Ядро Евы

Феликс проснулся от того, что ему снилось, как кто-то его душит. На деле, комната оказалась на столько заполненной дымом, что глаза слезились. На соседней койке сидел Алекс и медленно курил. Судя по количеству окурков в пепельнице, делал он это уже достаточно давно. В помятой ночной рубашке, со взъерошенными белыми кудрями и синяками под глазами, он выглядел слабым и беззащитным. Бездомным котенком, которых Феликс с сестрой любили проносить домой, когда были детьми. Даже и не скажешь, что это аккуратное и на вид хрупкое существо, неделю назад донесло его до их комнаты на руках как принцессу, так что потом по всей Academiaпошли слухи. После всего, что Феликс пережил в тот злополучный день, ему было уже без разницы, о чем там болтают студенты. Главное, чтобы слухи не дошли до отца. 

Алекс даже не обратил внимание на то, что его сосед проснулся. Его голову разрывали тяжелые мысли. Ева в ней на разные голоса кричала о том, что где-то поблизости есть Лилит. Это было странно, раньше Ядро не особо реагировало на агрессивную энергию, хотя Лилит – естественный враг Евы. Ее искажение, поломка внутри системы, вырожденная ветвь. По крайней мере так говорят профессора. Сам же Алекс никогда не замечал особых проблем с теми, кто обращался к его сестре. По большей части люди со сбоем в Ядре не были не ворами, ни убийцами, даже агрессивными особо не были. Это были очень уставшие офисные работники, изможденные заводские рабочие, люди с психологическими и психическими проблемами, даже несчастные влюбленные. Они платили хорошие деньги, чтобы сестра вырезала им Ядра. Человек без ядра все равно, что человек с неразвитым ядром, пока не разденется, никто ничего не поймет. Да, он навеки утеряет свою способность и связь со всемирным Ядром, но лучше так, чем быть убитым Охотниками.

При всем благородстве профессии и государственной пропаганде, люди с искаженными Ядрами ему казались гораздо более понятными, чем Охотники. Первые начинали убивать не потому, что хотели, а потому что Ядро начинало изменять их тела, требуя, чтобы они питались человеческой кровью и плотью, а главное энергией Евы. Вторые же убивали, потому что эта была их работа, а многие еще и с удовольствием. Алекс с гораздо большей охотой занялся бы разработкой лекарства, который смог бы обратить искажение Ядра или хотя бы его остановить. Но судьба распорядилась иначе и вместо того, чтобы попасть в ряды тех, кто лечил, он попал в ряды тех, кто калечил.

Он уверен, попади он раньше в целое поселение Искаженных, то не чувствовал бы себя некомфортно. Однако сейчас...С тех пор, как Феликс выпел его крови, он стал более осторожным. Хотя «осторожный» это неправильное слово. Он разрывал между желанием начать эксперименты и инстинктами курицы-наседки, которая стремится защитить безмозглых цыплят от всех опасностей мира. А он ведь еще даже не прикасался к его Ядру, даже не видел его. . Феликс оказался крепким орешком и напрочь отказался от экспериментов до тех пор, пока они не сдадут осеннюю сессию. Удивительным образом этот аристократичный юноша мог сочетать в себе и панка и ботаника, и война, и фарфоровую куклу, которую кормили исключительно из серебра. И сейчас внутри Алекса кипел страх Лилит, но не за себя, за Еву этого сумасбродного идиота.

Алекс докурил, затушил бычок и тут же попытался подпалить новую никотиновую палочку. Колесико зажигалки привычно успокаивающе чиркнуло, но пламя тут же сдул непонятно откуда взявшийся сквозняк. Он попробовал еще и еще, пока его заледеневшие ладони не перехватили.

- Что опять? – устало проговорил Феликс, подтягивая стул к кровати соседа.

- В смысле?

- Ты третью ночь не спишь и выглядишь еще более дерганным и странным, чем обычно. Если у тебя какая-то гениальная идея, то я готов ее воплотить сегодня же вечером, сразу как мы сдадим философию.

- И что, даже на попойку не пойдешь в честь окончания сессии? Твои друзья-охотники будут ждать – Алекс насмешливо вздернул бровь.

- Вообще-то они могли бы быть и твоими друзьями-охотниками, если бы ты не вел себя как говнюк. И да, если это для тебя так важно, я предпочту эксперимент попойке.

- Это еще и для тебя важно. В первую очередь мы пытаемся усилить твои возможности. И где это я говнюк?

- Марк не пьет колу с тех пор, как ты сказал, что для цвета используют жуков. А Стара бросила девушка, когда узнала, что он наносит себе макияжа больше, чем она, что волосы у него крашенные, а под одежду он надевает пуш-ап накладки. Это же все не правда. Зачем ты написал это стихотворение?

- Не стихотворение, а памфлет. Будет знать, как распространять про меня всякие сплетни.

- Это по поводу твоего болезненного интереса к своему полу? Я думаю, это из-за того, что ты лапаешь меня на людях, - как ни в чем не бывало пожал плечами Феликс.

Еще неделю назад он бы покраснел только об одной мысли, что его кто-то лапает. А сегодня так легко говорит подобные пошлости. Кажется, Алекс на него плохо влияет.

