Эффект Манделы
Все тело было в терпком ожидании свободы из больничных оков. С минуту на минуту должен был придти врач с пугающей выпиской в руках и отпустить меня на волю. Но туда мне, как не странно, совершенно не хотелось.
Сердце сжималось от мыслей что совсем скоро я окажусь дома. Буду пить любимый чай на кухне с запахом смородины, где меня пыталась убить собственная сестра. Увижу и её лицо. Интересно, что я найду в нём? Будет ли там отпечаток её скрытой ненависти или же продолжение жестокой игры? Как бы там не было, но я была готова уйти хоть куда, но не возвращаться домой. Идти мне было не куда.
- Саша, можешь ехать домой , - зашёл врач в палату и опустил свой тяжёлый взгляд на мой одиноко стоящий чёрный пакет. - Хотел предложить тебе донести вещи, но думаю справишься и сама.
Сергей Степаныч, тепло улыбнулся мне и протянул белый листок, который я не особо хотя, но взяла.
- Первый раз вижу, чтобы уходили из этих стен с таким грустным лицом, - Дедушка пристально взглянул на меня своими серыми, добрыми глазами. - Дочка, что с тобой?
Такая простая фраза заставила меня растаять от умиления. Интересно, когда я ещё услышу это гордое звание - дочь, из уст своей матери?
За неделю моего лечебного курорта, Полина наговорила маме невероятных небылиц и теперь никто не хочет иметь со мной общения. И сейчас, меня совершенно никто не встречает.
- От вас ухожу. Разве это не повод погрустить? - зальстила старому, хитро улыбнувшись.
Степаныч вернул мне тёплую улыбку и как мудрый человек посоветовал больше не появляться тут, но забежать в гости - всегда будет рад мне.
- Спасибо вам, - сказала я прежде чем выйти с палаты. Но на доктора не взглянула.
Тяжелая ладонь, под натиском большого жизненного опыта, легло на моё тонкое плечо и еле ощутимо сжало его.
- Давай, дочка.
И я, вышла из своей породнившейся палаты номер семь, а после и вовсе из больницы.
В лицо ударил тёплый летний воздух, но погода все продолжала хмуриться не желая показывать яркое солнышко, старательно пряча его от любопытных людских глаз. Всё было точно таким же как и всегда : гул проезжающих машин и говор вечно спешащих людей.
Мир не остановился и не рухнул. Я могла умереть, но все продолжало быть точно таким же. Прекращение моей жизни не остановило бы все живое. Грустно осознавать что твой уход не заставит ни одно существо поскорбить о твоей ушедшей душе.
Спустившись с крыльца я хотела было пойти по тропинке прямо до ближайшей автобусной остановки, но чёрная ауди перегородила мне дорогу . Я резко остановилась и увидела направляющегося ко мне брюнета в чёрном классическом костюме.
- Чего ты так одет? - с интересом разглядывая молодого человека спросила я.
Удивительно, но это было очень красиво. Ему исключительно шли строгие классические костюмы. Калашников остановился от меня на расстояние вытянутой руки и наиграно поправил свой чёрный галстук.
- Я с работы, - коротко ответил он и взял из моих рук пакет.
- А делаешь ты тут что?
Он вымучено улыбнулся и потёр свое уставшее лицо. И снова я заметила тоже, что и в прошлый раз. С ним явно что-то происходило и мне показалось что он даже похудел. Щеки впали, делая заостреные скулы, а глаза не выдавали прежнего жизненного блеска.
- Приехал за тобой. Давай, я отвезу тебя домой.
Открыть заднюю дверь, помешала ему моя рука, которая крепко схватилась в свои вещи. Данил, кинул на меня удивлённый взгляд и опустил его на схватившую пакет руку.
- Я не поеду домой.
Выдохнула я и выдернула вещи из его рук. Упрямый настрой был решителен и непоколебим. Гордо дёрнув подбородком и обогнув брюнета, уверенно продолжила свой путь.
- Стой, стой.
Парень снова вырос передо мной перегородив дорогу.
- Как это ты не поедешь домой? А куда ты пойдёшь?
