Stronger than fate

       Я стояла возле шкафчиков, в ожидании своего брата засранца, который не в состоянии проверить свой телефон. Папа уже пятый раз звонил ему, но Джексон максимально вовлечен в свои тренировки. Как я поняла, что в компании возникли небольшие проблемы и нужна помощь брата. Несмотря на юный возраст моего брата, он часто помогал отцу с проблемами в компании и после обучения в университете, отец возьмёт его в свою компанию. Неплохо, однако. Да и Джексону с детства нравилось разбираться во всем этом.

       В конце коридора послышались голоса. Из зала вышли ребята, но в мою сторону не торопились. Встав полукругом, они что-то бурно обсуждали, уставившись в телефон. Джексон стоял ко мне спиной, так что мои активные взмахи рукой остались без внимания. Гарри, Луи и Лиам тоже меня не заметили. Я подошла сзади и резко схватила брата за бока.

– Кэтрин, какого черта? – недовольно пробурчал Джексон, потирая те места, где я его схватила.

– Вот и я задаюсь тем же вопросом, когда папа звонит мне, спрашивая, где пропадает его сын.

– Черт... Папа звонил? – он засуетился, роясь в сумке.

– Да. Просил срочно перезвонить. У него какие-то проблемы. – Я протянула ему свой телефон, не надеясь, что он быстро найдет свой. Затем перевела взгляд на ребят. – А вы что тут смотрите?

– Обсуждаем стратегию нападения на игру, – не отрываясь от экрана, пробормотал Лиам. – Новая тактика тренера гениальна.

– Гениальна? Серьёзно? Как только соперник её просечёт, один "случайный" толчок, и можешь забыть про целые кости, – раздражённо ответил Гарри.

– Согласен с Гарри, – задумчиво проговорил Луи, разглядывая что-то в телефоне. – Но, с другой стороны, это даёт шанс забить парочку голов.

– В любом случае, тренер завтра все объяснит, – вставил Гарри. – Нет смысла спорить сейчас.

– Удивительно, ты впервые сказал что-то логичное, – хмыкнул Луи. Гарри лишь смерил его взглядом. – Ладно, молчу.

       Я ничего не понимала в их стратегии, но наблюдать за ними было интересно. Впервые видела Томлинсона настолько сосредоточенным. Обычно он шутит даже на контрольных. Но вдруг ощутила себя лишней. Джексон вернул мне телефон, и ребята наконец оторвались от экрана. Лицо брата явно говорило о том, что отец неплохо так загрузил его.

– Джексон, всё нормально?

– В целом да, – он провёл рукой по волосам. – Просто нужно кое-что обдумать. Мне нужно уехать. Сама доедешь? Я тебе скину деньги.

– Ладно.

– Я подброшу, – вдруг сказал Гарри. Я даже не повернулась.

– Не стоит. Я смогу сама доехать.

– Я настаиваю, – упрямо добавил он.

– Да, так даже спокойнее, – подхватил Джексон, довольный, что кто-то берет на себя ответственность. Я улыбнулась через силу. Слова "спокойнее" явно не касались меня. В мыслях я убивала брата.

       Прозвенел звонок и Джексон попрощался с парнями, притворившись максимально больным, направился к медсестре. Гарри и Луи сказав, что скоро подойдут, двинулись в противоположную сторону нужного крыла. Ну а мы с Лиамом поспешили, ну как сказать, постарались ускориться, в кабинет.

– Тебя не посвящают в семейный бизнес? – спросил он.

– Посвящают, но не так детально, и то, когда я сама интересуюсь. Просто папа с детства брал Джексона с собой на работу и потихоньку вводил его в курс введения дела. Брат постепенно усваивал все больше и больше, а отец не мог не нарадоваться, что сын пошел в него. Меня брали лишь пару раз, но я практически постоянно всех отвлекала и мешала работать, поэтому я была с мамой или с родителями Лекси, – я чуть усмехнулась. Лиам тихо засмеялся.

– Непослушная значит? Так и не скажешь.

– А ты не пытайся судить по внешности, – легонько толкнула его в плечо.

       Нам очень повезло, что учитель задерживался и обойдемся без замечаний. Лекси сегодня отъехала куда-то по семейным делам, а Кэролайн что-то бурно обсуждала с Найлом, не заметив нас. Подойдя ближе, я поняла, что они спорят насчет того проекта, который нам задали пару дней назад. Мне казалось, что они уже выполнили его. Мы с Лиамом наблюдали за этой парочкой. Когда Кэролайн, не выдержав своих эмоций, слегка треснула Найлу по затылку, мы синхронно засмеялись. Найл готов был возмутиться, но состроив обиженное лицо направился к нам.