- Во-первых, если бы Academia не делили на женскую и мужскую, то у меня был бы болезненный интерес и к противоположному полу. Но не могу же я проводить эксперименты во время балов раз в полгода! Во-вторых, я тебя не лапаю, я проверяю как мое Ядро работает в долгосрочной перспективе. Если ты не заметил, то заживать на тебе все стало быстрее.

- Заметил. Спасибо. Я же не жалуюсь, лапай на здоровье.

«Только Ядро не трогай» - добавил про себя Александр, невесело улыбнувшись. Феликс проследил его взгляд, вздрогнул и отвернулся.

- Сегодня. После экзамена по философии. Дай мне спокойно закончить модуль без мыслей о том, что моя Ева может взорваться во время пересказа теории сверхчеловека Ницше.

- Я бы никогда не позволил твоему Ядру взорваться, - на этот раз плечами пожал Алекс и принялся убирать весь тот беспорядок, который натворил за прошедшую ночь.

Экзамен начинался после обеда и длился до самого вечера. Остальные охотники не особо жаловали философию, но Алексу нравилось. Только на таких предметах как литература, философия, история искусства он вспомнила, что вообще-то Academia занимается тем, что дает лучшее классическое образование в Пангее. А то за тренировками Охотников можно было позабыть, что ты не в полицейской академии. Цезарь и Стар как обычно справились без запинки. Если первый брал безоговорочной правильностью, словно у него в голове застрял справочник, то второй брал харизмой и «оригинальностью рассуждений». Большая часть его суждений была такой «оригинальной», что Алекс мог только глаза закатывать и ухмыляться, но профессоров брала аура принца, так что юноше любая ересь сходила с рук. Марку, Джеку и Феликсу дело давалось сложнее. Первый и второй по мнению Алекса были невозможно глупы и испытывали явные проблемы в обучении хоть чему-то. А вот Феликс просто оказался нервным до ужаса. Даже зная все билеты наизусть и прекрасно все рассказав, он все равно трясся и потел как свинья перед закланием. Он еще никогда не видел своего соседа на экзаменах и то, каким же тот оказался все-таки ботаником ужасно его веселило.

Когда наступил очередь Александра он без особых проблем рассказал, чем прекрасное отличается от полезного и приятного, чем отличается от возвышенного ссылаясь не только на самого Канта, но и на современных исследователей, которые решили продолжить дело великого мыслителя. Однако, стоило профессору Штейну вывести ему аккуратную сотку в зачетке, как аудитория сотряслась от страшного грохота. Охотники тут же повыскакивали со своих мест, вооружаясь кто, чем придется. Ева внутри Алекса болезненно заныла, указывая на присутствие Лилит.

Вместо врага в аудиторию зашел меланхоличный Фог. Выглядел он так, будто проспал весь день и только сейчас, в восьмом часу вечера его кто-то не разбудил, а зверским образом растолкал. Плюхнувшись на стул перед профессором, Морган протянул белую мягкую ладонь, будто бы не он пришел сдавать экзамен, а ему преподаватель должен выдать билет. Профессор Штейн засуетился, прося остальных студентов покинуть аудиторию и желая им хороших каникул. Те шумной гурьбой вывалились в коридор, не особо желая вдаваться в подробности университетских тайн.

- Эй, Феликс пойдем в Чайнатаун? Повеселимся? – заливисто хохоча Марк опустил руку на плечо друга.

Феликс даже вздрогнул от неожиданности. С тех пор как прошел экзамен всего мысли были заняты только предстоящим вечером наедине с Алексом и его безумными идеями. Показать свое Ядро, позволить к нему прикоснуться и уж тем более что-то с ним сделать. Сама мысль об этом ощущалось как что-то странное и опасное. При чем, опасное – в прямом смысле. Его с детства пугали байками о том, что кто-то упал Ядром на арматуру и тут же умер или что в автобусе кого-то толкнули в Еву плечом и он тоже сразу умер. Обычно, эти страшилки сопровождались описаниями кровотечения из всех отверстий и выпадением кишок через рот. Аурум вроде был уже взрослы и в такие россказни не верил, но предательский холодок по спине все же пробегал. Сам же виновник навязчивых мыслей куда-то пропал, что сильно взволновало Феликса. Конечно, его сосед каким-то невообразимым образом всегда исчезал и появлялся именно в тот момент и том месте, которое ему нужно, при этом будучи совершенно никем не замеченным. Но они буквально только что стояли все вместе в коридоре, он не мог просто испариться в воздухе.

Понимая, что еще секунда и молчание станет подозрительным, Феликс прокашлялся попытался состроить безразличное выражение лица:

- Ага, вы же без меня там потеряетесь как кучка детишек. Сейчас только захвачу кое-что из своей комнаты.

- Ага, презики там прячешь? Так и ждешь, что тебе сегодня перепадет с какой-нибудь ойран?

- Ага...Мне всегда перепадает. Шуруй давай приоденься, а то на такого чушку даже за миллион руби никто не посмотрит.

Марк состроил мину, будто бы ужасно оскорбился на слова друга, но уже через минуту весело догонял остальных Охотников.

