Save Me

Чон Чонгук

1 августа 2020 г.

Я открыл глаза и понял, что уже утро и меня перевезли в палату. Взглянув на часы, я увидел время – 9:17. Ен Хи, видимо, всю ночь была рядом и держала меня за руку. Я начал прокручивать в голове вчерашний вечер, вспоминая, как она помогла мне. Внезапно, я вспомнил, какие жестокие слова говорил вчера... из-за этого, почувствовал себя виноватым. Но чем больше вспоминал, тем хуже становилось: «Погодите, я признался ей вчера? Я сказал, что люблю ее?». Мне стало ужасно неловко, и я не представлял, как буду смотреть ей сегодня в глаза.

Аккуратно я убрал ее руку с моей и пошел попить воды. Затем вернулся и сел на кровать, рассматривая спящую девушку.

– Такая милашка, когда спит, – шепотом произнес я. – Похожа на кошечку.

Я достал телефон и сделал несколько снимков с верхнего ракурса и несколько с нижнего, чтобы вышли забавные фотографии.

– Красавица, – опять шепотом произнес я и осторожно убрал волосы с ее лица, а затем положил руку на щеку, проведя пальцами по тем самым родинкам на левой щеке, по которым я узнал ее.

От моего прикосновения она открыла глаза:

– Доброе утро, соня, – сказал я. – Ты такая смешная, когда спишь. Я сделал много фото. Хочешь, покажу? – решил пошутить я, потому что было неловко.

– Айщщщ, вот засранец, – чуть ли не сквозь сон пробормотала она, а затем неохотно подняла голову.

Я погладил ее по голове и спросил:

– Ты голодная?

– Неа, – ответила она, – Чон, я представилась здесь твоей девушкой, чтобы меня пустили в твою палату.

– Ммм, хорошо, – произнес я. «Я бы мог предложить тебе встречаться сейчас, но пока что рано. Для начала, ты должна простить меня и рассказать, наконец, все о себе. Доверься мне, Ен Хи».

– Еще мне пришлось полазить по твоим номерам в телефоне, так как врач хотел связаться с твоими родственниками... Я не нашла номер твоего отца, поэтому дала номер твоего дедушки.

– Ммм, так даже лучше, я бы не хотел видеть отца здесь, – сказал я. – Но там был его номер, он подписан как «ублюдок».

– Я так и думала...

В палату зашел врач и проверил самочувствие Чона, а затем сказал:

– Если хотите, можем заполнить ваши паспортные данные и уже выписать вас. Вы здоровы, поэтому нет смысла вас задерживать, – обратился он к Чону.

– Да, конечно, – я встал, сказал Ен Хи подождать в палате, а сам пошел заполнять паспортные данные, забирать свои вещи и оплачивать больничный счет.

Когда я подошел к регистрации, мне сказали, что дедушка все оплатил. Я решил позвонить ему и поблагодарить:

*Телефонный звонок*

– Дедушка, привет, как ты?

– Привет Чонни, лучше расскажи ты как? Мне вчера звонили из больницы, говорили, у тебя рука поранена. Все хорошо?

– Да. Я вообще звоню сказать спасибо за то, что оплатил больничный счет.

– Ну что ты, я же твой дедушка, я обязан был.

– Спасибо.

– Кукки, а что за девушка была с тобой? Мне врач сказал, что она представилась твоей девушкой, поэтому я позволил ей быть твоим опекуном в больнице, – поинтересовался дедушка.

– Ну, мы пока что не встречаемся. Но она мне нравится.

– Познакомишь как-нибудь?

– Возможно, но только когда она будет готова, ладно? – улыбаясь, проговорил я.

– Конечно. Я рад, что ты взялся за ум.

– Я тоже этому рад. Ладно, мне пора, как-нибудь увидимся.

– Хорошо, пока внучек.

Я переоделся в свою одежду, и мы с Ен Хи поехали ко мне домой. По дороге она сказала, что сможет полететь со мной на Чеджу. Я обрадовался, но вспомнил, что в эти выходные у отца свадьба. «Хотя, плевать мне на него... Чеджу так Чеджу».

Мы зашли в мою квартиру, и я предложил Ен Хи сесть на диване в гостиной и подождать, пока я схожу в душ. Я вышел, переоделся в домашнюю одежду: черные спортивные брюки и черная футболка. Затем пошел к Ен Хи и сказал идти за мной на кухню.

– Что хочешь поесть? – спросил я.

– Я? Да ничего особо. Просто сделай мне кофе. Я не голодна, – с улыбкой ответила она.

– Что значит, не голодна? Когда ты ела последний раз? – возмущенно спросил я.

– Вчера в кофейне.

– Да, ну и что же ты там съела? – спросил я, подозревая, что одну из ее тайн я раскрыл. Я давно замечал, что она очень уж худая. «Анорексия ведь тоже относится к психиатрии? Может она поэтому ходит к Джину?»

– Не помню я, – уже раздраженно ответила она.

Я сел перед ней на корточки и сказал:

– Эй, не злись, я ведь сейчас забочусь о тебе, – сказал я и заправил ей прядь волос за ухо. – У тебя ведь анорексия, да? Ты можешь рассказать мне. Я хочу, чтобы ты верила мне.

Я не ожидал, что она расплачется от этого вопроса. Ее глаза наполнились слезами, затем она нагнулась, оперлась локтями о колени и прикрыв лицо руками заплакала. Я обнял ее и начал успокаивать:

– Эй, ну чего ты. Все будет хорошо. Я помогу, – я обнял ее за талию, а она обхватила мою шею и громко заплакала.

