Лунный Феникс: начало пути

Не успел грохот стихнуть, а бордовый прах монстров развеется, как в небе засветились лица трех ведьм.

– Готовы поиграть, маленькие феи?

Все взгляды тут же направились ввысь, а разносившиеся злорадствующие голоса заставляли абсолютно всех покрыться холодным потом.

– Многие из вас забыли, насколько ведьмы превосходят фей по силе! И мы намерены напомнить вам наше величие и мощь темной магии! С этого момента тех, кто не признает нашу власть над Магиксом, ждет самая настоящая кара. У вас есть двенадцать часов, чтобы хорошенько обдумать ваше положение и принять правильное решение. Либо вы сдаетесь и покорно исполняете нашу волю, либо сражаетесь, но тогда большинство из вас умрет! И перед тем, как закончить наше вещание, хочу поблагодарить одну милую феечку, которая передала нам Огонь Дракона – вечный источник магии! Спасибо, дорогая Блум!

Транслирующее облако исчезло так же быстро, как и появилось, но смех Трикс еще долгое время разносился эхом.

Феи Алфеи, явно не понимая по началу суть сказанного, тихо переглядывались друг с другом. Словно отрезанные от реальности, все стояли на месте, их лица бледнели, а дыхание становилось прерывистым. Раздался острый девчачий визг, и вдруг каждый из толпы ощутил непередаваемый груз новостей, обрушившихся на них, как гром среди ясного неба.

В руках ведьм – Огонь Дракона, и теперь они намерены завоевать Магикс.

Взгляды юных волшебниц искали опору в преподавателях, но находили лишь смятение, тревогу и такой же страх. Кто-то закрывал лицо руками, будто желая проснуться от кошмара, кто-то начал бегать по округе и кричать, не зная, куда и деваться, а кто-то продолжал стоять неподвижно, опешивши прожигая глазами покрасневшее небо.

Голоса становились громче, вместе с ними нарастало ощущение невыносимой паники. Некоторые феи пытались успокоить подруг, но их голос предательски дрожал.

Учителя уже скопились вокруг Фарагонды, шепча ей что-то на ухо, но директор игнорировала коллег, уйдя куда-то глубоко в себя. Ее уставшие глаза бегали по малым пятнам крови на земле, оставшимся после монстров.

И пока по дворе Алфеи панические настроения увеличивались в геометрической прогрессии, Кассиопея, невзирая на липкую кровь, во всю трезвонила по телефону в надеждах как можно быстрее сообщить обо всем случившемся семье.

Антарес четко знала: если Магикс падет, то Даркару откроется бесконечное количество древних заклинаний, хранившихся в школах. Что уж говорить о жертвах. Помимо людей и других рас, на планете проживают редкие магические животные и существа, имеющие огромную значимость для Вселенной (пикси, например). Если Магикс будет потерян, это обернется сильнейшим ударом по всему Миру.

Разумеется, нужна подмога, и как можно быстрее. Как и сказала мисс Гризельда, надееться на министерство – себе дороже. Поэтому Кассиопея уже в сотый раз набирала номера родных, чтобы попросить помощи. Но сколько раз она звонила, столько же раз получала белый шум в ответ. Сигнал от чего-то не проходил.

– Не могу дозвониться ни до отца, ни до Альта, ни до мамы. – Антарес нервно продолжала тыкать по телефону. – Никто из моих не отвечает.

Ожидая, что Палладиум ей чем-то поможет, девушка искоса смотрела на эльфа. Профессор, в свою очередь, сложил руки вместе перед собой, сильно жмурясь. По его лбу заметно стекали капли пота, намекая на то, что сейчас эльф сосредоточенно старался что-то наколдовать.

– Чары телепортации не работают. – скорее себе, чем Кэс сообщил Палладиум, разжав руки в безнадежности.

– Ведьмы что же, наслали заклинание заглушки? Они и это умеют, черт возьми?! – Кассиопея закипала с каждой минутой: какие еще тузы хранятся в рукавах ведьминской троицы?

Внезапно, Палладиум, как и все феи Алфеи до этого, начал кружиться вокруг себя, устремив взгляд в покрасневшее небо. Кассиопея следила за направлением эльфа, но никак не могла понять, что же тот ищет. Но выражение его лица не сулило ничего хорошего: учитель испугался ни на шутку.

– Мисс Антарес! – вдруг воскликнул он и подбежал ближе к волнующейся девушке. – Могу я позаимствовать Вашего левина? Нужно срочно кое-что проверить!

– Э... Да, конечно!

Кассиопея, не смея останавливать профессора, подозвала Регулуса к себе. Белый лев все это время обхаживал вход в лес и принюхивался: наверное, чтобы вовремя учуять новую опасность.

Палладиум уже было приготовился запрыгивать на льва, как Кэс его опередила.

– Я с Вами. Неизвестно, безопасно ли сейчас в лесу.

На это заявление эльф лишь кивнул, а затем вскочил на могучее тело зверя позади девушки, ухватившись за ее талию.

По указанию учителя, Регулус помчался прямо в лес, успешно пробивая себе путь сквозь ели.

Кассиопея, не беря во внимание быстроту питомца, осматривалась по сторонам. За каждым деревом и даже веткой она думала, что наткнется на нечто бордовое, и новый отряд Армии Тьмы уже близко. Палладиум же не отнимал взгляда от красного неба.

Регулус так бы и скакал по лесу, не снижая скорости, пока эльф резко не приказал тому остановиться.

Лев затормозил, соприкоснувшись мордой с чем-то невидимым, и только чудом никто не полетел назад и не расшибся об землю.

Палладиум быстро слез с левина и начал ощупывать воздух. И его руки четко упирались в какую-то стенку. Кэс осталась верхом на Регулусе, тихо заскулившего от легкого удара носом, в нервном ожидании смотря на Палладиума. С каждым движением рук его лицо становилось напряженнее.

– Барьер? – в ужасе догадалась девушка, когда эльф прошел несколько метров вдоль стены-невидимки.

Ничего не произнося, Палладиум отошел на десять шагов от волшебного барьера, собрал вокруг себя как можно больше магической энергии, после чего запустил множество острейших световых лучей вперед.

Каждый удар эльфа был отражен.

Тогда Палладиум попробовал другое, более мощное заклинание, нарисовав какую-то пентаграмму в воздухе, которая тут же увеличилась в размерах, подлетев параллельно барьеру.

Несколько минут сосредоточения, и из каждой грани пентаграммы раздался ярчайший зеленый свет. Магия оказалась настолько могущественной, что Кэс всем своим телом ощущала ее энергию, и дышать стало сложней.

Но даже такое заклинание никак не отразилось на барьере.

Это Палладиума не остановило.

Эльф продолжил колдовать массовое количество заклинаний, пентаграмм, даже что-то из эльфийского применил.