На его лице читалось удивление, парень судорожно бегал глазами по моему лицу. Я могла сказать что он искренне заволновался, чему я очень удивилась.
- Тоесть я хотел сказать, что тебе ведь некуда идти. Дома тебя ждут.
- Меня даже никто не встретил! - отрезала я, дернув подбородком. - Не волнуйся. Такие как я, не пропадают!
И представляя гордую походку, шагнула я, но Калашников грубо схватил меня за плечо.
- Я и не сомневаюсь, строптивая.
Ошеломленной его выходкой, уставилась на его уже повеселевшее лицо. Он еле заметно улыбнулся, глядя прямо на меня.
- Поживешь у меня тогда в отеле, - отпустив мою руку, он запустил свою в тёмные, гладко уложенные волосы.
Брюнет устало поморщился и ослабил на шее свой галстук.
- Что с тобой? Тебе плохо?
Подошла чуть ближе, но коснуться его не осмелилась.
Парень коротко улыбнулся мне и заверил что все хорошо, беспокоится не о чем .
Я все же согласилась на его предложение, ведь вариантов больше у меня не было. Пока мы ехали не очень длинную дорогу до отеля его семьи, доставала его с распросами.
Оказалось что его работой и был этот самый отель. Он был лишь одной третьей частью бизнеса семьи Калашниковых, работой которой руководил товарищ сидящий точно слева от меня.
- Тяжело тебе наверное, - заключила, снова посмотрев на его чем-то вымученое лицо.
- Когда это приносит тебе хорошие деньги, то об усталости не думаешь вовсе.
Мы вырулили в лесную зону и оказались около двух этажного каменного здания.
- Вот и приехали.
Вид был тут завораживающим. Отель представлял собой архитектуру античного века и точно приманивал собой взгляд каждого гостя. Его хотелось рассматривать и изучать каждую деталь его серого камушка. Взволнованное море придавало этому месту ещё большего великолепия.
- Какое красивое место, - восхищенно произнесла свои мысли, рассматривая водную гладь.
- Да, красивое, - серьёзно взглянув на отель произнёс молодой человек.
Нет, он точно устал от своей работы. В его взгляде я увидела лёгкое призрение, которое скрыть от меня у него не получилось.
- Давай, пойдём. Я заселю тебя в номер.
Прямо на верху отеля красными буквами горело его название "Revenge"
Какое тяжёлое слово, подумала я. Перевода я не знала, но место казалось действительно статусным.
Пока я изучала внешний вид здания и красивейший вид на лазурный песчаный берег, из отеля распахнулись тяжёлые деревянные двери откуда вышла статная женщина, на вид сорока лет с высокой чёрной шишкой из волос на голове.
- Даниил, ну сколько можно тебя ждать? - поспешно подошла она к нему и опустила свой взгляд на мой пакет в его руке. - Какие у тебя дела, сынок?
Сынок? Это его мама чтоль?
Как бы там не было, знакомство с его родственниками было не желанным и я продолжала стоять в стороне притворяясь что меня тут и вовсе не существует.
- Алина, познакомься с Сашей. Саша это моя тётя.
Парень отошёл в сторону и теперь мы стояли друг другу лицом с его тетей. Её тёмные глаза бегали по мне и во всем теле пробежался табун мелкой дрожи. Я не могла понять её чувства, ведь её лицо было каменно - непристрасным. Прям как этот отель.
- Здравствуйте, - нарушила я молчания, ступая на одну ступеньку ближе к Алине.
- Здравствуй, - не сразу, но отозвалась женщина смотря на меня сверху вниз. - Данил, заканчивай все свои дела и приходи в зал. Там тебя уже все ждут.
Удосужив меня кивком головы, она снова ушла в отель.
- Вы не похожи, - решила оповестить об этом своего товарища.
Не похожесть была именно внутренняя. Парень был настолько открыт и искреннен, что увидев его родственницу - появились сомнения в их родственных связях.
- Давай зайдём внутрь, - только и сказал он, легко подтолкнув меня вперёд.
Внутри все было точно так же со вкусом. Мне не хотелось рассматривать каждую деталь, но даже в такой ситуации я заметила дорогой вкус. Белые, красные и коричневые тона преобладали в интерьере. И растения, которых тут было очень много, давали этому месту большего уюта.