– Какие же девушки сложные, – проныл Хоран. – Невозможно о чем-то договориться.

– Найл, я все еще здесь и все слышу, – громко произнесла Кэр, а он поднял руки вверх, как бы сдаваясь. Зато мы с Лиамом не могли успокоиться.

       В кабинет вошли Гарри и Луи, громко смеясь. Этот звук резанул по нервам, как скрежет по стеклу. Уже по привычке я внутренне приготовилась к тому, что Гарри займёт место позади меня. Он делал так последние дни. Но на этот раз он прошёл мимо, даже не взглянув, и сел рядом с Луи.

       Я проследила за ним взглядом, затем медленно откинулась на спинку стула, заставляя себя отвернуться. Он действительно не посмотрел. Ни малейшего намёка, что заметил моё присутствие. Будто я – пустое место. Почему-то стало неприятно. Тупо и глупо неприятно. Он и раньше мог быть холодным, но сейчас это чувствовалось по-другому. Будто он намеренно вычеркнул меня из своего поля зрения. Это я, между прочим, должна игнорировать его после всего, а не наоборот. Как будто мы поменялись ролями, и теперь уже он держит дистанцию. Внутри разливалось раздражающее, медленно жгущее чувство. Не боль, не ревность, скорее, обида, которую я не просила.

       Когда я вышла на улицу, первым, кого заметила, был он. Стоял у машины, курил, вольно опершись о капот. Его взгляд скользнул по мне, он едва кивнул в сторону машины. Без слов. Без намёков. Значит, он всё-таки не просто вежливо предлагал подвезти.

      Может, стоит отказаться? Поехать на автобусе, пешком, хоть на такси. Всё что угодно, лишь бы не сидеть рядом с человеком, с которым пару дней назад... чуть не случилось то, чего точно не должно было быть. А теперь он ведёт себя так, будто я просто... никто.

      Я глубоко вдохнула, пытаясь на ходу придумать хоть одну правдоподобную причину. Но мозг услужливо молчал. Подойдя ближе, я увидела, как он открывает дверь, жестом приглашая сесть.

– Я, конечно, знаю, что красивый, но может, прекратишь сверлить меня взглядом и уже сядешь? – с той самой фирменной ухмылкой, за которую его обычно боготворят. Меня она только раздражала. – Или ты хочешь, чтобы я сам тебя посадил?

– Пожалуй, обойдусь. Спасибо за твоё щедрое предложение, но я доберусь сама. – Я постаралась, чтобы голос звучал нейтрально. Холодно.

– Очень интересно. Играешь в независимость? – сделал он шаг ко мне. – Или все-таки хочешь, чтобы я тебя посадил. Хорошо, любой твой каприз, – он направился ко мне. Я сделала шаг назад, подняв руки между нами инстинктивно, почти в панике.

– Гарри, я серьезно.

– Кэтрин, я тоже, – он уперся в мои ладони, и я чувствовала, как размерено двигается грудная клетка. Смутившись, я убрала руки и снова сделала пару шагов назад, создавая между нами больше расстояние. Мое реакция позабавила его. – Садись уже или я действительно сам затащу тебя.

– Я не играю. Ясно. – вырвалось из моего рта. – Просто хочу, чтобы ты держался подальше.

       Он остановился, ухмылка исчезла, но быстро вернулась.

– Ты ведь не думаешь, что я тебя отпущу вот так?

– Гарри, – я посмотрела на него, спокойно, почти равнодушно, – если тебе хоть немного знакомо слово "уважение", ты просто сядешь в свою чёртову машину и уедешь. Один.

      Он изучающе посмотрел на меня, но ничего не сказал. Я развернулась и пошла в сторону автобусной остановки. Я упрямо шагала вперёд, не оглядываясь. Пусть. Пусть остаётся со своей машиной и этой странной привычкой контролировать всё вокруг. Я справлюсь без него.

– Ты правда решила упрямиться? – донесся до меня его голос сзади. Я не ответила. – Кэтрин, не зли меня.

      Я сделала ещё один шаг. И именно в этот момент почувствовала, как чьи-то руки подхватывают меня резко, твёрдо.

– Эй! Гарри! – воскликнула я, когда он без предупреждения закинул меня себе на плечо, как мешок с картошкой. – Ты с ума сошёл?!

– Абсолютно, – спокойно отозвался он, шагая обратно к машине. – Но только, когда речь идёт о тебе.

– Гарри, поставь меня на землю! Немедленно! – Я била его по спине, извивалась, но он не обращал внимания. – Это не смешно! Я серьёзно!