На какое-то время профессор пропал в сгустке поднявшегося песка: сверкала только желто-зеленая магия. С каждым ударом, как поняла Кэс по увеличению магической энергии в воздухе, Палладиум вкладывал больше усилий и, кажется, совсем не намеревался останавливаться. Ударные волны, появляющиеся от отражения магии барьером, умудрялись двигать Регулуса вместе с Кассиопеей на его спине, и белому льву даже пришлось цепляться за землю когтями.

– Профессор! – как могла кричала Кэс, но ее голос пропадал в лязгах магии. – Остановитесь! Это бесполезно!

Конечно же, Палладиум не услышал ее.

Антарес быстро спрыгнула со льва, дав ему команду оставаться на месте, а сама, под звериные завывания, двинулась в сторону, где должен был стоять эльф.

Из-за огромного скопления песка и магической энергии Кэс пришлось закрывать лицо руками, но это мало чем помогло. По лицу и телу пару раз хлестануло магией учителя, что оставило несколько порезов.

– Профессор! – не сдавалась Кэс, медленно, но верно, двигаясь вперед наперекор всем трудностям.

И вот, почти перед лицом заколыхались медные волосы. Но сколько бы девушка не окликала эльфа, тот совсем не реагировал на нее, выпуская все больше магии.

У Кэс возникло три идеи, как остановить Палладиума. Первый – это со всей дури ударить его чем-нибудь тяжелым, мечом, например. Второй – дернуть за волосы. Третий же – схватить и заломить его руки. Бить преподавателей оружием как-то уж совсем неэтично, а дергания за волосы вряд ли принесут результаты. Да и последний вариант предполагал немало неприятных последствий. Как минимум, Кэс могла получить по лицу локтем мужчины или же в полной мере ощутить на себе эльфийскую магию. Но именно последняя идея казалась Антарес наиболее рабочей.

Все как следует оценив, Кассиопея в два прыжка оказалась прямо за спиной неугомонного эльфа, тут же резко схватила его подмышки, натянув его руки на себя, и как заорала у самого длинного уха:

– Хватит!

Палладиум дернулся от такой неожиданности и чуть ли не замахнулся на девушку, спрятавшую лицо прямо в волосы учителя, уткнувшись носом в его лопатки. Тело эльфа оставалось напряженным и почти каменным до какого-то времени, но вскоре он расслабился, поубавив пыл. Профессор медленно оглядел сначала чертов барьер, на котором ни царапинки, потом поломанные вокруг деревья, опадавший постепенно песок и растоптанные цветы, и только после этого почувствовал напряженные руки на своих руках. Кассиопее пришлось изрядно постараться, чтобы удержать конечности мужчины: все же он чисто физически сильнее ее будет.

– Успокоились? – тихо, куда-то в спину учителя, прошептала Кэс, понемногу отпуская ослабленные руки.

Учитель развернулся лицом к Антарес. Он бегло осмотрел ее, натыкаясь на непонятно откуда взявшиеся свежие ранки на лице. А потом до него дошло.

– Ох... Я потерял контроль. Как же стыдно.

Обессиливший, Палладиум покачнулся вперед к Кэс, прикоснувшись лбом к ее плечу. Его тело в секунду обмякло, и Антарес пришлось удерживать эльфа, опустившись вместе с ним на колени.

– Вас лучше не числить во враги. – девушка попыталась отшутиться, похлопывая по спине учителя, продолжавшего опираться на ее плечо.

Воцарилось молчание. Только тяжелое дыхание и быстрое сердцебиение слышала Кэс, и потому она позволила эльфу отдохнуть на себе.

Кассиопея подняла голову в красное небо, придя к не очень, мягко говоря, приятному выводу.

Алфея, возможно, как и весь Магикс, покрылась непробиваемым, как минимум изнури, барьером.

– Эти ведьмы просто невероятны. – вырвалось из ее губ, из-за чего Палладиум вмиг приободрился.

Эльф отпрянул от девушки, не смея сталкиваться с ней глазами, поскольку мужчина винил себя в том, что показал взбесившуюся свою сторону. В знак скорейшего извинения профессор положил руки на плечи Кэс и применил исцеляющие чары. Все только что полученные царапины тут же залечились, будто и никогда не были получены. Кассиопея, в свою очередь, последовала примеру учителя, применив к нему магию восстановления.

– Древняя магия. – подметил Палладиум, откинувшись назад на землю, устало проведя рукой по волосам, дабы выбившиеся локоны не мешались. – Любой барьер можно сломать, если очень хорошо постараться. Но если барьер создан древней магией... Только древняя магия его и разобьет. Я здесь бессилен.

Древняя магия – магия начала, магия истинного могущества, магия-первооткрыватель. Давно утерянная, в современном мире она подвластна единицам. Ходит поверье, что лишь настоящий мастер, настоящий Маг с большой буквы может познать силу древних волшебников. С течением времени магия видоизменялась, упрощалась, превращалась во что-то новое, в то самое «современное», и понятие «древности» давно кануло в бездны воспоминаний. Во всей Магической Вселенной волшебников, обладающих древней магией, примерно столько же, сколько и магов-целителей, то есть очень мало.

И самой собой напрашиваются несколько вопросов: Даркар подарил частицы древней магии Трикс? Или же он сам принял прямое участие в нападении на Магикс? А может, Трикс в самом деле являются потомками трех ведьм-прародительниц?

В любом случае, Алфея оказалась в ловушке. Барьер блокировал любые способы связи с внешним миром, и даже телепортационную магию.

– Дети не готовы к войне. – вдруг, совсем тихо произнес Палладиум, опустив голову в землю.

– Никто никогда к войне не готов. Но выбора у нас нет.

– Мы не можем заставить юных фей сражаться.

– Не можем.

Кэс чуть ли не добавила «Но придется заставить», но вовремя прикусила язык. Алфея – не резиденция семьи Антарес, где каждый по одному лишь слову герцога и его детей достанет свое оружие и кинется в бой. Алфея – не армия, где и пикнуть не смеешь против приказа. Алфея – не школа с военным уклоном: в ней учатся самые обычные девушки, которые не готовы призывать крылья и бросаться на монстров. Феи боевого профиля могут быть исключением, однако опыта им еще не достает. Столкновение с Армией Тьмы может стать этим самым опытом, но сколько фей падет в первом же бою с нежитью?

– Если бы здесь находился мой брат, то тот бы уже верещал про свою силу и на всех парах бы бежал в сторону Облачной Башни, чтобы убить ведьм. – невзначай проговорила Кассиопея, посмотрев куда-то вдаль, с легкой улыбкой на лице.

В голове сразу предстала картина того, как Альтаир на экспедициях, стоило только космолетам приземлиться на поле боя, призывал свой борд и стремительно летел в сторону врагов, крича во всю глотку боевые кличи. На его лице всегда проскальзывает азарт на грани с безумием.

– Если бы мой отец был здесь... Он бы разделался с нежитью за считанные минуты, зазывая монстров, чтобы порубить как можно больше, по максимуму уничтожив военный потенциал врага.