Юноша попытался сосредоточиться на ощущениях. Феликс слышал, что это базовая техника для Охотников, но никогда сам такой не пользовался. Для него лучшей стратегией был открытый бой, лучше всего на кулаках, чтобы честно показать, кто сильнее, а не у кого мастер меча или оружейный инженер лучше. Сейчас же он весь обратился внутрь себя, концентрируясь на том, как сквозь Ядро Евы проходит кровь, каким мощным потоком по нему циркулирует энергия. Он никогда не пытался войти в контакт с собственным Ядром. На самом деле до того, как он почувствовал Еву Алекса, он и не верил, что такое возможно. Теория о том, что Ядро может быть живым отдельным от человека существом, находящимся с ним в симбиозе, всегда была чем-то на уровне сказки о существовании инопланетян. Вроде бы и доказательства есть, и многие именитые ученые верят, а на деле все нормальные люди считают ее полным бредом.

Феликс выдохнул и прикрыл глаза. В посеребренном мире под веками резко вспыхнуло бензиновым разводом, а в носу засвербело от знакомого запаха крови. Как слепец он двинулся вперед, ориентируясь больше на ощущение Евы, чем собственные пять чувств. Лишь отголосок мира, который воспринимает Ядро был гораздо более многомерным, чем жалкое человеческое восприятие. Он давил множеством красок, звуков, запахов, тактильных ощущений, колыханий вибраций пространства и энергетических полей. Его как будто поместили в капсулу гипер-реальности. И тогда он нашел Александра. Тот притаился на одном из стеллажей с книгами. Эти дубовые гиганты стояли во всех коридорах Academia. Любой студент мог подойти и взять оттуда любую книгу. Забрать ее с собой, прочитать, поставить обратно или оставить у себя, поставить в другой стеллаж. В библиотеку относились только самые ценные и редкие тома, а остальная литература всегда была доступна всем, в любое время. Точно такие же деревянные Атланты расправляли плечи на каждой улице Столицы, на которой бывал Феликс. Но возможно так было только в богатых районах, потому что одна из первых странностей, которую Аурум заметил за своим соседом – это то, что тот постоянно набирал и относил в их комнату множество книг. От редких изданий до бульварной литературы и все читал взахлеб. Очень скоро их комната превратилась в книжный склад. Спустя некоторое время юноша начал находить бумажные кирпичи даже под собственной кроватью и в туалете, но рука не поднималась выбросить.

В этот раз Алекс тоже был с книгой. Однако так казалось только на первый взгляд. Стоило Феликсу взобраться на уровень своего соседа, как он обнаружил, что книга была тетрадью в мягкой кожаной обложке. Парень что-то быстро в нее записывал, совершенно не обращая внимания на то, что в столь странном месте он теперь не один. Все его внимание было приковано к большому окну, которое располагалось под потолком аудитории. Смысла у этой декоративной детали не было никакого. Так как окно выходило в коридор, оно не давало ни света, не позволяло в полной мере насладиться витражами с мотивами охоты. Но, возможно, для таких шпионов как Алекс они и придумывались. Ведь тот просто не мог отлипнуть от оранжевого куска прозрачного лисьего хвоста, через который и наблюдал за происходящим в аудитории.

Феликс попытался заговорить, но его прервали резким жестом приложенного к губам пальца. А после, не давая опомниться, притянули к вытянутой стекляшке в форме папоротника. Видно, было откровенно плохо, но юноша попытался сконцентрироваться. Стоило ему понять, что происходит в аудитории, как у него тут же отпало желание хоть что-то говорить. На самом деле, ему хотелось задать множество вопросов, но желательно подальше от этой злополучной аудитории в безопасности собственной комнаты. Он ожидал увидеть что угодно, взятку, угрозы, даже соблазнение, чем Лилит не шутит...Но то, что аудитория превратится в песчаный берег, покрытый туманом, не появлялось даже в самых безумных домыслах.

- Ты думаешь, что это способность Ядра Моргана? – прошептал Феликс, не отрываясь от созерцания морского пейзажа.

- Угу, только я чувствую в нем искажение Ядра. Если он решил применить ее на экзамене по философии, то у него явно уже не все дома.

- Ты можешь чувствовать искажение Ядра до того, как оно станет Лилит?

- Угу, раньше меня это так не раздражало, но сейчас прямо под кожей зудит. Возможно, его Ева вот-вот станет Лилит.

- Охренеть! – раздался за спинами соседей голос Марка.

Тот тоже забрался на стеллаж, от чего деревянное сооружение опасно покачнулось. Если выдержать легкого и гибкого Алекса старая конструкция еще могла, то троих спортивных парней-Охотников ей уже явно было не под силу. Игнорируя жалобный скрип полок, Александр подтянул новоприбывшего к себе и зажал рот ладонью. За окном наметилось какое-то шевеление.

В облаке молочного тумана, откуда не возьмись возник корабль. Старое пиратское судно под черными парусами качалось на волнах так, будто бы это была не университетская аудитория, а самое настоящее побережье. Марк не смог сдержать удивленного вздоха, но благо больше никаких звуков не издавал. На палубу вышел человек, рассмотреть которого не представлялось возможным из-за густого тумана. Тот долго стоял, всматриваясь в даль. Это зрелище одновременно притягивало, гипнотизировало и отталкивало, поселяя в душе неразборчивый страх. Что-то от Лавкрафта, невыразимый ужас, первобытное отчаяние или безотчетный инстинкт не связывать с тем, что может тебя сожрать. 

