать. Его спальное место находилось всего в метре от подстилки Кэс. Будь на ее месте Амарил, та бы сразу затаила дыхание, думая про себя всякие немыслимые пошлости. «О, Дракон! Мы лежим так близко!». Старлайл хватил бы удар, если бы узнала, что Кассиопея и Палладиум уже спали рядом, и даже это стало чем-то привычным, несмотря на то, что прошло достаточно времени. Однако сейчас статусы «учитель» и «ученик» портили атмосферу. Такая близость считалась непозволительной. Но Кэс гнала эти мысли прочь, хотя получилось слабовато.

– Эльфы не боятся воевать. – внезапный шепот профессора вызвал табун мурашек по телу Кэс.

Ну, конечно. Палладиум слышал ее разговор с Бедевером.

– Эльфы предпочли принять участь, которую уготовит им Темный Феникс. Чувство вины, вызванное тем, что мы допустили смерть Лунного Феникса, полностью поглотило наши души. Эльфы готовы принять любое наказание, и даже умереть от руки Даркара, чтобы отправиться к лунным эльфам в Затерянный Город, «место, куда отправляются эльфийские души».

Сердце Кассиопею екнуло. Все же, она не рассматривала чувства эльфов с такой стороны. А Палладиум продолжил:

– Будь я королем, развернул бы масштабную кампанию против Даркара. Но тогда я был бы плохим правителем, который действует на поводу у эмоций.

– Вы... Не из тех, кто готов умереть ради погибших сородичей?

– Отнюдь... Раньше и я не хотел идти против Темного Феникса. Но потом переосмыслил себя и решил вступить в борьбу против него. С какого-то момента меня начало переполнять немыслимое желание мести. И сейчас я мечтаю увидеть Даркара, побежденного и мертвого.

Не сумев найти слов, Кассиопея и не заметила, как провалилась в сон, оставив Палладиума одного в размышлениях.

Следующий день повторил предыдущий. Ранним утром прибыла новая партия пациентов – граждане Урбана, где сейчас должны были находиться отец и Альтаир. Мимолетом Кассиопея поспрашивала людей что-нибудь о семье, но все говорили одно и то же: армии Алькора приходится тяжело. Будь проклят Даркар.

С Палладиумом Кэс не пересекалась. Стоило проснуться – его уже не было в палатке, а затем сразу же прибежали старшие феи будить учениц Алфеи. Так, Кассиопее и Амарил пришлось чуть ли не голышом бежать в медцентр.

Шесть часов. Шесть гребанных часов Кассиопея носилась от пациента к пациенту, накладывая сотни заклинаний за раз. Дошло и до того, что пришлось помогать и Палладиуму, который банально не успевал в одиночку оказывать необходимую помощь. Поэтому Антарес и ее фея-наставница провели большую часть времени в отделении для тяжело раненных.

Вышла Кассиопея из палатки, окрашенная в багровый. Амарил давно уже отпустили на заслуженный отдых, а Кэс еще поуговаривать пришлось.

К сожалению, спасти удалось не всех. Из тридцати прибывших умерло шестеро. Целители не могли просто-напросто разорваться, чтобы уделить внимание каждому. И такие исходы не бывали редкостью.

Кэс ни раз видела смерть. На ее руках умирали товарищи по оружию, жители пострадавших планет – от детей до стариков. В любом походе всегда кто-то погибал в жестоких обстоятельствах. И к такому никогда никто не сможет привыкнуть. Один раз увидишь – смерть будет ходить за тобой по пятам, шепча напоминания о том, что и тебя это рано или поздно настигнет.

Опустошение одолело Антарес и в этот раз. Помимо усталости, неспасенные жизни тяжелым грузом легли на ее плечи. Покинув медцентр, Кассиопея продолжала стоять неподвижно, согнув локти, боясь заляпать что-либо кровью, оставшейся на руках (и она забыла, что весь рабочий костюм и так был заляпан кровавыми пятнами).

– Госпожа. – с боку показался Бедевер, непривычно волнующийся. – Я вскипятил воды, чтобы Вы могли умыться.

Ничего не говоря, Кассиопея двинулась в сторону своей палатки. Да, необходимо привести себя в порядок.

Приготовленной Бедевером воды хватило только на отмывку одежды, рук и лица. Ополоснуться полностью, что уж говорить о душе, – за гранью дозволенного. Вода и так на Иригиле в недостатке.