Палладиум молча всматривался в каменное лицо Кассиопеи, не смея перебивать ее, хотя и так понял, к чему она клонит.

– Я не мой отец. И Альтаиру я уступаю по силе не меньше. Но я тоже из семьи Антарес. А это значит, что мой долг – защитить тех, кто нуждается в моей помощи.

– Мисс Антарес, Вы...

– «Я могу помочь, поэтому и помогаю». Это же Ваши слова, так ведь?

Глаза эльфа распахнулись: он вспомнил, когда произнес эти слова – в первую встречу с младшей дочерью Антарес. Усмехнувшись, Палладиум поднялся с земли, отряхнулся и быстро собрал волосы в высокий хвост – уж слишком прическа разлохматилась.

– В таком случае нам необходимо разработать наиболее выигрышную стратегию, как бы непосильным это не казалось.

Палладиум учтиво подал руку Кассиопее и помог ей встать.

Девушка уверенно смотрела на профессора, не отпуская его руку. И в тот момент Палладиум четко ощутил слабую дрожь.

Его брови удивленно поднялись. Не успел он спросить о настоящем состоянии Антарес, как к ним подошел заждавшийся левин, яро потребовавший внимания со стороны хозяйки.

Регулус втиснул свою морду между руками Кэс и Палладиума, показывая сей жестом, что хочет ласки.

Антарес ничего не оставалось, как похвалить своего питомца. Все-таки, он показал себя в бою с самой лучшей стороны, хотя Кэс казалось, что Регулус тоже пока не готов к настоящим битвам. Но, если подумать, хищник есть хищник.

– Ты хорошо постарался. Теперь я знаю, что могу доверить тебе спину. – двумя руками Кассиопея чесала мягкую белую гриву, на что Регулус громко замурчал, активней подставляя голову.

– К слову, мисс Антарес... А откуда у Вас левин?

– Долгая история. – отмахнулась Кэс, закончив с ласками. – Родители, скажем так, настояли.

– Когда мы одолеем ведьм, Вы же поделитесь этой историей?

«Если выживем». Наверное, Вы это хотели сказать, да, господин Алгар?», – не произнесла девушка в слух, но в качестве ответа преподнесла слабый кивок.

Больше в лесу находиться было незачем. Собрав нужную, и мрачную, информацию, эльф скомандовал возвращаться в школу.

А по прибытии в Алфею Кассиопею и Палладиума застал неожиданный сюрприз, вызвавший новые волны отчаяния.

***

Вместо того, чтобы полностью погрузиться в обсуждение сложившейся ситуации, Палладиуму и Кассиопее вместе с мисс Офелией и Амарил пришлось оказывать срочную помощь специалистам Красного Фонтана, которые тоже подверглись нападению Армии Тьмы.

Саладин и Кодаторта вместе со своими учениками принесли скорбные вести: Красный Фонтан пал и полностью разрушен; двое из четырех преподавателей погибло, взяв на себя основной удар нежити, чтобы остальные могли бежать; потери насчитывали и среди учеников (пять специалистов). Атака ведьм стала неожиданностью, и потому пришлось эвакуироваться в срочном порядке в Алфею.

Кассиопея пришла в ужас, когда встретила Саймона. Старший близнец лишился одного глаза. Палладиум мог бы вернуть его, но было уже слишком поздно. Антарес замучила друзей вопросами, как же так вышло, но парни продолжали отшучиваться, дабы снизить волнения наставника. Саймон сам шутил о том, что теперь он выглядел как опытный боец, более мужественным и статным. Элиот на подобные высказывания взбесился и даже задумал лишить глаза и себя: Кэс еле остановила его. Порой ей кажется, что эти двое всегда останутся детьми, какими бы сильными они не были.

Весь двор Алфеи был заполнен поникшими специалистами и дрожащими феями. Раненных было немало, и пришлось всех собрать в главном зале. Пока маги-целители носились со специалистами, Фарагонда созвала собрание в саду школы, чтобы рассказать во всех подробностях о том, что же сейчас происходит.

Директор смиренно склонила голову перед своими ученицами, принимая все негативные возгласы и даже оскорбления из-за неспособности разрушить барьер, чтобы вернуть всех домой. Кодаторта заступался за Фарагонду, в чем его поддерживали специалисты Красного Фонтана. На удивление, но юноши рвались в новые битвы не только ради защиты, но и ради мести за погибших товарищей. Многие феи не разделяли этого стремления, поскольку не хотели умирать. Кто-то даже кричал о том, что лучше бы им сдаться.

Фарагонда не могла винить фей за слезы, оскорбления и желание жить. Как директор школы, она просто обязана не допустить смертей доверенных ей девушек от нависшей опасности. В то же время она понимала, что в ловушке мало что можно сделать. Помощи ждать неоткуда, никто не знает, что происходит на Магиксе. Из взрослых, способных сражаться, только пять человек. К этому числу можно прибавить и Кассиопею Антарес. Конечно, Фарагонда смотрела на нее как на свет, способный одержать вверх над Армией Тьмы. Но фея не посмеет перебрасывать всю ответственность на молодую девушку-воина, какой бы сильной и опытной она не была. А ученики Фонтана, хоть и яро объявляли о своей решимости, уже проиграли ведьмам. И единственный выход, который Фарагонда находила наиболее верным, – это сдаться. Возможно, Трикс оставят всех в живых.

Тем не менее, требовалось обсудить план действий вместе с остальными преподавателями.

В кабинете директора собралось шестеро.

Мисс Гризельда стояла у окна, через которое совсем недавно она с другими учителями увидела приближающуюся Армию Тьмы. Нервно стуча ногтями по стеклу, она наблюдала за тем, как мадам Дю Фор направляла фей и специалистов в школу, пытаясь противостоять в одиночку любым протестам.

Уизгис расположился на краю директорского стола. На лице леприкона всегда сияла обворожительная улыбка, но сейчас его губы сжались в одну полоску, а длинные уши опустились. Уизгис всем своим видом источал скорбь, направленную на преподавателей Красного Фонтана, расположившихся в двух креслах перед столом.

Саладин сохранял непоколебимость, но его настоящие чувства проявлялись через руки, которые с силой сжимали волшебный посох. Его глаза – красные от пролитых слез. Наверняка старый маг испытывал ужаснейшее чувство вины, и в первую очередь как директор, который не смог уберечь учеников от смерти.

Кодаторта испытывал непостижимый гнев. В то время как все молчали, настраиваясь на тяжелое обсуждение ситуации, мужчина с ненавистью кричал, проклиная нежить, ведьм и Даркара, которые посмели сунуться в Магикс. Он винил и себя, называя себя трусом, сбежавшим с поля битвы. Уизгис пытался хоть как-то успокоить Кодаторту, но на любые слова поддержки он ударял кулаками по столу и еще больше заводился.