Вдруг, фигура подняла голову и из капюшона сверкнула пара зеленых огоньков. Они не были похожи на глаза, но все же являлись ими. В этот же момент трое юношей явственно ощутили, что зеленые огоньки смотрят прямо на них и не просто разглядывают, а пронизывают насквозь. Алекс тут же опустил голову. Запоздало он понял, что пока его рефлексы кричали о том, что нужно убежать и спрятаться, двое его одногруппников так и продолжали таращиться в окно. Прихватив обоих за шкирки, юноша легко спрыгнул со стеллажа и не тратя времени на передышки, потащил их в противоположную от аудитории сторону.

Липкий страх, сковавший все его существо у окна, начал отступать только когда они добрались до столовой. Там было не так много людей, как Алексу хотелось бы, но даже пара посторонних внушала призрачную уверенность в том, что странная фигура с корабля не станет убивать их прямо здесь и сейчас. Феликс с Марком тоже начали отмирать. В их глазах неподдельный ужас мешался с попыткой понять произошедшее. Когда друзья окончательно пришли в себя, перед ними уже стояло по чашке кофе с корицей и по сахарной булочке, щедро смазанной маслом и медом.

Феликс сделал глоток и удивленно нахмурился:

- Корица? Это типо какое-то народное успокоительное из рабочих районов?

- Нет, просто сегодня четверг, - пожал плечами Алекс и громко отхлебнул из своей кружки.

Поняв, что дальнейших объяснений от него не дождаться, Феликс тяжело вздохнул и продолжил разговор.

- Тебе не кажется, что худшее, что можно придумать в такой ситуации – это сидеть сложа руки и пить кофе?

- Нет. Это хорошее решение. Мне надо все обдумать, в столовой много людей и если это существо придет за нами сюда, то ему придется столкнуться со множеством людей с развитыми Ядрами, а не просто троицей салаг.

- Эй, мы тебе не салаги! – отмер Марк и сразу поспешил возмутиться.

- Если бы не я, то вы так и продолжали бы сидеть на шкафу и ждать пока из вас вытянет душу. Так что, действительно, нас не трое, салаги здесь только вы вдвоем.

Марк глянул на своего друга, взглядом прося о том, чтобы тот его поддержал. Но Феликс сидел задумчивый и понурый. Напряженные плечи выдавали не то испуг, не то готовность к бою, возможно и то, и другое одновременно.

- Что это было? – наконец, спросил Феликс.

- Я не уверен, но если сравнить приметы, то очень походило на Фату Моргана.

- Что?

- Природное явление. Иллюзия. Говорят, что у берегов Британии часто видят призрачные корабли. Но я о таком только читал, никогда не видел вживую.

- Британии? Это того стремного Полиса, где все питаются только картошкой фри и рыбой? – спросил Марк, задумчиво пережевывая булочку.

Феликс закатил глаза, но комментировать высказывание друга не стал.

- Ладно в Британии, но что эта Фата делает у нас?

- Мне кажется это способность Моргана. Я никогда не участвовал с ним в спарринге. Вы замечали что-то необычное в его Ядре?

Марк с Феликсом переглянулись. На самом деле в спарринге с Морганом не участвовал никто. Тот вообще предпочитал большую часть времени не двигаться и не подавать признаков жизни. Остальных это устраивало. Компания у них набралась колоритная, так что конфликты возникали раз пять на дню. Другое дело, что они достаточно быстро разрешались, чаще всего при содействии Цезаря. Морган во всей этой чехарде гормонов и попыток доказать, кто здесь самый крутой, выглядел наиболее адекватным и заземляющим. И это несмотря на то, что по виду он был настоящий мертвец. Если Алекс был розово-белый как лабораторный кролик, то альбинизм Моргана граничил с трупной синевой и серостью. Выглядел он всегда устало и болезненно, так что лишни раз его старались не трогать.

Теперь же все те незначительные и тревожные элементы, которые обычно не замечались за однокурсником приобретали пугающие черты. Мозаика складывалась самая что ни на есть мрачная. Не было сомнений в том, что странное зрелище, которое ребята обнаружили в аудитории, дело рук Моргана. Другое дело было понять, что им делать дальше. Если Ядро парня начинает искажаться, то стоит немедленно сообщить руководству университета. Но что, если это его обычное проявление способностей, и они оклевещут ни в чем неповинного человека? Феликс как потомственный Охотник не понаслышке знал, какое безумие нынче царит на улицах. Люди как будто с ума все по сходили. Стоит кому-то заподозрить соседа, друга, знакомого, коллегу или еще кого-то близкого в Искажении, как тот тут же тащат к Охотникам, а те не особо любят разбираться. Для них гораздо проще избавиться от источника потенциальной проблемы, чем помочь человеку.

- И что мы будем делать? – задал интересующий всех вопрос Марк.

