Доказательство безразличия

В больнице был поздний вечер, когда нарцисс по мнению прессы и тощая неблагодарная девчонка ругались в палате. Казалось бы, зачем кричать и наводить столько шуму, думалось Торре. В конце концов Ман хочет забрать Саоми для благих целей. Безвозмездное проживание и забота – отличная сделка. Правда ... Похоже, что план его друга провалился.

До того, как девушка очнулась, «мистер-я-не-умею-стучаться» ворвался в кабинет врача. Этим поступком, прервав ему отличные перспективы на вечер с одной из медсестер, у которой, к слову, потрясная фигурка. Ну, ладно, если бы только это произошло. Он заявил, что заберет человека, которого чуть не сбил и позаботиться о нём. Шокирующе и неожиданно.

Насколько Торре знал, то все отношения Мана с девушками заканчивались одинаково. Было три пути развития событий - ужин, секс, прощание. Всё. Другого никогда не было. Не помнит он, чтобы Дол хоть раз был в серьезных отношениях или проявлял интерес к женскому полу. Нет, не тем, которым соблазняют и притягивают, а настоящим.

Однако, наблюдая за ссорой этих «больных» на всю голову, которые уже собрали своими криками целую толпу в дверях. Врач удивлялся изменениям в парне и принятому решению. «Взрослеет мальчик», подумалось Торре.

— Ты поедешь со мной!, — прервал размышления друга, уже выходивший из себя Ман. Он получил уже два отказа на свои попытки убедить девушку. Саоми же просто сидела и даже не пыталась сдерживаться в эмоциях, то и дело вырывая капельницу. Собственно, потому Торре и стоял до сих пор в палате, смотря на этот цирк.

— Кто ты, чёрт возьми такой, чтобы заставлять меня куда-то ехать с тобой! Я подам в суд, ясно? Если ты хотя бы пальцем меня тронешь!, — пошла с козырей уже Саоми, потому что терпеть такого дурака становится невыносимо.

— Что ж ты раньше не сказала то, Малышка, — разводя руки в сторону и вздыхая, будто с плеч сняли огромный груз, — Для меня выигр ... .

— Какая я тебе Малышка?!, — взвинчено закричала девушка, выходя окончательно из себя. Он не может называть её такими словами, когда они ругаются и являются друг другу никем. 

— Цыц! Не перебивай старших, когда они говорят с тобой о серьёзных вещах, — сказал Ман, показав пальцем на Саоми. Он хотел было продолжить, но кое-кто решил окончательно вывести его из равновесия.

— Ты это про себя что ли?! Да, вообще, Малыш у тебя в штанах, ясно!?

— Малышка захотела проверить, что у взрослых дядечек в брючках?, — усмехнувшись уверенности этой чудачки, решил пойти напрямую Ман. Лишь бы она, наконец, дала ему всё объяснить и аргументировать, а не оскорбляла только, — Ха-х, ну, убедись сама.

Ман быстро подошел к девушке, взял её руку и приложил к своим штанам. Это было сделано настолько молниеносно, как показалось ей, что реакция последовала ни сразу. Сначала Саоми смотрела на свои пыльцы, которые лежали там, где не должны находиться. Потом немного сжала мужское достоинство и повторила это движение пару раз. Словно в трансе, она подняла на Мана свои глаза и уставилась на лицо.

Стоп, что она творит. Переводя взгляд с лица парня на его «кхм», Саоми резко отдернула руку и прижала к себе, словно её сейчас отрежут за непотребства.

— Ты что совсем чокнутый? Извращенец!, — наконец среагировала девушка, — Доктор Торре, вы что просто стоите и смотрите как тут вашего пациента насилуют!, — переводя яростный взгляд на врача, кричала она с новыми силами.

— Да, где я тебя насиловал. Ты сама захотела проверить, что у меня в штанах. Я тут ни при чем, — констатировал Ман факты, пожимая плечами и разводя руки в стороны.

—  Заткнись, Извращенец!