Пресекла его только Фарагонда, прикрикнувшая на учителя, когда она пыталась наладить контакт с Облачной Башней через сферу связи. Если Армия Тьмы напала на Алфею и Красный Фонтан, значит, Башня также подверглась атаке. Но Гриффин не дала о себе знать: связь не проявлялась. Фарагонда пришла к неутешительному выводу: Облачная Башня не смогла дать отпор Трикс. И либо они просто не могут связаться с Алфеей, но смогли спастись, либо же... все погибли.

Вскоре в кабинет завалились уставшие и обреченные Палладиум и Кассиопея. Оба оказывали помощь раненым в главном зале вместе с мадам Офелией и мисс Старлайл. С четырьмя магами-целителями управились всего за один час, и самых худших последствий избежали многие специалисты.

Кодаторта учтиво поднялся со своего места и уступил его Антарес, и та с благодарностью приняла его предложение. Примеру коллеги последовал и Саладин, надеясь уступить место эльфу (вид его был неважен), но Палладиум махнул головой, сославшись на то, что директору Фонтана сейчас требовалось отдыхать куда больше, чем ему.

Собрание началось с новых разгневанных восклицаний Кодаторты, который чуть ли не на стол директора залезал. Он размахивал руками, воображая себя где-то на передовой и как вовсю рубит нежить.

– Считаю, что нам нужно сражаться! Чтобы нами помыкали какие-то ведьмы-выскочки? Исключено! Я уверен, если мы объединимся, то сможем устранить врагов!

– Вы и правда считаете, о любезнейший, что наших объединенных сил хватит для сражения? – первая вступила в разговор Гризельда, строго посмотрев на разъяренного мужчину.

– Всего-то надо разработать правильную стратегию. У нас все для этого есть! Мои специалисты – воины, владеющие разными видами оружия. Ваши феи – не только красавицы, но и сильные женщины, разбирающиеся в магии различных направлений! Поддержка, зелья, даже исцеление. А такой первоклассный боевой маг, как Гризельда, точно уж воспитала себе подобных! Вы, Фарагонда, вообще величайшая фея, которую я знаю! А Уизгис? Он же мастер превращений! Про Палладиума даже говорить ничего не буду: во всем преуспел, чертяга. Саладин – великий маг, способный колдовать за раз множество защитных заклинаний. А еще с нами есть звезда Алькора – одна ее персона стоит сотни обычных солдат. И, наконец, я! Мой меч закален в крови моих давних врагов, и я только рад подпитать его кровью новых! Ну?!

Воодушевленный и со звериным оскалом, Кодаторта представлял каждого из присутствующих остальным, делая акцент на личных достоинствах. По его мнению, даже такая маленькая команда способна одолеть тысячное войско.

– Я не собираюсь вмешивать своих учениц. – сказала, как отрезала, Фарагонда, грозно посмотрев на учителя Фонтана. – Это во-первых. А во-вторых, какими бы мастерами мы ни были, нас – мало. Мы не знаем, сколько ведьмы нашлют нежити во второй раз. Даже если какое-то время мы и сможем удерживать врагов, позже, да даже из-за банальной усталости или магического истощения, мы не сможем даже с земли подняться.

– А почему вы сбрасываете со счета фей? – возмущенно спросил Кодаторта.

– Они не готовы к войне!

– Возможно, вы просто не уверены в ваших ученицах?

– Неважно, уверена я в них или нет! Я точно знаю, что они еще слишком слабы. А наша главная задача – спасти их жизни! Поэтому я собираюсь сдаться! – на одном выдохе громким голосом атаковала мужчину Фарагонда, а сказанное ею ввело в ступор всех присутствующих.

Глаза Кодаторты залились кровью. Казалось даже, что волосинки на его бородке встали дыбом.

– Сдаться на милость ведьм?! Вы сейчас серьезно это говорите?! Кассиопея, хоть ты скажи ей, что это – прямой путь к смерти!

Кассиопея, как только на нее устремились тяжелые взгляды, вжалась в кресло.

Пока между мисс Фарагондой и профессором Кодатортой ввелся ожесточенный спор, Антарес практически не следила за ними. Она в полной мере ушла в себя, вспоминая самые тяжелейшие бои, в которых она участвовала, чтобы найти хотя бы один, который был бы похож на данную ситуацию. Однако во всех своих битвах она никогда не оставалась одна в ловушке. И чтобы придумать стратегию, которая бы минимизировала жертвы фей, надо ой как постараться. Прогнозы максимально не воодушевляющие. Еще неизвестно: все ли дело в украденном Огне Дракона, или же в покровительстве Темного Феникса... Если Даркар тоже приложил руку к нападению на Магикс, то тогда шансы выжить равны нулю.

– Кассиопея, ну что же ты молчишь? – Кодаторта почти что навис над Антарес, пронизывая ее пугающим безумием. – Если возьмешь командование над моими парнями, то мы точно победим!

– Не нужно перебрасывать ответственность за жизни учеников на мисс Антарес, профессор. – вклинился Палладиум, положив свой руку на плечо учителя Фонтана, чтобы тот поумерил свой пыл.

– Эй, – челюсть мужчины сжалась. – ты, должно быть, сомневаешься в способностях семьи Антарес?

– Из всех присутствующих мне лучше всех известна их сила. – оскалом ответил эльф. – Но ситуация не из легких, и жертвовать никем мы не собираемся.

– Хватит!

Краем глаза Кассиопея заметила, как кулаки Кодаторты сжались, и еще бы немного, весь его гнев пал бы на не менее разгоряченного Палладиума. Между учителями сверкали молнии, чего для полного счастья сейчас не хватало.

– Оставьте свои бессмысленные споры. – Антарес встала между мужчинами, взглядом попросив эльфа оставить Кодаторту на нее.

– Кодаторта. Уймись уже. – все-таки вмешался Саладин, который уже не мог смотреть на то, как его коллегу поглощает яростная тьма. – Мы не можем просто так бросаться в бой. Нужно четко разобраться в том, что мы можем сейчас сделать. Но, к слову, сдаваться я также не намерен. Хочу напомнить, что наши школы – не просто места для обучения, но также хранилища редких заклинаний и артефактов. Если эти знания попадут в руки ведьм, то это очень плохо скажется на всем Мире Магии. Мы просто не можем этого допустить.

– Неужели нам необходимо делать выбор между учениками и знаниями...? – тихо спросила мисс Гризельда, больше себя, чем других, но ее голос был услышан всеми.

– Делать выбор не придется. – быстро отчеканила Кассиопея, опустив Кодаторту в свое кресло. – Мы защитим и то, и другое.

– Мисс Антарес. – обеспокоенно обратился к девушке притихший и утомленный Уизгис, вскочив на стол ногами. – Что Вы предлагаете?

– Мисс Фарагонда права: мы не можем обесценивать жизни фей и специалистов и требовать от них участия в сражениях. Но я также согласна с Кодатортой в том, что у нас в арсенале немало сильных фей и воинов. А если сдадимся, то где гарантия того, что нас не убьют сразу же, как Трикс войдут в Алфею? Выбор в другом: умереть сразу или погибнуть после попыток освободиться. Мисс Фарагонда... не Вы ли мне говорили, что «попробовать – это же не так страшно»?