Алекс пожал плечами. Ему было интересно, что случилось с Ядром Моргана, раз его собственное так остро на него реагировало. Но если ничего не получится, он не расстроится. Самым логичным было просто пойти в администрацию и сообщить об увиденном. Однако...интерес был слишком велик, чтобы просто так упускать возможность исследовать изменения в Еве.

- Я пойду и посмотрю, что там такое. Если не вернусь просто сообщите администрации, что случилось.

- Ты с ума сошел! – вспылил Феликс.

Уж чего-чего, а подобного ответа он точно не ожидал. Алекс не реагировал. Даже не строил издевательски пренебрежительную мину, как делал обычно. Феликс уже понял, что тот становится совершенно сумасшедшим, когда речь заходит о Еве, но, чтобы рисковать собственной жизнью...Это было что-то новенькое.

- Это безумие. Ты никуда не пойдешь!

- Ты не можешь мне приказывать. Если я хочу, я пойду. Я свободный представитель пролетариата.

Феликс даже поперхнулся от того, что тот снова стал давить на их классовое различие, как будто в этой ситуации это могло что-то решать.

- Тогда я пойду с тобой.

- Отказано, - спокойно ответил Алекс, принимаясь собирать вещи в кожаный рюкзак.

- С какой это стати? Я свободный представитель дворянства, – парировал юноша, тоже начиная собираться.

Алекс фыркнул и схватил собеседника за грудки. Их лица оказались на столько близко, что со стороны могло показаться даже неприличным. Но парни будто бы этого не замечали.

- Ты не можешь идти со мной. Из-за... сам знаешь, из-за чего я чувствую себя странно, когда тебе угрожает опасность. А Лилит – это прямая опасность, - прошипел Алекс в лицо соседу, надеясь, что его грозный вид хотя бы немного отпугнет его от этой затеи.

- Правда? Как интересно. То есть твоя Ева считает мою чем-то вроде протеже? – не собирался отступать Феликс.

- Эм...чуваки, простите за бестактность, но вы типо встречаетесь или что? – вклинился Марк, разрушая напряжение, повисшее между парнями.

Оба после слов однокурсника резко побледнели, позеленели и тут же отпрянули друг от друга, словно током ударенные.

- Фу, блин! Как ты вообще мог такое подумать! Я предпочитаю женщин! – слишком громко озвучил свое возмущение Феликс, так что те немногие, что остались в столовой, начали оборачиваться.

- А меня вообще, люди мало интересуют. Я испытываю влечение только к Еве – спокойно ответил Алекс, завязывая шнурки рюкзака.

- Ты странный, - проговорил Марк, не отрывая взгляда от однокурсника – но прикольный. Я иду с вами, чуваки. Не хочу попустить все веселье.

- А как же Джек, Цезарь и Стар? – напомнил Феликс, хотя и не возражал против подобной компании.

- А что они? Опять напьются, будут кадрить девчонок. Джека, как всегда, отошьют, Стара облепят девушки, а Цезарь будет сидеть во главе стола и делать вид, что он хозяин мира. Все как обычно. У вас интереснее.

Феликсу было нечего возразить, а Александр в целом не особо любил долгие препирательства. Возвращение к злосчастной аудитории казалось безумием или хотя бы ужасной глупостью. Но Аурум держал свое мнение при себе. Если его соседу взбрело в голову что-то исследовать, то его ничто не остановит. За дверью было на удивление тихо. Ни единый звук не просачивался сквозь распухшее от влаги дерево. Юноши даже на миг задумались, а не почудилась ли им вся этак картина от переутомления? Пока эта мысль не успела укорениться в голове, Алекс быстро открыл дверь, шагнул внутрь и...

Все трое очень долго падали со скалистого обрыва. Больше всех страдал Марк. В отличие от своих спутников он всеми силами избегал любого проявления насилия, поэтому и реже всех среди Охотников получал синяки, да и в целом испытывал боль. Всей его спортивной подготовке и гибкости гимнаста оказалось недостаточно перед властью природы. Падать со скалы было ужасно больно. Особенно с учетом того, что на голом камне не была ни единого кустика или корешка, чтобы попытаться зацепиться. Когда боль наконец-то прекратилась, Марк попытался разлепить веки. Он лежал на прохладном песке. Соленые волны мягко лизали его порезанные и содранные конечности, от чего ранки ужасно щипало.

Марк очень хотел просто остаться так лежать, качаясь на волнах и ни о чем не думая, даже боль от царапин перестала его волновать, но нужно было вставать и искать ребят. Те могли пострадать гораздо больше, чем он или вообще угодить в лапы к странному человеку с корабля. Одногруппники нашлись быстро. Они даже не пытались скрываться. Не обращая внимания, где и в какой ситуации они сейчас находятся, парни ругались как старая семейная пара.

- Прекрати меня трогать и займись своими ранами! – ворчал Феликс, отбиваясь от покрасневших на холоде рук Александра.

Там, где блондин проводил ладонями, раны тут же затягивались, а синяки рассасывались. Было бы круто, если бы сам он не выглядел как побитая собака. О последнем Марк решил упомянуть вслух, от чего заработал недовольный взгляд парня и тяжелый вздох Феликса.

- А я о чем и говорю. Занялся бы для начала собой. Опять ведь по башке получил, скоро совсем мозгов не останется.

