Глава 4. Тогда и сейчас
Тысячу лет назад, на Архипелаге Гармонии не было разных стран. Это место называли «Земным раем».
Несколько людей, владеющих стихиями природы, поддерживали равновесие. Первые в истории Главенствующие Хранители, обладавшие Объединенной техникой, они считались непобедимыми. Бог Грома, Каминари-но-Они, Бог пламени, Хи-но-Тама, Богиня воды, Мизу-но-Сей, Бог земли, Цучи-но-Ками, Бог ветра, Кайз-но-Ото, и Богиня жизни, Ки-но-Сей. Вшестером они жили там, что называли «Небом».
Однажды, из проливов, соединяющих острова, на землю вышли существа, созданные из грехов. Гнев, зависть, месть, ненависть, прелюбодеяние, обман, раздор, убийство – их был целый сонм. Хранители спустились на землю с «Небес», чтобы защитить своих людей. Каждый из них обучил свой народ различным приемам, передал часть своей силы. Однако не все грехи были побеждены – остался лишь один, раздор.
Каждый из народов хотел быть сильнее остальных, и началась братоубийственная война. Раздор воспользовался этим, и начал убивать людей, имевших в дар техники Хранителей. Собрав эту магию, грех создал новую стихию – Печать. Выбрав своим преемником одного из своих последователей, Раздор создал огромный клан, который всегда стремился взять верх и стать единственным правителем на Архипелаге. Собрав своих еле живых собратьев, Раздор повел свой клан в бой. Из поверженных народов к грехам начали присоединяться грешники, а клан Печати все разрастался и разрастался.
Из-за влияния брата Раздора, Честолюбия, народы Архипелага отказывались объединяться. Чтобы стать сильнее, клан Печати решил собрать все Объединенные техники. Узнав об этом, Главенствующие Хранители создали кланы, которые по наследству передавали свою силу и защищали ее.
Так и появились на Архипелаге страны, народы и кланы.
Накагава Юки ходил взад-вперед между высокими стеллажами кладовой, пытаясь найти весь список вещей.
-Тебе чем-то помочь? – Нобору, инженер клана Ивасаки, помогавший Хитоши совершенствовать свою технику, был весь увешан всякой всячиной. – Я тут уже как рыба в воде.
-Где тут канистра бензина? – спросил Юки.
-Двадцать четвертый стеллаж от входа, полка номер семь, секция пять.
Вся сущность Нобору выглядела очень неестественно. Сильно раскрытые глаза, поза как у нападающего кота, пальцы всегда полусогнуты, болезненный румянец на лице, и ужасная, каменная улыбка.
Юки потянулся за канистрой, пока Нобору стоял за спиной. Несмотря на то, что Накагава был рангом выше, ему все равно было не по себе. Когда Юки развернулся, он увидел Нобору, который, увидев лицо юноши, облизнул тонкие сухие губы.
Сжав губы от напряжения, Юки молча вылетел из кладовой.
«Твою мать, что с ним не так?!»
Навстречу Накагаве шел тот самый Рю, юноша-дракон, неся какую-то коробку в руках.
-О, Юки-сан! Что с лицом опять? – Рю заметил в руках Накагавы канистру бензина. – Ты был в кладовой? Значит, видел там Нобору-сана. Вот пазл и сложился...
-Т-ты видел его лицо? Я не могу смотреть в его глаза... Особенно, когда у него слюна изо рта течет...
-Понятно, ты об этом... Нобору давно не ел...
-В каком смысле не ел? Я же буквально вчера вечером видел, как он брал еду...
-Нобору-сан – каннибал. Ему нужно питаться человечиной, чтобы сдерживать технику, иначе она сожрет его изнутри. Голод каннибала – зрелище страшное.
Юки как ледяной водой облило. Он представил, каково жить Нобору. Убивать людей каждый раз, только для того, чтобы выжить.
-Ну, ты не волнуйся, Нобору-сан помрет скоро. Он должен быть откинуть коньки еще так лет восемь назад, а жив до сих пор.
-Почему он должен умереть? – спросил Юки.
-Из-за болезни Куру, или же «Хохочущая смерть». Та странная улыбка, которую ты видел на его лице, это симптом. Подробностей я не знаю, не врач, но ты можешь сходить к Марионетке, он должен знать. – Рю указал в сторону лаборатории хирурга.
-Я предпочту не знать подробностей. – Увидев в конце коридора силуэт Нобору, Юки понесся к своей комнате, словно ошпаренный кипящим маслом.
Расставив все по своим местам, Юки посмотрел в окно. Выходить на миссию через два часа, как вдруг перед глазами парня всплыла улыбка каннибала. Отшатнувшись от холодного стекла, Юки, охваченный животным страхом, обернулся. Мысль о том, что Нобору может быть прямо за спиной, не покидала его.
«Надо сходить в лазарет за успокоительным» - подумал Юки, пытаясь успокоиться.
Ужас, который охватывал любого, стоило ему лишь встретиться взглядом с поедающим себе подобных, сковывающий по рукам и ногам, невозможно унять самостоятельно. Юки был готов нестись в лазарет, но его останавливала сама мысль о внезапной встрече с инженером Ивасаки.
Заткнув за пояс заточенный кинжал, юноша вышел из своей комнаты, заперев дверь на ключ, и широкими шагами полетел за валерьянкой.
В большом приемном зале лазарета, разделенного на небольшие комнатки белыми ширмами, бегали медсестры и медбратья с рулонами бинтов, перекисью водорода, шинами, ватой, шприцами, пробирками и прочими принадлежностями. Они замерли, как только в зал вошел Чонглин, один из четырех медиков высшего ранга. Ранее он владел Белым домом, а сейчас его отправили помогать сюда.
На вид Чонглину было лет под сорок, его густые, вьющиеся каштановые волосы уже покрылись сединой, но проницательный взгляд черных, как смоль, глаз все еще оставался ясным. Как и все медики, Чонглин носил длинный белый халат с множеством карманов как внутри, так и снаружи. На левой руке, сплошь покрытой родинками, была набита татуировка, изображавшая волка, воющего на луну.
-Чонглин-сама! Все сделано, как Вы и просили. – один из медбратьев склонился в поклоне.
-Отлично. Сколько у нас свободных коек?
-Сейчас около двадцати, но завтра должны освободиться еще сорок две.
В зал тихонько проскользнул Юки. Увидев первую свободную приемную, он направился туда, ловко огибая медперсонал.
Подняв голову, медбрат увидел окаменевшее лицо Юки, а затем на автомате бросил бутылочку с валерьянкой.
-Ты уже четвертый за сегодня. – Он явно был раздражен.
Юки без лишних слов покинул лазарет. Через тридцать минут он выходит за ядром Льда.