Глава 2. Белый Дракон.
Метель усиливалась. Снег падал извилистыми струями, напоминающими вуаль, и так обильно, что чёрное до этого небо стало казаться серым, постепенно становясь все белее и белее. Снежинки склеивались вместе, образуя крупные снежные хлопья, со свистом влетающие в стекло, отчего оно позванивало, а оконная ручка немного дрожала.
Степа завороженно наблюдал. Эта сцена очень напоминала белый пожар, недавно порожденный его воображением. По мере того, как мальчик смотрел в окно, белый пожар сливался с метелью, обрастал все новыми деталями и становился живым, осязаемым. Вместе с усиливавшейся метелью, пожар разгорался все сильнее, полностью заполняя небо. Из-за снегопада все смазалось и границы расплылись. Степа как будто бы через костерный дым смотрел на мутные очертания деревьев, домов, фонаря и месяца. Это был уже не флаг, а большой белый холст с редкими темными пятнами.
Мысли мальчика тоже охватил белый пожар. Они мутнели и бешено скакали, сливаясь одна с другой. В его голове рождались самые необычные образы, которые через пару мгновений распадались на множество осколков. Белый пожар стирал любые границы , совмещая и перемешивая воспоминания мальчика, которые он никогда не переживал, и такие фантазии, о которых он и не мечтал. Через пару мгновений все превращалось в пепел, а затем начинало собираться во что-то новое. Степа смотрел в окно, а цикл все повторялся и повторялся.
Неожиданно для Степы, его рука потянулась к оконной ручке. Окно приоткрылось. Сквозь щель в комнату проник буйный рой снежинок. Мальчик просунул ладонь, и в неё начали врезаться небольшие кусочки льда. Они впивались в кожу, потекли небольшие струйки крови. Белый пожар смягчал боль не до конца, так что Степа всё чувствовал. Но не одернул руку. Напротив, он продолжил открывать окно: сначала только наполовину, а потом и настежь. Бурный поток из снега, льда и ветра с силой повалил в комнату . На подоконнике появились сугробы. Кусочки льда били мальчика по лицу. Они царапали кожу , застревали в ноздрях, увязали в бровях и волосах. Лицо Степы белело, а зубы стучали: холод и ветер проникали в него. Но мальчик не закрывал окна, продолжая всматриваться. Он чувствовал, что что-то в этой мутной дали звало и манило его. Тёмные пятна казались ему живыми. Чтобы лучше видеть, Степа поднялся на ноги и встал на подоконник.
Он заметил, что некоторые снежинки сцепляются , сначала в небольшие, а потом и в крупные массивные хлопья, образуя что-то на крыше соседнего дома. Пытаясь угадать фигуру, мальчик начал перебирать всех известных ему зверей и птиц, но ничего не подходило. Даже среди образов в его голове не было ничего похожего. Но фигура росла и Степа начал различать её формы. Сначала появилось что-то, отдалённо напоминающее голову то ли собаки, то ли ящерицы. От головы шла толстая шея, с шипами-сасульками на ней. Очень долго собиралось массивное тело, от него пошли короткие толстые лапы. Теперь не было сомнений, что это все таки ящерица. Одновременно начали строиться тонкие снежные крылья и длинный хвост. Существо ещё не собралось до конца , на нем проглядывали не заполненные дыры, особенно много их было на крыльях.
Фигура вырисовывалась постепенно. И наконец мальчик узнал её. -Дракон, Дракон! - мысленно заликовал он.
Основа была завершена, и снежинки, как будто услышав мальчика, занялись деталями. Над полыми глазами появились пушистые брови из снежинок. Все тело дракона покрылось ледяными чешуйками. А на его лапах и кончиках крыльев появились ледяные когти. Последними появились тонкие и изящные перья, обрамлявшие крылья и кончик хвоста. Дракон был завершён.
Он был сплошь белым, только полые глаза слегка темнели. Дракон лежал на крыше соседнего дома и был похож скорее на большое облако, чем на монстра. Крыша его не вмещала, лапы и хвост свисали к окнам. Из ноздрей мерно валил дым. Крылья были сложены. Судя по всему, дракон спал. Он дышал- в такт валившему дыму вздымалась его грудь и сотрясался дом. С каждым его выдохом ветер усиливался и соседнее дерево слегка отклонялось, с крышы спадал снег. Удивительно, что соседи не заметили появления такого гостя...