- Не, вообще способность крутая, а меня так полечить сможешь? – не преминул спросить Марк, надеясь на положительный ответ.

Его собеседники тут же переглянулись и испуганно застыли. Все их действия говорили о том, что Марку тут ловить нечего и чудесная способность распространяется только на Феликса. Он не обиделся, но удивился тому, что те так яро охраняли свой секрет.

- Это просто царапины. Не будем терять время на такую чепуху и пойдем уже посмотрим, что там с кораблем, - фыркнул Феликс и первым поднялся с песка.

Он не стал дожидаться, пока его товарищи догонят его и быстро ушел вперед.

- Чего это с ним? – удивленно спросил Марк.

Алекс лишь молча покачал головой, с интересом рассматривая свои руки. Это было странно, и даже удивительно, но с тех самых пор, как Феликс выпил его крови, Ева просто бушевала. Мало того что развитие Ядра начало резко прогрессировать, так оно еще и на контакт активно пошло. Он столько лет пытался добиться связи со своей Евой, а в итоге получал только невнятные образы и раздражающее многоголосье, но стоило ему пойти на риск, пустить корни в другом человеке, как ее голос стал отчетливым, выбился из суматохи бессвязной чужой речи. Сейчас, когда они оказались в непосредственной близости к очень сильной Лилит, его Ева буквально вопила о том, чтобы он убежал и желательно прихватил с собой Феликса.

В плотной тишине, состоящей из шороха песка и плеска волн, раздался душераздирающий крик. Марк с Алексом тут же переглянулись и устремились вперед. Там, где предположительно, должен был быть Феликс была пустота. Отпечатки его массивных кожаных ботинок заканчивались в паре метров от них, а дальше был совершенно ровный песок. Мрак начал судорожно оглядываться, до последнего надеясь, что это просто глупый розыгрыш. Но Феликса нигде не было видно. Казалось, будто тот, действительно, растворился в воздухе. Единственное место куда тот мог пойти и не оставить следов – проклятый корабль. Деревянная махина теперь стояла на столько близко к берегу, что туда не то, что вплавь, можно было добраться пешком по дну.

Однокурсникам ничего не оставалось, как отправиться прямиком к призрачному судну. Стоило им зайти в воду, как поднялся ветер, а в мирном минуту назад небе, повисли свинцовые облака. Мир, казалось, приготовился к буре. Нужно было поспешить, но Алекс не представлял, как они будут забираться по скользким доскам обшивки, если корабль выглядел так, будто даже шлюпки погружаются и спускаются по воздуху. Поверхность корабля была абсолютно гладкой. Ни единого выступа или веревки, которые могли бы облегчить путь на верх. Тяжело дыша, парень прислонился к дереву и закрыл глаза. Ему срочно надо было что-то придумать. Но в голову, как на зло, ничего не приходило. Неожиданно за спиной раздался голос Марка:

- Per aspera ad astra!

Алекс упустил момент, когда они оба оказались в воздухе и как по мановению волшебной палочки взлетели вверх, к палубе корабля.

- Что это за способность? – восхищенно выдохнул Александр, пытаясь рассмотреть чужую Еву через тонкую ткань рубашки.

- Прекрати. Это не прилично... – смутился юноша, плотнее запахивая на себе жилетку.

- Да-да, я понял, что аристократы жуткие ханжи, но что это за Ева? Ты можешь летать?

- Да, но это не все. Мое тело покрыто звездной пылью, с помощью которой я могу делать разное... Вообще я не должен раскрывать сущность своей Евы. И дело даже не в приличиях! – опомнился Марк и даже немного надулся о того на сколько легко узнали его тайну.

Блондин удивленно глянул на свои руки, они, действительно, были покрыты чем-то сверкающим и, казалось, источали странную неземную силу. Алекс хлопнул ладонями друг о друга и те покрылись серебристой чешуей. Хлопнул еще раз и они снова стали просто сверкающими.

- Очень красиво, - искренне восхитился Алекс.

- Спасибо, - смущенно пробормотал Марк, не ожидавший похвалы в свой адрес.

На палубе никого не было. Она казалась такой же гладкой и пустынной, как весь корабль. Непонятно даже, куда мог скрыться загадочный человек в капюшоне. Алекс попытался сконцентрироваться. С тех пор как Феликс попробовал его крови, он безошибочно находил своего соседа, где бы тот не находился. И в этот раз Ева не подвела. Едва заметный след вел вглубь корабля, туда, где в густом тумане дергалась и шевелилась Лилит.

Юноша поежился, вот чего-чего, а столкновения с однокурсником, ставшим кровожадной тварью, было меньшим, что ему сейчас хотелось. Марк тоже вздрогнул, но комментировать свое состояние не стал. В любом случае им нужно было вниз, а как спускаться если на палубе нет и намека на люк, каюту, капитанскую рубку или хоть что-то позволяющее скрыться с гладкой поверхности корабля, было не понятно.

Руж внимательно обшаривал каждый миллиметр корабля, взлетал вверх и, наоборот, ползал на карачиках. Но ничего не помогало. Алекс судорожно пытался придумать, что можно сделать, но все его мысли занимало движение Лилит прямо у них под ногами. Он не мог видеть, но нутром чувствовал, что под пропитанным морской водой досками разворачивается что-то огромное и очень опасное. Оно постоянно переплеталось между собой и кусало себя за хвосты, потому что ему было мало места в тесном трюме.

