Тени на руинах

Ночь была темной, звезды едва мерцали через потрескавшееся стекло. Вокруг базы — тишина, нарушаемая лишь редкими звуками далеких взрывов и шорохом, доносящимся с крыши школы. Карим стоял у окна, вглядываясь в темные улицы, где когда-то были дома, а теперь остались только руины. Мариам подошла к нему, её шаги не выдали её присутствия, но Карим почувствовал её — как всегда, сдержанную и сильную.

— Долго стоять будешь? — спросила она, глядя в окно рядом с ним. Её голос был мягким, но в нем звучала какая-то скрытая тревога.

— Просто… думаю, как это всё дальше будет, — ответил Карим, его взгляд был затмён чем-то тяжёлым. — Мы здесь, мы выживаем, но что дальше? Что будет, когда мы забудем, как выглядят нормальные дни?

Мариам молча посмотрела на него. Она была его лидером, но тут, в этой тени разрушенного города, они были почти равны. Небо над ними было темным, как их разговор.

— Ты не забудешь, — сказала она наконец. — Мы все это пережили. И даже если весь мир рухнет, мы будем помнить, что важно. Ты справишься.

Карим взглянул на неё, и в его глазах промелькнула слабая искра благодарности. Его внутренний мир бурлил: он не был готов признаться в том, что чувствует, но ему всё сложнее было скрывать это.

— Спасибо, Мариам… за всё.

Она улыбнулась, но её лицо оставалось серьёзным. Несколько секунд они стояли в тишине, пока её взгляд не стал более мягким, и она, не отрываясь от него, тихо произнесла:

— Знаешь, ты меня удивляешь. Когда ты только пришел сюда, я думала, что ты не выживешь. Но ты стоишь. Это многое значит.

Карим повернулся к ней, его сердце учащённо забилось. Он почувствовал, как напряжение в воздухе стало практически ощутимым. Он сделал шаг вперёд.

— Мариам… — его голос был почти хриплым. Он вдруг понял, что не может больше молчать, не может скрывать того, что давно чувствует.

Она встретила его взгляд. В её глазах было что-то такое, что заставляло его сердце биться быстрее. Он наклонился к ней, его губы стремились к её, но она отпрянула, резко и без предупреждения.

— Ты чего? — её голос был полон недоумения, и Карим понял, что его попытка была ошибкой.

Он стоял, не зная, что ответить. Стыд переполнил его, но было что-то ещё — облегчение, будто он снял с себя невидимую тяжесть. Мариам смотрела на него, её выражение было строгим, но в глазах мелькнуло что-то вроде… жалости?

— Карим, я не могу так. Ты — друг. И я хочу, чтобы ты остался им. Не делай этого. Пожалуйста.

Он не знал, что сказать, и вместо слов просто молчал, ощущая всю тяжесть момента. Мариам повернулась и, сделав несколько шагов назад, добавила:

— Ты для меня важен, Карим, но не так, как ты хочешь. Не могу обещать тебе больше.

Карим остался один в темной комнате, но теперь в его душе не было ни того отчаяния, ни той боли, которые он ожидал. Он знал, что всё будет не так, как он хотел, но, может быть, это было даже лучше.