– И я серьёзен, котёнок, – сказал он, открывая дверь машины. – Ты едешь со мной. Конец обсуждению.

– Ты не можешь просто взять и затащить меня насильно! – процедила я сквозь зубы, когда он опустил меня на сиденье. Я тут же попыталась встать, но он захлопнул дверь, не дав мне выйти. Он обошёл машину и сел за руль.

– Уже сделал, – небрежно бросил он, заводя двигатель. – Можешь вызывать полицию, если хочешь. Но сначала поедим.

– Ты отвратителен.

– Благодарю. А теперь пристегнись.

– Нет.

– Кэтрин. – Он повернулся ко мне, его голос стал ниже, серьёзнее. – Я не хочу с тобой спорить. Просто... сядь. И пристегни этот чертов ремень, пока я сам это не сделал.

       Несмотря на всю злость и сопротивление, его голос на мгновение сбил меня с толку. Я видела, как его пальцы крепко сжали руль, челюсть напряглась. Он больше не играл. Я медленно пристегнулась. Он кивнул и тронулся с места. Внутри всё гудело от возмущения, от обиды, от чего-то ещё, что я старалась не называть. Но я сидела рядом с ним. Опять.

***

       Мы сидели за столом. Внутри всё кипело, но снаружи я была спокойна. Или делала вид. Хотя кого я пытаюсь обмануть. Все мои чувства написаны огромным текстом на моем лице. Пытаюсь строить из себя ту, которой не являюсь.

       Этот идиот, как всегда, всё сделал по-своему. Не спросил. Просто вытащил из машины, будто ему кто-то дал на меня право. И я позволила. Не потому что простила или хотела этого. Мне очень хотелось сбежать, не ощущать его руки на себе, не вдыхать его парфюм. Хотелось расплакаться от беспомощности и молить оставить меня в покое. Но я не сделала ничего из того, что приходило в голову. Просто... не хотелось устраивать цирк перед кучей людей.

       Он заказал еду за нас обоих, как настоящий джентльмен. Только мне от этого было ещё противнее. Я молчала. Смотрела сквозь стекло. На прохожих. На машины. На чужие жизни, которые не были моими.

– Почему ты меня ненавидишь? – нарушил он тишину.

– Я тебя не ненавижу, – спокойно ответила я, не оборачиваясь в его сторону.

– Но и не терпишь, – усмехнулся он. – Это чувствуется. Тогда почему ты так со мной?

– А ты хотел, чтобы я к тебе тепло относилась после всего? – в голосе прозвучала лёгкая насмешка.

– После чего именно?

– Ты серьёзно? – я чуть подалась вперёд. – Мне начать список? – Он откинулся назад, сцепив пальцы.

– Лучше начни с главного.

      Я на секунду замолчала, собираясь с мыслями.

– Это допрос? Так ты ради этого меня сюда притащил?

– Нет, а может да, – он покачал головой. – Просто я хочу понять тебя. Хочу знать, в какой момент мы перешли ту грань, что у тебя чуть ли не отвращение ко мне. – Его взгляд, прикованный ко мне, не позволял мне отвести глаза. – Я все понимаю и вижу, Кэтрин. И мне действительно необходимо узнать это.

– Ладно. – Я поставила чашку. – Ты ведёшь себя, будто всё должно быть по-твоему. Будто любой каприз тебе простителен. Будто всё можно взять силой, даже если это касается другого человека. Ты играешь с людьми и их чувствами. Ты не думаешь о том, каково другому после всего этого. Ты не настоящий, а сплошная маска клоуна, который думает, что имеет право на такое отношение к другим и, что может манипулировать, подчинять себе, а потом вдребезги растоптать человека.

       Он молчал. Смотрел прямо. Без привычной насмешки.

– Ты хочешь знать, почему у нас всё вот так? – продолжила я. – Потому что ты пытался превратить меня в очередную игру. А я не игра. И не трофей. И не та, кто будет смотреть на тебя снизу-вверх. Даже если ты... – я осеклась, – даже если ты умеешь быть другим.

       Он все еще молчал. Просто сидел, опустив взгляд в чашку, будто искал в чае ответы. Его пальцы чуть сжались на ручке. Плечи напряглись. Я увидела, как треснула его броня самоуверенного парня.

– Я не клоун, – глухо выдохнул он. – Или, по крайней мере, не хотел им быть.

      Я ничего не сказала в ответ. Все, что я хотела сказать, было сказано. Пусть впитывает и делает выводы.