Самым странным было то, что Алекс не чувствовал привычного всепоглощающего голода, который буквально расползался от каждого, кто вот-вот был готов переступить порог Искажения.

Упав на колени, парень начал голыми руками отрывать доски от палубы. Тут же в пальцы вонзилось несколько заноз, а по рукам потекла кровь. Но Александр не обращал на это внимание. Внешний мир перестал существовать. Осталось только собственное Ядро Евы, которое буквально кричало о том, что они сейчас потеряют Железную. Мак даже не понял, как его схватили за талию и грубо откинули в сторону. Спустя секунду из той небольшой дыры, которую он смог пробить в просоленных досках вырвалось несколько покрытых чешуей хвостов. За хвостами последовали когтистые тонкие длинные пальцы.

Существо, которое вывалилось на палубу одновременно напоминало огромного осьминога, змея и русалку. От огромного тела, лишенного половых признаков в стороны, расходились щупальца, покрытые жесткой сине-зеленой чешуей. Из огромного фиолетового рта торчало несколько рядов острых зубов. Но больше всего внимания притягивало даже не то, как эти зубы выглядят, а то, что между ними в железной клетке застрял Феликс.

- Охренеть! – только и смог проговорить Марк, все еще пытаясь оттащить однокурсника от потенциальной угрозы.

Существо сильнее сжало челюсти, и Феликс вместе со своей клеткой как пробка вылетел в сторону противоположного конца палубы. Шар из металлических обручей несколько раз ударился о доски и улетел за пределы корабля. Алекс даже не успел ничего предпринять, как его сосед опять оказался вне зоны досягаемости.

- И что мы будем теперь делать? – спросил запыхавшийся Марк.

В отличие от блондина, он пытался поймать клетку, но та двигалась слишком быстро и в итоге сбила самого юношу.

Как бы Алексу не хотелось исследовать необыкновенное существо, он понимал – одна ошибка и пострадают не только они втроем, но и весь университет. Необходимо было действовать быстро и не отвлекаться на собственные желания.

- Ну а что ты предлагаешь? Мы Охотники, значит будем охотиться.

Юноша сам удивился на сколько легко прозвучала от него эта фраза. От него. Человека, который даже не хотел становиться Охотником. Собравшись с мыслями, Алекс быстро оценил обстановку. В составе их команды бал только одна боевая Ева и та у Феликса, который сейчас барахтался за бортом. Марк бесполезен, если у него нет хоть какого-то оружия, а меч с собой на экзамен мало кто берет. Наконец, остался он... Александру было стыдно это признавать, но он до сих пор не понимал пределы своих способностей. Единственное, что ему удалось выяснить – это способность влиять на живых существ, чей организм попадает его кровь. Был шанс, что монстр решит укусить его и сам же попадется в ловушку. Но, как минимум, это больно, как максимум – смертельно опасно, а становиться добровольной жертвой парень очень уж не хотел.

- Эх, была не была... – прошипел Алекс, отрывая доску от раскуроченного пола.

Делать все равно было нечего. Единственное, что они сейчас могут – это задержать Лилит на столько, чтобы в Academia заподозрили что-то неладное и отправили им подмогу. И ровно в тот момент, когда он уже готов был бросится на существо вооружившись только доской, на палубу свалился Феликс.

- Стой! – прокричал Аурум и как мог схватился за доску.

- Что стой?! Не видишь, что, если мы сейчас что-нибудь не предприми, нас всех убьют?! – вклинился Марк, который все это время летал вокруг монстра, пытаясь его отвлечь.

- Не надо никого убивать, я могу запечатать Лилит.

- Что?! – в один голос вскрикнули Марк и Алекс.

- Угу. Вам надо только отвлечь Моргана, а я подлезу к Ядру и запечатаю его.

- Почему ты раньше не сказал, что у тебя есть такая способность? – почти обиженно спросил Александр.

- Потому что у меня не должно быть такой способности. Так что молчите и делайте как я говорю – огрызнулся Феликс.

На словах план правда был простой, но на деле отвлекать гигантскую взбесившуюся русалку было задачей не из легких. Марк продолжил летать, заставляя существо отчаянно размахивать руками и щупальцами в попытке поймать надоедливую мошку. Алекс действовал снизу, ударяя доской по чешуйчатым конечностям, заставляя монстра отвлекаться от летающей цели. Феликс же быстро двигался прямиком к пульсирующему Ядру. Пару раз его зацепило щупальцами, так что футболка порвалась, а на коже остались красные следы от острых чешуек.

Ядро Лилит было странным. Не то, чтобы Феликсу часто приходилось с ними сталкиваться, но все же он родился в семье потомственных Охотников. Родители, старшие братья и сестры время от времени брали его с собой на дело, так что, будучи еще дошкольником он ощутил на себе весь ужас столкновения с Искажением. Но это Ядро было другим. Оно как будто и не очень хотело причинять им вред, скорее просило, чтобы его оставили в покое. 