— Блин, что в этом такого? Ты же в конце концов не девственница в таком-то возрасте, чего стесняться. Естество никто не отменял в нашем мире.

— Пошел ты, придурок!

С этой девчонкой просто невозможно говорить и как только он держит холодный рассудок рядом. Уговорить не было бы проблем, если бы не одно «но». Он решил выложить всё прямо и сразу. Вообще, то фразы прозвучали сносно, сказанные до этой бури, «Я тебя забираю из больницы. Будешь жить у меня. Еда, деньги и все остальные удобства тебе обеспечены. Возражения не принимаются». Хорошо, правильность и безотказность этих предложений виделась только Ману.

Он не учёл, что девушка не из светских блондинок, которых помани пальчиком и они сбегутся. У Саоми было собственное достоинство.

На самом деле для человека, который никогда не получал отказы от женщин или возражений, то данная ситуация из ряда мифов. Удивительная, однако. Это может значить, что Ман действительно не ошибся в своём выборе и делает сейчас верный шаг.

— В общем, ты едешь со мной и это не обсуждается. Мне надоело спорить с тобой. Если продолжишь, то я засуну тебя в мешок и силком потащу. Ясно?

— Зачем я тебе?, — умерив свой пыл, произнесла девушка.

— Что ты имеешь в виду?, — переходя на более спокойный тон, спросил Ман.

— Неужели тебе хочется возиться со мной? Я ничего не стою.

Грусть, с которой она сказала эти слова, не стыковалась с яростью до этого. Настолько быстрая смена настроения после сказанных слов произошла. 

Саоми действительно не понимала зачем понадобилась этому дураку, который пытался спасти её от пропасти. Она находилась в шаге от того, чтобы не упасть туда. Это было бы спасением. Однако, этот парень хотел уберечь. Да, она совершенно не знала его и не представляла кто он такой, потому искренне не понимала. В голове был только вопрос «зачем?». Зачем незнакомцу брать на себя лишний груз?

Если на месте парня был другой человек, он просто забыл бы об этой ситуации и жил дальше. Казалось, будто сон, что снился ей пока она спала должен что-то подсказать и дать объяснение, но нет. Саоми не чувствовала этот теплый свет, исходящий из темноты.

Вероятность того, что, позволив Ману, увезти её подальше от всех проблем, она будет счастлива, очень мала. Конечно, девушка не доверяла ему и это нормально. Ведь, даже не знает его имени. Стоп ... Она, ведь, даже не знает как его зовут.

— Ты считаешь себя никем?, — выдернув из раздумий, спросил Ман.

Саоми обратила свой взгляд на этого парня, а вопрос остался без ответа. Она не считала себя никем. Ведь, существует, а значит уже не никто. Её знают минимум пять человек, в число которых входит семья. Семья ... . Чёрт, они переживают, наверное. Хотя, смешно. Если бы они беспокоились, то были бы в палате или рядом где-то.

Оглядевшись по сторонам и убедившись, что кроме безымянного парня, доктора Торре и любопытных зевак в дверях, больше в палате никого не было. Стало невыносимо грустно, а тяжесть заинтересованных взглядов только давила сильнее.

Родителей никогда не волновало, что девушка делает и что с ней происходит. Именно поэтому, умерев, они устроили бы ей не церемонию похорон, а праздник себе. Интересно, что когда болела, то не пила лекарства и не посещала врача, потому что боялась сделать что-то не то. Настолько она загнана в свой собственный мир, вдали от родных. Сейчас её выгнали из дома и не потрудились объяснить за что наказали. Саоми считала всегда, что если тебя ругают или наказывают, то обращают внимание и ты не пустое место. Однако, вопрос парня поставил в тупик, потому что побои, что она получала были не доказательством любви или внимания, а всего лишь способом избавиться от ненужного мусора в доме. Хочется ли ей, вообще, возвращаться туда? Вот о чём она думала.