Глаза директора Алфеи потускнели. Было видно, как она сама металась, ведь знала, что ведьмам нельзя доверять. Но если вступишь на оборонительную тропу, с нее уже не свернешь.

– Не хочу завышать ожидания кого-либо, но... – Кассиопея искоса посмотрела на Кодаторту, сидевшего с победными видом. Она, отойдя чуть назад от стола, вытянула руку вперед, и через секунду появился меч: – Клянусь фамилией своей семьи, что Армия Тьмы не дойдет до Алфеи. Иначе я не дочь своего великого отца и не сестра своего сильного брата.

Внимая словам Антарес, Кодаторта подошел к девушке и призвал свой меч, тем самым начав голосование за стратегию. К мечникам присоединился и Саладин, выставив свой посох и проницательно глядя на Фарагонду. Палладиум не заставил себя долго ждать. В руках эльфа засиял клинок, которой тут же был приложен к двум другим. Уизгис, смотревший то на Фарагонду с Гризельдой, то на учителей Фонтана, эльфа и Кэс, чуть повременив, встряхнув голову и натянув уверенность на лицо, в два прыжка оказался рядом с Палладиумом, подняв вверх тигриную лапу.

– Мисс Фарагонда... – Гризельда, обошедшая директора и встав ближе к собравшимся сражаться, посмотрела на нее взглядом, полным растерянности. – Последнее слово в любом случае за Вами.

Видя горящие различными эмоциями взгляды большей части команды, Фарагонда не могла отказать им. Кажется, выбора теперь точно не оставалось.

В последний раз взвесив «за» и «против», директор Алфеи дала свое согласие на оборону школы.

– Раз уж мы разобрались с основной стратегией... – невзначай внес свое слово Уизгис. – Есть же еще один не менее важный вопрос.

– Какой же, профессор? Не томите. – видя нерешительность лепрекона, подгоняла его Гризельда.

– Огонь Дракона – вечный источник магической энергии... Разве его можно так легко отнять у хранителя?

И как по сигналу, в кабинет директора ворвалась рыжеволосая фея, чьи голубые глаза превратились в блеклое стекло. За ее спиной завиднелись и подружки Блум, с ужасно боевым настроем.

– Мисс Фарагонда! Простите, что прерываю, но мне очень нужно с Вами поговорить!

После появления Блум и Винкс собрание продолжилось с новой темой обсуждения, к которой вполне удачно подвел Уизгис. И только Блум дали слово, так она с ходу начала зарекаться о том, что обязана вернуть Огонь Дракона. Это имело смысл: не будь этой силы у ведьм, они бы и не напали на Магикс, и возвращать эту магию по силам только члену семьи Доминэус.

Вся загвоздка в том, что никто не знал, как это провернуть. Мало того, что специальных артефактов в руках Алфеи не имелось, так еще и к Трикс сейчас никак не подобраться.

Но Блум, прекрасно это осознающая, предложила невероятную идею: отправить ее на Домино, чтобы пообщаться с призраком Дафны. Конечно, в нынешних реалиях это невозможно из-за барьера, но есть же комната симуляции, которая полностью копирует местность любой планеты и ее жителей! Палладиум начал отрицать сей предложение, так как комната копирует все по «своему усмотрению», и не факт, что Дафна будет скопирована. Но Блум была настойчива, к тому же, вариантов не так много, а начинать с чего-то надо.

Так, Фарагонда объявила о миссии на Домино через комнату симуляции.

Далее Кассиопея вынесла на обсуждение свое предложение о расстановке сил. Основной отряд защиты – это специалисты. Кодаторта заверил, что теперь они в полном подчинении Кэс. В таком случае, Антарес надеется в полном мере этим воспользоваться. А про то, что она первоначально задумывала биться в одиночку, без помощи учеников, решила сейчас промолчать.

Основные силы – Кассиопея, Кодаторта и специалисты – будут напрямую отражать атаки нежити ведьм, расположившись перед входом в школу, ближе к лесу. Сражаться среди деревьев – гиблое дело, но также играет и на пользу, ведь листва и кустарники могут немного затормозить монстров. Предстоит понемногу выпускать чудовищ из леса, чтобы были возможности для маневренности, и только тогда вступать с ними в бой. Так, отряд специалистов примет строй в виде линии по несколько рядов. Сзади стоящие должны прикрывать спины впереди стоящих, а также контролировать действия нежити, чтобы та не прошла дальше, чем нужно. Первая линия – третий курс специалистов, вторая и третья – второй курс. Первокурсники были отправлены на задний двор школы, чтобы предотвратить атаку с той стороны, если такое случится. Также, к основному отряду, определили и Регулуса, чьи силы буду очень полезны на передовой.

Чтобы школа и юные феи не пострадали от лап Армии Тьмы, необходим был мощный барьер-купол. На роль главного щитовика вызвался Саладин. Он хоть и в преклонном возрасте, но магической энергии в нем хоть отбавляй. Разумеется, одному удерживать щит будет сложно. Поэтому нужно было поговорить с феями поддержки, чтобы те могли подпитывать Саладина своей маной или чтобы они сами принимали участие в поддержании барьера.

Одна из главных проблем – летающая нежить. Атаку с неба трудно отражать, сражаясь при этом с наземными тварями. Без фей боевого профиля не обойтись. Хватило бы не большого количество фей, буквально пять, на каждую сторону света и на центр. Пока основной отряд будет занят выходящей из леса нечистью, летающие монстры спокойно могут пробивать барьер сверху. Гризельда сказала, что возьмет на себя эту ответственность. Уизгис присоединился к ее команде. Вопрос о помощи фей оставался открытым: ни Фарагонда, ни Кассиопея не были уверены в том, что ученицы согласятся участвовать в битве. Но Винкс на подобное заявление начали возникать не хуже, чем ранее Кодаторта, и заверили учителей, что они готовы помогать.

Палладиум предлагал себя и на передовую, и на поддержку, и на отражение атак с неба. Хотел быть везде и со всеми, но Кассиопея строго пресекла его. Сейчас эльф единственный сильный целитель. Случись что со специалистами за барьером, кто-то должен будет сразу исцелить раны, пришить конечности или вытащить с того света. Кто, если не великий господин Алгар? Палладиум долго еще припирался, но позже смирился. Воина на другого заменить можно, а вот целителя... Мадам Офелия, к сожалению, не так сильна. Сошлись на том, что Палладиум также будет помогать отражать налеты нежити, но с минимум трат маны.

Вместе с тем нужно было поговорить с феями-зельеварами. Что, что, а зелья точно лишними не будут, для того же исцеления и восстановления маны. И с ними еще также предстояло поговорить.

В самом конце собрания, еще раз обсудив миссию на Домино, в которой примут участие Винкс, Фарагонда отпустила всех готовиться к худшему.