Снег шёл, и дракон становился все больше, его чешуя толще, а зубы и когти острее.
Существо как будто звало мальчика, хотя и никак не показывало этого. Дракон спал, но все таки звал Степу. Звал без слов. И мальчик хотел подойду к нему, потрогать и познакомиться.
Мысли продолжали путаться. Образов почти не остались, все было белым и только изредка проглядывали блеклые пятна. Различима была только фигура на крыше. Дракон был всем, о чем Степа мог думать.
Может это был он сам, а может и белый пожар, но Степа сделал решающий шаг. Он пошёл навстречу метели.
***
Степа летел вниз, не осознавая происходящего. Высота, почему-то, оказалась в пять, а то и десять раз больше, чем должна была быть. Мальчик падал с огромной скоростью, снежинки и кусочки льда врезались в него со всех сторон, залезли под пижаму. Ветер бил в лицо, закладывал уши и трепал короткие каштановые волосы. Степа не обращал на это внимания. Он не издавал ни звука и думал, что идёт навстречу снежному дракону.
Мальчик почти достиг Земли. Оставались считанные секунды. И он вот-вот бы разбился! Но снежная фигура двинулась. Слегка пошатнулась, встала на лапы, расправила шипастые крылья. Дракон мгновенно сорвался с места. Он поднял ветер такой силы, что ближайшие деревья наполовину согнулись и чуть было не выскользнули из Земли. Зверь ловко подхватил мальчика, уместив его на спину. Ощущения были совсем не как от спины гигантской ящерицы. Степе показалось, что его уложили в такую мягкую и удобную постель, в каких он никогда не спал и вряд-ли бы имел такую возможность . И он бы заснул, но когда дракон начал набирать высоту, Степе в голову прилетел большой кусок льда. Это пробудидо мальчика, и тот наконец все осознал.
Степа начал бешено цепляться, только разрыхляя снег и ухудшая свое положение. И без того обмороженные пальцы стали фиолетовыми и ужасно болели. Вернув ясность ума, мальчик чувствовал теперь не только боль, но и холод. И было это далеко не приятно. Он был облеплен снегом, исцарапан, пальцы на руках и ногах онемели, а челюсти бешено стучали друг о друга.
Они продолжали набирать высоту и поднялись так , что даже месяц вернул свои привычные очертания и казался ближе. Бесконечный ледяной поток иссяк, хотя и тут летали снежинки, отбивавшиеся от тела дракона и кружившие вокруг него.
Как только Степа перестал бояться и почувствовал облегчение, Дракон начал снижаться. Он набирал ужасающую скорость. В мальчика снова ударил снежно-ледяной поток, истязая его сильнее прежнего. Ветер стал ещё сильнее и Степа заметил, что его начало сдувать. Он снова стал цепляться за дракона, но силы онимевших пальцев уже не хватало. Он понял что начал скользить. И скользил быстро. Он цеплялся за ледяные шипики, усеивающие дракона, но все было тщетно. Спина, крылья, поясница, хвост. Мальчик попытался уцепиться за перья на кончике хвоста, но только вырвал их, сорвался и полетел вниз. Ужас застыл в его глазах.
Хотя он и боялся дракона, Степа пытался подать ему какой нибудь знак, но настолько ослаб, что не мог выдавить ни звука. Этого и не требовалось. Дракон без малейшего намека на торможение сделал крутой пируэт и вновь подхватил мальчика. Теперь он лежал в небольшой выемке, предусмотрительно построенной снежинками из тела дракона.
Метель осталась позади. Пока они летели дальше, вокруг был только мерно падающий снег. Но это зрелище отнюдь не было однообразным. Снег пестрил всеми возможными оттенками белого, синего и фиолетового. Он кружил и вихрился, принимал причудливые формы. Происходящее напоминало белый пожар из головы мальчика, но теперь все было наяву. Он был намного больше, ярче и жарче. И главное, теперь Степа мог различать образы, и даже прикоснуться к ним. Они летели так долго, что он не знал, сколько прошло времени. Может, несколько дней, а может, и лет. За это время мальчик увидел тысячи всевозможных существ, героев, городов, лесов, морей и озёр, драконов, и много чего ещё. Он забывал увиденное, и в его памяти освобождалось место для нового. Бесконечный поток силуэтов и иллюзий казался настоящим блаженством. Но усталость оказалась сильнее.
И Мальчик уснул.