4
После того как Найтон и Луиз узнали о том что Т/и будет преподавать у них психологию, и они будут задавать у нее экзамен. Луиз сразу же потянул Найтона к друзьям. Чтобы рассказать о том что девушка у них теперь будет преподавать лекции.
— Подождите, что?! — Джастин округлил глаза, непонимающе глядя на Луиза.
— Ты шутишь? — Клара моргнула, переводя взгляд с одного на другого.
— Нет-нет, я отказываюсь в это верить! — Амалия покачала головой.
— Поверьте, я сам офигел, когда узнал, — вздохнул Луиз, скрестив руки на груди.
— Но это же… странно? — Джастин нахмурился.
— Это очень странно! — подхватила Клара. — Они же с Найтоном друг друга терпеть не могут!
— И вот теперь Т/и будет его учить? — Амалия прищурилась, затем хихикнула. — Боже, я хочу увидеть его лицо, когда он об этом узнал!
Все рассмеялись, кроме Найтона, который сидел с непроницаемым лицом.
— Ну, может, это и к лучшему, — задумчиво пробормотал Луиз.
— В каком месте? — Джастин недоверчиво вскинул брови.
— Ну, теперь у него не будет повода жаловаться, что кто-то мешает ему учиться, — пожал плечами Луиз.
— Да, но это же она. Т/и. — Клара взмахнула руками. — С которой он вечно спорит!
— А теперь представьте, как она ставит ему оценки, — ухмыльнулась Амалия.
Джастин, Клара и Амалия переглянулись, после чего снова рассмеялись.
А Найтон… просто сидел и молчал. Внутри него было что-то странное, непонятное. С одной стороны, это действительно хорошо — не будет больше конфликтов, подобных тем, что были раньше. Но с другой…
"Она же моя врагиня. В любой момент может сделать мне пакость. Или воспользоваться положением. Или специально загрузить сложными заданиями. Или…"
— Эй, ты чего завис? — Луиз посмотрел на Найтона, вырывая его из мыслей.
— …Ничего, — тихо бросил Найтон.
— О, точно что-то задумал, — Джастин хитро улыбнулся.
— Или боится! — фыркнула Клара.
— Боже, представьте, если они перестанут быть врагами и начнут… — начала Амалия, но Найтон резко вскинул голову.
— Даже не думайте об этом!
Смех раздался с новой силой. Найтон тяжело вздохнул, прикрывая лицо рукой.
После этого разговора у каждого остались свои мысли. Джастин, Клара и Амалия продолжали подшучивать, обсуждая возможные ситуации на занятиях Т/и и Найтона, а Луиз лишь наблюдал за всем этим со своей обычной невозмутимостью.
Найтон же весь день ходил напряжённый. В голове крутились мысли о том, как теперь будут проходить пары. Он пытался убедить себя, что всё будет нормально, что главное — просто не давать Т/и поводов для каких-либо "пакостей". Но чем больше он думал об этом, тем больше ему не нравился этот расклад.
На следующий день они зашли в аудиторию, а Т/и уже стояла у доски.
Когда Найтон зашёл в аудиторию, его взгляд невольно зацепился за Т/и.
Она стояла у доски в чёрном костюме: строгий приталенный жакет, подчёркивающий фигуру, и узкие брюки, делающие её силуэт ещё более утончённым. Всё это сочеталось с тёмной рубашкой, которая придавала её образу что-то опасно-притягательное.
Найтон остановился на секунду, почувствовав, как в груди что-то сжалось. Почему она так выглядела? Нет, лучше спросить — почему он это заметил?
Т/и почувствовала этот взгляд сразу. Он был пристальным, почти изучающим, и это вызвало у неё странное ощущение. Будто между ними пробежал невидимый ток, заставляя её сердце сбиться с ритма.
Она заставила себя не реагировать. Не смотреть в ответ. Не показывать, что заметила.
Когда студенты расселись, Т/и неспешно подошла к доске и, сложив руки за спиной, оглядела аудиторию.
— Итак, прежде чем мы углубимся в изучение психологии, давайте разберёмся с одним важным вопросом. Зачем вам, как будущим медикам, хирургам, врачам, психология?
Она сделала паузу, ожидая реакции.
— Ну… чтобы понимать пациентов? — неуверенно предположила Кенди.
— И да, и нет, — кивнула Т/и. — Психология — это не просто про эмоции и чувства, это про понимание человека. Будучи хирургами, вы работаете не только с телом, но и с разумом пациента.
Она подошла ближе, облокотившись на стол.
— Вы когда-нибудь задумывались, почему люди боятся операций? Почему у некоторых организм быстрее идёт на поправку, а у других — хуже, даже если условия одинаковые?
Некоторые в аудитории кивнули.
— Всё дело в психологическом состоянии. Стресс, страх, тревога — всё это влияет на реабилитацию, на реакцию организма, на боль. Если вы не умеете находить подход к пациенту, не умеете успокоить его, объяснить ему, что с ним происходит, то даже идеальная операция может не дать нужного результата.
Луиз слушал с интересом, Девид тоже кивнул. Камила записывала, а Лаура прикусила губу, явно о чём-то задумавшись.
Т/и улыбнулась:
— Психология в медицине — это ваш инструмент. Так же, как скальпель в руках хирурга. Если вы не понимаете, что происходит в голове пациента, вы не сможете по-настоящему помочь ему.
Она сделала небольшую паузу, позволяя студентам переварить информацию. Затем добавила:
— А теперь давайте разберём основные психологические аспекты, которые вам пригодятся в профессии.
И, повернувшись к доске, начала писать ключевые темы.
А вот Луиз… Луиз сиял.
Он почти подпрыгивал на месте от восторга. Наконец-то! Эти двое начали замечать друг друга по-настоящему.
После пары, когда Найтон ушёл первым, Луиз тут же подбежал к остальным.
— Ребят! — выдохнул он, задыхаясь от переполнявших его эмоций.
— Чего разорался? — недовольно пробормотал Девид, лениво откидываясь на спинку стула.
— Вы видели, как они смотрели друг на друга?! — Луиз схватил Камилу за плечи, тряся её от переизбытка чувств.
— Кто? — нахмурилась она.
— Т/и и Найтон! Вы видели его лицо, когда он зашёл? Видели её, когда она поймала его взгляд?
Камила задумалась, вспоминая, а потом распахнула глаза.
— Чёрт… ты прав.
— Ох, не может быть… — Лаура прижала руку ко рту, потом хитро улыбнулась. — Это что, первые звоночки?
— Вы не понимаете, это гениально! — Луиз всплеснул руками. — Они могут сколько угодно говорить, что ненавидят друг друга, но, черт возьми, всё написано у них на лицах!
Девид закатил глаза.
— Да ну, это просто…
— Просто отрицание! — резко перебила его Камила.
— Ох, мне уже не терпится увидеть, что будет дальше… — мечтательно протянула Лаура.
Луиз довольно ухмыльнулся.
— Поверьте, это только начало.