Кэс вышла из палатки. Эльф-телохранитель стоял с боку от входа по стойке смирно. Завидев Антарес, на его лице скользнула слабая улыбка.

– Не желаете перекусить? В этот раз я приготовил овощное рагу.

– Благодарю, но, пожалуй, откажусь. Только если немного позже. 

– Конечно, без проблем.

Кассиопея оглянулась на лагерь. Повсюду суетились солдаты и лекари, обустраивая новые палатки для прибывших беженцев. Люди таскали пострадавших на носилках, крича друг на друга, дабы не мешались. Где-то вдалеке стояла толпа: родственники и друзья плакались и молились не пойми кому за жизни своих близких людей. В общем, суматоха та еще.

– Сэр Бедевер. – эльф вздрогнул. Кэс сразу заметила, как тот поубавил свой пыл при ее присутствии, сильно нервничая. – Я хотела извиниться за свои слова.  Я не должна была обвинять эльфов в трусости и бесполезности, навязывая свои принципы. Все по-разному переживают болезненные события, и я не вправе обвинять вас в чем-то.

– Госпожа! Все в порядке! – Бедевер вдруг замахал руками перед Антарес. – Вы не должны винить себя за свое мнение. К тому же, Вы – бравый воин, как и вся Ваша семья. Трусость для вас – недопустимый грех. Я, на самом деле, поражен Вами! Эльфам было бы неплохо научиться Вашей отважности, но...

– Но не все могут пересилить себя. Я понимаю.

Кажется, на этом неловкость испарилась. Кэс, так или иначе, не откажется от своего видения ситуации, но и вбивать что-то в голову другим она не намерена. Кто она такая, чтобы говорить эльфам, что правильно, а что нет. Каждый сам выбирает свой путь, и если они желают «очищения», то и пусть.

– Кстати. Сэр, Бедевер, ты не видел Амарил? Она должна была быть здесь около получаса назад. Нигде не вижу.

– Мисс Принцесса прогнала меня сразу же и попросила свалить, как я принес ей воду. – с ухмылкой ответил эльф, в задумчивости расчесывая бороду рукой. – Ну, я и оставил ее в покое и принялся ждать Вас. Думал, она в палатке.

– Хм... Куда она могла пойти?

Оставить Амарил одну, без присмотра, – притянуть к себе головную боль. Никто не знает, что она может выкинуть, учитывая ее нелюдимость к «презренным», по ее мнению, пациентам. Да и ее психическое состояние после двух дней практики сто процентов пошатнулось. И если это так, то кровь из носу ее надо отыскать.

Кассиопея попросила Бедевера присоединиться к поиску Старлайл, и для эффективности решили разделиться. Спрашивать кого-либо было бессмысленно: никто из местных не обращал внимания на Кэс и ее вопросы, да и в таком хаосе, как сейчас, вряд ли бы кто-то запомнил ничем непримечательную юную девушку.

Оказалось, что такое все же возможно.

Сторож, стоявший у входа в палаточный лагерь, видел, как юная целительница покинула территорию и отправилась в сторону деревни.

У Антарес на такое заявление задергался глаз.

Было же сказано: обходить деревню стороной! И какой дьявол потащил Амарил именно туда?!

И естественно, пока профессор Палладиум занят, разгребать придется Кассиопее.

Шума в деревне было не меньше, чем в лагере. На центральной площади помощники администрации сейчас раздавали пойки с едой и одежду. Вокруг собралась толпа кричащих людей, в нетерпении требующих свою долю. Давка создалась невыносимая.

Кассиопея пробиралась сквозь людей, извиняясь перед каждым, за что получала в свой адрес кучу оскорблений. Она не могла перекричать беженцев, но продолжала выкрикивать имя феи звезд, надеясь, что с той все в порядке.

Получив пару ударов по голове и плечам (из-за невысокого роста Кэс почти тонула среди свирепых мужчин), через какое-то время девушка смогла выбраться в более-менее просторное место. Она продолжала вертеться из стороны в сторону, чтобы зацепиться за светлую макушку.

И вот, чудо свершилось.

Амарил обнаружилась с краю толпы. Ее лицо было все красным и опухшим.

Кассиопею перекосило, стоило заметить, как над ней навис какой-то мужлан, брюзжащий слюной не слабее, чем громадный тролль. Он что-то возмущенно говорил не на шутку перепуганной фее, а через несколько секунд его рука замахнулась наверх.

