Часть 2
Солнце ещё не успело осветить землю своими лучами, а двое мужчин уже были на ногах. Отец и сын. В эту ночь никто из них почти не сомкнул глаз. Каждый из них думал о своём. Подорвавшись рано утром, Усдин начал готовить Рэнулфа в далёкую дорогу. Собрав всё необходимое, они вышли на крыльцо дома. В воздухе витал приятный запах трав и фруктов, летняя прохлада проясняла разум и прогоняла остатки сна, показались первые лучи солнца.
- Я проведу тебя до леса, - первым заговорил глава семейства.
- Хорошо, - сделав первый шаг, молодой человек резко остановился, - мне нужно кое-что сделать, - он быстрым шагом направился в дом. Зайдя в комнату, где на кровати мирно лежала его мать, Рэнулф немного наклонился над ней и поцеловал её в лоб. - Я не подведу тебя, вот увидишь, я справлюсь.
Отойдя от матери, он коротко поклонился, вышел из родительского дома и оглянувшись, словно в последний раз видит это место, отправился к лесу. Дорога их лежала через весь посёлок. Люди начали просыпаться и заниматься своими утренними делами, мужчины набирали воду в колодцах, чтобы напоить домашний скот и вывести на пастбище, женщины начинали готовить завтрак, а дети ещё нежились в тёплых кроватях. Все наслаждались утром, кроме двух мужчин, идущих прямиком к лесу. Рэнулф разглядывал дома, людей, пытаясь занять свои мысли хоть чем-нибудь, лишь бы не думать о предстоящем путешествии. На него была возложена слишком большая ответственность - жизнь его матери - хранительницы деревни. Выйдя из посёлка, они остановились перед могущественным лесом. Никто из мужчин не решался начать разговор первым, казал напряжение, витавшее в воздухе, можно было резать ножом. Всю дорогу они не обмолвились и словом.
- Пора тебя отпустить, Рэнулф. Задача твоя нелегка, пусть боги будут на твоей стороне, - начал отец, не глядя на сына.
- Спасибо, не горюй за мной раньше времени. Я иду туда с добрыми намерениями, поэтому лесная дева не должна причинить мне вреда. Так сказала мама.
- Будем надеяться на это, - развернувшись к сыну, посмотрев ему в глаза, Уисдин крепко обнял его, словно пытался передать ему свою силу и мощь, чтобы хоть как-то помочь Рэнулфу. - Хорошего пути.
- Спасибо, отец, - сказав это, он ступил на тропу, ведущую в лес, делая шаг на встречу неизвестному. Уисдин проводил взглядом сына, уже скрывшегося за деревьями, тяжело вздохнул и пошёл домой.
***
Повествование от лица Рэнулфа
В лесу было слышно пение птиц, легкий ветер колыхал листья деревьев от чего они шелестели. Чем глубже я заходил - тем тише и темнее становилось. Уже скоро лес стал таким густым, что даже лучи солнца, не могли пробраться сквозь густые и пышные кроны деревьев. Несмотря на то, что было лето, заметно упала температура. Холод пробрался под кожу, тем самим вызывая по всему телу мелкую дрожь. В моей душе вдруг поселился животный страх и ужас, который не можно было объяснить. Я стал хаотично оглядываться вокруг, стараясь найти причину происходящего. Что-то или кто-то наблюдал за мной. Я чувствовал взгляд на себе, но никак не мог увидеть его обладателя.
- Давно здесь не было людей, - я резко развернулся и увидел прекрасную женщину. Волосы такие же белые как у меня, аккуратные брови того же цвета, глаза лисицы, черные словно два уголька и с прищуром смотрящие на меня. Ровный нос, высокие скулы и пухлые губы, которые сложились в ехидную ухмылку. Несколько белых непослушных прядей обрамляли её худощавое лицо. На руке красовались замысловатые знаки, переплетающиеся между собой тонкими линиями, на плече сидела сова, и также заинтересовано разглядывала меня, как и её хозяйка. На ней было длинное платье, которое подчёркивало её красивую фигуру, сверху был накинут плащ, тянувшийся за ней шлейфом. Она выглядела очень утончённой и даже благородной. Её ровная осанка и вздёрнутый к верху подбородок, показывали, что она была довольно горделива.
- Какая неслыханная дерзость. Ну и зачем пожаловал? - спросила она, вдруг её брови взметнулись вверх, словно она что-то вспомнила. - Ах, прости, забыла представиться, хотя ты, наверное, и так догадался кто перед тобой. Я Эйнли, лесная дева, хранительница этого леса.
- Я Рэнулф, сын Роны и Уисдина из рода Бэлфор, - сказал я и коротко поклонился. Её красоту невозможно было описать словами. Она ослепляла и лишала здравого рассудка.
- Так ты сын Роны. Теперь всё понятно. Обычный человек не забрёл бы сюда. Народ напуган страшными легендами о хранительницах природы. Будто они убивают людей, которые супили на запретные територии. Так даже лучше, хотя бы страх останавливает их. К слову о людях, давно уже не видела Рону. Надеюсь у неё всё хорошо?
- Вот поэтому я и здесь. Просто так я бы вас не потревожил. Тёмная ведьма её заколдовала и только вы можете её спасти, - я с мольбой посмотрел на неё.
- К сожалению, я ничем не могу помочь. Девы не должны влезать в ссоры между людьми, мы отвечаем только за природу.
- Но...
- Никаких «но», - прервала она меня. - Я, конечно, соболезную. Рона - лучшая из людей, которых я знала, но помочь не могу. Иди домой, проведи с матерью последние часы, не трать время зря, - ответила она, собираясь уходить.
- Но хотя бы выслушайте меня до конца! - крикнул я, стараясь из последних сил сдерживать себя и нахлынувшие вдруг эмоции. Недосып, усталость и тревога доводили меня до предела, заставляя идти на крайности.
- Мне кажется ты не понял с кем имеешь дело, - прошипела она, её лицо оказалось слишком близко, нас разделяло лишь насколько сантиметров. Я почувствовал, как цепкие ветки начали впиваться мне в руки и ноги, не давая нормально двигаться.
- Вы когда-нибудь убивали людей? - я ошарашил её этим вопросом, она явно не ожидала этого услышать от меня.
- К чему этот вопрос? - нахмурилась она, находясь всё также близко.
- Да или нет?
- Ты немного не в том положении, чтобы задавать мне вопросы.
- Ответьте, - не прекращая смотреть ей прямо в глаза, сказал я.
- Нет, не убивала, но мучить приходилось. Поверь мне, это очень интересно для меня, но не очень приятно для людей, - ухмыльнулась она. - Так что тебе лучше уйти пока я тебя отпускаю, - процедила хранительница, выделяя каждое слово.
- Лучше убейте меня, я не смогу вернутся домой и сказать отцу, что я не смог добыть спасение для матери.
- Ты сам попросил, - жуткая улыбка появилась на её лице и мой мир в тот же час погрузился во мрак.