***

Вернувшись в свою гостиную с целью немного отдохнуть, Кассиопея еле увернулась от летевшей в ее сторону книги, стоило только открыть двери. Когда Кэс вошла, уже похоронив мечты о тихом отдыхе, перед ней возникла Селин, агрессивно кричавшая на стоящую возле дивана Франсин. Кажется, фея воды целилась в фею Луны, но промахнулась.

– Не подходите ко мне! – гневно кричала Франсин, схватив еще одну книгу.

– Возьми себя в руки уже наконец! – отвечала также громко Селин, рявкая на соседку.

– Мы все умрем! – причитала фея воды, не намереваясь останавливаться в своих протестах. – Разве вы не понимаете?! Мы не можем вернуться домой, не можем дать отпор, и теперь нам суждено просто сдохнуть! Я не хочу умирать!

– Кэс, пожалуйста! – взмолилась подруга, заметившая Антарес, и схватила ту за предплечье. – Скажи ей, что никто не погибнет!

Кассиопея молчала, прикрыв глаза. Подтверди она слова Селин, соврала бы и так все понимающей Франсин. Успокаивать ее и убеждать в необратимом лишь усугубит ситуацию.

– Алфея будет обороняться. – первое, что пришло в голову к Кэс. – Фарагонда скоро сделает еще одно объявление. Над школой создадим барьер, который будет поддерживать Саладин. Я и Кодаторта вместе со специалистами будем принимать основной удар за пределами барьера.

– Вы серьезно верите, что у вас получится?! – не унималась Франсин, но, к удивлению, книгу опустила.

– Нет. Но мы сделаем все возможное. – устало кинула Кассиопея, отцепив от себя руку Селин.

– Сумасшедшие! – кинула напоследок Франсин, оставив предметы в покое, и закрылась у себя в комнате, откуда сразу же стали доноситься завывания горя.

Поежившись, Кэс оглядела комнату на наличие еще двух соседок. Амарил, наверное, еще помогала мадам Офелии в главном зале. Кадиджи же тоже в гостиной не наблюдалось.

– Где Кади? – обратилась Кассиопея к Селин, которая прошла вглубь комнаты и устало откинулась на диван.

– Она... – взгляд девушки упал на ее с Кади комнату. – Ужасно себя чувствует.

Больше ничего не спрашивая, Кассиопея открыла дверь комнаты феи ритма и феи Луны, не обратив внимание на вскочившую Селин.

В комнате было темно, но Кэс смогла разглядеть лежавший силуэт на одной из двух кроватей. Кадиджа свернулась клубком, положив подушку на свою голову. Кажется, она не могла вынести психов Франсин, а вместе с ней и все то, что навалилось на всех фей Алфеи.

Кассиопея аккуратно подошла к кровати феи ритма и осторожно коснулась ее подрагивающего плеча. Антарес хорошо слышала орущую музыку через наушники, но даже с такой громкостью Кадиджа пыталась скрыться под подушкой, словно так ей удастся в полной мере уйти от реальности.

На касание Кэс Кади никак не отреагировала, только лишь больше напряглась. Музыка не стихала. Фея ритма была напугана, и Антарес не знала, как утешить ее. Никто из фей даже предугадать не мог, что обычная школьная пора превратиться в самую настоящую войну. Кадиджа, как и многие феи, даже боевой магией не обучалась, и страх перед потенциальной смертью был более, чем оправдан. Именно поэтому Кассиопея, как и Фарагонда, даже и думать не могла о том, чтобы просить помощь у юных фей. Вот, кого предстоит защищать, ранимые души, не знавшие кровопролития.

Кассиопея, не смея ничего говорить, просто подсела ближе к Кадидже и, наклонившись над ней, приобняла одной рукой. Послышались всхлипы.

Через минуту в комнату проникла и Селин. Как и с Франсин, ей не удалось успокоить Кадиджу, которая также находилась на грани истерики. Она дала немного времени подруге, чтобы та, как и желала, побыла одна, но больше ждать не собиралась.

Селин присела перед кроватью и взяла руку Кади в свою, начав успокаивающе массировать ее своим большим пальцем.

– Вы и правда разработали план? – шепотом спросила Селин, не прерывая массажные движения.

– На план это мало похоже. – без вранья ответила Кассиопея. – Но это наш максимум.

– Эй, Кэс. Мы ведь тоже будем участвовать? – Селин явно намекала на всех фей боевого профиля. На этот вопрос Антарес грозно зыркнула на подругу, от чего у той в горле ком застыл.

– Ты не знаешь, на что собираешься подписаться. Но, вынуждена признать, нам нужна любая помощь. И если хоть кто-то из фей согласиться, это немного увеличит шансы на успех.

В темноте не было видно, но Кассиопея точно поняла, что Селин засияла своим типичным боевым огнем, которым она пылала каждый день. Прискорбно, но в нынешнем положении чем больше бойцов, тем лучше. Но Кэс не простит себе, если с Селин и другими феями что-то случиться.

Внезапно Кадиджа заерзала, а музыка стихла. Одним движением руки она убрала подушку и резко села на кровать.

– Сколько мы сможем продержаться, Кэс? – Кади посмотрела на Антарес, и та отвела взгляд в сторону. Увидев, как подруга на нее смотрит, с искренней надеждой, Кассиопея не могла выдержать такие печальные глаза.

– Я не позволю Армии Тьмы достигнуть Алфеи.

Кажется, Кадиджу это не успокоило. Фея ритма подтянула ноги к себе и уткнулась носом в колени. Плечи ее задрожали, а по горячим щекам вновь потекли слезы.

– Мне жаль, что я не могу ничем помочь.

Такое неожиданное заявление заставило Кассиопею и Селин переглянуться друг с другом.

– Эй, Кади... – нервный смешок сорвался с губ феи Луны, и она вмиг оказалась на кровати. – Ты чего? Ты что же... из-за этого так переживала?

Фея ритма промолчала, ногтями впиваясь в свои ноги.

Селин не выдержала и пустила слезы, обхватив подругу двумя руками.

– Никогда не знаешь, что тебе может в жизни пригодиться. – Кассиопея также присоединилась к объятиям. – Я вот до этого года отказывалась углубляться в целительство. И что? Оказалось, что этого очень редкое волшебство, а я дура, только мечом и махала, думая, что важнее ничего нет. Мне потребовалось немало времени, чтобы избавиться от чувства вины, но... Один человек сказал мне, что не следует брать на себя ответственность за то, что ты даже не совершал. А сейчас... Никто не требует от вас отдавать себя битвам. Ваша задача – выжить. Думай только об этом.

Кассиопея вовремя вспомнила о словах, которыми когда-то ее приободрил Палладиум. Кадиджа никогда не желала изучать боевую магию, поскольку считала, что в этом нет необходимости. Но сейчас, когда Алфея оказалась под угрозой, фея ритма задумалась о своей бесполезности, и это волновало ее больше всего.