– Ты ведь о том вечере... Тогда. У меня дома. – Он снова поднял взгляд. В нём была странная смесь вины и растерянности. – Я не хотел, чтобы всё выглядело именно так. Знаю, это может прозвучать дерьмово, но, я потерял контроль, – он замолчал. – Я потом весь вечер себя грыз. Потому что я впервые понял, как сильно я на самом деле всё испортил. Что даже если ты и была ко мне расположена, я это сам разрушил.

       Он снова замолчал. Его взгляд метнулся к окну. Туда, где пряталась улица, люди, кто угодно, только не я.

– Ты всегда убегаешь от себя?

– Нет. Но раньше мне было проще его не замечать. Я не привык вести себя по-другому. Я привык к тому, что всё просто, – продолжил он. – Я пытаюсь вести себя по-другому. По-своему. Может, коряво.

       Он провёл рукой по лицу, будто стирая напряжение. А я внимательно наблюдала за ним. Сейчас передо мной был тот Гарри, что сидел со мной на балконе, поддерживая меня и вытирая мои слезы. Тот, который открылся мне с новой стороны. Я не знала, что и думать. Внутри был ком, такой спутанный ком разных чувств. С одной стороны, я не могла забыть все, что делал этот человек, а с другой, мне так хотелось чаще видеть эту искренность в нем.

– Поешь, пожалуйста, – произнес Гарри.

– Я ела сегодня, благодарю за заботу.

– Если ты считаешь, что кофе и яблоко, это еда, то боюсь тебя расстроить. Начинай есть, Кэтрин, – в нем снова проснулась его игривая сторона, но уже какая-то другая. Меня все больше поражал этот человек.

      Но он прав. Кофе и яблоко не то, чем должен питаться человек. Конечно, после такого разговора кусок в горло не лез, но надо немного поесть. А то еще удумает с вилочки меня кормить. Этого мне точно сейчас не хотелось.

– Умница.

      Мы снова замолчали. Он ел, я, чуть поев, ковыряла вилкой в еде. Чай остыл.

– Я прочитал черновики, – заговорил он позже. – Ты хорошо написала. Всё логично, чисто, точно. Я немного дополнил. Не обижайся.

– Не обижаюсь, – впервые за всё время я слегка улыбнулась. – Презентацию на тебе.

– Договорились, – он сделал глоток чая. – А ты вообще всегда такая организованная?

– Нет, – хмыкнула я. – Просто, когда внутри полный бардак, хочется переключиться и хоть в чём-то иметь порядок. – Он внимательно на меня посмотрел.

– У тебя сейчас бардак?

– А ты как думаешь? – Он чуть кивнул, будто понял.

– Хорошо, – отложив вилку, Гарри отпил свой чай. – А почему твой отец звонил Джексону насчёт бизнеса? Раньше такого не замечал.

– Если кратко, то Джексона, можно сказать, папа растил как своего преемника. Он ещё в начальной школе заметил, что у брата хорошо идут числа. Не просто оценки, а само мышление. Джексон с лёгкостью решал сложные задачи, видел логику там, где остальные просто зубрили. Отец говорил, что в него сынок пошел.

       Я помолчала, вспоминая фрагменты из детства.

– Когда Джексон был ещё совсем мелким, папа иногда брал его с собой в офис. Сначала просто посидеть, понаблюдать. А потом стал показывать таблицы, отчёты, графики. Я помню, как в пятнадцать лет он выдал какую-то идею по распределению бюджета, и папа реально использовал её на собрании. Я тогда только смотрела на них и ела печеньки из приёмной. – Гарри слегка улыбнулся, слушая.

– А ты?

– А я? Не вписывалась. Мне было скучно. Я больше болтала с сотрудниками, чем вникала. Мне нравилось разглядывать офисы, крутиться в креслах, задавать странные вопросы. Папа не злился, конечно. Но в какой-то момент понял. Мы с Джексоном разные. Он стал брать только его. А мне оставались рассказы за ужином. И куча других интересов.

– А чем занимается твой отец?

– У него своя страховая компания.

– Это довольно круто. А мама чем занимается?

– Она бухгалтер. Работает в одной компании с мамой Лекси, но в разных отделах.

– Вы с Лекси давно дружите? – он не прекращал сыпать меня вопросами.

– Да, практически с самого детства. Мы подрались с ней в начальной школе, а потом стали лучшими подругами, – смеясь ответила ему. Гарри сначала удивился, а потом тоже рассмеялся. У него красивый смех, мне нравится.

– Что? Из-за чего?

– Из-за парня. Так получилось, что в нашем классе был мальчик и он был самый красивый. Ну он обоим нам понравился, так мы стали соперницами. В очередной раз сцепившись, у нас началась драка. Когда учитель нас разнял, то вместе с родителями отправили к директору на разговор о нашем поведении. Там нас заставили мириться, но мы так не хотели. Зато наши мамы разговорились, когда ждали нас. На следующий день мы увидели, что этот мальчик ухаживает за другой девочкой из параллельного класса.

– У меня также дружба с Луи началась. Мы были соседями, только во дворе машинку не поделили. Моя мама купила нам ещё одну такую же и ссора сама испарилась.

– А как с остальными познакомились? – спросила я, ковыряя шоколадный торт.

– Найла привёл Луи. С Зейном мы познакомились в младших классах, с Лиамом чуть позже, в средней школе. С Джексоном на футболе. И всё как-то сложилось. Даже не заметили, как стали "своими", – он с таким теплом говорил это, будто погружаясь в воспоминания. Я не смогла сдержать улыбку.

– А почему Найл и Зейн не в вашей команде?

– Найл больше по музыке. Он в музыкальном кружке, гитара, вокал, всё такое. А Зейн одиночка. Мотоциклы, спортзал, скорость. Командные игры – не его. Если спорт, то только в спортзале. Они часто любят с Лиамом спарринговать.

      Когда мы подъехали к моему дому, в машине на какое-то мгновение стало особенно тихо. Ни радио, ни шум улиц. Только ровный гул мотора и отголоски нашей беседы, всё ещё витавшие в воздухе.

– Спасибо за ужин и разговор, – я повернулась к нему, уже взявшись за ручку двери. Мне вдруг стало немного жаль, что всё закончилось.

– Кэтрин, подожди, – его голос остановил меня. Я обернулась, снова встретившись с его взглядом. Он казался чуть более серьёзным, чем обычно. Без привычной насмешки, без ухмылки. – Я знаю, что идиот. Я предполагал, что тебя может это обижать, но почему-то не мог вести себя по-другому. Не знаю, может это даже из-за того, что мне нравится тебя бесить, – он вздохнул и отвёл взгляд на руль, сжав его одной рукой, будто пытаясь за что-то зацепиться. –Не хочу обещать, что не накосячу ещё. Но я попробую быть лучше. Может тогда ты, ну... изменишь своё мнение обо мне. Хотя бы чуть-чуть.

       Я чуть наклонила голову, изучая его. Он действительно старался.

– Мне хотелось бы, – тихо ответила я и, прежде чем дать себе время передумать, улыбнулась. – Спокойной ночи, Гарри.

– Спокойной, Кэт.

       Я вышла из машины и не оборачивалась, хотя чувствовала на себе его взгляд до самой двери.

POV: Гарри.

       Слова Кэтрин не удивили меня, я в принципе так и предполагал. Думаю, половина школы такого же мнения. Только одно не укладывалось в голове. Почему я не сказал, что между мной и Эйми нет никаких отношений, кроме секса. Я и так до сих пор ощущаю свою вину за ситуацию у меня дома. Не знаю, был ли это страх разрушить небольшой процент к перемирию или просто глупое упрямство, но я промолчал.

       Домой не хотелось. Возвращаться в пустые стены, последнее, что мне нужно сейчас. А если мама дома, то к допросу с пристрастиями. От этой женщины невозможно что-то скрыть. Я вспомнил, что Лиам с Зейном обычно в это время в спортзале. Идея сбросить накопившееся напряжение показалась чертовски привлекательной. К счастью, спортивная сумка валялась в багажнике.

       Зал встретил привычным запахом пота, металла и резины. Где-то грохотали штанги, кто-то топал на беговой дорожке. Свет тусклый, стены серые, воздух тяжёлый. Идеально.

       Я зашёл в раздевалку, переоделся, закинул наушники в карман, не хотелось отвлекаться. Когда вышел, увидел, как Зейн и Лиам вовсю месили друг друга в ринге. Боксёры-любители, но азарт был такой, будто решался мировой титул. Лиам явно был в ударе. У Лиама лицо уже покрыто красными пятнами, а Зейн, судя по улыбке, получал от процесса откровенное удовольствие. Как они еще оставались целыми и невредимыми после их тренировок?

– Вы тут что, опять выясняете, у кого меньше яиц? – бросил я, подходя ближе.

– Не твоё дело, Стайлс. Нам хотя бы есть, чем рисковать, – огрызнулся Лиам, одновременно уклоняясь от удара.

– Ага, особенно тебе. После твоих тренировок у тебя, скорее всего, остались только шрамы и жалкие воспоминания, – усмехнулся Зейн.

– Напомни, кто последний раз свалился после моего лоу-кика? А, точно, ты, Зейн. Потом ещё в душе сопли утирал.

– Это был пот, придурок, – буркнул Зейн. – Я просто выкладывался, как надо.

– Конечно, «мощно». Так мощно, что твоя бывшая до сих пор смеётся, – подкинул я, включаясь в поток.

– Лучше быть бывшим для неё, чем игрушкой для школьной примадонны, – Зейн резко метнул в мою сторону. Я нахмурился, но виду не подал.

– Ой, парни, заканчивайте. Гарри, если хочешь, ринг свободен. Я пошёл. Мне ещё Лекси выслушивать, как я «опять забыл про проект».

– Удивительно, как она тебя еще не убила, – кивнул я Лиаму вслед.

       Он только показал мне средний палец, исчезая в раздевалке. Я начал с разминки. Повороты корпуса, прыжки, наклоны, немного кардио. Мышцы начали отзываться теплом, в голове потихоньку стихал шум.

      В голове снова всплыл тот день. Её поцелуй. Кэтрин, смотрящая на меня с болью и злостью. Эйми. Я всё испортил. И сам знал, давно надо было закончить это с Эйми. Её голос начал раздражать. Постоянные звонки, намёки, ожидания. Да, она красива. Да, хороша в постели. Но не более. Никогда не было к ней никаких чувств. А с Кэтрин как-то все не так. Не буду отрицать, что хотел ее, даже очень хотел, но... меня влек к ней не только такой интерес. Это единственное, что я хорошо осознавал, больше ничего.

      Груша встретила меня глухим звуком. Я бил её, будто она виновата в моих чувствах. В рваном темпе, то резко, то с паузами. Каждое движение будто выталкивало из груди куски напряжения. Правая, левая, уклон, корпус, снова удар.

     Кэтрин, её глаза, её губы, как она смотрела на меня тогда...

     Сильнее. Каждое движение – выстрел, каждый удар – попытка забыться.

      Я тяжело опустился на мат рядом с рингом, скинул перчатки, и пару минут просто сидел, уставившись в пол. Пот струился по спине, майка липла к коже. Мышцы гудели. Зейн бухнулся рядом на мат, тяжело дыша и откидываясь на спину. Его также футболка прилипла к телу, а волосы были мокрыми от пота.

– Только не говори, что помираешь? – вывел меня из ступора голос Зейна.

– Не дождешься, – буркнул я, садясь и наклоняясь вперёд, сцепив руки.

– Ну ты, конечно, зверь. Ещё пара минут и груша бы попросила пощады. Или опять кого-то хочешь впечатлить своей агрессией?

– Это называется терапия для проблем, – буркнул я, откидываясь назад.

– Психотерапевт бы тобой гордился.

– Да пошёл ты.

– Оу, в тебе проснулся настоящий Гарри. Я уж начал переживать.

      Мы оба фыркнули. На секунду повисла тишина, только где-то на заднем плане грохотала музыка из колонок.

– Ты хочешь сказать что-то по делу, или просто пришёл поиздеваться?

– Это не взаимоисключающие вещи, – Зейн усмехнулся, вытирая полотенцем шею и бросая его на скамью. – Что происходит? – спросил он уже более серьёзным тоном.

– Ничего, – отмахнулся я.

– Ты забываешь, что я знаю тебя дольше, чем ты свои кудри расчесываешь. Так что начинай говорить, пока я сам не начал гадать,

       Я не сразу ответил. Просто смотрел в одну точку.

– Чувствую связь с Кэтрин, – Зейн облокотился на колени. Я молча кивнул. – Что между вами вообще происходит?

– Все слишком запутанно.

– Слушай, может хватит делать вид, что ты не влюблён?

– Боже, не неси чушь. Конечно я не влюблён в неё.

– Тогда что? К чему эти твои игры? Зачем она тебе, если ты к ней "ничего не чувствуешь"?

      Я замолчал. Думал, найду, что ответить. Но всё, что пришло в голову лишь раздражённый выдох.

– Я не знаю, Зейн. Реально не знаю.

– Гарри, заканчивай с этим, если не хочешь проблем. Я же вижу, что тебе явно не наплевать на нее. Не мучай её. И советую не забывать, что она сестра твоего друга.

– Не переживай, ни о каких чувств речи и идти не может, – Я уткнулся в бутылку с водой, делая глоток. – Просто с ней интересно общаться, да и к тому же бесить ее, особое удовольствие.

– Главное, чтобы ты сам верил в это, – Зейн лишь помахал головой, после встал и пошел в душ.

***

POV: Кэтрин.

– Лекси, ты спишь? – приоткрыв дверь в комнату Лекси, я засунула туда голову.

– Нет. А ты чего не спишь? – спросила она, сидя за ноутбуком. Я прошла в комнату и легла на кровать.

– Не могу заснуть.

– Что-то случилось? – она отложила ноутбук в сторону и развернулась ко мне. Я на секунду замолчала, обдумывая, как это всё сформулировать. Лекси не спешила, просто молча ждала.

– Я запуталась, Лекс... – выдохнула я, уставившись в потолок. – В голове полный бардак.

– В чём именно?

– Мне кажется... меня тянет к Гарри.

– Тянет? – Лекси приподняла бровь, но не с осуждением, скорее с искренним интересом.

– Он постоянно в моих мыслях. В школе я сама не замечаю, как наблюдаю за ним, ищу его в толпе. Не знаю. Всё подсказывает, что мне стоит держаться от него подальше, и я вроде бы это понимаю, но что-то есть, что-то привлекает. И одновременно раздражает до бешенства. Я не понимаю, что со мной происходит.

– Ну что, подруга. Наконец-то ты призналась в этом.

– Издеваешься? – проныла я.

– Я? – театрально воскликнула Лекси. – Кэт, я давно заметила, как ты залипаешь на него, провожаешь взглядом, а особенно, как ты реагируешь, когда слышишь смех или голос.

– Нет. Мне не нравится он... Я просто... я не знаю. Это пугает. Я не могу понять какой он настоящий, не могу понять где правда, а где его игра. Я не знаю, что и думать, ведь..., – я замолчала. – И ещё у него девушка. Или уже нет? Кто вообще знает, что у него там. Он такой... непонятный.

– Ты боишься, что он сделает тебе больно? – мягко спросила Лекси. Я кивнула.

– Не знаю. Думаю, что да. Боюсь довериться ему, поверить. Боюсь, что этот интерес перерастет в большее, а потом окажется, что это все действительно его игра.

– Сложный случай, – протянула Лекси. – Кэтрин, хотелось бы сказать, чтобы ты держалась дальше от него, но понимаю, что это не совсем правильно. Попробуй просто пока пообщаться и понаблюдать за ним, его отношением и действиям. Не прыгай в омут с головой, старайся замечать любые мелочи, которые приведут тебя к ответам, а может даже верным решениям. Так ты сможешь увидеть, понять и узнать к чему это все приведет. Мимолетное влечение это или страстный бурный роман, – на последних словах, Лекси не сдерживала свою улыбку.

– Ты права. Как всегда.

– Привыкай, – она хмыкнула. – И вообще, ты отпустила Майкла. Это уже прогресс.

– Да, кстати, – я вдруг поняла, что он совсем исчез из мыслей. – Будто вытиснился.

– Так и должно быть. И давай честно, ты заслуживаешь кого-то лучше. – Лекси на секунду задумалась. – Как было бы просто, если бы у людей на лбу писалось: "Я нормальный" или "Осторожно, конченный мудак".

– А у Гарри было бы: "Осторожно, взрывоопасный, флиртующий мудак", – мы не выдержали и засмеялись.

– Как у тебя с Зейном?

– Да никак. Просто общаемся, но никаких намеков на большее нет, – она пожала плечами. – Думаю, может взять инициативу и позвать его гулять?

– Как ты обычно говоришь? Попробуй рискни и посмотри, что из этого получится. Так что действуй. Вдруг это приведет к «страстному бурному роману», – я улыбнулась, повторяя её же слова.

– Смотри, мои советы возвращаются ко мне, – Лекси засмеялась.

– А ты чем занималась?

– Доделываю проект по литературе. Осталось пару дней до сдачи, а Лиам не сможет завтра, поэтому я взяла выводы и презентацию на себя.

– Нужна помощь?

– Было бы неплохо. Я не понимаю, как одно произведение может быть таким красивым и таким безнадёжным одновременно, – устало протянула Лекси, взяв ноутбук.

– Это потому, что Фицджеральд был романтиком, который слишком хорошо знал, что мечты разбиваются. Особенно те, которые строятся не на реальности, а на иллюзиях.

– Гэтсби ведь даже не пытался узнать Дейзи настоящую. Он просто влюбился в то, кем она была в его голове.

– Потому что правда была бы больнее. Если бы он признал, что она изменилась, что их любовь – это всего лишь тень, всё, ради чего он жил, потеряло бы смысл.

– Он всю жизнь строил себя ради неё, ради этой мечты. А она просто... выбрала удобство. Без борьбы, без страсти. Том был ужасным, но стабильным. И богатым.

– Иногда людям проще оставаться в золотой клетке, чем рискнуть и жить по-настоящему. Дейзи – не зло. Она просто слабая. А слабость в этой истории разрушительнее злости, – горько усмехнулась я.

– А американская мечта? Фицджеральд её буквально растоптал.

– Он показал, что мечта – это красивая сказка, но путь к ней часто пролегает через ложь, жадность, и саморазрушение. Что ты можешь заработать миллионы, но не купишь прошлого. И не купишь любовь.

– Это и пугает. Прошло сто лет, а суть не изменилась. Люди всё так же влюбляются в иллюзии. Всё так же выбирают удобство вместо чувств. Всё так же убегают от реальности, – немного задумчиво протянула Лекси.

– Запиши это в проект. Это лучше, чем все клише, которые пишут в интернете.

– Так и запишу: «Главный вывод, который мы вывели с подругой в двенадцать часов ночи»

***

       Утро выдалось какое-то суматошное, но не у меня, славу богу. Мы толпились на парковке перед началом занятий, и в воздухе витал тот самый школьный шум, в котором ничего не понятно.

       Лиам и Лекси о чём-то спорили, судя по всему, дорабатывали проект. Он жестикулировал так активно, что в какой-то момент едва не сбил с ног проходящую мимо девочку.

– Лиам, ты опять хочешь переделать третий слайд? – с возмущением бросила Лекси. – Да у меня на него ушёл весь вечер!

– Просто, он слишком розовый, – пожал плечами Лиам.

– Это нежно-розовый, – фыркнула она. – Эстетика также важна, Пейн.

      Кэролайн стояла чуть поодаль и что-то живо объясняла девочке с блокнотом в руках, кажется, они обсуждали что-то важное. Помню, что эта девочка тоже состоит в оргкомитете. Я пыталась вспомнить, что они могли обсуждать, но мысль ускользнула, как и половина моих утренних мыслей.

      Луи и Найл как всегда прикалывались друг над другом, громко смеясь. Не понимаю откуда в них столько энергии и позитива, даже выспавшись, я сейчас чувствовала себя, как сонная муха. Зейн также отошел от нас, разговаривая по телефону. А Джексон спал дома, так как ему поставили окно. Завидую ему, но зато Лекси очень обрадовалась, когда села за руль. Все это время, я просто улыбаясь, наблюдала за ребятами.

– Скучаешь, котёнок? – по мне пробежались мурашки. Я немного испугалась от неожиданности, но сразу узнала голос.

– Гарри, не называй меня так, – буркнула я, пихнув его в бок. Он, конечно, даже не шелохнулся, но отступил на шаг.

– Почему нет? Тебе идёт, – ухмыльнулся он, заметив, как я скривилась.

– Я готова оспорить это, – с вызовом я посмотрела на него.

– Пожалуй обойдемся без споров с утра, – лениво протянул он, взглянув на экран телефона. Пару секунд что-то печатал, а потом снова посмотрел на меня. – Мне нужна твоя помощь.

– Серьёзно? Неужели, сам Гарри Стайлс просит о помощи? – я прищурилась, но любопытство внутри уже включилось.

– Так как через неделю выходные в честь Дня Благодарения, то домой прилетает сестра, и не одна. В общем, она приезжает со своим парнем и хочет нас с ним познакомить. И, как она сказала: «Гарри, оденься пожалуйста, красиво, а не просто одну футболку черного цвета и джинсы!», – он умоляюще посмотрел на меня. –Так что, спасай меня.

– То есть не в твою вечную чёрную футболку?

– Вот именно! – он театрально всплеснул руками. – Что плохого в футболке и джинсах?

– Всё, – хмыкнула я.

– Ну вот, – с улыбкой он взглянул на меня. – Так что спаси меня, Кэт. Помоги выбрать что-нибудь приличное, а то сестра меня съест.

– А твоя девушка не может помочь с этим? – бросила я, стараясь, чтобы вопрос прозвучал невзначай. Он замер, потом устало потер переносицу.

– У меня нет девушки, Кэтрин.

– Но... – начала я, но он перебил.

– Просто помоги мне, Кэт. Это важно для сестры, и я не хочу ее расстраивать.

      Я на секунду задумалась, но, глядя на его лицо, полное умаления, просто вздохнула:

– Ладно. Помогу. Заодно хотела в книжный заглянуть.

      Он кивнул, словно я только что спасла ему жизнь. Мне было странно, что Гарри обратился именно ко мне, но, видимо, для него это действительно что-то значило. И я не смогла ему отказать.