Девушка настолько погрузилась в свои размышления, что не заметила двое пар глаз, которые смотрели на неё с сожалением и грустью. Ман и Торре уже закрыли дверь, чтобы огородить от остальных людей и сейчас просто наблюдали за тем, как хрупкая девушка ломается. По лицу Малышки скатываются слезы и если бы не боязнь испугать её своими действиями, то Ман давно бы убрал их. Они не должны быть там. Не стоит ей плакать, это неправильно.

Устроившись поудобнее и налив себе воды из графина, они стали ждать. Ожидание тянулось где-то час и всё это время никто не хотел говорить что-либо. Понимали, что нужно дать время прийти в себя. Можно ли сказать, что их мольбы были услышаны или нет, но девушка заговорила в конце концов.

— Как тебя зовут?, — спросила Саоми, даже не поворачиваясь в сторону парней.

— Моё имя Ман. Можешь звать меня так.

— Ман, — с паузой произнесла девушка, словно повторяя его слова, — Приятно познакомиться, меня зовут Саоми Лонс.

— Красивое имя, Саоми, — улыбаясь проговорил Ман, подходя к койке и садясь на край. Ему невыносимо хотелось как-то взбодрить и поддержать. Он боялся, что реакция будет плохой, однако, когда положил свою руку на её и немного сжал пальцы, то ничего не произошло. Поглаживая кисть девушки, решил продолжить, — Мне тоже приятно познакомиться.

В это время на стуле рядом с комодом сидел доктор Торре. Если бы кто-то из них обратил на него внимание сейчас, то увидел бы эмоции, которые показывают гордость и счастье. Давно не наблюдал он как его друг улыбается искренне. Настолько, что глаза сужаются, а на щеках появляются ямочки.

— Помиловались, голубки?

— Кто тут голубки еще?!, — возмутилась Саоми словам врача, который сейчас заполнял лист выписки из больницы.

— Действительно, — согласился Ман с девушкой.

— Ладно, ладно. Саоми, верно? Могу я обращаться к тебе по имени?

— Да, доктор Торре.

— Да, брось, зови меня просто Торре. В конце концов, я чувствую, что мы станем хорошими друзьями, — улыбнулся доктор, обращаясь к Саоми, — Перед тем как тебя выписывать, у меня есть пару вопросов. Могу я их задать?

— Конечно!, — проговорила она, замечая, что Ман отпустил руку и уже стоит около стены, облокотившись.

— Хорошо, тогда, начнем. Сколько тебе лет?

— Мне 20 лет. День рождения 2 июля.

— Нам стоит позвонить твоим родителям, чтобы сообщить о происшествии?

— Нет!, — слишком резко ответила Саоми, не подумав, что могут что-то заподозрить, поэтому продолжила, — Они очень заняты работой, не хочу их отвлекать.

— Хм, — даже если родители заняты, то это слишком странная реакция на звонок. Бросив взгляд на Мана, который видимо подумал о том же, судя по выражению лица. Торре хотел спросить уже про её семью, когда друг покачал головой, сигнализируя не расспрашивать о личном. Удивился, но поворачиваясь к бывшей пациентке, заметил, что та начала снова грустить. Решил не расспрашивать, а закончить заполнение документации, — Подскажи, где ты проживаешь?

— Нигде, — ответила Саоми, однако быстро сообразив, что зря сказала это, то исправилась — Извините, я задумалась. Я живу на улице ..., дом ... .

— Ничего страшного, не переживай.

Дальше доктор Торре задавал стандартные вопросы о самочувствии и жалобах, а также попросил подписать какие-то документы. Саоми делала всё, что ей говорили и старалась теперь отвечать более сдержано, чтобы не сморозить глупость.

— Мы закончили. Теперь о домашнем лечении, — отложив бумаги в сторону, начал рассказывать доктор, — Во-первых, на первое время тебе необходим полный покой, в ближайшие несколько дней. Также, стоит уделить особое внимание питанию. Здоровое питание – это залог выздоровления. Кушать следует небольшими порциями по 6-7 раз в день, если тяжело, то можешь уменьшить количество на первое время. Во-вторых, я выписал витамины, лекарства и мази, которые отдал уже Ману. Всё необходимо пить вовремя и не пропускать. Также, я объяснил ему, — показывая на Мана, — Как их принимать в течение дня. В-третьих, ноги ... боюсь это отдельный разговор, который мы продолжим, когда я вернусь, — замечая, как в дверном проеме стоит медсестра и зовет его, выходит из палаты.

— Я не поеду с тобой!, — проговорила девушка, смотря на стоящего парня в стороне.

— Поедешь. Твои лекарства у меня и за тобой нужен уход, — обращая внимание, что Саоми вновь начинает злиться, то решает добавить, — Я не собираюсь держать тебя силой. Если ты захочешь, то сможешь уйти, но только когда сможешь ходить нормально без посторонней помощи.

— Без посторонней помощи? А что не так? Я, ведь, просто переутомилась и упала?

— Нет, у тебя была сильная лихорадка. Хватит уже пропускать мимо ушей всё, что говорит Торре. Он тебе всё объяснил сто раз, — закатывая глаза, обозначил Ман.

— Даже если так, то сейчас я чувствую себя хорошо. В чём проблема?, — показывая на себя, как бы обозначая своё самочувствие, — И почему я не могу ходить? С чего ты взял?, — начиная вставать с больничной кровати, выделила Саоми, — Смотри!

Поднимаясь, она перевалила свои ноги через ограждения и сбросила одеяло. Встать на ноги не удалось до конца. Резкая боль в нижней части тела, которая настолько сильно пронзила тело, что та начала падать. Хорошо, что Ман среагировал быстро и успел в два шага подхватить тело девушки.

— Дура, ты что творишь?!

Ответа не последовала, а на её лице исказилась гримаса ужаса и боли. Парень помог ей сесть на кровать, смотря раздраженным взглядом.

— Тебе еще нельзя вставать, иначе швы разойдутся!

— Швы?, — уточняя, произнесла Саоми, смотря через пелену на него.

— Да. Твои лодыжки в ужасном состоянии. Тебе нельзя вставать и наступать на ноги, а тем более беспокоить их лишними движениями.

Девушка, перевела свой взор на ноги и охнула от неожиданности. Когда? Как она получила эти травмы. Мысли проносятся сейчас в голове у неё со скоростью света и пытаются сориентироваться в какую сторону стоит их направить. Воспоминания накинулись быстрой волной, от которой девушка закричала в немом крике. Рот оставался открытым, а дыхание сбилось. Как она могла забыть об этом.

«Ничтожество, ты ничего не стоишь в этой жизни. Ты никто», звучали фразы родителей в голове. Звук ударов оглушал сознание и уши. Чувство беспомощности, распространялось по всему телу, от чего девушка поджала колени под себя и скрутилась как загнанный в угол котенок. Такой маленький и беспомощный.

— Нет, не трогайте меня. Пожалуйста, не трогайте. Я не могу, нет.

Она произносила эти слова тихо, но даже через этот шёпот можно было услышать крики помощи. Такие громкие и чёткие, что отреагировать было невозможно, стоящему рядом молодому парню. Подходя к ней ближе, он постарался обнять и успокоить невиновного человека.

— Нет! Не трогай! Нет!

—Тихо, всё хорошо. Я рядом, — успокаивал парень, сильнее прижимая к себе и стараясь привести в чувства, — Всё будет хорошо. Успокойся.

Торре зашел в палату вместе с медсестрой, которая тут же отдала шприц с успокоительным доктору. Врач успел выхватить руку девушки, когда она начала вырываться из объятий Мана. Быстро найдя вену и вколов препарат, он сделал кивок другу, намекая на то, чтобы тот укладывал её обратно на подушку.

До момента пока Саоми не уснула, она не переставала твердить словно мантру «Нет. Не надо». Однако, тьма снова окутала её и погрузила в мир спокойствия, где теперь был не лучик света, а парень без лица, что тянул её дальше от пропасти.