Антарес рванула вперед, без стыда расталкивая людей и спотыкаясь об каждый ботинок.

Старлайл пошатнулась назад, зажмурившись и выставив руки вперед. Время для нее сильно замедлилось.

Прозвучал смачный шлепок.

То, чего ожидала Амарил, не произошло. Она убрала дрожащие руки от лица, но тут же приложила их ко рту, в надежде скрыть свое потрясение.

– Смеете поднимать руку на молодую девушку, мистер? – загробным голосом сказала Кассиопея, выставив руки в стороны, став живым щитом.

Мужчина, явно не ожидавший такого вмешательства, опешил не меньше, чем Амарил.

– Эта девчонка полезла вне очереди! Если хочет жрать, то пусть стоит и ждет, как и все! Я всего лишь хотел преподать ей урок!

– Да не сдалась мне ваша мерзкая еда! – панически возразила Старлайл.

– Мерзкая? Кем себя возомнила, тварь малолетняя?

Не успел мужчина замахнуться вновь, как Кассиопея призвала свой меч, чем привлекла внимание рядом стоящих людей. Поднялось бурное обсуждение происходящего.

– Эта «девчонка» – маг-целитель, являющийся небывалой ценностью на Иригиле. Она по доброте душевной согласилась помочь, и уже как два дня без нормального отдыха вытаскивала с того света, возможно, ваших раненых товарищей или членов семьи! – Антарес перешла на крик, который смог затмить громкие шепоты со стороны всей собравшейся толпы.

К ним вдруг подбежал один солдат из министерства, являющийся представителем порядка. Иными словами, полицией.

– Мисс, не могли бы Вы убрать свое оружие. По местному закону...

– По местному закону допускается насилие мужчин над женщинами? – Кэс грозно сверкнула исподлобья, посильней сжав рукоять своего меча. – По вашим законам приемлема хаотичность? Вы смеете называть себя полицейским, но при этом не можете адекватно организовать раздачу еды? Мистер, на мою подругу собирались напасть. Если вы не можете ее защитить, то это сделаю я. Не переживайте, у меня есть все полномочия обнажать свой меч против любой опасности.

Вскоре подбежала еще пара солдат, и трое начали переговариваться между собой. Напряжение росло с каждой минутой, что вызвало новую волну переживаний и разговоров.

– Мы примем меры наказания к этому человеку, мисс. – наконец вынесли вердикт полицейские. – Прошу, опустите свой меч и возвращайтесь в лагерь.

Не смея больше тратить свое время, Кассиопея схватила Амарил за руку и потащила ту прочь из деревни. Старлайл, вся окаменевшая, покорно следовала за Антарес, не замечая боли в запястье.

Девушки все время, что шли по дороге, связывающей деревню и палаточный лагерь, провели в мрачном молчании. Кассиопея была поражена неосмотрительностью Амарил, что аж эмоции переливались через край. Глупая, наивная, не имеющая представлений о возможных последствиях маленькая фея. Черт, Палладиум не должен был тащить ее сюда, не должен был.

– Отпусти меня уже. – в чуть приказном тоне попросила Амарил, но Кассиопея будто не слышала ее. – Отпусти, говорю!

– Чем ты думала, когда спускалась в деревню? – не сдержалась Антарес, резко развернувшись к Старлайл и схватив ту за плечи. – Было четко оговорено: оставаться в лагере. На кой дьявол тебя понесло в деревню? Ты хоть понимаешь, что тот мужик все, что угодно мог с тобой сделать? В такой толпе никто и не заметил бы! Думать своей головой надо!

– Не нужно на меня кричать! Это все случайно вышло! – фея звезд попыталась выбраться из мертвой хватки, но все тщетно.

– Случайность?!

– Да! Я не знала, что окажусь в такой толпе, не знала! Я лишь хотела хотя бы на время сбежать из того пропитанного кровью места! Все эти... окровавленные люди, ужасные условия, вечно орущие солдаты и лекари! Невыносимо! Я так устала! Лишь на несколько минут отдохнуть от все этого!

– Что б тебя... – почти что плюнула Кэс, отвязавшись от Амарил.

Вдалеке послышались голоса.

