Глава 1. Герои.
На груди Андрея поблëскивал металлический кружок. Гравировка на нëм гласила: "За отвагу!". Такие медали выдали всем из триндадцатой после той злосчастной лабы.
Максим Александрович, товарищ Управблоком, спустя семисменку после событий в ЛПУ-16 позвал его и Костю к себе. Он протянул им по конверту и обменялся с ними крепким рукопожатием. "Молоцы, орлы! Заслужили!" сказал он тогда.
В конверте оказались те самые медали и новые погоны. Бывший рядовой, а ныне ефрейтор Малинин очень удивился, но радости не было. Да, они со старшим лейтенантом Славеном теперь постарше в званиях, но цена этих погон... Эта цена была непомерно высока. Они успели вытащить тело Серëги, но вот Толик... Толик остался там. Серëгу наградили орденом Славы. Посмертно.
Хоронили Сергея Звягинцева в гробу, сколоченном из каких-то тумбочек. Другого сырья в Хруще не было. Как героя хоронили.
Шпала был вне себя от счастья, когда на их пост вышел Толик. Раненый, седой, в бреду, но... Живой! В руке он сжимал пакетик от стрептоцида, что-то бормотал, а потом вдруг рухнул на пол без памяти.
Мужики ринулись к нему. Пульс был. Малого потащили в санчасть в другом конце блока. Шпала два дневных цикла сидел рядом с ним. Но было оправдание: только их смена закончилась, начался Самосбор. Еле успели.
Славен пришëл на третий день. Костя всë так же сжимал руку Толяна. Малинин был бледен. Славен сразу понял причину: лицо Анатолия было уже почти здорового цвета, а из руки торчал катетер, тянущийся к руке Шпалы. Было ясно, что ефрейтор Малинин вызвался на переливание, благо, группа крови подходила.
"Интересно, сколько он в него влил?" подумал Варшавин. Он растолкал Костю. Шпала поднял на него мутные глаза с ярко выраженными синяками и произнëс:
-Нормально.
Славен понял, что нихрена не нормально.
-Слышь, боец, прекращай давай! Он скоро лопнет же, тормози! Сейчас санитара позову, пойдëшь, проспишься.
-Товарищ старший лейтенант, всë НОРМАЛЬНО.
Славен понял, что уговоры не помогут.
-Шпала, я приказываю НЕМЕДЛЕННО вытащить катетер и идти спать!
-Есть, командир, - пробубнил боец и вытащил иглу из руки.
Командир позвал санитара. Он тоже имел под глазами ярко выраженные мешки, но оттенок кожи был слегка здоровее Костиного.
-Как он?
-И вам здравствуйте, Андрей Валерьевич. Анатолий идëт на поправку, но шрам останется. Учитывая отсутствие выходного отверстия, я могу сделать правдоподобное предположение, что он самостоятельно достал пулю. К счастью, органов она не задела, но покорëжило еë внутри знатно. Канал очень неровный, рваный. Я просто не понимаю, как расплющенную пулю можно достать самому, да ещë и в поле?!
-Крепкий парень, - улыбнулся командир.