- Нужен номер бизнес класса на неопределённый срок. Все за счёт компании, - услышала я слова Калашникова, когда я рассматривала большое растение стоящее на глянцевом полу.
- Ты слышал? - нагнулась я к веточке непонятного растения. - Буду как королева - нахлебница. Мечта всех содержанок.
- Если тебе будет одиноко, ты можешь обратиться ко мне. Не обязательно разговаривать с растениями, - раздался спокойный голос Данила и я отпрянула в сторону.
-Не пугай меня больше, - строго посмотрела на парня, оказавшийся вдруг позади меня. - Издавай хоть какие нибудь звуки когда подходишь.
Он еле заметно улыбнулся и взяв меня заплечи повёл в сторону второго этажа.
- Ты ничего не скажешь? - посмотрела на него вскинув шею.
- Нет, - посмотрел и он на меня и наши лица оказались катастрофически близко друг от друга. - Всё и так хорошо.
Данька лёгким прищуром посмотрел в мои глаза, а после опустил взгляд на мои губы, и я поспешно отстранилась от него.
Что-то осознав и он, отошёл чуть дальше от меня.
Зайдя в номер брюнет не стал проходить вместе со мной. Сказав о том что новестит меня чуть позже, он ушёл вниз на семейное мероприятие.
Ещё раз отметив странности в его поведении, я не могла не спросить его об этом как только он снова придёт ко мне. Пусть мы и не так близко знакомы с ним, но он не должен оставаться один со своими проблемами и должен знать, что я готова его выслушать.
- Данька, Данька, - тяжело вырвалось из груди и я осмотрела свой номер.
Красивый, большой, в светлых оттенках номер создавал ощущения личного богатства и высокого статуса живущего тут гостя.
Позавидовав самой себе и подумав как часто я стала появляться в богатых номерах, пошла принять ванную и смыть с себя больничные остатки.
Все было в лучших богатых традициях,кроме одного но :полотенца в номере не было и поискав по шкафам номера - я была разочарованная в его отсутствии .
Снова спустившись вниз на ресепшн, спрашиваю у милого партье об отсутствующем элементе личной гигиены.
- Как ваша фамилия? - добродушно поинтересовался кудрявый паренёк.
- Ветрова, - ответила и ему улыбкой, наблюдая как его глаза стали бегать по монитору компьютера.
Пока он искал меня в базе данных, я снова увлеклась рассмотрим прекрасных, здоровых растений. Пока мой взгляд не врезался в неё.
Тётя Данила стояла не долеко от ресепшена и держа в руке книгу, замерла глядя в мои глаза. Казалось, что я самое страшное что эта женщина видела в своей жизни.
- Вам плохо? - осторожно спросила я, неуверенно сделав шаг в её сторону.
- Как тебя зовут? - не сразу получилось выговорить у неё эти слова.
- Ветрова. Ветрова Александра.
Её тёмные глаза сделались ещё больше, чем напугав и меня. За минуту женщина не моргнула ни разу, заставим меня начать паниковать.
- Ты, - прошептала она, зачем-то вытянув указательный палец на меня. - Уберешься сейчас же с этого места.
Выплюнула она эти слова.
Тёмные глаза тёти брюнета налились вселенской яростью, а лицо исказилось в презрительном оскале. Я попятилась назад.
- Но что я сделала?
Растерянно сказала я, смотря в её зловещее лицо.
- Спросишь у своей мамаши, пошли!
Рысью подлетела ко мне грубо и больно хватая за локоть руки, тащя меня к выходу отеля.
- Да вы с ума сошли! - заорала я, пытаясь высвободиться из её железной хватки. - Объясните мне в чем ваша проблема!
Женщина толкнула меня к выходу и я вылетела прямиком за порог ударившись об косяк деревянной дверь.
- В тебе!
Услаша её голос и раздался грохот закрывающейся двери.
- Нет! - кинулась я к ним, стуча как сумасшедшая. - Откройте двери, прошу!
Меня никто не слышал, а если и слышали, то полностью игнорировали.
- Прошу вас, позовите Данила.