– Не могу же я просто прятаться...

– Еще как можешь! И никто тебя за это не осудит! – воскликнула Селин, притянув к себе лицо Кади и начав смахивать ее слезы. – Думаешь, мне нестрашно!? Думаешь, что одного моего боевого духа хватит, чтобы противостоять врагам? Я очень боюсь ошибиться. Но мы же не одни, так ведь? И нам надо верить в наших старших, которые будут нас защищать! Ведь так, Кэс?

– Именно это вы и будете делать. Верить в нас. – Кассиопея чуть улыбнулась таким драматичным словам феи Луны. – Вера может превратиться в самую настоящую силу.

Кажется, Кадиджа начала немного успокаиваться, слова подруг возымели положительный эффект. Хоть дрожь в теле феи ритма еще не унималась, но плакать она перестала.

Больше ничего не говорили. Кади утыкалась в плечо Селин, фея Луны крепко обнимала ее, а Кэс поглаживала волосы феи ритма.

«Пока мне есть, за что сражаться, мой меч не выпадет из моих рук», – промелькнуло у Антарес в голове. Она просто обязана защитить своих подруг, и сделает для этого все, даже если потребуется принести себя в жертву.

Внезапно, в двери постучали. Не дождавшись какого-либо ответа, в комнату проникла Амарил, пропуская неприятный свет гостиной.

– Может, хватит уже обжиматься?

– Ах, ты, бесчувственная гадюка! – Селин вскочила с кровати, уже приготовившись выпроваживать бесцеремонную Амарил, но Кэс успела схватить девушку за руку, удержав ее.

– Кассиопея. Нужно поговорить. И с тобой, дерзкая фея, тоже.

***

Через час после окончания собрания Фарагонда вновь собрала учеников Алфеи и Красного Фонтана во дворе школы, чтобы сообщить всем о предстоящих планах.

– Друзья. Посовещавшись, мы, преподаватели, приняли непростое решение. Я знаю, как вы все напуганы и сильно хотите домой, и моя главная цель, как директора, защитить всех вас. И для вашей защиты мы дадим отпор ведьмам и Армии Тьмы. Мы поставим над школой барьер, который не позволит нежити проникнуть на нашу территорию и навредить вам. Основной отряд из специалистов будет теснить приближающихся врагов. Всех вас попрошу оставаться в главном зале и ближайших к нему кабинетах и комнатах общежития. Прошу, никого не оставляйте одного, держитесь вместе и лишний раз не высовывайтесь на улицу. Мы сделаем все, чтобы вы вернулись домой целыми и невредимыми. Клянусь своей честью.

В отличие от первого выступления, в этот раз не возникло волны паники. Все феи приняли данную информацию молча и без лишних возмущений. Смиренность пришла к ним довольно быстро. И какое-то время Фарагонда просто осматривала своих учениц, и каждый раз натыкалась на пустые глаза.

– А теперь прошу всех пройти назад в школу и...

– Мисс Фарагонда! Минуточку! – в толпе показалась вытянутая вверх рука. Потом кто-то начал пробираться к трибуне, на которой стояли директор и остальные преподаватели, и вскоре все увидели Амарил.

– Мисс Старлайл? Что Вы хотели?

Амарил поднялась на трибуну, а за ней начали стекаться и другие феи, составившие ровно половину от всех студенток.

– Феи боевого профиля хотят сражаться вместе с вами.

Нечего и говорить о том, насколько были ошеломлены взрослые. И только Кассиопея, стоявшая в одной линии с учителями, довольно усмехнулась. Именно об этом Амарил и хотела поговорить час назад. Оказалось, что фея звезд не в главном зале находилась, а разговаривала с другими феями, чтобы убедить тех встать на защиту школы вместе с остальными. И, к огромнейшему удивлению, Амарил удалось собрать всех фей с боевого профиля и несколько фей с профиля поддержки.

– Мисс Старлайл, почему Вы... – пораженная, Фарагонда всматривалась в лица подошедших учениц, и теперь видела только решимость.

– Знаю, мы не готовы сражаться. Но разве не для этого мы и обучаемся в Алфее? Так что раз уж так случилось и совсем скоро на нас нападут, то мы не будем стоять в стороне и наблюдать за тем, как специалисты и учителя жертвуют собой ради нас!

После такой будоражащей речи Старлайл, феи подняли кулаки в небо и кричали о своей уверенности. К ним присоединились и специалисты, так и жаждавшие вступить в схватку.

Кассиопея про себя призналась, что, оказывается, ошибалась в юных феях. Но их желание участвовать никак не отменяло опасность, в которой волшебницы могут оказаться. Поэтому феи-добровольцы будут сдерживать натиск летающей нежити в пределах барьера. И Кэс переживала о том, как бы феям не пришлось вступать в бой и против наземных тварей.

***

Двенадцать часов стремительно заканчивались, и Алфея приготовилась к обороне.

Как и задумывалось, специалисты выстроились в три линии перед барьером у входа в школу, держа свои оружия наготове. Впереди всех – Кассиопея, нервно гладившая пыхтевшего левина, и Кодаторта, постоянно щелкавший костяшками.

Посреди двора стояли Гризельда, Уизгис и Палладиум, а также трансформировавшиеся в облик фей девушки. На одной из башен школы Саладин воткнул свой посох в пол, призвав барьер вокруг. Рядом с ним находились феи поддержки, а еще несколько из них были на другой башне, чтобы держать защитное заклинание вместе с директором Фонтана.

В лаборатории вовсю работали третьекурсницы, варившие самые необходимые зелья. Им помогали и другие феи, даже те, которые ничего не смыслили в зельях. На входе в кабинет были приставлены двое специалистов в качестве охранников.

В главном зале собрались остальные ученицы вместе с мадам Дю Фор, мисс Барбатеей и мадам Офелией. Несколько фей держали в руках различные медицинские атрибуты, готовясь принимать новых раненых.

В комнате симуляции продолжалось путешествие Винкс на Домино под присмотром Фарагонды. Пока девочки еще не готовы возвращаться, но, кажется, они на верном пути: Блум с остальными добралась до дворца планеты, и вся команда уже на пол пути в тронный зал. И Дафна, к всеобщему счастью, явила себя, все же попав под копирование комнаты.

– Что бы сегодня не произошло, – обратился шумный Кодаторта к безэмоциональной Кассиопее, – я рад, что мне в этой жизни удастся биться плечом к плечу с дочерью семьи Антарес.

Улыбка радости пропала с лица мужчины, как только раздался режущий слух крик множества монстров. Противное карканье не успокаивалось, и уже совсем скоро в небе показалась первая летящая орда. В них сразу же полетели магические потоки фей Алфеи.

Кассиопея крепче сжала свой меч. Регулус, забыв о недавних ласках хозяйки, растопырил когти и протяжно зарычал. И вот, деревья заколыхались невидимым ветром, а земля заметно задрожала.

