Глава 6
* * *
- Эйдан, - окликнул его Марк в коридоре академии, жестом подозвав к себе. После той памятной ночи прошло всего два дня, и они еще не успели толком обсудить все детали их плана. - Нам нужно поговорить, это очень важно.
Отводя его в укромное местечко, в небольшой пустой кабинет, Марк плотно закрыл дверь, чтобы их никто не услышал. Эйдан, чувствуя неладное, нервно присел на край парты и приготовился слушать. Марк, последовав его примеру, тоже присел на парту напротив него, спрятав руки в карманы.
- Так, о чем ты хотел поговорить? - поинтересовался Эйдан, посмотрев на время в телефоне. Он нервно дергал ногой, очередной раз доказывая, что серьезные разговоры плохо на него сказываются.
- Да все это слишком глупо и бессмысленно, - выпалил Марк, глядя на него серьезным взглядом. Эйдан вопросительно нахмурился, не понимая, что он имеет в виду. - Ну, эта ваша безумная идея о том, что нам самим нужно что-то предпринять, лишь бы остановить каких-то там идиотов, которые хотят уничтожить наш мир. Это же слишком опасно, ты хоть сам это понимаешь? - возмущенно спросил он, глядя в глаза Эйдану.
- Так... - протянул Эйдан, пытаясь понять, куда клонит Марк. - И что ты этим хочешь мне сказать? К чему ведешь?
- Сперва, нам бы хотелось...
- Нам? - переспросил Эйдан, приподняв бровь.
Марк на секунду замялся, а после, тяжело вздохнув, продолжил, снова отведя взгляд.
- Мне и Крису... хотелось бы, чтобы ты - да и все остальные, - поняли, насколько это опасно и глупо пытаться бороться с тем, с чем мы явно не справимся, - выпалил он, не глядя в глаза Эйдану.
- И что же вы тогда предлагаете предпринять? - спросил Эйдан, недоуменно разведя руками в стороны. - Мы же вроде все обсудили и приняли решение. Кому-нибудь рассказать об этом мы не можем, ведь нам вряд ли вообще поверят. А если вдруг узнают, что у нас есть вещь, принадлежащая королевской семье, то нас могут и жестоко наказать за сокрытие правды. Сделать все анонимно, чтобы они ни о чем не догадались, тоже не вариант, ведь нас очень быстро раскроют, хотя, если покрывать друг друга, то, возможно, некоторые и смогут избежать наказания. Так что же нам еще тогда прикажете делать? Сидеть сложа руки и спокойно смотреть, осознавая, что происходит, как рушится наш мир? И что, по-вашему, мы должны просто смириться с этим?
Марк долго и изучающе смотрел на него снизу вверх, чуть склонившись к нему.
- Нет, - наконец ответил тот, чувствуя, как нарастает отчаяние. Глубоко вздохнув, он прикрыл лицо руками. - Неужели это и правда единственный выход? Неужели нет какого-то другого способа?
- К сожалению, нет, - твердо ответил Эйдан, бросив мимолетный взгляд в сторону двери. Этот разговор напрягал его все больше и больше. - Так что получается, вы не будете участвовать с нами?
- Ох, нет, - усмехнулся Марк. - Я вовсе не для того, чтобы сообщить вам о том, что мы бросаем это дело, вызвал тебя на разговор. Но... - он замялся. - Выходить на свет мы не собираемся.
Эйдан поджал губы, и невольно задрожала нога. С такими разговорами Марку стоило идти к Алану - он, по сути, был главным в организации.
- Объясни.
- Мы вас не бросаем на произвол судьбы, - попытался оправдаться Марк, глядя в глаза Эйдану. - Но и идти на такое опасное дело, которое может привести к гибели, мы все же считаем слишком... неэффективным, что ли? - неуверенно произнес он, подыскивая нужные слова. - В общем, надеюсь, ты понимаешь меня. Все это вряд ли получится, да и ни к чему хорошему не принесёт.
Эйдан молчал. Отчасти, он был согласен со словами Марка, но и сидеть сложа руки они не могли.
- Уговорить вас никак не получится, - подтвердил Марк. - Поэтому, давайте мы будем нести вам поддержку с академии.
- Это как? - спросил Эйдан, нахмурив брови.
- Со всем этим, - Марк рукой обвел по кругу, охватывая все трудности, связанные с добычей нужного материала и борьбой со злодеями, дабы получить информацию. - Вы явно заработаете кучу пропусков. Пары пропускают безумно редко, а тут девять человек раз за разом не будут посещать занятия. Мы сможем вас прикрывать.
Эйдан, поджав губы, посмотрел в сторону, обдумывая его слова.
- Да и... - Марк чуть пригнулся, будто желая рассказать секрет. Эйдан подался в ответ. - Мы станем для вас неплохими информаторами.
- Информаторами? - спросил Эйдан, не понимая, к чему это.
- Отец Криса - важная шишка в Лиге Героев. Поэтому он сможет добыть любую информацию о злодеях. Наверняка кто-то из особо известных, которые находятся в бегах, знает что-нибудь о машине.
Эйдан молча смотрел на него, не зная, что и принять. Рассуждая над его словами, Марк был прав - им явно были необходимы те, кто смог бы придумать им достойные оправдания для прогулок. Тем более Крис играет важную роль в академии . Да и информаторы не помешают. Как бы его не огорчало их решение о том, что «выходить на свет» они не собираются, как-либо осуждать их он не имел ни малейшего права. Впрочем, как и Алан, и другие члены команды, которые приняли их решение с уважением.
***
Наступил декабрь. Прошел месяц с тех пор, как им открылась страшная тайна, и решение, проанализированное и перепроверенное несколько раз, было принято. Этот месяц выдался для ребят сложнее некуда: учеба после объявления о пропаже Лиама и его родителей давалась им с трудом по моральным причинам, а некоторые преподаватели, пользуясь случаем, требовали наверстать упущенное. Но были и хорошие новости: на той же неделе они заказали необходимые материалы, потратив на это всю свою стипендию. Было сложно совмещать учебу и работу над проектом, но Алан не желал тратить время впустую. Чертежи его деда пришлись как нельзя кстати. В горе старых бумаг он обнаружил специальные часы с возможностью подключения динамика в виде микронаушника для связи. Чертежи были настолько понятные, что через три дня были готовы первые, отлично функционирующие экземпляры. Куда сложнее было подключиться к точкам телепортации - об этом чуть позже. Специальные наручные часы были несколько раз перепроверены: испытывалась связь на расстоянии, работоспособность функций, даже голограмма. Алан был горд, что смог создать такие часы без особых проблем. Проблема была в том, что такие часы использовали только герои, и простым студентам они не полагались - им выдавали специальные только во время практики, после чего забирали обратно. Обнаружение таких часов у кого-либо могло повлечь серьезные последствия.
Разобравшись с часами, они принялись за костюмы. Сшить костюм, который обычно заказывали только профессиональные герои, было бы огромной тратой времени и денег, да и вызвало бы подозрения. Решение нашлось благодаря связям Виллиама, которые помогли заказать необычные материалы. Был также передан эскиз костюма, с небольшими отличиями для каждого. И вот, спустя три дня, человек, который и сам был героем, предоставил им долгожданные костюмы. Костюмы были двухслойные: первый слой, со специальными мелкими иглами, давил на определенные точки, усиливая тело и увеличивая силу. На людях без способностей эти точки никак не влияли. Второй слой был сделан из прочной резины, снижающей вероятность получения серьезных травм. Костюмы делились по типам способностей: костюм, комфортный для человека с огненными способностями, был неэффективен для тех, кто владел водой, так что, для каждого он индивидуален.
Сейчас у них был выходной, и они решили немного приукрасить свои костюмы, чтобы хоть как-то их различать. На данный момент все костюмы были похожи: полностью черные, с выпуклыми линиями у торса, на ногах и на руках, плащ до колен, широким капюшоном и маской до глаз. Маска необычная, а с некоторыми особенностями. С виду массивный, но сделан из лёгкого, но крепкого материала. По краям маски находились три линии фильтрации воздуха, ведь никогда не ожидаешь, что может выкинуть злодей. А так же, для большей безопасности, маски чуть изменяли голоса, придавая им чуть низкий тон. Сделано, чтобы сохранять анонимность. В комплект входили прочные перчатки и тяжелые черные ботинки. А Алан все думал, как бы добавить в часы функцию телепортации, как и у доверенных героев.
До этого времени существовали люди, обладавшие способностью перемещаться в пространстве из одной точки в другую за секунду. Великим учёным, - Дилану и Нейтану, - удалось сделать это доступным для других, но требовалось установить точку перемещения, чтобы, нажав на сенсор, человек за секунду перемещался из одного места в другое. После того, как это стало доступно, было принято решение, что телепортация будет запрещена для обычных людей - не только для тех, у кого нет способностей. Причин было несколько. Во-первых, одновременное перемещение более двух людей вызывало ужасные последствия - мутацию, человек воссоединялись в одно уродливое существо, которое впоследствии умирало. Во-вторых, в плохих руках это могло стать возможностью проникать в помещения и устраивать грабежи, или даже убийства. Было решено, что телепортацию будут использовать исключительно в важных целях, в первую очередь героями, когда нужно срочно оказаться в определенном месте. Да и то, телепортацией могли пользоваться только герои высокого класса. Точки телепортации были установлены повсюду, даже на крышах зданий, и, конечно, так, чтобы их никто не видел - точнее, под землей или асфальтом. Подключиться к ним было невероятно сложно, но, к счастью, в блокноте они умудрились найти кое-какую информацию. Это был огромный успех, но, если об этом узнают, у них будут очень большие неприятности.
Ребята закончили украшать свои костюмы. Чтобы хоть как-то их различать, они добавили разный цвет к краю капюшона: Алан - красный, Виллиам - белый, Итан - голубой, Ноа - синий, Венди - оранжевый, Джейн - фиолетовый, Николь - серый, а Эйдан решил ничего не менять. Про убежище Алан им уже рассказал - им должен был стать домик под деревом. Сначала эта идея не совсем привлекала Алана, так как домик был убежищем его, Эйдана и Лиама, но, поговорив с Эйданом, было решено сделать это их центром управления. Он обсудил это с друзьями, и, к его удивлению, они были в восторге от домика, и очень хотели его увидеть. Алан с Эйданом пообещали обязательно подробно его снять и показать, как только появится возможность.
Возможность появилась. Наконец-то им выдали в академии временные костюмы. Наступил период практики. Многие были в восторге. На этой неделе они должны были стать помощниками полицейских, выполняя небольшие поручения и, если будет случай, ловить мелких воришек. Это была маленькая практика для первокурсников. Каждый мог выбрать любой город, любое полицейское отделение. Алан с Эйданом выбрали Брасдейл, вместе с ними и Виллиам, которого они с момента поступления видели крайне редко. В субботу они поехали в родной город. Алан увиделся со своей родней, которые в один день просто собрались и засыпали его множеством вопросов, гладили по голове, целовали в щечку и гордились тем, каким большим человеком он станет. Эйдан поспешил к сестре, которая все это время проживала у Ротти с его девушкой. Кира безумно обрадовалась возвращению брата и с энтузиазмом рассказывала, как ей хорошо живётся, что успокоило Эйдана. Он был безумно благодарен им двоим, ибо, оставшись с их родителями, она наверняка уже погибла бы. Сам же он у них ночевать не стал, а пошел домой один без сестры. Дома он, к его огромному счастью, родителей не застал и, как понял по состоянию дома, их давно тут не было.
Поэтому он тщательно убрался во всем доме, заплатил за свет, за воду и отопление - он получал неплохую стипендию и к тому же подрабатывал онлайн, где тоже получал хорошие деньги. Продукты домой он решил не покупать, а лишь заказал себе большую пиццу и китайскую лапшу, и, усевшись перед телевизором, принялся с аппетитом уплетать еду в убранном доме, за которую их строгий тренер в академии наверняка хорошо бы дал ему затрещину.
Выходные прошли отлично, и после практики в среду, где их неожиданно освободили пораньше, они тут же побежали в свое секретное убежище, чтобы заняться проектом. Они уже который раз пытались создать мощный компьютер, чтобы поддерживать работу сложного искусственного интеллекта. Алан для этого даже прихватил два больших монитора, которые пылились у них дома, так как они наверняка будут необходимы, чтобы удобно отслеживать все происходящее. Мониторы были на месте и стояли на столе, дожидаясь своего часа, осталось разобраться с компьютером, где каждый раз искусственный интеллект просто отказывался подключаться правильно, выдавая одну и ту же ошибку. Алан уже настолько измотал себе нервы этим, что был готов в ярости попрыгать на этом чертовом компьютере.
- Эд, ты мне не поможешь? - наконец, встав на колени и громко вздохнув, произнес Алан, вытирая пот со лба. Спина жутко ныла, и как бы он ни старался подтягиваться, лучше не становилось.
- Конечно, - отозвался Эйдан, неохотно отрываясь от телефона и подползая к работе. - Что мне делать?
- Так, не мог бы ты... - Но тут его внезапно прервал телефонный звонок. Алан раздраженно вздохнул, откинув голову назад. Как же он устал от этой работы.
- Извини, - попытался успокоить его Эйдан. - Сейчас быстро отвечу и сразу же помогу, - пообещал он, беря в руки телефон. Звонил какой-то неизвестный номер. Недолго думая, он тут же поднял трубку, решив, что кто-то из знакомых просто звонит с другого телефона. - Алло?
- Здравствуй, Эйдан, - произнес мужской голос в трубке, по которому он тут же распознал их доброго друга-полицейского, который принимал у них практику.
- Здравствуйте, мистер Кинг, - вежливо поздоровался тот. - По какому делу звоните?
- Извините, что беспокою вас во время отдыха, но тут такое дельце, которое будет очень полезно для вас. - начал преподаватель. - Из колонии для несовершеннолетних сбежал шестнадцатилетний парень по имени Питер Картер. Он совершал несколько очень крупных краж. Довольно умный парень, много чего сумел взломать. Скользкий парень, а так безобидный. Скрывается в нашем городе. Вам официально передали дело поймать его. Справитесь?
- Конечно, справимся, что тут сложного, - уверенно ответил Эйдан.
- Я верю в это. - гордо сказал полицейский. - Желаю удачи, до свидания. Всю информацию я скинул. - И он повесил трубку. Тут же от мистера Кинга пришло сообщение с фотографиями преступника во весь рост и некоторой его информацией: дата рождения, имя и фамилия, характеристика. На фото он радостно улыбался, волосы короткие, темно каштанового цвета, карие глаза. Эйдан и сам ухмыльнулся: уж больно озорным с виду казался парень, и, если повезёт и тот найдёт его, играть в кошки мышки окажется намного интереснее. На втором фото, в полный рост, он был одет в оранжевую форму, на руках татуировки в виде чёрных молний, подтянутое, не слабое тело.
- Ну, что там? - спросил Алан, дожидаясь друга.
- Нам дали дело: поймать шестнадцатилетнего преступника. Он скрывается в нашем городе. Зовут Питер Картер.
- Что? - вскричал Алан явно недовольным тоном. - Неужели прямо сейчас?
- К сожалению, да.
- Ну и когда ты пойдёшь?
- Вообще-то не я, а мы. - подчеркнул он.