Мои мальбы были тщетны. Двери закрылись и не собирались открываться. Я чувствовала как горло начало душить непрошенными слезами, от чего пришлось с дрожью в теле отойти на шаг назад.
- Дайте хоть вещи забрать.
Жалобно посмотрела в сторону закрытых дверей со страхом понимая, что все моё осталось, за этими каменным стенами.
Что-то внутри меня, той смелой девчонки, сломалось. Мне было страшно, мне было одиноко. Я хотела закричать на весь этот мир о вселенской несправедливости ко мне. Но я не могла.
Обида и злость заложили мои уши и голос.
Слетев с крыльца я пнула машину Калашникова прямиком по колесу от чего она начала истошно орать.
- Не ври, тебе не так больно как мне.
И я побежала прочь с этого места. Ноги несли меня вперёд прямо в лес, но я не знала куда бежать. Мне некуда было идти, у меня не было с собой теперь даже телефона.
В каком ты положении, Саша?
Толчок в груди заставил меня остановится. Глаза осмотрели местность, где я была окружена высокими, непроглядными соснами. Заходящее долгожданное красное солнце ещё давало надежду на то, что я могу видеть окружающее меня место.
- Что делать? Что делать?
Этот вопрос застрял у меня на языке и я схватилась за свои волосы.
- Что мне делать?!
Заорала на всю округу и услышала голос улетающих успугавшихся птиц.
А потом мне стало страшно. Я была одна в лесу и начала переживать о живности тут помимо меня. Волки? Кабаны? змеи?
Они точно съедят меня. Мне конец!
В ужасе снова побежала вперёд, царапая свое лицо о торчащие еловые ветки.
- Ой!
Закричала я от боли в провалившейся куда-то ноге.
- Нет, нет, нет.
Корчилась на земле от пронзающей боли в конечности. Ногти вцепились в сырую землю, а лицо уткнулось в мокрые опавшие еловые ветки. Я заорала прямо в них, от чего мой ор стал более приглушенный.
Нога попала в вырутую яму, делавшаяся как ловушка и закинутая еловыми ветками. Она была не глубокой, но ноге было достаточно чтобы прийти в непригодное состояние.
Дикими пульсирующими болями отдавалась во всем моем теле и казалось на земле я пролежала в одной позе целую вечность. А когда я все же подняла свою голову, то увидела как на землю опустились непроглядные сумерки.
- С днем смерти, Александра.
Поздравила себя любимую морщась от пульсируюшей боли в конечности. В пока мои мысли были все с ногой, где то рядом со мной раздолось пугающее шипение.
От испуга на руках дернулась подальше от источника звука, слыша теперь только свое громко стучащее сердце.
- Эй, сестра, - подумала что рядом со мной никто другой как змея. - Давай ты быстренько уползешь отсюда и не будешь меня трогать, подруга.
Подруга не поняла моих слов и продолжала где-то рядом издавать пугающее шипение.
Не сочтя за удовольствие быть ещё и укушенной змеей, вскачила на свои двое и заорала так громко на весь лес, что казалось меня слышал и весь город. Под ногами послышался шорох листьев. Даже змея не выдержала моих воплей.
- Саша?! - услышала я знакомый голос.
Не веря своим ушам я истерически засмеялась услышав сейчас такой родной голос брюнета.
- Саша, Саша, Саша! - затороторила, не верила своему привалившему счастью в лице Калашникова.
Куковать со змеями, тараканами и жуками мне не придётся и я снова, как никогда была рада появлению этого мальчишки.
И снова он нашёл, и снова он спасает. Будто засунул мне под кожу чип и отслеживает моё местонахождение. Надо будет поинтересоваться об этом...
- Вот ты где!
Светя ярким фанариком подбежал брюнет тяжело дыша.
Он замолчал и продолжал рассматривать меня. Его глаза бегали от моего лица, волос и до самых пяток моих ног, словно смотрел моё тело на его целостность.
Данька был без пиджака, а только в белой растегнутой на верхние пуговицы, рубашку. Рукава её завернул по самый локоть для большего удобства.
Его вздымающаяся грудь была свидетелем упорных поисков.
