Глава 5
—Брось, Катя, я выгляжу, как клоун,- проговорил Нечаев, смотря на то, как Катя завязывает на его шее галстук. И вот надо же было согласиться пойти с ней в театр после работы. Своими демоническими глазами она гипнотизировала молодого солдата, заставляя его полностью повиноваться. Сергей никогда не мог отказать своей спутнице, стоило ей только взглянуть на него. В глазах Нечаева Катя до сих пор была той самой Попрыгуньей Стрекозой, которая была готова пожертвовать своей жизнью, чтобы спасти весь мир. Стоило Сергею увидеть ее утонченные формы, пышные бедра, ровную осанку, пленяющие глаза, он понял сразу, что эта девушка будет его. И не ошибся. С тех пор они были вместе, не могли представить и минуту друг без друга.
—Серёжа, ну как маленький...не вечно тебе с мужиками в карты играть. Нужно прививать тебя к искусству,- проговорила Катя, приглаживая рукой галстук. На ее лице появилась довольная улыбка. В костюме Сергей выглядел неотразимо, возможно, все женские взгляды будут направлены на него, отчего от таких мыслей у Кати дернулся носик.
—Ну какое искусство, Катя? Я прекрасно все знаю,-проговорил Сергей, смотря на свое отражение в зеркале. В костюме он себя не видел со времен школьных— осталось только платок красный на шею повязать и вот он «Серёжка-октябренок». Ничего другого не оставалось, кроме того, как смириться со своей участью.
Катя ушла в другую комнату, дабы скорее переодеться в новое платье, которое купила на первую зарплату. Именно о нем Катя мечтала, когда увидела афишу о предстоящем балетном выступлении. Сергею обновку она не показывала, берегла для этого вечера, отчего Нечаев полностью пропитался чувством интриги. Он сел на красное кресло, которое под его весом немного скрипнуло, и стал ждать свою спутницу. Вечер обещал быть интересным хоть Сергей так много возмущался. После эпидемии это первое представление за столько времени. Зал обещает быть полным. Вывески о представлении висели на каждом шагу, отчего каждый человек от запятой до запятой знал, что там написано.
Катя появилась перед Нечаевым в глянцевом, темно-фиолетовом вечернем платье. Сергей осмотрел девушку с ног до головы, мысленно примечая, как хорошо эта вещь сидит на ее утонченном теле.
—Как тебе?- спросила Катя, немного покружившись. Спереди платье было полностью закрытым, но большой разрез на спине полностью открывал вид на ее лопатки и поясницу. Нечаеву только и оставалось, что потерять дар речи и просто наблюдать за тем, насколько красивой может быть любовь.
—Мне кажется, поход в театр откладывается,- проговорил Сергей, поднимаясь с кресла. Он подошел к Екатерине, широкой ладонью коснулся ее щеки, смотря в глаза этой богине. Расстояние между ними с каждой секундой сокращалось, пока губы Сергея не накрыли ее губ. Поцелуй вышел невинным, полный чувств. Рука Сергея нашла свое место на ее талии. Он держал ее аккуратно, нежно, боясь, что если он приложит силу, что сломает ее, как хрупкую вазу.
—Подождать может все...-проговорила Катя, поправляя воротник его рубашки. Сергей улыбнулся, наслаждаясь этим моментом.
—Да...я думаю...-однако Катя приложила указательный палец к его губам, отчего Сергей опешил.
—Подождать может все, что угодно, но не поход в театр,- девушка надела черные туфли и пошла к выходу из дома. Сергей тяжело выдохнул, направляясь следом за своей Стрекозой.
Театр был забит людьми полностью. Разговоры окутали зал, напоминая пчелиный гул во время сборки мёда. Найти свои места оказалось задачей трудной, однако выполнимой. Сергей осматривал сцену, балконы, людей. Женщины были одеты в элегантные платья, а рядом с ними мужчины в строгих костюмах.
—Товарищ майор, очнитесь!- знакомый женский голос пронесся в ушах Сергея.
—Вон наши места!- крепкая, но в то же время нежная ладонь Кати держала Нечаева за руку. Он улыбнулся и вместе с ней сел на их места, согласно билетам.
—А красиво тут!- восторженным голосом сказал Нечаев, смотря на архитектуру зала.
—Вот, я же тебе говорила! А ты и слушать меня не хотел,- проговорила Катя, смотря в глаза Сергея, но когда на сцену вышел дирижер и подошел к оркестру, все устремили на них взгляд. Зал тут же погрузился в тишину. Нежная, но в то же время полная грубости музыка окутала зал. На сцену, порхая, вышла балерина. Она выгнулась назад и вытянула руки вверх, будто пыталась взяться за солнце...нет...хотя бы коснуться его, почувствовать, как оно жжет пальцы. Это движение было таким простым, но сердце Сергея ощутило трепет. Пульс участился, а тело ощутило жар, который распространялся по каждой клеточке. Балерина стала кружиться, но нога ее соскользнула, и девушка упала. По залу разнеслись испуганные возгласы. Сергей немного расслабил галстук на шее. Он ощутил тревогу, страх, его руки затряслись.
—Серёжа...-раздался голос Кати. Он посмотрел на нее, но и слова сказать не смог. Он был напуган. Страх парализовал его тело.
—Почему ты меня не спас?...
Михаэль расстегнул куртку майора и разрезал его футболку, обнажая грудь. Лизхен сложила ладони «крестом» и стала делать майору массаж сердца, которое остановилось буквально минуту назад.
—Михаэль, принесите адреналин!- проговорила Лизхен, накрывая его губы своими, делая ему искусственное дыхание, после чего сразу же продолжила работать руками. Штокхаузен поднялся с пола и стал искать в аптечке Лизхен заранее подготовленный шприц.
—Ну же, майор! Рано вам умирать!-Лизхен нервничала, продолжая выполнение экстренной манипуляции.
—Я пытался тебя спасти!- Сергей поднялся с места, замечая, что все взгляды в зале были направлены на него.
—Ты же ничего не помнишь...это ты нас убил...зачем?-Катя поднялась с места, а по ее щекам пошли слезы. Сергей стал отступать назад, но спиной уперся в кого-то, он обернулся и увидел Сеченова.
—П-3, сынок, зачем?...-Сергей стал отходить назад, испытывая тот страх, который не был присущ ему раньше. Но тут стало тепло...его запястье обвила стальная рука. Повернув голову в сторону, он увидел робота-близняшку.
—Проснись, Любимый...
Лизхен резко вколола к грудь Сергея адреналин. Его глаза распахнули. Резко поднявшись, мужчина взялся за голову, чувствуя ужасную боль.
—Вы живы...-облегченно приговорила Лизхен. Михаэль устало сел на кровать и вытер со лба пот.
—Вы заставили нас понервничать, товарищ майор...-сказал немец, но Сергей его даже не услышал.