Лилит была ослабленной и зияла гнилистой сине-зеленой чешуйчатой дырой в теле существа. Прикасаться к этому даже на вид противному Ядру не хотелось, но иного способа запечатать Лилит Феликс не знал. Отец запрещал ему использовать эту технику. Если бы кто-нибудь увидел, понял бы, что он не потомственный Аурум чистой крови, а бастард, рожденный от союза с Отреченными. Но сейчас юноше не хотелось думать о том, что об этом скажут люди. Его однокурсник, почти друг, к которому он успел привязаться за два месяца сейчас может погибнуть от рук своих же товарищей, так не все ли равно.

Феликс аккуратно приложил ладони к Ядру. Его руки и Лилит тут же окутал яркий, почти слепящий свет. Сердцевину же начали оплетать крепкие световые обручи, уменьшая и очищая Ядро до тех пор, пока то не приняло размер человеческого сердца. Вместе с Лилит уменьшалось и существо, которое она породила. Русалка быстро усыхала, лишние части тела отваливали, пока на ее месте не оказался совершенно обнаженный Морган. Казалось, будто тот крепко спал и совершенно не подозревал, что только что по его вине произошло. Феликс устало привалился к палубе рядом с Фогом. Шевелиться не хотелось, техника Отреченных высосала из него слишком много сил.

Туман, а вместе с ним и Фата Моргана постепенно рассеивались, оставляя после себя лишь залитую тяжелым морским духом аудиторию и полумертвого профессора, который пытался откашляться от водорослей. Пока Феликс пребывал в полузабытье, Марк успел накинуть на их однокурсника какие-то тряпки и утащить в лазарет, вместе со слабо сопротивляющимся Штейном. Сам же юноша, понял, что больше не находится в аудитории, когда окончательно проснулся на руках у Алекса. Тот нес его так, будто Аурум ничего не весил и даже умудрялся напевать себе под нос что-то веселенькое.

- Слушай, ты заканчивай меня по универу на руках таскать, уже слухи пошли, - попытался возмутиться Феликс.

- Какие? Что мы делим постель или что младший сын Аурум на ногах устоять не может? – хохотнул Алекс, с ноги открывая дверь в их комнату.

- И то, и другое одинаково неприятно, знаешь ли.

- Меня не волнуют слухи. Ты лучше мне скажи, что это там было.

- Будто ты не знаешь, - грустно улыбнулся Феликс, удобнее устраиваясь на своей кровати.

- А что я знаю? Такими способностями обладает только одно племя на острове Отреченных. По легенде эти люди добровольно отказались от дара Евы, за что она наградила их способностью частично или полностью запечатывать Ядра других людей. И также по собственному желанию их распечатывать. Так как же вышло, что мальчик из семьи Охотников получил эту способность?

Алекс лежал на своей койке, повернув к нему голову. Он говорил так спокойно, будто бы обсуждал последние перед каникулами пары, а не то, что его сосед оказался с секретом.

- Ты обещаешь никому не говорить? – Феликс сдался под пристальным взглядом фиалковых глаз.

- А кому я могу рассказать? Думаешь какому-то отребью из заводских районов поверят? Скорее скажут, что я клевещу на соседа, который мне не нравится.

- Ладно. Ты ведь знаешь, что аристократические семейства занимаются селекцией способностей? Поэтому на протяжении многих поколений все мужчины нашей семьи женились на женщинах Феррум. Так сохранялась основная ветвь и поколениями выводились Ядра, способные подчинять себе металлы. За год до моего рождения, мой отец Сильвестр Аурум, обнаружил, что его Ева начала искажаться, и чтобы остановить этот процесс, решил отправиться на остров Отречённых. Там он встретил женщину. Она запечатала часть его Евы, которая успела обратиться Лилит. Я даже не знаю ее имени, ни, тем более, как она выглядела или кто ее семья. Просто, спустя год «лечения» отец вернулся вместе со мной в поместье Аурум. Мать была в ярости. По крайней мере старшие так рассказывали. В любом случае, мне не стоит использовать эту способность на людях, иначе пойдут слухи, и репутация моей семьи будет растоптана.

Феликс ждал, что после этого монолога посыпаются еще вопросы, но было подозрительно тихо. Он даже решил повернуться и проверить, не уснул ли его сосед, пока слушал душещипательную историю. Но Алекс все также лежал, повернув на него голову и пронизывал душу своими невозможными нечеловеческими глазами.

- А почему ты применил ее сегодня? – наконец спросил Александр.

Это был неожиданный вопрос. На секунду Феликс даже растерялся. Действительно, а почему он решил рискнуть честью семьи ради того, кого знал только два месяца и не то, чтобы близко общался.

- Не знаю. Правда. Я просто не хотел, чтобы Морган умер или его убил кто-то из наших. Мне показалось это неправильным, - пожал плечами Феликс.

- Ты добрый.

- Странно это слышать от тебя.

- Ага. Ладно, давай спать мистер Ежик. Спокойной ночи.

- Ага, спокойной...Стой, Ежик?

Только сейчас Феликс удосужился опустить взгляд на свою грудную клетку и с ужасом обнаружить, что все это время ходил в разодранной футболке, позволяя всем желающим любоваться Ядром Евы.