- Нет, ты, - решил Алан. - Я останусь и разберусь с Карен, а ты иди, легко справишься.
Не имея никаких возражений, Эйдан переоделся в свою черную форму, которая подходила под его способности. Прочный обтягивающий чёрный костюм, а поверх костюма - свободные штаны с красной полоской снизу вверх и короткий плащ до пояса, которым можно прикрыть тело с капюшоном. На плече красовался герб академии. С капюшоном на голове он прыгал с крыши на крышу, пытаясь не упустить мелкого преступника. Люди замечали его и с недоумением смотрели, думая: «Кто этот придурок, прыгающий по крышам и возомнивший себя героем?»
Прохлада декабрьского пробирала до костей, несмотря на плотный костюм. Лёгкий туман, словно кисея, окутал улицы, размывая очертания зданий. Эйдан уже начал терять надежду. Час ожидания превратился в мучительное ожидание, а спина ныла от напряжения. Он был готов признать поражение, вернуться в убежище, пропахшее пылью и нытьём Алана, и продолжить поиски завтра. Но вдруг, периферийным зрением, он уловил движение. У стены обшарпанного дома, стояла фигура, облаченная в мешковатую одежду, с глубоко надвинутым капюшоном. Что-то в этой фигуре показалось Эйдану подозрительным, цепляющим взгляд. Он прищурился, стараясь разглядеть лицо, скрытое тенью капюшона. И вот, словно сквозь пелену, он увидел его. Знакомые черты, дерзкий прищур, усмешка, навсегда запечатленная в памяти. Питер Картер. Беглец.
Внутри Эйдана вскипела радость, смешанная с адреналином. Два часа, проведенные в засаде, не прошли даром. Но он понимал, что торопиться нельзя. Прежде чем ринуться в атаку и снова заковать Картера в наручники, Эйдан решил понаблюдать за ним. Он растворился в тенях, двигаясь бесшумно, словно ниндзя.
Питер двигался осторожно, словно чувствовал на себе чей-то взгляд. Никаких вызывающих действий, никакой суеты, никаких признаков подготовки к новому преступлению. Он просто шел, стараясь не привлекать к себе внимания. Вскоре он свернул в узкий, запущенный переулок. Здесь процветала тьма, не пробитая ни единым лучом света. Запах гнили и мочи бил в нос. Горы мусора, обрывки бумаги, грязные тряпки, казалось, гнили тут не один год. В глубине переулка, под покосившимся контейнером, с визгом шныряли крысы.
Питер, не обращая внимания на грязь и вонь, уселся в самом дальнем углу, прислонившись спиной к холодной стене. Он достал из кармана смятую пачку сигарет, вытащил одну и, небрежно прикурив, затянулся, игнорируя поблекшую надпись на упаковке: «Курение убивает!».
Именно в этот момент Эйдан решил действовать. Он забрался на крышу соседнего здания, оценил расстояние и, собравшись с духом, прыгнул вниз. Приземление получилось эффектным - бесшумное, прямо перед ошарашенным Питером.
Картер от неожиданности вздрогнул. Глаза расширились от испуга, сердце заколотилось в бешеном ритме. Он судорожно глотнул воздуха, готовясь к побегу.
- Так, Питер Картер, разве тебе не говорили, что курить вредно? - произнес Эйдан с ироничной ухмылкой. Он резко выхватил из губ Питера дымящуюся сигарету, бросил ее на грязный асфальт и, с силой надавив подошвой, размазал остатки табака по поверхности.
- А тебе какое дело? - огрызнулся Питер, раздраженно скривившись. Взгляд его упал на плечо, где светился герб академии на фоне тёмного костюма. - Как я понял, ты из академии? Практику проходишь? Ну что ж, сопротивляться смысла нет, так что сдаюсь тебе без каких-либо сопротивлений, - он натянуто улыбнулся и поднял руки, демонстрируя свою «покорность».
- Да уж, - ухмыльнулся Эйдан, недоверчиво глядя на преступника.
- Неужели так хорошо меня знаете? - съязвил Питер, сохраняя спокойствие.
- Возможно. Но от меня ты не ускользнешь, - Эйдан активировал свою силу. Из его рук вырвались клубы тёмных теней. Они молниеносно обвили тело Питера, сковывая его движения, лишая возможности сбежать. Тень сдавливала его, словно удав, не оставляя шанса на сопротивление.
- Ну хорошо-хорошо! - прохрипел Питер, чувствуя, как сдавливает грудь. - Теперь я серьезно сдаюсь!
На лице Эйдана появилась довольная ухмылка.
- Вот и славно. Теперь поговорим.
- Поговорим? - удивленно переспросил Питер, борясь с удушьем.
- Да. Ты нужен мне, ну и не только мне. Давай так, я не сажаю тебя за решетку, а ты просто выполнишь то, что я тебе скажу.
- Герой заключает сделку с преступником - интересная сцена, - проговорил Питер с любопытством. - Но с чего мне соглашаться?
- Ты хочешь за решетку?
- Не горю желанием.
- Так выполнишь?
- А давай. Что мне нужно сделать?
Эйдан вздохнул, колеблясь. Предложение, которое он собирался озвучить, казалось безумием.
- Эх, кажется, я схожу с ума от этой вони, раз решаюсь обсуждать такое с преступником, - пробормотал он, поморщившись от зловония переулка.
- Ну, ты сам решай, - парировал Питер, выжидательно глядя на Эйдана.
- Ты, как мне сказали, очень умён, ведь так?
- Ну, так, - ответил Питер, не скрывая своей гордости.
- Нужно, чтобы ты починил кое-что, а точнее, улучшил.
- Хорошо, я понял, - сказал Питер, кивая. - Хотя нет, я не понял.
- Расскажу подробнее, когда придём на место. Но только прошу тебя, вот умоляю, не пытайся убежать и не рассказывай никому об этом, - Эйдан смотрел на Питера с неожиданной искренностью.
Питер, ошеломленный, смотрел на него, пытаясь понять, что происходит. Почему враг, человек, который должен его арестовать, вдруг предлагает ему сделку? Зачем ему доверять? У него появилось странное чувство. Ему стало легче или, наоборот, напряженнее? Он не знал, что делать: бежать, воспользоваться замешательством Эйдана, или все же выслушать его, помочь тому, кто его преследовал.
- Хорошо, клянусь, что не сбегу, - наконец произнес Питер, сам не зная, почему он это говорит.
***
Эйдан, крепко сжимая плечо Питера, чтобы тот не сбежал, и даже прикрыв ему глаза, чтобы тот не запомнил дорогу, повел его к их убежищу. Он уже предвкушал ярость Алана, но понимал, что это единственный выход поскорее решить проблему. Никто из них не обладал необходимыми знаниями и опытом.
Они остановились перед дверью, ведущей прямо в «гостиную» их скромного жилища.
- Ты теперь жди здесь, а я сейчас вернусь. Дверь на электронном замке, так что даже не думай сбежать, - произнес Эйдан с угрожающим взглядом.
- Я же клялся, что не сбегу. А клятва - это святое, я всегда держу слово, - возразил Питер с легкой усмешкой.
Эйдан вздохнул, в очередной раз сомневаясь в правильности своего решения. Ему казалось, что он совершает самую большую глупость в своей жизни.
Он потянулся к ручке двери. Несколько секунд он колебался, собираясь с духом, прежде чем открыть дверь и войти, стараясь выглядеть так, словно ничего необычного не происходит.
Питер, оставшись один, начал нервно расхаживать по кругу, рассматривая обстановку. Он явно сомневался в том, стоит ли ему участвовать в том, о чем даже предполагать об их делах было трудно, или лучше бежать, пока не поздно. Вдруг он услышал приглушенные голоса за дверью, которые постепенно переросли в яростный шепот.
«Подслушивать, конечно, плохо, но раз ругаются явно из-за меня, право на это у меня есть», - подумал Питер, прижавшись ухом к двери.
- Эйдан, ты с ума сошел? - шепотом, но с нескрываемой злостью, выпалил Алан. - Зачем ты его сюда привел? Думаешь, я ему доверюсь? Я в шоке от того, что ТЫ доверился ему и решил рассказать об этом.
- Я ему ничего не рассказал, лишь только попросил помочь с... - Эйдан не успел договорить, как Алан его перебил, не желая слушать никаких оправданий.
- Заданием было поймать и посадить его за решетку, а не привезти сюда и потом сочинять глупые оправдания для полицейских.
- Да пойми же ты, он довольно умён и может нам помочь с Карен. Мы в этом, как ты видишь, не далеко продвинулись. Да, он преступник, но он нам поможет в технических проблемах. Нет, ты только не думай, что ты слишком туп для этого, но согласись, он умнее нас. Я читал о его преступлениях: честно, этот парень близок к тому, чтобы взломать Пентагон. Он поклялся мне, что не сбежит. Если не доверяешь ему, доверься, прошу, мне, - Эйдан вложил в свои слова всю убедительность.
Алан смягчил взгляд и тяжело вздохнул. Он внимательно смотрел в глаза Эйдану, в которых читалась искренняя мольба о доверии.
- Хорошо, Эд. Но он полностью под твоей ответственностью.
Эйдан благодарно улыбнулся, но по глазам Алана видел, что тот до сих пор зол. Открыв дверь, он пригласил Питера войти и с некоторой неловкостью представил их друг другу.
- Тааак... Ал, это Питер. Питер, это Алан.
Питер молча протянул руку Алану в знак приветствия, хотя сам не испытывал ни малейшего желания знакомиться. Ему хотелось как можно скорее уйти отсюда. Выполнит просьбу и свобода - пару дедов то.
Алан с неохотой и суровым взглядом пожал ему руку в ответ, после чего Питер решил воздержаться от общения с ним на какое-то время.
- А тебя хоть как зовут? - спросил Питер, обращаясь к Эйдану.
- Меня Эйдан.
После этого Эйдан подробно объяснил Питеру, как им не удается подключить процессор к компьютеру. На некоторые вопросы, например, откуда у них вообще взялся он и где они сейчас находятся, Алан и Эйдан предпочли не отвечать.
- Ну, тут тогда все понятно, все сделаю, - сказал Питер, выслушав их отчаянный рассказ.
- За сколько времени справишься? - спросил Алан, все еще раздраженный.
- Хм... - задумался Питер, почесывая затылок и рассматривая разобранный до мельчайших деталей компьютер. - Думаю, что к завтрашнему дню уже будет готово.
- Отлично, - сказал Алан, взял свои вещи и, бросив на Эйдана многозначительный взгляд, поспешил наверх.
- Он нервный парень, - заметил Питер, когда Алан ушел.
- Да, бывает. Но он очень хороший человек. Просто сейчас он безумно раздражен всем этим.
- Я это уже понял, - ответил Питер и приступил к работе, которая, на самом деле, его заинтересовала.
Перед тем, как уйти, Эйдан посмотрел на Питера и сказал:
- Я, конечно, уже говорил, но скажу еще раз - не сбегай, пожалуйста. Ал не верит тебе, но верит мне. - взгляд его вдруг стал суровым. - А если сбежишь, я верну тебя полиции со свернутой шеей.
- Я же уже сказал, что не сбегу, - повторил Питер, закатывая глаза. В его голосе звучало легкое раздражение, смешанное с удивлением. Казалось, он и сам не до конца понимал, почему до сих пор стоит здесь, в этом пропахшем гнилью месте, вместо того, чтобы воспользоваться моментом и раствориться в ночной мгле. - Ты ведь доверился мне, когда притащил меня сюда, забыл? Рискнул, оставил без наручников.
Затем он выдавил слабую, почти невинную улыбку. Жест выглядел наигранным, но в то же время в нем проскальзывало что-то искреннее, что-то, что заставляло Эйдана почувствовать легкий укол вины.
- Верю, - ответил Эйдан, кивая. Он сам удивлялся себе, своей наивности, своему внезапному доверию к человеку, с которым был знаком всего час, человеку, который до этого момента представлялся лишь преступником. Но в словах Питера, в его взгляде было что-то, что заставляло поверить. Может быть, это была усталость после долгой погони, может быть, надежда на то, что все это не зря. А может быть, просто отчаянное желание найти хоть какой-то выход из сложившейся ситуации.
Он отвернулся, чтобы Питер не заметил его замешательства. В голове крутились тысячи вопросов. Правильно ли он поступает? Не обернется ли это предательством и провалом? Не совершает ли он роковую ошибку, доверяя тому, кому доверять нельзя? Но, несмотря на сомнения, в глубине души он чувствовал, что это единственный шанс.
На следующий день все действительно было готово, даже лучше, чем они ожидали. Питер был на месте, компьютер собран и работал как часы, и - о чудо! - даже беспорядок был убран. Но кое-что сильно встревожило Эйдана и Алана. Дверь, которую они тщательно запирали на ночь, оказалась открытой.
- Ну, так я ведь не сбежал. Решил прогуляться, подышать свежим воздухом, а то одному тут так тоскливо, - просто ответил Питер на их многочисленные вопросительные взгляды. В его голосе не было ни капли вины, только легкое веселье.
Алан облегченно вздохнул. Он начал понемногу доверять этому парню. Раз при возможности сбежать, когда работа уже была завершена, он не сбежал и не принес им никаких проблем, значит, что-то в нем все-таки есть.
Питер с гордостью продемонстрировал им свою работу. Включив компьютер, он показал, что на каждом из висящих сверху мониторов отображается разная информация: на одном - поисковая система, готовая в любой момент найти нужную информацию, на другом - изображение с камер видеонаблюдения, охватывающих большую часть города, на третьем - трехмерное цифровое изображение мира, позволяющее с легкостью отслеживать происходящие события, и, наконец, на четвертом - лента новостей, в режиме реального времени сообщающая о самых свежих событиях. Все это произвело на Алана и Эйдана сильное впечатление. Они понимали, что теперь в их руках мощный инструмент.
Вдруг из динамиков раздался женский голос.
- Здравствуйте, Алан и Эйдан. Я Карен. Приятно с вами познакомиться, - сказала она вежливым, слегка роботизированным голосом.
- А откуда... - начал было Алан, но Питер его перебил.
- Я уже рассказал ей о ее новых хозяевах, установил камеру, чтобы она могла распознавать лица. Ну, вот как-то так, - пояснил Питер, пожимая плечами.
- И нам безумно приятно познакомиться, - ответил Алан Карен, стараясь скрыть свое удивление.
- Я знаю вас уже давно, Алан Смит, - неожиданно сказала Карен. - Ваш дедушка, Дилан Смит, много о вас говорил.
- Так это твой дедушка Дилан Смит? - изумленно спросил Питер, переводя взгляд с Алана на монитор. Он был явно впечатлен этой информацией. - Неужели ты внук такого великого человека?
- Хех... Да, - ответил Алан с ноткой грусти в голосе.
Алан посмотрел на Питера с огромной благодарностью. Он протянул ему руку и сказал:
- Спасибо за помощь. Извини, я ошибался на твой счет.
Питер, не ожидавший такого поворота событий, был приятно удивлен. В душе он почувствовал тепло и радость от того, что его работу оценили. Он охотно пожал Алану руку.
- Мне это только добавило опыта, так что, в какой-то степени, был рад помочь.