– Отомстим за наших павших товарищей! – заорал Кодаторта, и его возгласы тут же поддержали специалисты.

Совсем близко показались черные силуэты монстров. Буквально десять метров, и начнется столкновение.

– Не дадим этим тварям и пальцем коснуться фей Алфеи и добраться до школы! – вновь воинственно закричал учитель Фонтана, сверкнув своим мечом, что повторили и специалисты.

Первые чудовища показали свои головы, уже замахнувшись своими лапищами и удлинив щупальца.

Кассиопея встала в боевую стойку, параллельно нормализуя дыхание и разминая ноги. Регулус нетерпеливо топтал одной передней лапой и брюзжал слюной. Юные воины, проглатывая любое проявление страха и паники, не смели оборачиваться назад, со всей своей горячей ненавистью всматриваясь в появлявшихся монстров.

– Насчет «три»! – скомандовала Антарес, выйдя чуть вперед остальных. – Раз!

Первый десяток воющей нежити вышел из леса, и их шаг сильно ускорился.

– Два!

Первая линейка специалистов вместе с Кэс и Кодатортой выдвинулась вперед. Хвост Регулуса заискрился синим пламенем.

Слово «три» почти вырвалось из груди Антарес, как где-то вдалеке, в лесу, раздался громкий взрыв.

Ничего не поняв, основной отряд застыл на месте, всматриваясь в опадающие искры.

Затем раздался еще один удар, а за ним и еще один, и еще. Целая цепочка взрывов прошлась по задним рядам Армии Тьмы.

Как следует всмотревшись, Кассиопея смогла увидеть летающий над лесом космолет. И, когда тот совершил круг, пролетев близко к Алфее, глаза девушки распахнулись, а сердце бешено застучало.

– Это корабль Алькора! – закричал кто-то из специалистов, который смог разглядеть герб на корпусе космолета.

Тем временем, пока все отвлеклись, нежить не переставала выходить из леса, и Кэс, отбросив мысли о космолете семьи, громко прокричала:

– ТРИ! – и клинки юных воинов скрестились со свирепой Армией Тьмы.

***

Благодаря космолету, который ни на минуту не переставал подрывать нежить, главный защищающий отряд успешно отражал все атаки монстров, не позволив тем и на миллиметр приблизиться к барьеру. А феи, сражавшиеся с летающими тварями, внесли огромнейший вклад в победу, и барьер по итогу не сломался.

Не описать, как Кассиопея устала. Прорываясь вперед, она сражала любого монстра, который только показывался перед ней. Виртуозно орудуя мечом, монстрическая кровь так и хлыстала. Кодаторта, замечавший, как девушка специально вклинивалась между нежитью и студентами Фонтана, не сдержал себя о того, чтобы не прикрикнуть на нее. Он сразу раскусил ее в том, что Антарес планировала принимать весь удар на себя. Это же подметили и Саймон с Элиотом, пытавшиеся уговорить Кэс «оставить» им хоть кого-нибудь. Но что бы учитель и друзья не пытались вдолбить в ее непробиваемую голову, Кассиопея игнорировала их, продолжая рубить Армию Тьмы и вместе с тем защищать специалистов. Все-таки для Кодаторты осталось незамеченным, как быстро уставали его парни, и «закалиться» им было очень сложно. И, разумеется, допустить смерть кого-то из них она никак не могла.

Один из них уже потерял руку, другой получил смертельный удар когтей по шее. Благо Палладиум успел вовремя исцелить их, и худшее осталось позади.

К окончанию битвы барьер все же исчез: Саладин изрядно постарался, потратив немало сил даже при подпитке маной фей Алфеи. Но к большому облегчению, проникать к школе уже было некому. Трупы нежити испарялись в бардовой пыли, и, когда новых атак не последовало, Гризельда дала сигнал о победе в этой осаде.

Сражавшиеся феи сразу же отменили свои трансформации, распластавшись на земле без каких-либо сил. Палладиум, уставший меньше всех, принялся сразу же обрабатывать раны специалистов, а по двору школы забегали другие ученицы вместе с мадам Офелией и мадам Дю Фор, поившие бойцов зельями.

Кассиопея, пропускавшая мимо ушей ругающегося на нее Кодаторту, игнорируя тяжесть в мышцах и боль в руках, глядела на растоптанный лес.

Они, черт его возьми, смогли. Алфея смогла отразить атаку Армии Тьмы с минимум жертв. Вернее, их вообще не случилось! Никто не умер! Все живые. Живые!

Антарес посмотрела на двор Алфеи, и вместо напуганных девушек увидела громко радующихся, обнимавшихся друг с другом от счастья и кричащих о своей поразительной победе фей.

И только потом ее внимание переместилось на космолет, который наконец решил приземлиться у ворот школы. Всем пришлось разбежаться, чтобы освободить место для корабля. Кэс же, наоборот, начала подходить как можно ближе к примерному месту парковки.

Двигатель прекратил рычать. Раскинулся трап. Раскрылись двери. Из космолета вышло десять человек. На всех бело-голубое обмундирование и синие плащи.

Отряд, заприметив Кассиопею, быстро подошел к ней и отдал честь.

– Командир! – вперед всех, ближе к Кэс, вышел Леон, лицо которого было невероятно серьезным. – Третий отряд армии Антарес прибыл на место проведения военной кампании на Магиксе!

Примечания к части:
1. Медленно, но верно, мы подходим к финалу первой части. Хочется верить, что вы, читатели, останетесь довольными после прочтения глав.

2. В мультсериале никакого барьера древней магии не было. Я решила это внедрить только потому, чтобы Магикс был отрезан от внешнего мира, чтобы не смочь попросить помощи. В мультике школьники, по сути, напрямую сражались с Армией Тьмы Трикс, а зачем им надо был рисковать собой, если можно было попросить помощи других королевств? Понятно дело, это же мультфильм, основное действие которого происходит в Алфее-Магиксе. Но с точки зрения логики, они могли бы попросить помощи, чтобы обычные школьники не жертвовали собой. В то же время, в мульте никто не умирал. А  у меня более мрачная история. Вряд ли "зеленые" феи-школьницы и еще неопытные специалисты в полном мере отдались бы битвам. Поэтому ведьмы и наслали барьер, созданный древней магией. 

3. На Домино Винкс также отправлялись, скажем, в очном режиме. Но так как у меня барьер, то миссия на Домино возможна только с помощью комнаты симуляции.

4. Почему Фарагонда никак не участвует и ей не досталась хоть какая-то роль? Узнаете позже)

5. Напоминаю, что Облачная Башня в мультфильме также покорилась Трикс. Ведьмы осели в Башне, наложив заклятие сна и подчинения над всеми обитателями школы, заключив Гриффин в темницу.

6. В репликах Кодаторты вы могли заметить невежливое обращение "вы" вместо "Вы". Это не ошибка написания, а его характер. Он грубоватый вояка, которому чужд этикет и прочие правила приличия, и живет он лишь боями.