Бедевер со всех ног бежал в сторону девушек. Прямо за ним, как туча средь ясного неба, мчался Палладиум.

– Что у вас тут произошло? – сразу же спросил профессор, беспокойно оглядывая своих учениц.

Сильно разозленная, Кассиопея, проигнорировав вопрос, прошла мимо эльфов, перевязывая на ходу растрепавшийся хвост.

– Госпожа, постойте! – Бедевер переключил все свое внимание на Антарес и, получив разрешение от своего господина, рванул вслед за девушкой.

Амарил сжалась, как мышь в норке, чуя опасность от поджидающего кота.

***

Бедевер взял на себя заботу за спокойствие Антарес, и насильно усадил ту на те самые бревна, около которых вчера разжигали костер. Ни о чем не расспрашивая, эльф по-быстрому приготовил успокаивающий чай на основе ромашки и с капелькой специальных зелий, и напоил им Кассиопею.

Кэс редко выходила их себя. Ее в принципе сложно взять на эмоции, но ситуация с Амарил – тот самый редкий случай. Будучи старшим товарищем, Кассиопея чувствовала себя ответственной за фею звезд. И хорошо, если бы эта ответственность распространилась только на медцентр. Но нет, пришлось вытаскивать Старлайл из кучи неприятностей. Трудно признавать, но она злилась потому, что сильно переживала.

Проведя дыхательную гимнастику с глубокими вдохами-выдохами, Кассиопея смогла успокоиться. Не думая скрывать, она рассказала обо всем Бедеверу. Эльф по секрету беззлобно поругал Старлайл за неосторожность.

Вскоре Амарил вернулась вместе с Палладиумом. Ее лицо выглядело лучше: должно быть, эльф применил успокаивающее заклинание. Фея звезд, с незнакомым для Кэс выражением лица, наполненного смирением, посмотрела на Антарес, а затем скрылась в палатке. Палладиум налил в кружку травяной чай и занес его Старлайл, сразу же выйдя, оставив девушку в покое.

Профессор подошел к Кассиопее, встав на против нее.

– Мисс Старлайл мне все объяснила. – начал эльф весьма в спокойном тоне. – Спасибо, что быстро нашли ее.

– Не от Вас я жду благодарности, профессор. – буркнула Кэс. – Хотя, вообще ничего такого и не жду.

– Вас ударили. – быстро переметнулся учитель, призвав целительный свет в свою руку.

– Пустяки. Не стоит из-за этого растрачивать свои силы.

Из-за всей сумбурности, Кассиопея уже успела позабыть об этом шлепке по лицу. Только сейчас Палладиум напомнил ей об этом, и боль резко проявилась. На губах Кэс почувствовала вкус крови. Отлично, мало того, что щека наверняка распухла, так еще и губа разбита. Нехилый такой удар.

Невзирая на протест со стороны девушки, эльф присел перед ней на одно колено и, не спрашивая разрешения, приподнял голову Кэс за подбородок, оценив ущерб, и сразу же приложил свою руку.

– Я не настолько слаб, чтобы из-за легкого заклинания свалиться с ног. – Палладиум улыбнулся, и Кассиопее от чего-то сразу полегчало на душе. Как будто прошла целая вечность, как Кэс видела эту фирменную улыбку.

Свет заклинания защекотал кожу. Приятное тепло разлилось по всему телу, и маленькая рана на губе исчезла, а щека уже не ощущалась пухлой.

– Мне еще нужно кое-что закончить, так что я отлучусь ненадолго. Бедевер, не мог бы...

– Обеспечу самым вкусным ужином и дополнительной порцией чая, молодой господин!

***

Третий день знаменовал скорый финал практики. К всеобщему спокойствию, новых беженцев не привозили, и потому Кассиопея и Амарил участвовали в обходе пациентов, изредка применяя целительную магию.

На фоне сильнейшего стресса Старлайл так и не смогла, как хотелось бы ей самой, испытать свои силы. Как бы она не старалась, заклинания не выходили.

За выходку Амарил, к слову, Палладиум не счел нужным применять какие-нибудь санкции в отношении к ней. Выпустив пар, Антарес приняла решение профессора, отпустив безрассудные действия со стороны феи звезд. К новичкам необходимо относиться лояльнее, в некоторых случаях.

Слава Дракону, в течение всего дня не случалось никаких внеплановых происшествий, и последнюю ночь на Иригиле команда волонтеров провела в желанной безмятежности.