- Я все знаю, - выпалил он, с осторожностью наблюдая за моей реакцией. - Почему ты оказалась в таком положении, я знаю.
Из моей груди вырвался смешок.
- Тогда расскажи мне. Даже я не знаю, мистер все знайка.
Его тяжёлый взгляд устремился прямо на меня. Целый мир затих на секунду и ни одно живое существо не смело издать звука из-за этих хмурых тёмных бровей. Сделав тяжёлый вздох, он медленно опустился рядом со мной и его тёмная макушка коснулась черствого дерева.
Даже лунный свет не смог скрыть его печаль и лицо его было ещё мрачнее, чем в нашу последнюю встречу. Внутренняя борьба одолела Калшникова и только представилось возможным догадываться о чем он думает в этот момент. Тихо покачав головой, отогнал непрошенные мысли прочь.
- Моя тётя очень сложный человек, - начал Данька. - Всю свою жизнь она управляет людьми, от чего её характер не оставил
в её сердце милосердия. У неё была очень сложная жизнь.
Сорвав с земли стебель травы, нервно принялся безжалостно рвать его на кусочки.
- Но причём тут я? Как только услышала мою фамилию, её начало ломать как черта от молитвы! - вспомнила я её нервные движения. - В чем её проблема?
Брюнет тихо рассмеялся над таким сравнением и по доброму взглянул в мои глаза, кладя руку на моё плечо.
- Эффект Манделы. Я же говорю, тяжёлая судьба у человека, что ты не понимаешь, строптивая девчонка?
Ничего не сказав на его очередную язвительную фразочку, демонстративно отвернулась от него гордо вскинув подбородок.
В затылок послышался уже более громкий смех, а за руку начали надоедливо дёргать.
- Ну Сааааш, - протянул Калашников как маленький ребёнок. - Ну прости, прости меня девочка.
- Нет! - отрезала я, надувшись.
Более сильной мужской хваткой меня поварачивают к себе и притягивают ближе.
- Это что ещё за движения?! - возмущаюсь я прямо в его лицо.
Такое близкое нахождение Калшникова меня ничудь не радует и я всячески начинаю извиваться, в поиске свободы из его жёсткой хватки. Молодого человека все же забавляет мои мучения и смотря на то, как я стараюсь увернуться, открыто посмеивается.
До моих неплохих обаятельных носовых рецепторов доходит еле уловимый , неприятный запах.
- Ты что, пьяный ещё?!
Возмутилась я, понимая что от товарища несёт алкогольное амбре.
- А что, только тебе пить можно? - припомнил молодой человек. - Сегодня можно. У моего деда день рождение. Лучше бы пожелала ему что-то хорошее.
Он ещё ближе притянул меня к себе и теперь отчётливо заметила этот счастливый, алкогольный блеск в его больших глазах.
- Желаю ему хорошего внука, а не такого раздолбая как ты!
И смачный шлепок по лбу достался в придачу моему компаньону.
И снова Калашников смог развеселить моё поникшее настроение. Он был таким эдаким личным веселительным лекарством и я вовсе не была против. Совсем не обидевшись на моё физическое действие, он старательно заглядывал в мои глаза не прекращая держать меня за запастья.
- У меня нога болит, - пожаловалась я, потому что не знала что сделать чтобы он отпустил меня.
- Что с ней?
План сработал : я получила долгожданную свободу. Но нога продолжала ныть.
- Я вывернула её.
Оказавшись у моих ног, словно медик принялся щупать мою ступню, сняв с меня при этом кроссовок.
- Ой! - воскликнула от пронзившей боли.
Данька тут же отстранил свои руки и чуть подумав, без утешения заключил:
- Нога опухла, как бы не перелом.
Услышав последнее слово я в ужасе попятилась назад.
- Какой ещё перелом? Нет, никакого перелома! Ты не медик что-бы ставить мне диагнозы тут, в лесу.
Затороторила я, не хотя верить в его слова.
- Идти можешь?
Задали мне вопрос и из всех сил попыталссь сделать шаг, но нервные окончания моей ступни были совсем против.
Поняв что дело совсем худо, этот мужлан ловким движением перекинул меня к себе на плечо.