- Теперь ты свободен, как и договаривались, - кивнул Алан в сторону входа. - Отпускать тебя для нас - огромный риск. Надеюсь, ты станешь лучшей версией себя и направишь свой путь не в тюрьму.
Питер застыл в неловком молчании. Он не знал, что ответить на эти слова. Чтобы разрядить обстановку, он решил сменить тему.
- Так, чего у вас тут такого происходит, если не секрет? - спросил он с огромным любопытством.
- В смысле? - не понял Алан.
- Ну, это помещение находится прямо под деревом, что довольно необычно, а еще у вас каким-то образом оказался такой шикарный искусственный интеллект. Для чего все это?
- Это уже не твое дело, - отрезал Эйдан тоном, не терпящим возражений.
- Я бы мог вам помочь, а то видно, что у вас тут что-то да происходит, - настаивал Питер.
- Нам ничего не надо. Можешь идти. - сказал Эйдан, сурово оценивая его любопытство
Питер замолчал, сверля их взглядом.
- Я знаю о машине, вызывающей землетрясения, - внезапно произнес Питер, словно бросил бомбу.
Алан и Эйдан застыли, словно им в висок приставили дуло пистолета. Они смотрели на Питера, не понимая, кто именно сейчас перед ними стоит: союзник, агент врага или просто осведомленный человек.
- Откуда ты?.. - прошептал Эйдан, стараясь сохранить спокойствие.
- Я нашел информацию в хранилищах Карен, - усмехнулся Питер. - Кто бы мог подумать, что в Академии Сакиама учатся такие коварные злодеи.
- Мы вовсе не злодеи, - твердо сказал Алан, словно пытаясь убедить не только Питера, но и самого себя. В его голосе прозвучала какая-то обреченность.
- Не злодеи? - удивился Питер, приподняв бровь. - Тогда для чего вам все это? Для чего вам знать о машине, способной стереть с лица вселенной землю?
- Нам это нужно совсем для другой цели. Чтобы предотвратить завершение этого ужасного плана. Помешать тем, кто хочет использовать машину во зло, - ответил Эйдан.
Питер стоял в ступоре от недопонимания. Он знал из записей, что проект машины принадлежал двум людям: Нейтану Холмсу и Дилану Смиту. Ему казалось, что Алан Смит просто продолжает дело своего предка, стремясь к мировому господству. Но, глядя на выражение их лиц, на их отчаяние и страх, он понимал, что ситуация гораздо сложнее. Эти ребята и сами толком не понимают, во что ввязались.
- Так, может тогда объясните мне все, раз уж я в курсе о существовании этой машины? - предложил Питер, чувствуя, что ситуация меняется.
Последовал долгий, обстоятельный разговор. Они рассказали Питеру о юности двух гениев, которые едва не уничтожили мир, о самой машине, о решениях, которые им пришлось принять, о всем, абсолютно всем. Прошло около часа, если не больше. Часы показывали пять вечера, а они все еще обсуждали прошлое и будущее. Питер практически не перебивал, внимательно слушая их. Его спокойствие поражало Алана и Эйдана. Он сидел с невозмутимым выражением лица, слушая историю Дилана и Нейтана, историю машины, которой уже несколько столетий, и которая рано или поздно может стать причиной гибели мира, о том, как они пытаются предотвратить катастрофу.
- Так, все, что вы мне рассказали, это на самом деле происходит сейчас? - спросил Питер, когда они закончили свой рассказ. - Прямо сейчас идет строительство машины, которая уничтожит землю?
Алан молча кивнул в ответ.
- Хах, - усмехнулся Питер, словно насмехаясь над всей этой ситуацией. - Я, конечно, все понимаю, но как такая маленькая машина может привести к такой разрушительной силе, не понимаю. Это просто невозможно, - он задумчиво потер подбородок.
- Как ты теперь видишь, это возможно, - возразил Эйдан, чувствуя, как растет его беспокойство.
- Мне казалось, что эта машина - всего лишь изобретение безумного ученого, который захотел захватить власть над миром, угрожая правительствам, - сказав это, Питер подумал, что своими действиями они сами немало угрозы себе заработали.
- Только, прошу, держи это в тайне, - попросил Алан, сам не веря, что просит об этом преступника. - Это очень опасно.
- Конечно, клянусь вам. Да и у меня нет никого, кому можно было бы что-то рассказывать, - ответил Питер.
- Ты поклялся, - напомнил ему Эйдан, твёрдо вдалбливая ему в голову его же словах. У него в сердце закололо беспокойство.
- Я поклялся, - подтвердил Питер. - И для большей вашей уверенности в том, что моя клятва не будет нарушена, я бы хотел вам помочь.
- Что? - произнесли одновременно Алан и Эйдан, явно удивлённые предложением.
- Искренне хочу помочь вам в этом деле, - повторил Питер, которого позабавила их реакция.
- С чего бы это? - недоверчиво спросил Алан.
- Мне довольно таки заинтересовала вся эта ситуация, - ответил Питер, не зная, как толком выразить свои чувства и переживания, вспоминая о своем статусе преступника. - Не буду врать, - пришел он к откровению. - В начале, когда я узнал о машине, мне захотелось поучаствовать в ее создании из-за своих собственных выводов и просто любопытства к такой громадине. - такое признание озадачило ребят. - Но сейчас, когда я узнал, для чего именно она, это начало меня серьезно беспокоить. Мир, как ни крути, дорог каждому, даже преступнику.
- Странно слышать такое от такого человека, как ты, - заметил Эйдан, все еще не доверяя Питеру.
- Я - преступник, а не злодей. Преступники мягче, чем злодеи, хотя чем-то да схожи: их только сильнее потрепала жизнь.
- Ты всерьез желаешь нам помочь? - переспросил Алан, не веря своим ушам, чтобы убедиться в его искренности, дать ему возможность переосмыслить свое решение. - Ты же понимаешь, на что сейчас идешь?
- Абсолютно. Если бы не понимал, к чему иду, то вряд ли, не имея представления обо всей этой проблеме, я согласился бы, - заверил их Питер. - Поверьте, я буду вам полезен. Особенно здесь. Будем вместе с Карен доносить вам информацию, и если возникнут какие-либо технические проблемы, я смогу над ними работать.
Алан и Эйдан обменялись взглядами, не произнеся ни слова, давая понять друг другу свое одобрение или несогласие, а затем снова посмотрели на Питера.
- Хорошо, - начал Алан. - Раз это твое искреннее желание, и твои умения и знания наверняка будут нам полезны, ты в нашей команде.
- Если честно, то для меня это даже честь, - как-то взволнованно сказал Питер, слегка покраснев.
Но работа на этом не была завершена. Оставался еще один важный вопрос - как подключиться к точкам телепортации? Конечно, схемы для нее были у Карен, только было они безумно сложные. Даже Питер впервые слышал о чем-то подобном. Также было бы удобно точку телепортации установить прямо в их убежище. Карен быстро решила эту проблему, сообщив, что в их «прихожей» находится точка телепортации, которая просто была отключена, что повергло Алана и Эйдана в еще больший шок. Если точка телепортации находится прямо под их убежищем, значит, Дилан и Нейтан как-то связаны с их домом? Эта мысль их пугала. Карен пояснила, что еще в подростковом возрасте они сами построили этот домик под деревом, где они могли бы делать все, что им заблагорассудится. Это место было для них убежищем. Они часто приходили в этот лес, чтобы обрести покой, отвлечься от суеты. А домик под деревом был их очередной безумной идеей, позволяющей выделиться перед другими. Если у всех домик на дереве, то у них будет наоборот - под деревом. Когда они выросли, то продолжали посещать его, особенно во время переломных моментов в их жизни, моментов, которые навсегда испортили им жизни и испачкали их руки в крови. Но вскоре домик был заброшен и забыт.
- Так вот откуда он... - прошептал Алан, не веря своим ушам. В какой-то момент он даже почувствовал ненависть к этому месту, но тут же осознал, что вся эта ненависть на самом деле направлена на Дилана. - А точку телепортации... - решил он не зацикливаться на прошлом. - Ты сможешь как-нибудь включить ее дистанционно или нужно ее отсюда достать? Ах да... ещё нужно сделать так, чтобы она была скрыта от других.
- Не стоит утруждаться. Я имею к ней доступ, выполню все ваши просьбы, - ответила Карен.
- А подключить их к нашим часам сможешь?
- Без проблем. Соедините свои часы к компьютеру.
Все это заняло около полчаса, и без помощи Питера тут вряд ли бы обошлось. Когда Карен заявила, что все готово, Алан и Эйдан тут же схватились за них. Действительно, они находились под точкой телепортации. И все точки мира были доступны им. Они были готовы завизжать от счастья.
- Мне срочно нужны такие часы! - восхищенно заявил Питер, разглядывая их. - Откуда они у вас?
- Сами сделали, - гордо ответил Алан.
- Вы двое сами? - удивился Питер.
- Нет-нет, в нашей команде еще девять человек. Мы вместе над ними работали.
- Ого, аж девять штук, - сказал Питер, все больше восхищаясь ими. - Значит, я - двенадцатый.
Внезапная, острая боль пронзила грудь Эйдана, словно напоминая о свежей ране. Эти слова, вылетевшие из уст Питера, были для него невыносимы. Он был готов разорвать его на части. Место, о котором шла речь, принадлежало Лиаму, и никто, даже близкий друг, не мог заменить его. Ярость закипала, подогреваемая горькой обидой за то, что Питер, как ему показалось, пытался занять чужое место. Как же он злился за свои мысли. За то, что не может отпустить.
- И какие они? - спросил Питер с интересом.
- Прекрасные люди. Тебе они обязательно понравятся. В ближайшее время ты с ними познакомишься, - ответил Алан с улыбкой.
И это «ближайшее время» наступило именно сегодня. Благодаря Карен те смогли дистанционно подключить к часам остальных точки телепортации, хотя это далось чуть сложнее. Алан и Эйдан безумно хотели все рассказать друзьям, познакомить их с новым членом команды, показать свой домик. Они продолжали называть его своим, игнорируя тот факт, что, возможно, здесь совершались самые ужасные вещи. Он был наполнен сказочными и яркими воспоминаниями, его стены пропитаны запахами детства, и они не должны были хранить в себе что-либо плохое. И в этой яркой атмосфере они желали принять своих близких людей.
О том, что у них в команде появился новенький, они решили пока не рассказывать. Питер хотел им понравиться, поэтому старался помочь Алану и Эйдану с подготовкой к приходу гостей. Они купили вкусняшек, прибрались, а в «гостиной» на пол постелили свои мягкие покрывала и завалили их подушками для большего комфорта и уюта. Чтобы придать всему этому больше атмосферы, они включили гирлянды, которые не светили уже очень давно.
Всё было готово к тому, чтобы начать планировать следующий шаг. Несмотря на пронизывающий холод, сковавший улицы города, в их убежище царила удивительная атмосфера тепла и уюта. Батареи, нагретые до предела, щедро делились своим теплом, а земля, укрывавшая их секретное убежище, служила надежным хранителем тепла, создавая комфортную обстановку, необходимую для работы.
Был поздний вечер. Они сидели на полу, изредка поглядывая на аппетитные угощения, соблазнительно расположившиеся на полу. Алан и Эйдан внезапно пригласили их в гости, но те восприняли эту новость с явным удивлением и настороженностью. После последних событий они стали ко всему относиться с подозрением, что мешало им доверять кому-либо. Им даже не хотелось приходить в этот домик под деревом, который они недавно выбрали своим убежищем, особенно после того, как узнали о его связи с их врагами. Долгие уговоры и только безграничное доверие к Алану и Эйдану заставили их перебороть страх и все-таки появиться здесь.
Поскольку точка телепортации была всего одна, и находилась она за дверью гостиной, они напомнили им телепортироваться по одному или по два человека, чтобы избежать неприятных сюрпризов. Вскоре из прихожей донеслись приглушенные голоса, а затем - робкий стук. Радостный голос Алана прозвучал, как сигнал к началу вечера: - «Заходите!».
Питер, внезапно охваченный сомнениями, подумал, что у него еще есть шанс незаметно скрыться в другой комнате. Но не успел он принять решение, как дверь резко распахнулась, и в проеме показались кудрявые волосы и любопытные девичьи глазки. Венди, с ослепительной улыбкой на лице, аккуратно вошла в комнату. Поначалу она не заметила Питера, так как тот старался сидеть тихо и незаметно за спиной Алана и Эйдана.
Они заходили медленно и осторожно, стараясь ничего не задеть, не испортить. Внимательно осматривали комнату, удивленные ее хорошему состоянию, да только кидали восторженные: «Вау!». И, конечно, они пришли не с пустыми руками. Кит несла в руках шоколадный торт, выглядящий безумно аппетитно, от чего у всех потекли слюнки.
- А кто это? - спросил Итан, замерший от неожиданности, увидев незнакомого человека. Все взгляды устремились на Питера, как будто он был каким-то диковинным существом. Он почувствовал себя крайне неловко, но, как и подобает его натуре, старался держаться стойко и уверенно.
- Ребят, так получилось...
- Неужели вы рассказали ему обо всем? - спросил Виллиам, стараясь не повышать голос.
- Пожалуйста, послушайте меня. Все вовсе не так... - начал Алан и рассказал им, как Эйдан привел сюда Питера, которому было поручено доставить преступника за решетку. Он объяснил, что Питер, получив задание разобраться с компьютером и Карен, узнал от Карен о машине, вызывающей землетрясения. Теперь они не могут его просто так отпустить, не опасаясь за последствия, но и принимать в команду практически незнакомого человека было рискованно. Но, как рассудил Алан, это лучше, чем позволить Питеру разгуливать по улицам, храня в себе их тайну.
После объяснений они немного успокоились, но Виллиам все еще сидел довольно мрачно. Ему было неприятно, что секрет его семьи был раскрыт постороннему человеку. Он чувствовал себя преданным , особенно учитывая тот авторитет, которым пользовалось его семейство. Он понимал, что честь их фамилии нужно защищать, поэтому, хоть и с трудом, пытался наладить контакт с Питером.
Несмотря на неловкость, возникшую в первые минуты знакомства, ребята старались подружиться с Питером, раз уж он стал хранителем их тайны и членом команды. Но их все равно настораживал его статус преступника, не позволявший им полностью доверять ему. Они скорее опасались его.
- У тебя такие красивые татуировки, - решила сделать ему комплимент Венди, чтобы немного разрядить обстановку. Ее привлекли татуировки на его руках.
- Спасибо, - довольно поблагодарил за комплимент Питер.
- Это что, тебе их в тюрьме делали? - спросил Крис, явно заинтересованный тюремной жизнью.
- Нет, конечно. Я был в колонии для несовершеннолетних, а там такое не делают.
- Тогда откуда у тебя они?
- Сделал один приятель. Было больно, но терпимо, - ответил Питер, пожав плечами.
- А как ты вообще оказался в колонии? - поинтересовалась Кит, переходя к более серьезному вопросу.
- Вел себя плохо, совершал кражи, и в один день меня поймали в серьезной драке, где я чуть не убил человека, - ответил Питер без особого энтузиазма.
- За что? - они слушали все внимательнее, постепенно приближаясь к нему.
- Он был, можно сказать, нашим главным во всех делах и обращался с нами как с дерьмом. В один день я просто не смог выдержать этого отношения после очередной кражи, высказал все, что о нем думаю, и завязалась драка, - он помолчал немного и продолжил. - Честно говоря, я не особо жалею, хоть и попал в руки полиции.