Возвращаясь в Алфею, Бедевер загонял очередные байки, к которым присоединялся Эглин, сильно соскучившийся по своим товарищам. Палладиум заперся в грузовом отсеке: ему нужно было подвести итоги практики фей и, вместе с этим, отдохнуть от всего. Вид эльфа и правда оставлял желать лучшего. Впрочем, Кассиопея и Амарил тоже выглядели так себе. Один только Бедевер цвел и пах, с тем же типичным для него энтузиазмом введя разговор.

Кассиопея всю дорогу думала о том, как встанет под горячий душ и смоет с себя всю грязь, а вместе с ней и невидимую кровь, которая до сих пор ощущалась на теле. Что уж говорить об Амарил, которая уже второй день молчит.

В мечтах, Антарес не заметила, как Старлайл подошла к ней. Кэс подняла к ней голову: фея звезд сжимала губы и теребила плед, который не выпускала из рук весь полет.

– Спасибо, что помогла мне. – лишь с долей высокомерия высказала Амарил, смотря куда-то в бок. – И прости, что тебе пришлось подставиться под удар из-за меня.

Фея звезд, не успела Кассиопея ответить что-либо, засеменила на противоположную сторону корабля, вновь уткнувшись в окно.

Могло показаться, что Амарил вынудила себя принести слова благодарности и извинения, однако Кэс точно увидела покрасневшие от смущения щеки. И неважно, Палладиум ли надоумил, или же она сама поняла свои ошибки. Процент стервозности Амарил упал еще на несколько поинтов вниз.

Через несколько часов космолет приземлился близ школы Алфея. Подчиненные господина Алгара не могли не проводить девушек и не попрощаться с Антарес, с которой, к большому удивлению профессора, эльфы сдружились почти сразу. Оказывается, есть люди, которые только рады послушать неугомонного Бедевера и по достоинству оценить навыки и знания Эглина, не беря во внимание его юный возраст.

– Госпожа! Будем рады поработать с Вами в будущем! – с озорством заговорил Бедевер, помогая вытащить вещи учениц.

– Я бы тоже хотел провести с Вами как можно больше времени! Вы – хороший человек! – залепетал милашка Эглин, подававший руку девушкам у трапа корабля.

– Уверена, мы еще увидимся. Вы тоже... интересные ребята. А еще, вы напоминаете мне, как бы странно не звучало, мою семью. – с грустной улыбкой призналась Кассиопея.

– Слышал, молодой господин? Мы уже как семья! – все-таки нахально вставил эльф-телохранитель и уже переместил свои руки за голову, ожидая удар.

На это Палладиум сдержанно промолчал, вернувшись к своим коробкам, что-то пересчитывая внутри них.

– Профессор, я могу уже идти? – капризно спросила Амарил, которая была уже на низком старте.

– Конечно, мисс Старлайл. – дал добро Палладиум, и девушка тут же сорвалась с места. – Мисс Старлайл! Зайдите ко мне в кабинет вечером, пожалуйста.

– Эй, мисс Принцесса! – вдогонку кричал Бедевер, на что Амарил обернулась. – Почаще улыбайтесь! Улыбка Вам очень к лицу!

С этими словами, первая практика фей целительного профиля подошла к концу.

Примечания к части:

1. Первый эпизод - была серия, где феи Алфеи уехали на концерт, а Винкс, из-за своего наказания, остались в школе. Они устроили свою вечеринку и позвали специалистов. А потом Трикс, которые напали на след "какой-то могущественной энергии" проникли в школу и призвали минотавра для отвлечения внимания. Фарагонда разобралась с ведьмами у себя кабинете, где те до прихода директора и были пойманы Винкс.

2. День Розы - день матери во вселенной "Винкс".

3. Я не планировала таких персонажей, как Бедевер и Эглин, по при написании главы показалось уместным их внедрение. В этой истории Палладиум - наследник своей семьи, так что почему бы ему не иметь подчиненных и слуг. И в итоге они стали первыми эльфийскими друзьями Кассиопеи, и еще не раз появятся в истории.

4. Бедевер - эльфийское, вдохновленное рыцарем из легенд о короле Артуре сэром Бедивером.

Эглин - вдохновленный неземной красотой лесных эльфов, что означает «изящный свет».

И фоточки, конечно же:

Бедевер:

Эглин: