- 22 -
Десяток метров, что пришлось преодолеть до островка, дался Лиссе с трудом.
Она старалась не смотреть вниз, но взгляд постоянно уплывал куда-то в темноту. Ей чудилось, что бездонные провал зала вовсе не пуст. Стоит аэронавтке отвлечься, перестать следить за ним, как нечто неведомое и безликое ухватит ее за лодыжку и утащит вниз.
Как только девушка сошла с моста, страх тут же отступил. На его место вернулись прежние сомнения.
Где же дверь?
Лисса провела ладонью в том месте, где та должна была находиться. Она надеялась обнаружить выступы, рельеф, углубления. Что угодно! Любой намек, что под слоем гранита спрятана дверь.
Попытки оказались тщетными.
Девушка ничего не нашла.
Отлично, у нее нет одной двери! Можно собирать вещички и отправляться домой. Точнее, за Пределы. Вот тебе и вся хитрость. Нельзя открыть семь дверей, если у тебя их всего шесть.
Лисса кое-как заставила себя отступить от пустой стены. Ей пришлось несколько раз напомнить себе о том, ради чего она вообще отправилась в академию. Пути назад нет. Она прошла точку невозврата.
- За синей – дар. – Четко произнесла аэронавтка, обращая внимание на следующий островок. Осталось еще две двери. Возможно, голубая проявится на следующем этапе? По крайней мере, именно так бы сказал Энджелиас, окажись он рядом.
Лисса не стала возвращаться обратно на платформу. Держась за стену, она двинулась к следующему островку.
Тут ее ждал еще один сюрприз. Если голубой двери не было, то синяя (она предполагала, что это именно синяя) представляла из себя зеркало в полный рост, вмонтированное в мрамор стены. Без рам, без узоров, без обводов.
Изначально аэронавтка не собиралась трогать синюю дверь первой. С недавних пор дар прочно ассоциировался у нее с проклятьем. Если она все верно поняла, проклятье – это неправильный дар. Изуродованный и искаженный ошибками предков. Открыв синюю дверь, Лисса запросто могла активировать порочную часть дара раньше времени, без возможности как-то исправить. Нет уж, на такой риск она идти не собиралась. Но финт с зеркалом все равно был мало приятным.
Несколько мгновений Лисса рассматривала свое отражение.
Ничего нового обзор не дал. Обычная бескрылая в болтающемся балахоне, отметинами тяжелой ночи под глазами и светло-русой косой, спускающейся ниже лопаток.
Без особой надежды, что зеркало – это просто зеркало, а синяя дверь находится в конце последнего луча-моста, девушка двинулась дальше. Тратить время на поиск ответа не было смысла.
Что осталось?
Красную дверь нельзя открывать.
Белую можно зачаровать.
Зеленая скроет горечь пожара.
За черной стонет монстр из кошмаров.
За голубой тайна. За синей – дар.
В сиреневой скрыт подсказок товар.
В последней двери аэронавтку смущало только наличие слова «товар». Подразумевало ли оно, что придется платить за эти подсказки? Не обычными последствиями, о которых говорил мэтр, а чем-то другим.
Считать, что «товар» вставлен в угоду рифме, Лисса не могла. Сегодняшний день подтвердил, что ко всем словам, сказанным в адрес их факультета, стоит относится внимательно. Особенно отчетливо аэронавтка поняла это в тот момент, когда на лекциях не обнаружила Рангъяра – того демоноида, с которым поднялась холм. Его не было среди шестнадцати адептов Другого факультета. Похоже, он не успел занять койку до полуночи.
- Сиреневая дверь. – Обозначила Лисса находку, отмахнувшись от грустных размышлений.
Если она не может добраться до тайны, то возьмет подсказки.
Слава попутным ветрам, сиреневая дверь была сиреневой дверью. Светлой, чистой, с Г-образной ручкой без замка. В общем, самой обычной дверью, которую можно представить.
Девушка еще раз пробежалась взглядом по залу. Ничего не упустила? Все двери несут опасность. Везде будут последствия. Но с одними адептка готова встретиться прямо сейчас, а до других надо дорасти. Выбрать дверь с подсказками было разумно. Смущало лишь то, что логически выверенное решение вовсе не означает, что оно правильное.
Ох, как жаль, что аэронавтка не успела поговорить с другими ребятами, прежде чем погружаться в сферу! Было бы проще, если бы они все вместе решали загадки Изначального. Обсуждали их.
Интересно, какой выбор сделают остальные?
- Пятнадцать минут до окончания урока, - прогрохотал голос мэтра, откуда-то сверху.
Неужели она столько времени выбирала дверь?
Глубоко вздохнув, девушка ухватила металлическую ручку, но не успела опустить ее вниз, как сиреневая краска на двери взбухла, надломилась, и трещинами побежала по поверхности двери.
Лисса взвизгнула и отшатнулась назад, чуть не отпрыгнув на самый край безопасного островка.
Краска на двери продолжала рассыпаться на глазах. Ломанные молнии рисовали на поверхности странные узоры. Они что-то писали! Не прошло и минуты, как на проступила отчетливая надпись.
«Половина из вас уже сегодня совершит первую ошибку.»
Это то, что сказал им утром Эльд. Почти. Он говорил, что первую ошибку они совершат завтра, а не сегодня.
У Лиссы заломили виски.
Как, урф ее подери, понимать это послание? Это та самая подсказка? Предупреждение? Или же на всех дверях есть подобные надписи?
Что же теперь делать?
У нее осталось меньше пятнадцати минут, а вместо того, чтобы действовать, она впала в ступор. А какие варианты? Еще раз попробовать открыть сиреневую? Бежать проверять другие двери? Слева из ближайших – зеркало и пустота. Справа – красная дверь, которую тронуть-то страшно, не то что за ручку дергать.
Из доступных остались: белая, зеленая, черная. Чары, горечь и кошмары.
Убираем чары. Не знает она, как зачаровывать двери!
Горечь или кошмары?
Пожар или монстр?
- Десять минут до окончания урока. – Безжалостно поторопил голос мэтра.
Ей надо выбрать!
Хоть что-нибудь.
Горечь. Горечь — это не страшно. Горечь – это вкус. Еда бывает горькой. Лечебные травы горчат. Пожаров в жизни Лиссы не было вовсе. Никогда не имела проблем с огнем. Зима, холод, белый снег и пар, поднимающийся от бескрайнего моря, которое аэронавтка могла видеть из окна высокой башни.
- Зеленая дверь, - пробормотала девушка, ступая на мостик. – Зеленый – цвет жизни. Леса зеленые. Трава зеленая. Зелень очень полезна сама по себе. Ее нужно добавлять в пищу. В ней много витаминов.
Что-то такое ей в детстве объяснял отчим.
Чтобы добраться до зеленой двери, Лиссе придется опять пересечь круглую платформу. Только, на этот раз, времени паниковать нет. Сосредоточиться и идти. Осторожно, но в темпе.
- Зеленая-зеленая-зеленая, - повторяла аэронавтка. Все что угодно, лишь бы не думать о пропасти под ногами. - Зеленая. Зеленая дверь. Урф.
Она снова вернулась к третьей двери. И совсем она не страшная. Ручка – вон какая красивая. Круглая, как шарик.
С дрожащими поджилками, Лисса прикоснулась к круглой ручке.
- Урф, - выдохнула она. Разом пересохло в горле. Ноги стали будто ватными, а сердце ухнуло куда-то вниз.
На зеленом крашенном дереве ядовито-горчичным цветом проступила надпись.
«Мне жаль, что я не могу тебя любить».
Эти слова она узнала моментально. И, в отличии от фразы, сказанной Эльдом, здесь не было никакой ошибки.
Нет.
Не эта дверь.
К монстрам, к сапам, да хоть к самому урфу!
- Пять минут до окончания урока.
К черной двери Лисса подошла на подгибающихся ногах.
Она уже не могла думать. И, честно говоря, больше не хотела.
Никаких мыслей. Никаких размышлений.
Аэронавтка схватила кольцо дверной ручки и дернула на себя.