- А как же родители? - довольно осторожно поинтересовался Итан.
- У меня нет родителей. Я из детского дома, - ответил Питер без горечи, без каких-либо эмоций, ничего не ощущая, когда речь заходила об этом. Он никогда не видел своих родителей и даже ничего не слышал о них, лишь знал, что те бросили его перед дверью детского дома в холодную зимнюю ночь. Эта мысль всегда вызывала у него ненависть к тем, кто так безжалостно поступил с ним.
- Извини... - пробормотал смущенный Итан.
- Не стоит извиняться, все хорошо, - ответил Питер с легкой улыбкой.
После этого они решили больше не затрагивать темы его прошлой жизни, чтобы случайно не задеть какие-то больные для него темы. В дальнейшем вечер прошел довольно хорошо. Питер оказался интересным собеседником, любил много говорить о технологиях и часто шутил, вызывая у ребят приступы смеха до боли в животе. В большинстве его шуток присутствовал черный юмор, настолько острый, что ребята посчитали, что ему нет места даже в аду. Питер знал довольно много, поэтому с удовольствием слушали его рассказы о вещах, о которых они раньше и не слышали. Его ум привлек внимание Виллиама, который всегда ценил интеллект в других людях, и вскоре он частично простил Алану и Эйдану за раскрытие их тайны.
Конечно же, Питер также продемонстрировал им свою способность - создавать лазеры, благодаря которым он мог работать без использования некоторых инструментов.
Питер все сильнее и сильнее чувствовал себя комфортно в этой компании. Ему нравились эти люди, и, как он надеялся, он нравился и им. Ребятам же он тоже понравился, но они все еще держались от него на безопасном расстоянии и оставались начеку.
В конце вечера они разошлись в прекрасном настроении, поблагодарили друг друга за прекрасный вечер и, обменявшись крепкими объятиями, разошлись по домам. А Питеру разрешили пожить в их убежище, назначив его главным по поддержанию порядка. Он принял это поручение от Алана с огромным удовольствием.
Глубокой ночью, с теплом в душе, он пошел спать и заснул крепким и спокойным сном, каким не спал уже много лет.
***
В воскресный вечер они в последний раз заглянули в убежище, так как на следующее утро им уже нужно было возвращаться в Нью-Йорк. Питер Паркер так и не был найден в городе, что позволило полиции предположить, что этот юноша покинул город, и в его поиски юные практиканты больше не вмешивались. Это было им на руку, так как теперь Питера вряд ли будут продолжать усердно искать, а это значило, что в скором времени он сможет чуть более скрытно выходить на улицу.
Алан снова сидел в гостиной, склонившись над своими бумажками. В тот момент Эйдан вышел прогуляться по лесу, вспоминая былые времена, а Питер решил составить ему компанию, как бы сильно Эйдан не возражал. Блокнот был полностью переведен, но, читая его, Алан все еще пытался понять некоторые моменты, которые казались ему запутанными. Он наткнулся на надпись «изготовление вещества», который, как он понял, был необходим для работы машины. Однако сохранилась лишь малая часть информации, остальное было вычеркнуто. Он был в отчаянии, но вспомнил, что подобная информация может быть у Карен.
- Слушай, Карен, скажи, пожалуйста, из чего состоит раствор, который необходим для машины убийства. В блокноте эта часть была подчеркнута...
- Извините, эта информация засекречена. Я не могу ответить без кодового слова, - ответила Карен.
- Что? - оторвался он от бумажек, удивленно нахмурив брови. - Засекречена?
- Так точно, - подтвердила Карен.
- Почему она засекречена? Скажи, пожалуйста!
- Извините, эта информация засекречена. Дилан засекретил эту информацию в целях безопасности, - пояснила Карен.
Алана наполнила ярость, он уже кипел от злости, сам не понимая, на кого больше злится - на своего родного деда или на Карен. С громким хлопком он ударил кулаком по широкому столу, от чего лежащие на нем предметы подпрыгнули.
В последнее время он никак не мог контролировать свои эмоции, и сейчас, после вспышки ярости, ему захотелось плакать. Он крепко прижал ладони к глазам, не давая волю слезам. Несмотря на тяжесть в душе, он понимал, что нужно собраться и быть сдержаннее.
- Я понимаю вашу злость, но ничего не могу с этим поделать, - сказала Карен, определив его эмоции по выражению лица.
- Ничего ты не понимаешь... - пробормотал Алан про себя.
Когда ком в горле прошел, он схватил большой блокнот и принялся внимательно разглядывать каждую страницу, трогая кончиками пальцев пустые места в поисках какой-либо выпуклости. Он искал внимательно и усердно, стараясь ничего не пропустить. Дойдя до последней страницы, он уже было потерял надежду что-либо найти, но вдруг заметил, что на уголке картонной обложки были какие то вмятины. Точнее, чёткие выпуклости, словно сделано это тут специально. Он взял карандаш и, не слишком давя, начал закрашивать это место. Слово было написано на том же языке, что и весь блокнот, а рядом ещё нарисован силуэт домика. Алан схватившись за бумажку с алфавитом, которая лежала недалеко, с дрожащими руками записывал каждую букву. И получилось... Сакиама. Сакиамы и силуэт домика.
Сердце словно пронзила игла. Он несколько раз перечитал это слово, считая, что ошибся, но слово оставалось тем же. И перепроверив все раз три ничего не изменилось. Алан не был уверен в том, что это может оказаться кодовым словом. Раз этот домик был связан с Диланом и Нейтаном, и, скорее всего, это слово было выцарапано именно ими, то сомнений почти не оставалось. Каждый раз, натыкаясь на подобные находки, ему все больше казалось, что он лежит в коме, и все происходящее - не реальность, а лишь очень долгий сон, ведь то, что происходит с ним сейчас, до сих пор не кажется реальным. Точнее, он не хочет этого принимать. Все вокруг стало таким таинственным, везде хранится какая-то загадка, даже в обыденных вещах, которые раньше не вызывали никаких эмоций, оказалось столько смысла и истории, о котором он и подумать не мог.
- Кодовое слово «Сакиама», - произнес он запинаясь, считая это глупостью.
Но Карен подтвердила его слова и открыла папку, где было несколько видео, отдельная папка с видео, где было изображено лицо только лицо Дилана, - как Алан понял, это видеодневник, который он ввёл даже перед Аланом в детстве, - и разные файлы. Дрожащей рукой он двигал мышкой, просматривая рецепт и не понимая, как вообще до такого можно было додуматься. Он был хорош в химии, но не особо силен, а тут перед ним открылась какая-то «белиберда» из непонятных формул и свойств, от чего у него разболелась голова.
Отбросив в сторону все сомнения и, хотя и с огромной неохотой из-за страха, Алан открыл видеофайл. Руки его все еще дрожали, но он старался держать себя в руках. В какой-то момент ему показалось, что сердце сейчас выскочит из груди.
На экране появились Нейтан и Дилан. Такие молодые, без единой седины и морщинки. Они говорили о той самой формуле, над которой он ломал голову, и об особом «ингредиенте», необходимом для ее создания. Дальнейшее повергло Алана в ужас. Он не мог отвести взгляд от экрана, где Дилан и Нейтан прямо перед камерой убили человека. Они вскрыли ему череп, достали мозг и, разрезав его пополам, в стерильных перчатках извлекли из середины светящуюся слизь. Эта субстанция немного искрилась. Позже Алан узнал, что эта слизь - мозг людей, обладавших более чем двумя способностями. Такое встречается крайне редко, и, как выяснилось, этим людям было очень больно жить в прямом смысле этого слова.
Процесс извлечения показывали настолько подробно, что Алану захотелось вырвать. Он не мог даже пошевелить пальцем, словно окаменел. Зрелище было настолько отвратительным и ужасным, что ему захотелось вырвать себе глаза, чтобы больше никогда этого не видеть.
После окончания этого видео последовал другой файл, но шаги аза дверью внезапно пробудили Алана. Он резко закрыл папку и склонился над бумагами и чертежами, пытаясь прийти в себя и скрыть от вошедших свой ужас. Он дышал глубоко, пытаясь вернуть своему лицу румянец, так как чувствовал, что сильно побледнела из-за ощутимого холода. Сейчас точно не время рассказывать об этом остальным, даже Эйдану.
Они вошли в комнату с отличным настроением. От них пахло свежей хвоей, напоминая о приятной прогулке по лесу. И, конечно, без пустых рук никак: те принесли с собой целый пакет всяких сладостей, шорох который та привлекал к себе внимание. Алан, видя их радостные лица, окончательно убедился, что сейчас не время делиться с ними своими переживаниями. Когда придет время, они все узнают.
Но кадры увиденного им видео не покидали его голову. Даже работа над чертежами не помогала, а только усиливала навязчивые мысли. Перед его глазами пролетали эти ужасные сцены снова и снова. Не выдержав, он резко и с грохотом оттолкнул от себя бумаги и чертежи.
Эйдан и Питер, уютно расположившиеся на ковре, с тарелками, доверху наполненными сладостями, обменялись удивленными взглядами. Затем их лица смягчились, выражая искреннее сочувствие. Эйдан, с заботливой улыбкой, протянул Алану тарелку с шоколадными шариками с арахисом, которые так аппетитно поблескивали в свете настольной лампы.
- Устал? - спросил Эйдан, бросив себе в рот несколько шоколадных шариков. - Оставь все это, иначе ты до смерти утомишься.
- Да, лучше иди к нам, - пригласил его Питер. - Отдохни, тебе нужно отдохнуть.
Алан подумал, что это неплохая идея. Все это напряжение давило на нервы, утомляло голову и не давало возможности отвлечься. Вечер за просмотром хорошего фильма в компании друзей, с тарелкой сладостей под рукой - это то, что ему было сейчас необходимо. Это шанс отвлечься, пусть и ненадолго, и немного расслабиться.
- Да, вы правы, - согласился Алан и с удовольствием присоединился к ним, предлагая выбрать фильм из нескольких вариантов.
Это был отличный момент, чтобы рассказать им о той самой «жиже» в мозгу, извлечение которой Алан с таким шоком наблюдал на видео. О потенте - той самой особой субстанции, находящейся в человеческом мозге, которая является ключом к сверхспособностям. Именно благодаря потенту некоторые люди обладают невероятными возможностями. Этот потенциал активируется импульсами, и чем мощнее импульс, тем сильнее проявляются способности. У обычных людей, лишенных способностей, потент попросту отсутствует.
Особенно опасным считается потент, способный даровать своему обладателю три и более силы. Однако, вместо дара, такой потент приносит своему владельцу лишь страдания. Из-за особого компонента в его составе, он словно медленно отравляет организм, лишая его покоя и сна. Человек не способен контролировать такую мощь, а если и пытается, то рискует своим здоровьем и даже жизнью. Такая концентрация силы просто не предназначена для человека. Она разрушает его изнутри.
Для работы той зловещей машины, которую они видели в лаборатории, требовался именно такой мощный потент. Дело было не в самих способностях, которые можно извлечь из него, а в его чистой, необузданной мощи. Большое количество потента, при неправильном использовании, могло привести к катастрофическим последствиям, к немыслимому хаосу. Конечно, для достижения нужного эффекта требовались и другие компоненты, секретные химические вещества, чтобы усилить воздействие на определенную функцию машины, превратив ее в смертоносное оружие.
К огромному облегчению Алана, амнезия Нейтана не позволила ему вспомнить точную формулу изготовления этого смертоносного оружия. И еще большей удачей было то, что его память не сохранила воспоминаний о его детском домике, месте, где он когда-то был по-настоящему счастлив.
***
Солнце едва коснулось горизонта, когда им пришлось покинуть убежище. На душе скребли кошки от одной мысли о возвращении к душным аудитория и бессонным ночам над учебниками. Хотелось задержаться, вдохнуть свежий воздух свободы, накопить сил для предстоящих испытаний. Особенно тяжело было прощаться с Питером, оставляя его одного в пустых стенах. Чтобы хоть немного развеять его тоску, они решили сделать ему сюрприз.
Новый, блестящий телефон лежал в коробке, но настоящим подарком стал щенок. Они нашли его на окраине, дрожащего от холода и голода. Маленький комочек шерсти, ретривер с золотистым отливом, словно солнце, запутавшееся в его мягкой шубке. Глаза-бусинки смотрели с опаской и надеждой.
Когда Питер вышел их провожать, в его глазах блистало настоящее детское счастье. Он принял щенка из рук Алана, прижимая к себе маленький дрожащий комочек. «Спасибо! Спасибо вам огромное!» - шептал он, его голос дрожал от переполнявших его чувств. У него никогда не было домашнего питомца, и он всегда об этом мечтал.
Щенку дали имя Илиос. Малыш, конечно, был испуган и первые часы шарахаться от Питера, но уже на следующий день он радостно вилял хвостом и бился с плюшевой игрушкой.
С чувством облегчения, что Питер не будет так одинок, они заняли свои места в вагоне. Поезд тронулся, набирая скорость. Алан и Эйдан махали руками Питеру, пока тот бежал за ними, задыхаясь, с Илиосом на руках. Он махал им в ответ, надеясь на скорую встречу.
Нью-Йорк встретил их неприветливым рассветом. В восемь утра станция бурлила жизнью, словно гигантский муравейник. Уставшие путники, спешащие на работу, туристы, сбившиеся с пути, уличные музыканты, пытающиеся заработать на жизнь - людское море не знало покоя. Алан и Эйдан присели на скамейку возле выхода. Алан машинально взял телефон в руки, погружаясь в ленту социальных сетей, в надежде отвлечься от накопившейся усталости и не уснуть. Эйдан, измученный дорогой, опустил голову на плечо Алана и провалился в сон.
Алан сам чувствовал тяжесть в веках, глаза слипались от недосыпа, и, недолго засидевшись в телефоне, положил свою голову на голову Эйдана. Под глазами пролегли синяки: свидетельство бессонных ночей. Особенно тяжело было после вчерашнего вечера. Воспоминания настойчиво прорывались сквозь сонливость, несмотря на все попытки отвлечься, рассматривая прохожих.
Прошло больше десяти минут. Телефон не развлекал, сон никак не приходил, а Марк и Крис должны были скоро подъехать. Алан тихонько потряс Эйдана за плечо.
- Эйдан, просыпайся, - прошептал он, удивляясь, как тот мог заснуть в таком шумном месте. - Скоро Марк и Крис приедут.
Эйдан зажмурился еще сильнее, пытаясь продержаться ещё немного, и прикрыл лицо руками.
- Мне такой страшный сон приснился, - пробормотал он вяло, все еще с закрытыми глазами и в той же позе.
- Какой? - поинтересовался Алан.
- За нами гналось какое-то существо, - мямлил Эйдан, снова медленно засыпая. - Огромное и темное. Оно съело Николь, Ноа, Виллиама... и тебя хотело съесть, но ты меня разбудил. А ещё Лиама.
Алан слабо улыбнулся. Даже после всего случившегося Лиам продолжал снится Эйдану. И снится в кошмарах.
- Ну и странные же тебе сны снятся, - усмехнувшись, прокомментировал Алан.