- Ты что творишь, Калашников?! - от неожиданности взвизгнула я, не забыв настучать по его спине. - Отпусти меня!
Полностью проигнорировав мои возмущения, мы двинулись с места,но я продолжала вырываться.
- Ты же пьян! А вдруг тебя сейчас зашатает и мы грохнемся в какую нибудь яму и разобъемся насмерть?
- Тут равнина, - успокоили меня, всячески прерывая мои попытки увельнуть.
Порядком устав от своих движений, без сил рухнула на его твёрдое плечо и повисла на брюнете как болтающаяся сосиска.
На землю совсем спустились сумерки. Думать о том что ночью меня несут на плече в неизвестном направлении - совсем не хотелось. В последнее время, слишком часто я делала безрассудные вещи: напилась с незнакомым в закусочной, искупалась пьяная в луже, с ним же отгуляла странную свадьбу, а теперь пьяное тело несло меня в лесу ночью.
Удивительно как один человек может внести в другую жизнь столько неприятностей.
Дернув здоровой ногой, стукнула виновника моих несчастей.
- Ты что делаешь?
Возмутился тот, крепче сжимая вместе мои ноги.
Ну ладно, возможно мне было и весело. А веселье я люблю как никто.
- Всё, пришли наконец.
Услышала я от брюнета и тут же была свалена, как мешок картошки, на землю.
- Можно было бы и аккуратнее, - возмутилась я, смотря на него снизу вверх осуждающими глазами.
Данька двинулся вперёд и я увидела стоящий рядом деревянный домик,куда и направился мой товарищ.
Я не знала это место, но оно выглядело так, словно мы перенеслись в сказку. Рядом находился пруд, откуда доносились редкие кваканья лягушат. Дом не был большим, к нему вела лестница с высокими перилами. Преодолев её, Калашников достал из своего кармана ключ и открыл дверь. Не для меня, он вошёл внутрь и из окон тут же начал бить яркий свет.
Отряхнув свои джинсы, я на хромых ногах поплелась к дому. Войдя, я оказалась в комнате где стояла большая кровать, шкаф и даже телевизор. Данька вышел ко мне, из другой комнаты, предназначение которой, пока не знала.
- Что это за дом? - поинтересовалась у брюнета, следя за его уверенными движениями.
Он пересёк комнату и разместил пятую точку на мягкой белой кровати.
- Мой дом. Я бывает ухожу сюда, когда знаешь, - он коснулся своими длинными пальцами подбородка. - когда мир и его содержимое надоедает мне.
Почувствовав облегчение что мы не ворвались как преступники в чужой дом, закрыла входную дверь.
- А тебе не страшно тут быть одному и в лесу?
Подойдя, села рядом с ним.
- Мне страшнее быть среди людей. Никогда не знаешь что кроется в их больных головах.
- Будто ты здоровый... - тихо пробуочала себе под нос, продолжая рассматривать очередные владения университетской звезды.
Калашников услышал мои слова и повалился на кровать.
- Почему ты привёл меня сюда?
Казалось это место было каким то личным, уединенным. Что было связанно только между Данькой и этим домом.
- Тебе некуда больше идти.
Правда больно ударила по моему сердцу и мне стало не по себе.
Заметив моё смутившееся лицо, он снова оказался рядом со мной.
- Я не хотел тебя обидеть.
Я и не обижалась, просто правда дотронулось до моего сердца своими колючими руками.
- А знаешь что? - Лукаво улыбнулся мне Данька и интригуеще хлопнул в ладоши. - Пойдём со мной. Давай, вставай - вставай.
Я с интересом наблюдала как брюнет начал копаться в шкафу, как поисковая собака и что-то искать. Перевернул всё его содержимое, вытащил оттуда чёрный портфель.
С победой он показал его мне и я вопросительно посмотрела на парня.
Проходя мимо меня, Калашников вытащил баллончик краски и кинула его прямо в меня. Чуть увернувшись, синяя краска оказалась в моих руках.
- Ты идёшь?
Кинул вопросительный взгляд Данька и скрылся за дверью.
Заинтригованная, не хотела оставаться одна и на хромой ноге, вышла на улицу в след за ним. Нагнав, я спросила брюнета куда мы направляемся.