Когда она немного успокоилась, то попросила принести из гостиной ее сумочку. Достав какие-то таблетки, она попросила воды и выпила одну, положив баночку с лекарством обратно в сумку.

Я открыл холодильник и посмотрел, что у меня есть из такого, что она могла бы съесть.

– Ен Хи, у меня есть яблоки, есть клубничный и малиновый йогурт, еще есть овощи, могу сделать омлет с помидорками. Что будешь? Только не говори, что ничего. Тебе надо хоть что-то покушать.

Уже успокоившись, она сказала:

– Эй, не веди себя, как мои родители. Я не настолько больна. Я ем обычно три раза в день, хоть и очень мало. Просто за эту неделю у меня не было времени следить за питанием, да и от стресса я тоже перестаю есть. Раньше все было намного хуже, сейчас я почти выздоровела, – немного обижено проговорила она. – Я съем то, что ты мне приготовишь. Только сделай все вкусным! – сказала она.

– То, что готовлю я, не может быть не вкусным, – пошутил я.

– Звучит подозрительно... Дай-ка я лучше помогу тебе, – встала она завязывая волосы в хвост.

– Подожди, Ен Хи, – остановил ее я и посадил обратно на стул. – Я должен кое-что еще сделать.

– Что же? – спросила она, улыбнувшись одним уголком губ, явно понимая, что я собираюсь сделать.

– Прости...– неуверенно выговорил я. – Извини за вчерашнее. Я идиот, псих, придурок и еще все те слова, которыми ты вчера меня обзывала. Я перегнул палку, впрочем, как и всегда. Ты же поняла уже, что я слишком вспыльчивый. И то, что я говорил в машине, забудь, пожалуйста. Я не думаю так. Клянусь.

– А говорил, что не умеешь извиняться, – улыбнувшись, ответила она. Затем встала и распахнула руки, показывая, что хочет обнять. Я подошел и очень крепко обнял ее за талию, нагнувшись к ее шее. Она была такой маленькой в моих больших руках. От нее приятно пахло цитрусами и мятой. Хотелось простоять так вечность. Сердце приятно сдавливало внутри, а по коже пробежались мурашки. «Так вот как чувствуют себя влюбленные люди...Почему это так прекрасно?».

Для атмосферы включаем "Post Malone – Better Now"

Пока мне окончательно не снесло крышу, я отодвинул ее и предложил:

– Так что насчет омлета с помидорками и сыром?

– Отлично, мне нравиться.

Я включил музыку и мы начали готовить:

– Я сделаю нам кофе, – сказала Ен Хи.

– Хочу капучино...– улыбнулся я и дотронулся до кончика ее носа, потому что она выглядела милашкой.

– Тебе с сахаром? – спросила она.

– Нет, без.

– Ты тоже любишь больше без? – удивленно спросила она, насыпая кофе в турку.

– Да. Сахар перебивает весь вкус.

– Это точно, – согласилась Ен Хи и стала осторожно вливать воду.

Мы готовили и слушали песни. Если попадались те, что мы вдвоем знали, мы начинали петь их и танцевать. У нее просто ангельский голос...

– Ты хочешь больше помидор или больше сыра?

– Конечно, сыра, – ответила она.

– Так у тебя выходные наконец-то?

– Дааа, я счастлива. Не верится, что могу вот так отдыхать.

– Я рад, что ты счастлива, – подмигнул я.

– Чон, когда твой день рождения? Я в больнице представилась твоей девушкой, а врач когда заполнял данные, спросил у меня это и я не ответила. Ты бы видел, как он смотрел на меня. Я чуть со стыда не сгорела. Он спросил, точно ли я твоя девушка, так-то я и прокололась, – смеясь, рассказывала она.

– Серьезно? Хахаха, представляю его выражение лица, – засмеялся я.

– Так когда? – пихнув меня боком, спросила она.

– 1 сентября, а год рождения 96. А у тебя?

– Так скоро. Ровно месяц остался... – задумчиво произнесла она. – У меня 2 июля, а год 97.

– Все-таки я оппа?

– Агааа, – закатив глаза протянула она.

Мы доделали еду и пообедали.

– Кукки, мне нужно ехать, уже обед. Я обещала Со Ен погулять с ней. Мы почти не общались неделю из-за работы... – задумчиво произнесла она, относя свою тарелку к раковине.

– Кукки? – скривив лицо, спросил я.

– Ммм, мне так нравиться больше, чем оппа. Даже не спорь, буду так называть тебя теперь, – произнесла Ен Хи пока мыла тарелку и кружку.

– Хахаха, и с чего ты такая милашка сегодня... – улыбнувшись, решил не спорить я. – Хорошо, пойдем, провожу тебя до машины.

– Да не стоит, не заблужусь, – сказала она.

Мы вышли в коридор и Ен Хи стала обуваться. Затем она надела свою сумочку и открыла дверь. Не знаю, что на меня нашло в этот момент... Я захлопнул дверь, развернул ее за руку и прислонил к стене. Затем взял за талию и очень медленно стал приближаться к ее лицу. Она закрыла глаза, показывая, что не против поцелуя. Ее горячее дыхание проносилось по моим губам. Но в последний момент я решил все же оставить наш первый поцелуй на другое время, поэтому аккуратно и медленно прикоснулся губами к щеке прямо возле ее губ. Не хотелось отпускать ее, но все же я сказал:

– Беги уже давай, пока я не передумал отпускать тебя. Я напишу тебе вечером.

– Хорошо, – сказала она и, вырвавшись из моих объятий, вышла из квартиры.