Эйдан снова затих, постепенно проваливаясь в сон на его плече. Алан хотел было снова его разбудить, но Эйдан выглядел настолько утомленным, что рука не поднялась. Он еле держался, чтобы не уснуть самому, иначе их багаж окажется легкой добычей для воров.
Неожиданно чья-то рука легла на его плечо, заставив вздрогнуть и проснуться окончательно. Позади них стоял Марк, который, на удивление, в такой ранний час выглядел бодрым и полным энергии. На его губах играла легкая улыбка.
- Младшие совсем сонные, - улыбаясь, сказал Марк, умиляясь их сонным лицам. - Там стоит машина, - кивком указал он в сторону. - Вы садитесь и поспите, а я скоро вернусь.
В машине сидел Крис. Эйдан, все еще находившийся на границе между сном и реальностью, плелся к автомобилю, не в силах сфокусировать взгляд. Алан был поражен перемене, произошедшей с Крисом. Они привыкли видеть его утомленным, с темными кругами под глазами, изможденным и не знающим, что такое отдых. А сейчас на переднем сиденье сидела его полная противоположность. Он словно ожил. Словно избавился от гнетущего бремени, и расцвел, избавившись от отравляющего яда. Его глаза сияли, на лице играл легкий румянец, а в уголках губ затаилась загадочная улыбка.
- Вы с Марком, походу, отлично себя чувствуете, - сказал Алан, радуясь его свежести.
- О, это была великолепная неделя! - воскликнул Крис, его глаза загорелись. Он тут же оживился, готовясь с энтузиазмом рассказать о проведенном времени. - Я столько спал, столько нашёл для себя времени, что возвращаюсь с новыми силами, хоть и не с полными.
- А у вас, разве, не было практики? - спросил Алан, слегка удивленный отсутствием упоминания о практических занятиях в рассказе Криса.
- По сути, она у нас была, - Крис немного замешкался, понижая голос, словно делился секретом. - Но так как я являюсь зампрезидентом академии, а Марк так же, как и я старался сделать всё для благополучия студентов, получили освобождение. Так что, мы отлично отдохнули, что сейчас просто было необходимо, или я просто сдох бы от переутомления... - он закончил фразу тихим шепотом, словно боялся, что кто-то услышит его признание в слабости.
Вскоре появился и Марк. Он на переднее пассажирское сиденье, а из большого пакета, который он принес, доносился аппетитный аромат острых тако и начос с гуакамоле. Всю дорогу они наслаждались мексиканскими закусками, болтая о своих делах и делясь впечатлениями, пока Эйдан, прижав к груди ноги на заднем сиденье, продолжал безмятежно спать, совершенно не обращая внимания на их громкие разговоры и шум пробок.
Вечером, после долгих колебаний, Алан все же решился собрать всех вместе. Чувство надвигающейся опасности не покидало его. Абсолютно все было готово, но времени оставалось все меньше и меньше. Пора было начать действовать, приступать к тому, к чему они так усердно готовились. К большой радости Питера, было решено собраться вечером в убежище. Ему было уже невыносимо скучно, а единственным спасением от скуки был Илиос.
В шесть вечера, убедившись, что ни у кого нет срочных дел, они телепортировались в убежище. Питер, заранее закупившись закусками и застелив пол мягкими одеялами, создал для них уютную и расслабляющую атмосферу, не совсем уж контрастируя с предстоящим разговор и настроением остальных.
- Так, ребят, хотелось бы с вами поговорить, - произнес Алан, входя в комнату последним. Его лицо выражало растерянность, а в глазах читалась тревога, которая преследовала его в последние дни. Он опустился на пол рядом и, словно пытаясь успокоиться, принялся машинально уплетать крекеры. - У нас уже абсолютно всё готово, как вы можете видеть. Времени всё меньше, нам нужно начать дело, или станет слишком поздно что-либо делать, - он замолчал, проглатывая очередную порцию крекеров, словно это могло заглушить его беспокойство. - Думаю, что уже пора.
В последнее время тревожность в Алане лишь росла, достигая критической отметки. За потерянное время он ругал себя все больше и больше, коря себя за медлительность и не решительность. Большой палец на левой руке превращался в месиво от постоянных потёртостей и ковыряний ногтями. Он не мог больше сидеть сложа руки, желая как можно скорее начать действовать.
- Мы-то с этим согласны, но что будем делать с Геройской Лигой? - поднял Эйдан один из главных вопросов, который мог встать на их пути. - Без допроса нас в покое уж точно не оставят. Они же будут висеть у нас на хвосте.
- С этим мы разберёмся, - уверенно ответил Алан, хотя в его голосе прозвучала нотка сомнения.
- И как же? - уточнил Эйдан, скрестив руки на груди и вопросительно глядя на Алана.
- В академии я и Марк будем прикрывать вас до последнего. Если что, сразу же вам сообщим. - напомнил Крис.
- Нам стоит в любом случае стараться не попадаться им в руки, а отвечать на их вопросы категорически не стоит! Геройская Лига после нашего выхода наверняка начнет нас разыскивать, поэтому я зря решил добавить маски, которые могут чуть изменить наши голоса. Они не отстанут от нас, что может быть для нас огромным препятствием, чтобы найти этих злодеев, - произнес Алан, его голос звучал твердо, но в нем проскальзывала неуверенность. Он не мог до конца понять, может ли включать в число «злодеев» и Лиама. Сердце болезненно сжималось при этой мысли. - Так что, будьте крайне аккуратны, всегда смотрите по сторонам и не доверяйте, если они решат сделать вам какую-либо сделку или предложить «помощь». Они будут пытаться выведать информацию, развести на откровения, так что держите ухо остро.
- В таком случае нам нужно быть скользкими, как мыло, - пробормотал Итан, исподтишка стаскивая крекеры с тарелки Алана. Его щеки раздулись, когда он быстро жевал, пытаясь скрыть свою маленькую кражу.
- А если кто-нибудь попадется? - обеспокоенно спросила Николь, кусая губы. В ее глазах отражался страх перед возможным провалом.
- Если попадется, то у вас есть часы, вы можете в любой момент телепортироваться куда угодно. Это ваш экстренный выход, ваше спасение. Но если телепортация невозможна, то вы всегда должны быть хотя бы на связи, чтобы сообщить о чем-либо. Друг другу на выручку всегда придем, чтобы ни случилось, и друг друга никогда не бросим, - Алан говорил это с особой твердостью, глядя каждому в глаза. Он хотел, чтобы они почувствовали его уверенность, его непоколебимую поддержку.
Он оглядел своих друзей. Ребята смотрели на него с непонятным для него одобрительными взглядами и полные решимости. В их глазах он видел не только готовность к борьбе, но и какую-то необъяснимую веру. Они смотрели на него, как на маленькую надежду, как на маяк, способный провести их сквозь бурю.
- Наша цель на первом месте, - узнать от злодеев про машину. И, ещё немало важная цель, - дать людям понять, что надежда на спасения мира ещё существует. И этой надеждой будем мы. - подытожил Алан, широко улыбаясь.
Его заразительная улыбка озарила всех вокруг. Это был не просто жест, а символ веры, который он щедро дарил окружающим. Страсть и жажда победы, читаемые в его взгляде, зажгли огонь и в их сердцах.
- Алан, раз мы команда героев, то, как этому и следует, должен быть и лидер, - намекнул Виллиам, выдерживая паузу. Его взгляд был серьезным и вдумчивым.
- Точно! Думаю, за это...
- Нет, Алан, - остановил его Виллиам, подняв руку. - Выбор тут очевиден. Это, если ты не против, будешь ты.
Алан, растерявшись, смотрел на каждого из присутствующих, пытаясь найти хоть какой-то намек на шутку, какой-то хитрый взгляд, не сумевший скрыть розыгрыш. Но нет, все смотрели на него с особой серьезностью и одобрением, не оставляя сомнений в их решении.
- Я? - желал убедиться Алан в услышанном, переспросив, словно ему показалось. Но все лишь кивнули в подтверждение. - Почему я? Думаю, мне не особо подойдет эта роль. Я не самый лучший стратег, иногда...
- Именно тебе она и подходит, - твердо сказал Эйдан, говоря за всех. Его голос был полон убежденности.
- А кому же, если не тебе? - спросил Виллиам, глядя на Алана с таким выражением, словно в его руках самое дорогое и хрупкое сокровище. Это была та самая вещь, которую стоило бы спрятать в глубине своего сердца, оберегать от всех невзгод, и сейчас он с полным доверием протягивал ее Алану. - Ты умеешь решать проблемы, быстро размышлять, держать себя в руках, несмотря на тяжелую для тебя сейчас ношу. Ты хорошо ладишь с людьми, умеешь находить общий язык, в общем говоря - в тебе есть все качества, присущие лидерам. Это у тебя в крови, - Виллиам закончил свою речь с улыбкой, наполненной теплотой и поддержкой.
Алан смотрел на остальных с раскрытым ртом, не находя подходящих слов, а те смотрели на него в ответ. Прямо сейчас они подарили ему веру в себя, доверили самих себя, ни капельки не сомневаясь в выборе человека, который на данный момент, можно сказать, несет за состояние команды ответственность. Он был глубоко тронут их решением выбрать лидером именно его, их глубоким доверием к нему, их взглядом, полным гордости, чего он всю жизнь старался заслужить не только от родителей, но и от близких ему людей. Для него всё это являлось высшей степенью полного уважения, которым обладали его предки, по примеру которых он всегда следовал.
Несмотря на то, что Алан смог добиться желаемого, его не покидала тревожность. Желание оправдать возложенные на него надежды лишь позволило тревожности возрасти. В груди стало так неспокойно, что это повлияло и на желудок, который, по ощущениям, словно завязали в тугой узел, и от чего тело стало ватным. Но он старался не подавать виду, тем более после того, как его прямо сейчас без возражений единогласно выбрали лидером. Будет позорно показывать на всеобщее обозрение то, чего как бы не дозволено лидерам - слабость. И Алан, хоть и с робостью, возьмет эту ответственность на себя ради друзей, семьи и всего мира.
***
Лиам сидел на краю крыши многоэтажки, свесив ноги и бесцельно наблюдая за разворачивающимся внизу хаосом. Его тонкие пальцы играли с водой, которую он вызвал из воздуха. Она послушно извивалась, словно живая серебряная пружинка, подчиняясь его воле. Внизу, на улицах, бушевал настоящий ад. Взрывы сотрясали землю, раздавались крики ужаса и боли, а люди в панике бежали, пытаясь спастись от неминуемой гибели. Но Лиама это, казалось, не трогало.
За то время, что он пропал, за те страшные дни, когда на его глазах убили его родителей, в его душе испарилось что-то важное, что-то незаменимое. С уходом из жизни его ценностей, его сердце словно окаменело, перестало чувствовать боль, сострадание, и все те свойственные человеку чувства. Оно превратилось в ледяной осколок, сделав его неуязвимым для любых эмоций. Даже умоляющие о пощаде крики людей, которые жили в полном мире, со своими целями и мечтами, совершенно невинные, умирающие мучительной смертью, которую они, вероятно, не заслуживали, не пробуждали в нем того чувствительного Лиама, который когда-то горел желанием спасать жизни. Этот Лиам, настоящий, человечный, заснул глубоким и непробудным сном в глубине души.
Сам того не замечая, из человека, стремящегося всю жизнь быть героем, спасающим невинных, он стал абсолютной противоположностью - безразличным наблюдателем чужого горя.
Он и не заметил, поглощенный своими мрачными мыслями, среди всего этого грохота и хаоса - сейчас снова шел ожесточенный бой - как к нему подходит Рэй с Эстер, расплывшись в широкой, циничной усмешке. Их одежда была в пятнах крови и копоти, но по выражению
лица они были довольны.
- Вот так глупенькие, - услышал Лиам слова Рэя, приближающегося к нему с поля битвы. Его голос был полон презрения и злорадства. Рэй сел
рядом с ним, а Эстер продолжала за ними стоять.
- Что такое? - лениво спросил Лиам, не поворачивая головы и не проявляя особого интереса.
- Да ничего особенного. Эти сражения полностью сводят людей с ума. Они бегают, как крысы, не соображая, кого убивают, а кого щадят, - Рэй пожал плечами, словно речь шла о чем-то обыденном.
- Мм, - лишь промычал в ответ Лиам, продолжая играть с водой.
- А ты чего, кстати, не работаешь? Особенный что ли? - Рэй прищурился, глядя на Лиама с насмешкой.
- Я отдыхаю, - просто ответил Лиам, не удосужившись даже посмотреть на него.
- Ох, устал он, - Рэй ухмыльнулся, облокотился на колено и окинул взглядом пылающий внизу город. - Узнает Нейтан, что ты снова расслабляешься, сладко явно не будет.
Отвечать на это было бессмысленно. Рэй прекрасно знал, что Лиаму плевать абсолютно на все, что сделает Нейтан. Ему было все равно на наказания, на угрозы, на все, что могло случиться.
- Посиди еще немного и возвращайся, ты там нужнее, - Рэй хлопнул Лиама по плечу и, не дожидаясь ответа, в ту же секунду исчез из виду, растворившись.
Но Эстер продолжала стоять на месте. Её взгляд сверлил ему затылок.
- Что? - спросил Лиам.
- Ну чего ты такой?
- Какой такой? - спросил он, все еще смотря вперёд.
- Рэй пытается тебе помочь, а ты ведёшь себя...
- Пытается помочь!? - тот с такой неожиданностью вскочил на ноги и поковылял в её сторону больной ногой, от чего она, вздрогнув, отшатнулась в сторону. - Если бы он хотел мне помочь, то меня бы сейчас тут не было с вами! С тех пор, как я попал в руки этого урода, никакая его помощь даже крупинки песка не стоит!
- А что, по твоему, ему оставалось сделать в тот день? - двинувшись ближе, спросила та, смотря не него недобрым взглядом.
- Сдохнуть!
И Лиам, не желая больше продолжать разговор, пошёл прочь, оставив её позади. Эстер ещё кричала ему разные оскорбление и нецензурную брань, но тот совсем её не слушал. Лиам и не думал возвращаться. Он был слишком утомлен, слишком опустошен. Ему хотелось лишь лечь и заснуть, несмотря на взрывы и крики, несмотря на то, что его могли поймать и отвести на допрос, где он, скорее всего, и умрет. Ему было все равно. Он просто хотел, чтобы все это закончилось.
***
Сражение проходило на оживленной улице Нью-Йорка, где уже больше часа не стихала яростная схватка. Злодеи, ослепленные яростью и ненавистью, убивали безжалостно, отправляя на тот свет каждого, кто попадался им на глаза. Их действия не поддавались никакой логике, никакой жалости. Герои же, напротив, старались обходиться без убийств, лишь раня злодеев и обездвиживая их. Пока они не попадали в камеру допроса. Главное правило героя, высеченное в их сердцах - никого не прибегать к убийству. Герой не смел отнимать чужую жизнь - если, конечно, ситуации не критические. На то они и герои - сохранять жизни, а не отнимать, прощать, а не мстить.