- Пришли, - спокойно сказал Данька.
Мы оказались около большого, заброщеного здания.
- Что это?
Откуда в лесу оказалось столько строений я не знала, но точно удивилась.
- Заброшенное, скучное лесничество, - он встряхнул свой балоничик с красной краской, при этом кинув рюкзак куда-то на траву. - Давай, помоги мне его преобразить.
И он нажал на балоничик. Яркая краска начала вырисовывать букву "С"
- Нужно что-то конкретное рисовать? - уточнила я и получила отрицательный кивок.
Отойдя на другой конец не очень длинной стены, моя рука начала выводить геометрические, абстрактные узоры. С рисованием у меня не было проблем, а даже наоборот. Победы в школьных конкурсах по художке говорили обратное.
- Сколько тебе лет?
Услышала я его вопрос и посмотрела в сторону брюнета.
Он выжидающе смотрел на меня, закончив рисовать. Переведя взгляд на стену я увидела что на ней, большими красными буквами теперь написано моё имя.
- Ого, здорово!
Подорвалась я обрадовавшись, чтобы лучше посмотреть его творение.
Калашников явно обладал тоже этим талантом. Буквы были большие, ровные и объёмные, что я не могла не заметить.
- Так сколько? - раздалось снова рядом со мной.
Потупив, я снова взглянула на него.
- Двадцать мне, - вспомнила его вопрос.
Ничего мне не сказав, медленно оторвав свой довольный взгляд от моего лица. Не долеко от моего имени начало появляться цифра двадцать.
Понравившиеся его идея, тоже начала писать его имя "Данька" стараясь, чтобы буквы были одинаковые размером с его.
- А тебе сколько?
Спросила и я, не отрываясь от творческого процесса.
- Двадцать четыре.
Покончив с его именем, я принялась выводить его возраст, как вспомнила наш диалог в кафе.
-Ты же говорил тебе двадцать три? - возмутилась я и посмотрела на него. - В кафе говорил.
Перестав красить и он взглянул на меня. На его губах показалась добрая улыбка.
- Моё день рождения прошло четыре дня назад.
Услышав это, я сделала недовольно лицо.
- И ты даже не пригласил меня!
- Ты была в больнице, - похоже взмолился он. - Да и я не отмечал. Были другие дела.
- Расскажешь?
- Как нибудь.
Подмигнув мне озорным взглядом, снова отвернулся к стенке. Что сделала и я. Оставшееся время мы молча посветили нашему вандальному искусству. Получалось красиво, хоть немного и не брежно. Линия за линией, красные, синие узоры украсили собой скучное пространство и казалось подарили новую жизнь.
От творческого процесса меня отвлекло вымученое скуление Калашникова.
Обратив на парня недоумевающий взгляд, я увидела как он вымучено согнулся прижав свою руку к шее. Баллончик краски выпал из его руки и скатился к моим ногам.
- Калашников, что с тобой? - в два прыжка подлетела к нему, пытаясь рязглядеть его лицо.
Ничего так и не сказав мне, увидела, как его привычное спокойное лицо сменила маска боли. Уже действительно запаниковав о том, что Данька сейчас умрёт, схватила его за руку продолжая вымаливать из него хоть слово.
- В доме шкаф. Аптечка на верхней полке. Ампула антигистамина и шприц.
Обрывисто еле выдавил из себя парень и начал подталкивать меня к действию. Поняв что происходит что-то страшное и не нашутку перепугавшись за брюнета, я вскочила на свои двое и забежала в дом.
В сказаном Данькой шкафу не было ничего кроме той самой аптечки, от чего отыскать её не составила большого труда. Среди бинтов, зелёнок и жгутов, я все же нашла то что он просил и вспешке выбежала к нему, боясь увидеть новоиспеченный труп.
Брюнет привалился к завалинке деревянного дома запрокинув свою макушку на сруб дерева с совершенно закрытыми глазами.
- Умер! - заорала я и от ужаса закрыла свой рот ладонями.
Его глаза резко открылись, заставив меня заорать от страха.
- Ладно, ладно. Иду.