На место боя прибыли корреспонденты, жаждущие сенсаций, но которым, естественно, никто не был рад. И без того работы было непочатый край, а тут еще нужно защищать этих назойливых папарацци. Но им не оставалось ничего другого, это их работа - информировать людей, даже ценой собственной безопасности. Корреспонденты были измучены не только физически, но и морально. Обстановка была крайне напряженной, и они еле держались на ногах. Люди требовали новостей, требовали гарантий того, что они в безопасности, что вскоре все наладится. Но слов от героев все не было и не было, а представители Геройской Лиги не могли дать точного ответа, что лишь подлило масла в огонь, заставив народ еще сильнее взбунтоваться.
В этот день из списка пропавших вычеркнули имя, которое наделало немало шума - Лиама Холмса. Его уже были готовы считать без вести пропавшим, как и его родителей. Его внезапное появление в роли злодея повергло людей в шок. Студент самого престижного учебного заведения в мире, который должен был стать героем, решил выбрать путь зла? Это не укладывалось в голове ни у кого, и точного объяснения никто не мог даже предположить.
Участие Лиама в бою, к сожалению, державшего сторону врага, дало понять людям, что, возможно, и его родители на данный момент находятся в бою, тоже под контролем. Это было лишь одно из предположений. Второе гласило, что Лиам, приняв сторону зла, убил своих родителей. Но в это мало кто верил, так как, по словам близких им людей и соседей, эта семья была «семьей ангелов», которые несли в себе столько добра, сколько люди не видели всю жизнь. Поэтому возникло и третье предположение: возможно, семья Холмс находится под контролем злодеев, и ими управляют, как марионетками. Но возникал вопрос: с какой целью? Для чего злодеям понадобилась эта семья? Детективы и по сей день работали над этим делом, но утвердить ни одну из догадок так и не могли.
Ребята в тот момент, когда по новостям рассказывали о Лиаме, уже вовсю готовились к выходу, и понятия об этом не имели, хоть Питер внимательно смотрел новости. Он прекрасно знал об этом студенте, который так бесследно пропал прямо из стен академии. Но не придал его внезапному появлению особого значения и не счел важным сообщать об этом ребятам. Ну нашелся, хоть и стал злодеем, и что с того? Какое им до этого дело? Питер не знал, что Лиам являлся их близким другом, что они даже не заводили о нем разговор, по крайней мере перед ним. Он, конечно, также не знал, что Лиам являлся участником их команды, который так неожиданно бросил их и навсегда ушел из их жизни, как самый теплый человек в их жизни. Скорее, ребята не желали рассказывать о нем Питеру по простой причине - хотели забыть о Лиаме и наконец перестать чувствовать пустоту, где раньше находился Лиам. Тема о нем была слишком болезненной, и говорить без слез было крайне трудно, поэтому было лучшим решением просто забыть о нем. Хоть и молчали, но они каждый день вспоминали, надеясь, что он жив и здоров, хотя с каждым днем вера в это угасала все больше и больше. А сейчас по новостям мелькает его очередное убийство.
Те были выйти в любой момент вечером, когда занятия уже закончились, и в этот день состоялся их выход. Как только узнали о очередной кровавой схватке, они телепортировались в убежище, где за считанные секунды одним нажатием пальца на часы были одеты в костюмы и обсуждали, кто и где переместится, и, конечно же, план боя, чтобы спасти людей и охватить пару злодеев. Алан, как лидер, раздал всем задания и приказы и, прежде чем все переместились на свои места, спросил взволнованно:
- Так, все готовы?
- Готовы! - хором ответили они.
Их голоса изменились благодаря маскам, что обрадовало Алана.
- Хорошо, место телепортации «Пятая Авеню», - сказал он и уже через секунду оказался на крыше высотного здания вместе с Эйданом. Первое, что они почувствовали, был сильный жар от пожара неподалеку, а также тошнотворная вонь от разлагающихся тел монстров. Алан посмотрел вниз - сплошная мясорубка. Его начало трясти. Духом он, конечно, был готов, но сомневался, что его физическая сила к этому готова. Из-за страха он ощущал себя словно размякшим.
Мысль о том, что он теперь лидер, о том, что должен держаться стойко, несмотря ни на что, и не позволять своим слабостям и страхам взять над ним верх, внезапно придала ему сил. Ему казалось, что показать свой страх и слабость перед остальными, перед теми, кто всем сердцем верил в него, было бы равносильно предательству, словно он обманывает их доверие. Собрав всю свою волю в кулак, он прикоснулся к часам для связи с остальными, стараясь, чтобы его голос звучал уверенно и спокойно, обратился ко всем:
- Все на месте? У всех всё хорошо? Доложите обстановку.
В эфире на мгновение повисла тишина, нарушаемая лишь тихим шипением, а затем один за другим начали отвечать его друзья.
- Всё хорошо. На позиции.
- Чисто. Готов к действиям.
- Нормально. Здесь тихо.
Каждый из ответов, словно маленький лучик света, рассеивал мрак его сомнений, укрепляя уверенность в том, что они команда, и что он не имеет права их подвести.
- Отлично. Помните, что нам нужен один из злодеев, который может что-либо знать об этой машине и, возможно, даже работает над ней. Нам нужен тот, кто сможет рассказать нам правду, кто прольет свет на то, что задумали эти безумцы.
- Так точно! - хором ответили ребята, их голоса звучали решительно и уверенно, как никогда прежде.
- А теперь за работу, - приказал Алан, и вместе с Эйданом они стремительно спустились вниз, в самый эпицентр битвы.
В этот момент адреналин и инстинкт самосохранения затмили страх. Он больше не чувствовал дрожи в коленях и слабости в ногах. Теперь он был сосредоточен лишь на задании, на защите невинных, на поиске ответов. Они вступили в бой, используя свои уникальные способности: Алан обрушивал на врагов огненные смерчи, испепеляя все на своем пути, Эйдан искусно использовал свои тени, плетя из них ловушки и окутывая злодеев непроницаемой тьмой. Ноа, словно кукловод, оживлял предметы и обрушивал их на головы врагов, Итан с помощью телекинеза поднимал в воздух обломки зданий и с силой швырял их в злодеев. Кит, словно волшебница, быстро рисовала и воплощала в реальность мощное оружие и боевых големов, часто действуя на расстоянии: благодаря способности её костюм отличался от других тем, что у неё дополнительно на предплечье был прикреплён планшет с специальной программой, где она могла рисовать, а после одним взмахом руки оживить свое творчество. Виллиам приковывал с помощью крепкого льда злодеев к земле до самых плеч, не давая им возможности двигаться, а Венди демонстрировала свою невероятную физическую силу, а при помощи левитации, которым пользовалась ловко и быстро, за считанные секунды могла обезвредить злодея. Джейн, управляя потоками воздуха, швыряла злодеев в руки героев, а Николь, словно забыла о своём застенчивом и тихом характере, смело и энергично использовала свои электрические разряды, парализуя противников.
- Тут слишком много людей! - передал Итан, неся в руках маленькую раненную девочку. Она лежала с полуоткрытыми глазами, практически вся в крови. И Итан молился успеть добраться до помощи, пока её глаза насовсем не сомкнулись. - Злодеев никак не перехватить.
- На первом месте сохраните людям жизнь. - сказал Алан, выпуская из рук пламя огня, который превратил пару мелких монстров в липкую лужу. - Злодеев в любой момент успеем словить.
Все шло на удивление хорошо. Команда действовала слаженно и эффективно. Злодеев хоть и не могли задержать и допросить, но они могли хотя бы оказывать им сопротивление и не давать причинять вред невинным, которых оказалось полно в центре боя. Многие герои даже не подозревали, что вместе с ними сражаются дети, пока не заметили на некоторых необычные костюмы. Точнее, их скрытность. Об этом сообщили Электро, одному из самых опытных и уважаемых героев, который, естественно, был в курсе всех событий и руководил операцией. По описанию костюмов даже попытались найти анкеты этих героев, но ничего не было найдено ни в списках участников боя, ни в каких-либо других агентствах. Электро тут же приказал герою, который передал ему информацию, проводить его к этим таинственным бойцам. Вскоре его взору дались нескольких людей, одетых в одинаковую форму, сражающихся плечом к плечу.
- Дети?! - закричал Электро, после нескольких секунд внимательного наблюдения за их боем. В его голосе звучало удивление, смешанное с гневом.
- Дети? - переспросил герой, проводивший его, думая, что тот ослышался.
- Скажи мне, что на поле боя делают дети?! - закричал Электро, обращаясь уже к молодому герою, его голос сотрясал воздух.
- Извините, сэр. Но мы без понятия, как тут оказались дети. Мы думали, что это из наших, - пробормотал парень, опустив голову.
- Как же вы не видите, что это дети?! - явно возмущаясь, еще громче закричал Электро.
- Я...
- Живо приведите их к нам в безопасное место! - приказал он довольно сурово и, развернувшись, быстро удалился.
Приказ был выполнен незамедлительно. Ребята понимали, что этого было не избежать, и если бы они сопротивлялись, то их привели бы туда насильно. Поэтому, чтобы не доставлять больше проблем, они добровольно пошли. Кроме двоих, которые решили скрыться и, в случае чего, прибегнуть к плану «Б». Их сопроводили трое героев, которых позже отправили дальше выполнять свои задания. Они оказался в поврежденном здание, которое служило временным госпиталем. Повсюду лежали пострадавшие, стонали от боли, а врачи суетливо бегали, пытаясь оказать им помощь. Но Электро отвел их в место чуть поспокойнее, где были только он и еще два довольно известных героя.
Электро был довольно агрессивным и вспыльчивым человеком. Он ненавидел беспорядок и когда что-то шло не по плану. Несмотря на свой взрывной характер, люди глубоко его уважали. Он действовал четко и, в большинстве случаев, безошибочно, спасая тысячи жизней. И команда знала, какой он человек, поэтому, стоя перед ним прямо и крепко, в душе они ощущали себя маленькими детьми, которые натворили дел и совсем скоро получат по заслугам.
- Ну, рассказывайте, кто вы такие? Зачем пришли сюда? - спрашивал Электро довольно спокойным голосом, сдерживая крики. Его взгляд был пронзительным и оценивающим. Позади них стояли двое героев, в случае если нарушители удумают сбежать.
- Мы не можем сказать, кто мы. И не можем сказать, для чего мы здесь, - ответил Алан, стараясь, чтобы его голос звучал уверенно и не вздрагивал.
- Ах, не можете! - Электро больше не мог сдерживать свой гнев. - И почему же? Возомнили себя героями? Чувствуете себя крутыми благодаря этому? - кричал он на них, и казалось, что Электро готов их ударить. Но он никогда не поднимал руку на тех, кто служил добру, как бы он ни злился.
- Вовсе нет, - тихо ответил Алан, опустив глаза.
- Тогда чего весь этот маскарад? Зачем вам все это? - он с подозрением нахмурил взгляд. - И откуда у вас вообще костюмы?
- Мы не можем вам сказать, - повторил Алан, сжимая кулаки.
Гнев Электро нарастал, словно снежный ком, готовый вот-вот обрушиться лавиной. Он чувствовал, что его терпение на пределе. Нужно было действовать решительно. Пришло время сорвать маски и узнать, кто скрывается под ними, а затем передать их дела в соответствующие органы. С этими мыслями он резко протянул руку, намереваясь схватить Алана и сорвать с него маску.
Однако команда, словно единый организм, мгновенно среагировали. Они вместе отпрянули назад, прикрывая друг друга спинами, словно готовые отразить нападение. Но и герои не бездействовали. Активировав свои силы, они были готовы к любым фокусам.
Электро глубоко вздохнул, пытаясь взять себя в руки и подавить вспышку гнева.
- Либо вы сейчас же прекратите это представление, либо мне придется заставить вас сделать это насильно. Поверьте, выберите второй вариант - сильно пожалеете, - угрожал им Электро, давая им последний шанс сдаться без боя.
Но они лишь переглянулись друг с другом, а затем их взгляды сосредоточились на Алане. В этом молчаливом обмене взглядами Алан уловил всю суть: они доверяли ему, признавали его лидерство и готовы были следовать за ним до конца, какое решение он бы не принял. «Мы поймали злодея. Ждём вас.» - донесся голос Кит из наушника. Переговариваться дальше просто не было смысла.
- Нам нужно сражаться дальше, - твердо ответил Алан, и в его голосе не было ни капли сомнения.
Электро недовольно ухмыльнулся и потер подбородок, отвернувшись в сторону. Он понял, что по-хорошему они не сдадутся.
- Значит, желаете по-плохому. Сейчас вы пойдете с нами в штаб-квартиру Геройской Лиги и расскажете абсолютно все, - объявил Электро, и в его голосе прозвучала сталь.
- Извините, но мы не можем, - произнес Алан, и после этих слов его люди за секунду среагировали. В мгновение ока они исчезли, словно растворились в воздухе.
Электро и четверо героев были ошеломлены. Понять, как они пропали, было не сложно. Гнев Электро вспыхнул с новой силой, но к нему добавилась еще и тревога. Он не был был уверен к чему у низ ещё был доступ. Эти нападки злодеев, вспышка монстров, разные террористических акты, так ещё и команда неизвестных, появившиеся из ниоткуда... Что-то здесь было не так, и Электро чувствовал это всем своим нутром.
- Что будем делать, Электро? - спросила девушка-герой, вырывая его из раздумий. Голова была забита разными заботами, и сейчас думать было особенно трудно.
- Направьте несколько отрядов на их поиски. Прикажите схватить их любой ценой. Они не должны сражаться, они не должны владеть технологиями, к которым запрещён доступ.
- Так точно! - ответила девушка и тут же побежала выполнять приказ.
- Это не совсем дети... - пробормотал Электро, потирая небритый подбородок. Он давно не отдыхал, возможно, даже несколько дней не был дома. Выглядел изможденным, грязным и уставшим.
- О чем вы? - спросил его мужчина-герой, стоявший рядом с ним.
- Они дерутся не так, как школьники, у них другой стиль боя. Я не могу сказать точно, но могу предположить, что они студенты Академии Сакиама.
- Почему вы так считаете?
- Помню, мы сражались практически так же, как и они сейчас. Я могу ошибаться, но чувствую, что это так, - после недолгой паузы он продолжил. - Нужно обыскать каждую академию и найти их. Чувствуется мне что-то недоброе.
Поймать команду таинственных личностей так и не удалось. Как только героям удавалось схватить кого-то одного, остальные тут же бросались на выручку, словно связанные невидимой нитью.
Новости о таинственной команде, скрывающей свои лица, мгновенно разлетелись по всем новостным каналам и заполонили интернет. Всем было известно лишь то, что они - не взрослые люди, возможно, даже несовершеннолетние. О них говорили и спорили не меньше, чем о нынешних сражениях и нападениях злодеев. Команда неизвестных личностей, тем более еще и непрофессионалов, была чем-то из ряда вон выходящим, чем-то необычным и даже, можно сказать, запретным для всех. Защитой граждан занимались только проверенные и признанные герои - если ситуация была крайне напряженной - и никого другого в роли защитников никто не видел.
Вся эта шумиха транслировалась в прямом эфире, и главе Геройской Лиги пришлось срочно выступить с официальным заявлением, в котором он выразил свое мнение по этому поводу и рассказал о том, какие меры они намерены предпринять. Конечно же, как и большинство профессиональных героев, он был крайне недоволен появлением этой команды юных подростков, которые, по его мнению, и сами не понимали, что делают, тем самым подвергая себя огромному риску. Это были непрофессионалы, которые своим эгоизмом и высокомерием могли помешать реализации планов и стратегий, разработанных для борьбы со злодеями.
- Ох, как они обрели известность! - с легкой завистью сказал Питер, не отрываясь от просмотра новостей. - Аж завидно немного.
- Но обрели они известность явно не с доброй стороны, - прокомментировала Карен его слова, глядя на экран телевизора с беспокойством.
- Зато обрели, - он откинул голову назад и вздохнул, поглаживая Илиоса, свернувшегося клубочком у него на коленях. - Сражения уже подошло к концу. Ребята рано или поздно должны вернуться. Нужно подготовить им аптечку.
Он осторожно переместил Илиоса на мягкую подушку,
В этот момент отворилась дверь, и у дверного проёма показали Крис с Марком.
- О, а вы чего тут? - удивлённо спросил Питер.
- Помогать пришли. - ответил Марк, в ту же секунду напав на Илиоса со всей нежностью.
- Раз мы не выходим на сражения, хотим хоть помочь им после того, как они оттуда вернулись. - добавил Крис.
- Вот и отлично! - обрадовался Питер. - С минуты на минуту они должны вернуться, и помощь явно не помешает.
Питер вошёл в кухню и достал из шкафчика медицинский ящик, битком набитый различными бинтами, средствами для обработки ран, обезболивающими, успокоительными и даже снотворными, а также другими необходимыми таблетками. Некоторые из этих вещей он приобрел совсем недавно, в предчувствии тяжелого боя и изнурительной ночи, полной тревог и переживаний.
***
Когда те прибыли на место, взбудораженные предстоящему опросу с самым настоящим злодеем, не испытали ничего, кроме разочарования с примесью полного недоумения и страха.
Кит и Виллиам держали в руках мужчину лет тридцати, который бился в конвульсиях, а из рта сочилась кровь с пеной. Те отчаянно пытались привести его чувства. Но в один момент он замер с закатившими от мучений глазами. Настигнувшая схожей смертью тело также лежало неподалёку.
- Что тут вообще произошло? - спросил Алан обескуражено, дергаясь в сторону то одного трупа, то другого. Остальные стояли в стороне, не осмеливаясь двинуться. Только Эйдан с любопытством рассматривал труп, который лежал у ног Виллиама и Кит.
- Мы и сами не знаем! - вскричал Виллиам. Руки его тряслись от увиденного ужаса, хотя тон голоса был прямой. - Пока мы вас ждали, мы решили начать допрос без вас. Но, без каких либо причин, у них начался приступ. И остановилось сердце.
Алан стоял между двух трупов. Он устало потер переносицу, пока остальные ждали его поручений.
- Это же не значит, что они погибли из-за нас? - спросил Итан с надеждой.
Как бы не хотелось, но отрицательного ответа не последовало. Оно застряло в горле, не желая выдавать ложь, если он присутствует. Этот вопрос был под сомнением. Хоть руку они к смерти не приложили, то погибли они двое уж больно в подходящий момент и одинаково.
- Проверим. - тихо сказал Алан и посмотрел на Эйдана. Тот, кивнув, взял с собой Кит и они двое отучились. Через минут десять вернулись. А на плече Эйдана яро сопротивлялся связанный злодей. Подходя ближе, он без особой осторожности бросил того на землю. Рядом с ним остался только Алан, остальные стояли позади, наблюдая за происходящим.
- Отпустите меня, уроды! - кричал мужчина. Все его лицо было в разным татуировках. И зрачки приобрели белый цвет, и на их фоне голубой цвет глаз с ужасом сверкали.
Присев на корточки, Алан посмотрел на него угрожающим взглядом, от чего мужчина в ту же секунду замер.
- Ты знаешь что нибудь о машине, которая вызывает землетрясение? - бесцеремонно спросил Алан, переходя сразу к делу.
- Что...
- Где машина?
По взгляду мужчины прошёлся страх. Алан сразу понял: он знает о машине.
- К-какая ещё машина? - спросил он с ужасом, от чего и подбородок задергался.
- Не ври. Ты знаешь о машине. - Алан схватил его за горлышко свитера и грубо притянул к себе. - Где машина? Расскажи все, о чем знаешь о ней!
- Я... - тут о снова замер, а после начал сдержанно кричать. Алан отпрянул от него. Мужчина рухнул на пол, и начал биться в конвульсиях. Глаза его закатились, а из рта начала выделяться пена с кровью. Абсолютно то же самое, что произошло и двумя злодеями ранее. Ничего другого, как смотреть на него с полным ужасом, пока тот с муками умирает, команда не могла. Примерно через минут он притих. И погиб.
* * *
Обыск объявили не только в учебных заведениях, но и по всему городу, словно охоту на ведьм.
Над этими «фальшивками», как скрытую команду презрительно прозвали многие, начали насмехаться и презирать их за то, что они слишком много о себе возомнили и позволяют себе, скрывая свои лица, считая при этом себя загадочными героями, спасающими мир. Их поступок описывали скорее даже иронично. Но нашлись и те, кто крайне начали сыпать их непристойными высказываниями. И даже среди всей гневной толпы оказались те, кто восхищался молодой командой, считая их по-настоящему смелыми и отважными, решившими в столь молодом возрасте защищать страну. От фанатов они получили прозвище «Отчаявшиеся». Они буквально стали героями для многих людей, защищая от критики и нападок в их сторону и обсуждая Лигу Героев.
Так как имена или прозвища каждого члена команды никто не знал, их решили называть по цветам капюшонов, которые хоть как-то выделяли их из толпы. Заметив, что многие дети восхищены ими, родители начали всерьез беспокоиться и проводить с ними воспитательные беседы, чтобы их незрелые помыслы не были воплощены в реальность.
Было принято решение тщательно обыскать и опросить всех студентов академии, а также провести обыски в старших и средних школах, где учителям было приказано провести серьезные беседы с учениками и предостеречь их от подобных безрассудных поступков.
Данная ситуация в мире становилась все более и более серьезной. Сражения между героями и злодеями происходили уже не только в Америке, но и в других странах, не смотря на то, насколько они слабые и уязвимые. Люди начали называть это скорее не сражением , а самой настоящей войной, разгорающейся по всему миру. Между странами начали складываться напряженные и негативные отношения. Государства не могли прийти к единому мнению, что было крайне необходимо для дальнейшего сотрудничества и разработки общего плана сопротивления. Экономика заметно упала, были введены санкции, что привело к нехватке ресурсов, росту цен и обнищанию населения.
- Они не должны никуда от нас деться, - твердо сказал Электро своему товарищу, когда разговор зашел о таинственной команде. Они находились в кабинете главы Геройской Лиги, который вызвал их к себе по непонятной им причине. - Мы должны поймать их живыми и невредимыми.
- Да, Электро, я в курсе, - ответил ему Гридер, сохраняя невозмутимость.
Как говорилось ранее, Гридер - один из сильнейших и влиятельных героев во всем мире. О нем знала не только Америка, но и другие страны, которые были перед ним в долгу за оказанную помощь. Гридер участвовал во множестве операций, и даже в самых напряженных, которые, к счастью, не происходили слишком часто. До недавнего времени.
Электро был вымотан до предела. Мешки под глазами было невозможно не заметить, его усталость бросалась в глаза при первом взгляде. На него много чего навалилось: личные проблемы, война по всему миру, странная команда, появившаяся из ниоткуда. Все это не давало ему отдохнуть и на пару минут. Недавно его рейтинги поднялись, он становился лучшим, а поэтому всем нужным. Гридер же тоже заметил усталость в своем коллеге и другу.
- Слушай, Электро, - обратился он к нему с беспокойством в голосе, - Ты выглядишь просто ужасно. Ты измотал себя до крайности, еле держишься на ногах. Отдохни, пожалуйста. Об этом тебя просят не только я, об этом просят все: коллеги, глава, твои поклонники - все. Тебе необходим отдых, а то ты попросту сойдешь с ума.
- Нет, Гридер, больше ничего не говори! Ты не видишь, что сейчас творится в мире? Он рушится на глазах! Я нужен миру, меня зовут, а значит, миру нужна моя помощь, - в глазах Электро вспыхнул фанатичный огонь. Его лицо исказилось от резкой боли в голове. - И как ты можешь говорить мне об отдыхе, когда люди умирают?!
- Но ты же не единственный герой во всем мире! - закричал на него Гридер, теряя терпение. - Мы справимся, а ты должен отдохнуть. Ты обязан... - и тут дверь в кабинет открылась, прервав их спор. Коллеги вспомнили, что находятся в кабинете главы и ждали его указаний. Они встали в знак уважения. Глава же, одарив их в ответ крепким рукопожатием, сел на свое место и, откашлявшись, принялся начинать разговор:
- Гридер и Электро, наверное, вы догадываетесь, зачем я вас позвал, - он надвинул очки на переносицу и взял со стола стопку бумаг, принимаясь их читать с серьезным выражением лица.
- Если честно, то не особо, - ответил Гридер, пожав плечами.
- Так вот, сейчас мы отлично понимаем, что ситуация с мировой войной не проста и требует от нас максимальной концентрации. У вас двоих, можно сказать, самые сильные и большие боевые команды из профессиональных героев во всей Америке. Я хочу, чтобы вы объединили свои силы и, пока все это полностью не прекратится, работали сообща.
- Это хорошая идея, глава. Мы будем сражаться до конца, - твердо сказал Электро, сжимая кулаки.
- Радует, что вы не против объединения, - он положил листы обратно на стол. - Но как следовать и выполнять задания вы должны будете решать вместе, что может вызвать конфликт во время принятия решений.
- Мы справимся, - ответил ему Электро с полной уверенностью, хотя и понимал, что без конфликтов им не обойтись. Их взгляды на мир и методы работы были разными.
- Это радует, - улыбнувшись, сказал глава. - Ну а пока, Электро, я настоятельно советую тебе хотя бы на неделю взять отпуск. Гридер прекрасно справится с лидерством, ты можешь доверить ему свою команду, она находится в надежных руках, - на похвалу главы Гридер лишь скромно кивнул. - А ты отдыхай и набирайся сил. Ты слишком хорошо поработал, тебе нужен перерыв. А когда вернешься в строй, ждем тебя с новыми силами.
- Но, глава! - возмутился Электро, нахмурив брови и сжимая кулаки. Ему казалось немыслимым оставить свой пост в такое неспокойное время. В то же время Гридер радостно улыбнулся. Наконец-то Электро отдохнет, наберется сил и вернется к ним полным энергии и новых идей.
- Отдых в такое напряженное время, я не могу... - продолжал протестовать Электро, но его слова прервал гневный окрик главы.
- Я сказал отдых, и точка! - прогремел глава, глядя на Электро твердым и непреклонным взглядом. - Многие просят меня об этом, твои товарищи, твои подчиненные, да и ты сам в глубине души молишь об отдыхе, но постоянно отказываешься. Я запрещаю тебе работать, пока ты в таком измотанном состоянии. Мы будем ждать тебя, вся твоя команда, все твои поклонники будут с нетерпением ждать Электро, когда тот перезарядится и вернется к нам полным сил и энергии. Всего неделя, Электрон. Неделя. - подчеркнул тот. - А теперь можете идти. Вы свободны.
Электро ничего не ответил и, опустив голову, направился к выходу. Гридер же шел рядом с ним, сияя от довольной улыбки.
- Говорили же тебе, что тебе нужен отдых, - сказал Гридер, подталкивая Электро к двери.
В ответ - молчание. Электро шел с закрытыми глазами, даже не представляя, куда направляется. Он спал на ходу, словно ребенок, который не может удержать накопившуюся усталость. И Гридер, заботливо поддерживая его под руку, до самого дома провожал своего товарища. Кто знает, что могло случиться с ним в таком состоянии. Наконец-то он отдохнет, отоспится, наберется сил и вернется к ним обновленным и полным энтузиазма. И спасёт мир.
***
Пещерное эхо и непрекращающаяся болтовня оглушали, а от шума пульсировала голова. Земля снова слабо задрожала - это была машина, ее снова испытывают. На этот раз подземные толчки произошли в России, на ней решили испытать силу машины. Толчки становились все сильнее и сильнее, машина была почти готова и могла вызывать землетрясения где угодно.
Нейтан улыбался, все шло по его плану. Он чувствовал себя на вершине мира, никто не мог ему помешать, он был ближе всех к своей цели. В памяти всплывали моменты из его прошлой жизни, когда он собирал машину по крупицам, эпизоды с Диланом, которые он так любил вспоминать, ведь они были братьями, воспоминания о краже необходимых материалов и похищении людей, поиск тех, кто обладал уникальными способностями, убийства... Смерть жены, сына и его супруги... Но все это было уже не важно. Это все осталось в прошлом. И не было никакого сожаления, никакой грусти, никакого угрызения совести после сотворенного. Он был счастлив, абсолютно счастлив.
Но тут возникла одна небольшая проблемка. Нейтана, конечно же, не обошла стороной новость о таинственной команде молодых героев. И он отлично понимал, знал, кто они такие, отлично соображая, что если ничего не предпринять, то детишки разрушат все его планы. Если не начать разбираться с ними прямо сейчас, то потом будет слишком поздно и это разрушит все его многолетние труды.
- Лиам! - крича позвал он своего внука.
Лиам прибежал на зов, одетый в ту же форму, которую впервые надел, вступив сюда. С тех пор он ничего другого не носил.
- Да? - спросил он, ожидая приказа от деда.
- Ну ты смотри на них, - он, подперев руку перед лицом, смотрел на экран, куда прокручивали новости. - Парочка идиотов возомнили из себя не пойми что. - и с презрением усмехнулся.
Лиам стоял. Молчал. Смотрел на экран и все понимал. Сердце его болезненно сжалось.
- У меня есть к тебе задание, - Нейтан что-то напечатал на своем компьютере и повернулся к внуку. - Я прекрасно знаю, что эта команда недоразвитых особей - твои никчемные друзья. А точнее, бывшие, - тут он с издевкой усмехнулся, глядя прямо в его безразличное лицо. - Мне также прекрасно известны их планы. Разрушь их. Делай что хочешь, заставь возненавидеть их всему миру или хоть убей, мне плевать! Если провалишься на этот раз, наказание будет не самым приятным, - голос Нейтана был ледяным и угрожающим.
Лиам ничего не ответил, его лицо оставалось непроницаемым. Спрашивать что-либо было бесполезно. Но сердце вдруг забилось с бешеной скоростью, и он почувствовал, как по спине пробежал холодок. Ничего не ответив, он развернулся. Тяжелый ком застрял у него в горле, но он не давал волю слезам. Слезы могли его унизить, могли показать его слабость, а он всегда старался казаться сильным, не смотря ни на что. Сильнее даже самого деда.
- Плевать мне на твое наказание, - тихо, едва слышно произнес он. - Мне терять уже нечего.
- Замолкни и иди делай то, что я тебе сказал! - услышав его слова, закричал Нейтан. - Хочешь еще сильнее сократить свое драгоценное время?
Лиам не ответил, но все услышал. Он не мог позволить себе этого, не мог позволить себе умереть раньше времени. У него еще было много дел, и ему некогда было думать о смерти, хоть и мысль о ней становились все слаще с каждым днем.