Сев перед ним на колени, ко мне подтянулась его протянутая рука ладоней вверх.
- Сюда сделать укол, да?
Дрожащими руками, сжимающие шприц спросила я у Даньки на что получила его еле заметный кивок головы.
Вспомнив молитву которую все детство повторяла моя бабушка перед сном, начала еле слышно шептать её и открыв ампулу набрала в шприц.
Его уверенный взгляд на меня, хоть и слабый придал мне сил и немного веры. Единственное спасение его сейчас - это я. И мы оба это хорошо понимала.
Его вторая рука опустилась на мою коленку и еле заметно сжала её.
И я сделала этот укол. Закончив и не проверив что я смогла это сделать, отшвырнула шприц от себя подальше и со страхом в глазах начала смотреть на парня. Он на глазах начал приходить в себя. Дыхание становилось равномерным и не были слышны тяжёлые, урывистые вдохи. Голова устала легла на его поджатые коленки.
Как моя мама работает в больнице и видит такое чуть ли не каждый день не понимала, но после всего случившегося я буду уважать эту не всем подходящую профессию. Опять брюнет заставил меня понервничать.
Он же в прочем был уже сам в себе. Его ещё затцменные синие глаза посмотрели прямо на меня с не поддельной теплотой и благодарностью. Я в шоке уставилась на Калашникова, подозрительно смотря на него и боясь, что повторится это снова.
- Спасибо тебе, - нарушило тишину его хриплый голос. - Ты спасла меня.
- Ты что, болеешь чем-то? - волнительно спросила его, потерев ладошки о колени.
Увидив моё переживание, Данька пододвинулся ближе ко мне и вернул свою руку на мою ногу.
- Обычная аллергия. Не бойся.
Это прозвучало так, если бы человек встал точно из гроба на своих похоронах и улыбнувшись всем собравшимся, пошёл по своим делам.
Мое лицо перекосило гриммаса недоуменения, но все же спросила:
- На что аллергия у тебя, Калашников?
Его глаза были настолько добрыми и эта доброта была направлена сейчас вся на меня. Бледные губы дарили мне спокойную ул, у.
- На пчелиный яд. Укусила, - легко дотронувшись шеи, я заметила под его пальцами покраснение.
- А я думала на меня, - пыталасьного пошутить я но не улыбнулась, а лишь криво перекосила лицо.
Ничего не ответив, Данька замер, смотря в мои перепуганны глаГзау. Взгляд его лица был словно под воздействием сильного алкоголя и я с ещё большим подозрением уставилась в его лицо. Сам воздух стал другим и что-то внутреннее подсказывало мне о том, что что-то меняется.
- Чего так смотришь? - недоверчиво буркнула я.
- А ты чего смотришь?
Действительно, я делала тоже самое.
Его глаза бегали от моего лица, на колени и ниже. Изучали меня заново и смутившись я отвела взгляд на ближ растущий куст дикой смородины.
Настойчивый прохладный ветерок подул в мою шею и дернувшись, я уставилась на брюнета. Рота мурашек пробежала по моему телу, а он весело мне улыбался.
- Ты чего? - потупилась на него.
Ничего мне не ответив, калашников резко схватил мои колени и потянул их на себя, заствив моё мягкое место проехать по скользящей траве.
Оказавшись близко и уставившись друг на друга, брюнет наклонился ко мне. Я замерла смотря на него, ожидая получить поцелуй в губы. От волнения губы резко пересохли, но его холодные губы коснулись моей щеки. Аромат свежего мужского парфюма и свежей перечной мяты заполнил мои лёгкие. Оказалось так пах брюнет. Надеюсь у него сейчас подобные ассоциации.
Холодные мужские губы резко переместились на шею и подарили мне туда, свой мягкий поцелую. Я дернулась и чуть было не в крикнула от неожиданности.
Глаза Даньки снова посмотрели в мои. Довольное лицо говорила мне, что он все делает правильно.
- Это какая-то побочка, да?
Намекнула я, на лекарства антигистамина, что сейчас бушевало у него в крови.
- Да.
Резким толчком его губы накрыли мои, тихо прошептав в них " Дочь Карнавала"