На следующий день он снова видел их в бою. Он наблюдал за тем, как они сражаются со страхом в сердце, но с полной уверенностью в своих силах, доверяя друг другу на все сто процентов. Лиам так и не пошел сражаться дальше, а вернулся обратно. После долгого времени абсолютной пустоты, его душу словно пронзил ураган. Внутри этого урагана смешались все чувства, которые он испытывал в тот момент. Ураган продолжался и сейчас, но данное Нейтаном задание, по его мнению, могло хоть как-то его остановить или ослабить.
Когда уже настала глубокая ночь, он вышел из пещеры и бесшумно побежал в город, стараясь остаться незамеченным. Он залез на крышу ловко, куда его болезненно бил в лицо декабрьский ветер. Лиам вздохнул полной грудью и посмотрел на небо. Черное небо с россыпью белых точек и тонкий серп месяца, такой хрупкий с виду, что можно было сломать без особого труда. Звезд, казалось, было так мало на ночном небе из-за яркости огромного города. Порой он думал, видели ли люди, живущие в нем, самое настоящее звездное небо, усыпанное мириадами сверкающих огоньков. Он вспомнил о родителях, как часто ездил с ними за город, на природу, на несколько дней, а ночью, лежа на траве, они вместе любовались небом, усыпанным яркими звездами. Он так устал, что чуть ли не заснул, глядя на ночное небо.
Его мысли были заполнены одним вопросом: - «Неужели мне придется причинить им боль во второй раз?».
Но вскоре он очнулся и направился на территорию боя, чтобы помочь своим.
Он стоял на крыше небоскреба, вглядываясь в ночной город, который и во тьме не знал покоя. Неоновые огни, шум машин, отдаленные сирены - все это создавало какофонию звуков и красок, символизирующую хаос, охвативший мир. Он постепенно обдумывал, как выполнить данное ему главой задание. В его голове роились планы и стратегии, которые нужно было тщательно проанализировать и отшлифовать. Так, чтобы не причинять слишком много боли.
Через полчаса, проведенные в раздумьях на крыше, основная идея была сформирована. Был готов план действия, какие шаги предпринять, чтобы достичь желаемого результата. Но для реализации задуманного ему потребовалось немного времени и определенные ресурсы, которые нужно было добыть. С завтрашнего дня он начнет действовать, а пока, как бы ему этого не хотелось, стоило бы поспать, набраться сил для предстоящей работы. Завтра будет тяжелый день.
***
Самый ужасный месяц для людей, каждый день встречавшихся с войной, трупами и тоннами крови. Этот декабрь вовсе не был праздничным, скорее траурным и смертельным. Но, несмотря ни на что, люди продолжали дарить друг другу надежду и тепло любви в преддверии Нового года, словно пытаясь отогнать надвигающуюся тьму. Герои не побеждали, но и не проигрывали, сдерживая натиск зла, а злодеи, наоборот, получали от этого прогресс, выигрывая драгоценное время. Как бы грустно это ни звучало, но планы Нейтана реализовывались довольно успешно, хоть и не без некоторых пробуксовок и стычек. Он чувствовал себя самым успешным и счастливым, пока другие чувствовали себя несчастными, и несчастьем других Нейтан наслаждался, словно это были самые изысканные деликатесы в мире. Он чувствовал полное удовлетворение, он мстил всем тем, кто раньше недооценивал его, кто считал его ничтожеством.
Команду, к счастью, за эту неделю так и не поймали. За все это время они стали всемирно известными героями, которые спасали не только свою родину, но и помогали другим странам, но только тогда, когда им действительно была необходима помощь. Они еще не могли бросить учебу, поэтому сражались, в основном, после занятий. Огромную помощь принесли влияние Марка и Криса. Благодаря им, они могли отсыпаться хоть весь день. И так, перемещаясь из одной точки мира в другую, они абсолютно прославились на весь мир как «Отчаявшиеся». И в связи с тем, что они стали довольно популярными, они прекрасно понимали, что попали во всемирный розыск, и им необходимо быть еще осторожнее. И у них все получалось. Они сражались как настоящие опытные герои, учились не покладая рук и ни разу не вызвали никаких подозрений. Пока что. Их истощение сказывалось на все, как физически, так и морально. Тела их ныли, болели от напряжения и переутомления, ведь те не давали себе передышки, а на отдых просто не было времени. Они устали от учебы, которая давила непомерным грузом, от перегруженных практических заданий, от войны, которая никак не заканчивалась, устали от всего. И как сильно они не были измучены, они продолжали сражаться.
Как же продвигались их собственные успехи в расследовании? Было получено очень мало информации. Когда им удавалось захватить злодея и допросить его, он тут же, через несколько минут, умирал без видимых причин. И так абсолютно с каждым. Но все же у некоторых удалось вырвать хоть какую-то информацию до их кончины. Машина, способная вызывать землетрясения, находилась внутри подземных пещер, и у каждой пещеры был свой руководитель. Кому-то даже удалось рассказать о составе, необходимом для работы машины, но тот не успел договорить и погиб. За него закончил Алан, который больше не мог держать в себе то, что видел. Он до сих пор находился в подавленном состоянии и отчаянно хотел с кем-нибудь поделиться своими переживаниями, но не мог, считая это позором для лидера. И даже после того, как команде была раскрыта ужасающая правда, он ни словом не обмолвился о своих собственных переживаниях, и даже так получил тёплую поддержку от своих команды. Скорее она злились, чем были в ужасе от услышанного. И не на саму очередную правду, которая скрывает машина для её реализации, а на Алана за то, что он не рассказал им об этом раньше, но отнеслись к его молчанию с пониманием.
После очередного изнурительного боя команда вернулась в убежище, они были потрепаны сильнее, чем обычно: костюмы были перепачканы грязью и кровью, требовалось их обновить, чем Питер и занимался каждый раз. На телах появились новые синяки, кровоподтеки, ссадины и несерьезные травмы. Тела начали ныть с удвоенной силой, глаза от долгого недосыпа сами собой закрывались, а ноги не могли удержать тела и предательски дрожали. Они обессилено упали на пол и начали стонать, катаясь по полу от усталости и боли.
Крис, Марк, Питер и Илиос подбежали к ним, вооружившись уже заранее подготовленными средствами для обработки ран. Им каждый раз после боя приходилось их лечить, обрабатывая раны и ссадины разными антисептиками, а после наклеивать пластыри или перебинтовывать. Приходилось обматывать поврежденные мышцы специальной эластичной тканью, чтобы зафиксировать их. К счастью, в академии ввели карантин, как и в других учебных заведениях. Половина занятий проходила в режиме онлайн, а половина - в академии, но времени на сражения у них стало немного больше.
Питер был искренне рад помогать им. Он чувствовал себя нужным и полезным, что не чувствовал уже очень давно. Он был для этой команды незаменимым человеком, их надежным тылом, их опорой. Но в то же время ему было их бесконечно жаль. Питер видел, как им тяжело приходится справляться со всей этой ситуацией, как они устают, как переживают, как борются со своими страхами и сомнениями.
Иногда ему хотелось просто оградить их от всех проблем, дать им отдохнуть и самому поработать за них всех, взвалить на свои плечи всю тяжесть ответственности. Но, понимая, что он слишком слаб в физическом плане и недостаточно опытен, он чувствовал себя ничтожеством, бесполезным балластом, который только занимает место.
Они вдевятером, изможденные и израненные, лежали после обработки ран на матрацах, расстеленных прямо на полу. Недалеко, сидя на полу и опершись спиной к стене, спали Крис с Марком. Каждый терпеливо ждал, пока боль утихнет. Но боль, казалось, не собиралась отступать. Усталость сковала тела, словно тяжелые цепи, и, вопреки всем ожиданиям, минут через десять они неожиданно уснули. Сон их был глубоким и безмятежным, на первый взгляд можно было подумать, что они мертвы, настолько неподвижными они казались.
Часы показывали три часа ночи. По правилам академии Сакиама, команда должна была находиться в своих комнатах в общежитии, чтобы не вызывать подозрений, но Питер, сжалившись над их измученными телами, не стал будить. Он решил дать им возможность хоть немного отдохнуть, набраться сил перед новым днем, полным опасностей и испытаний.
Питер медленно подошел к дальнему углу спальни, где обычно лежали сложенные стопкой теплые одеяла. Он аккуратно развернул их, стараясь не шуршать и не производить лишнего шума, и с особой осторожностью укрыл каждого, словно боясь потревожить их сон.
Илиос, немного подросший за последнее время щенок, стоял рядом, неотступно следуя за Питером, словно хвостик, и без слов понимая своего хозяина. Питер, закончив укрывать раненых, вышел из спальни и взглянул на своего питомца. На корточках он присел рядом с ним и нежно погладил его по мягкой шерстке. Илиос в ответ высунул язык и радостно завилял хвостиком, а затем тихонько залаял, словно хотел что-то сказать. Питер поднес указательный палец к губам, призывая щенка к тишине, и шепотом сказал:
- Тихо, Илиос, ты можешь их разбудить, а им сейчас очень нужен отдых, - и, с грустью в глазах, повернулся к спящим. Они спали так сладко, умиротворенные во сне. Девчонки лежали в обнимку, словно искали друг в друге утешение и защиту, а парни не стеснялись складывать ноги кому-то на живот или на голову, к чему относились с явным безразличием. Даже Эйдан, который терпеть не мог прикосновения, никак не реагировал на то, что Виллиам чуть приобнял его за ногу.
Затем Питер снова повернулся к своему псу и, после нескольких минут молчания, заговорил тихим голосом, полным тоски:
- Знаешь, мне их очень жаль. Они еще совсем юные, а уже рискуют своими жизнями. Я не хочу потерять никого из них. Если потеряю хоть одного, без понятия, что буду делать, - он замолчал на мгновение, собираясь с мыслями, и продолжил: - Я к ним, к сожалению, очень сильно привязался, - глаза его стали влажными, наполнились слезами, и он опустил голову, пытаясь сдержать свои эмоции.
В горле застрял ком слез, и, не смотря на все его усилия, одна предательская слезинка все же вырвалась наружу и медленно покатилась по его бледной щеке, которая, в ту же секунду, безжалостно протёр взмахом руки.
Илиос, словно почувствовав боль и грусть хозяина, сам загрустил. Он прижался к Питеру всем своим телом, стал тереться своей головкой о его ногу, будто успокаивая.
Питер не смог сдержать нахлынувшие эмоции и заплакал еще сильнее, прикрывая лицо руками, чтобы приглушить всхлипы и оттолкнуть слезы обратно. Илиос жалобно заскулил и попытался убрать руки с его лица, чтобы вытереть слезы, но вместо этого просто облизал его руки, демонстрируя свою преданность и любовь, и лег перед ним на пол, предлагая свое тепло и поддержку.
Наконец Питер убрал руки с лица и крепко обнял своего щенка, все еще не переставая плакать.
А Алан все слышал и видел, абсолютно все. Его сердце сжалось от жалости и щемящей грусти, и ему в ту же секунду захотелось вскочить и обнять Питера. Обнять его и сказать все самые приятные слова, которые существуют в мире. Но Алан продолжал симулировать. Подойдя он сейчас к Питеру, разговор явно бы не состоялся, отмахнувшись типичными фразами «все хорошо» или «я в порядке». И от этой собственной беспомощности Алану стало невыносимо тошно. А ещё хуже от мысли, как он мог быть настолько невнимательным к состоянию остальных. Только сейчас этот вопрос мелькнул у него в голове. Алан не вспомнил ни одного случая, когда кто то из команды жаловался на собственное состояние, не считая физической боли, что тоже было изредка. В голове голос все повторял и твердило том, какой он никчемный лидер.
Он смотрел на Питера, сидящего на корточках у порога, обнимающего своего пёсика и беспрерывно плачущего. Тот выглядел таким потерянным и беззащитным, как ребёнок, который лишился своей любимой игрушки.
Наконец слезы перестали течь, лицо Питера расслабилось, он устало закрыл свои покрасневшие от слез глаза, откинулся на стену и заснул прямо на полу, все еще обнимая Илиоса.
Убедившись, что Питер на самом деле уснул и немного подождав, Алан тихо встал, стараясь не разбудить его, и, взяв с собой покрывало и подушку, подошел к спящему Питеру. Он осторожно укрыл его теплым одеялом и аккуратно подложил под его голову мягкую подушку, чтобы ему было удобно спать. Перенести Питера на матрац он не рискнул, зная, что тот мгновенно проснётся. Когда нибудь он обязательно поговорит об этом с ним.
***
Глухой шум, доносившийся из главной комнаты, разбудил крепко спящего Алана. Он тут же почувствовал, что лежит в комнате совершенно один. Его веки дрогнули, наполовину приоткрывая глаза, которые устремились в потолок. Краем правого глаза он пытался разглядеть порог двери, пытаясь понять, находится ли кто-то в соседней комнате. Но никого не было, кроме мирно спящего на маленьком коврике Илиоса. Алан продолжал лежать неподвижно, даже не пытаясь пошевелиться. Он чувствовал себя словно парализованным, лишь веки ему подчинялись. Сон не принес облегчения, усталость никуда не делась, она по-прежнему сковывала его тело.
Пролежав так еще около пяти минут, глядя в потолок и изредка моргая, Алан, наконец, решил подняться. Он резко сел, опираясь об стену, чтобы поддержать свое тело, и в ту же секунду острая боль пронзила его голову, заставляя ее пульсировать в такт ударам сердца. Но, не обращая внимания на боль, он вяло встал с матраца. Кости его хрустнули, словно старые ветки, от чего ему стало немного легче.
Немного покачиваясь, он попытался удержать равновесие, так как голову сильно кружилась. Алан схватился за откос двери, чтобы не упасть, и после направился в главную комнату. В этот момент в его голове промелькнула мысль: - «А сколько же мы проспали?».
Заглянув в комнату, он покинул взглядом всю команду, сидящих на полу. У них были еще сонные лица и хриплые голоса. Те смотрели на него полуоткрытыми глазами. Усталь с их лиц никуда не делась.
- Проснулся наконец, - обратился к Алану Эйдан и слабо улыбнулся.
- Сколько сейчас времени? - спросил Алан, зевая.
- Половина пятого, - ответил Эйдан, почесывая затылок.
- Поспали всего лишь два часа... - Алан с досадой потер виски, ему хотелось проспать всю жизнь и не просыпаться. - Как вы спали?
- Нормально, - солгал каждый. Алан и сам солгал бы, если бы они задали ему тот же вопрос.
Алан опустился на пол рядом с ними и, подперев голову руками, устало вздохнул. Все молчали, и ни у кого не было желания заводить разговор. Находясь вместе, они практически никогда не молчали. А если позволяли тишине расти между ними, Итан обязательно находил способ, как ее нарушить, да так, чтобы присоединиться смог каждый. Сейчас и он был слишком молчалив.
Откинув голову назад, Алан снова осмотрел всех вокруг. Колющее чувство вины снова его одолело. Они выглядели настолько измождёнными. Если бы не он... Эта мысль не отпускала его ни на минуту. Алан не знал, когда это закончится, и закончится ли вообще когда-нибудь. Но он дал себе железное обещание: когда они наконец обретут свободу, он посвятит им остаток своей жизни, выплачивая этот долг, который никогда не сможет погасить полностью.