Святой харм

      - Да вы спятили. – Облокотившись на перила повозки, ответил Слава. В его голосе читалось сомнение, касаемо плана, в который он был втянут.

      - Всё будет в порядке. – Пытался обнадёжить Брод.

      Загрузив повозку соломой, они поехали к дому Славы, доехав до середины забора в конце церкви, Семён столкнул солому, Артём в этот момент спрыгнул с борта, следом за ним Семён. Слава материл обоих, пока те изображали деятельность. Убедившись, что на них никто не обращает внимания, Артём подкрался к забору и, сделав выход на две, перевалился на ту сторону, чтобы снова не напрягать ногу. Приземлившись и сместив вес на правую, почувствовал, что боль не так ощутима как раньше. Это его сильно обрадовало.

      Пока Слава орал на Семёна, а тот, изображая пьяного, собирал и случайно рассыпал солому, Артём сидел и ждал. Он боялся, что из-за их возгласов спугнут девушку, в итоге к ним кто-то подошёл и помог, что пошло не по плану. Может быть сторонники церкви проходили мимо и не хотели, чтобы те мозолили им глаза. Тянуть долго не получилось и Слава с Семёном покорно поехали к дому выгружаться.

      Артём занервничал, что ничего не выйдет, как вдруг услышал шаги и шелест кустов. Девушка пробралась на небольшой пустырь в кустах, поставила ведро с серым полотенцем и начала раздеваться. Артём пытался рассмотреть лицо. То была Софья. Странное совпадение, хотя может ему повезло. Рассматривая её тело, он чувствовал сильное влечение к ней. Крамольные мысли одолевали его, но они быстро сменились страхом. Артём услышал знакомый голос. "Мелетий." - Определил он. Было что-то аристократичное в его манере речи.

      - Софья, вам может помочь?

      - Думаете, что девушка не справится с мытьём? Нет, я сама. – Ответила Софья, в её голосе слышалось недовольство. – Я хочу хотя бы здесь побыть одна. – Сама себе буркнула она. Мелетий удалился.

      Артём выждал за деревянной стеной навеса и, собравшись с силами, начал шёпотом звать Софью. Чтобы не спугнуть девушку он старался смотреть немного влево, прикрывая глаза ладонью.

      - Софья, это я – Артём. – Шёпотом говорил Батырев, выползая к ней.

      Девушка взвизгнула, но Артём успел подскочить и закрыть рот правой ладонью, а левой обхватить за талию:

      - Тихо, нас могут услышать. – Он посмотрел в сторону церкви, чтобы убедиться, что всё спокойно. Девушка дёргалась в объятьях, пытаясь освободиться. – Успокойся, это же я.

      Заметив, что держит её за голую спину и чувствует обнажённую грудь, ему стало неловко. Софья тоже осознала это и начала вырываться. Артём от неловкости ослабил хватку, и она толкнула его обратно в кусты. Подняла с земли одежду и прикрыла наготу. Со стороны церкви приближался голос того самого Мелетия:

      - У тебя всё хорошо?

      - Да, паук по ноге полз, но я его стряхнула. – Выглянула Софья из кустарника, немного подождав, повернулась к Артёму. – Можешь выползать, он ушёл.

      Отряхнувшись, тот с радостью в голосе заговорил:

      - Как же я рад тебя видеть, извини, что напугал.

      - Ещё бы, кто угодно испугался бы парня, вылезшего из кустов. – Нервно ответила Софья и, выдохнув, тихо и спокойно добавила. – Я тоже скучала по тебе.

      - Я вытащу тебя отсюда, только мне нужна твоя помощь. – Он достал бумагу и карандаш. – Мне нужно письмо от твоей руки о том, как с вами обходятся священники, чтобы показать твоим родителям.

      - У меня нет родителей. – Холодно бросила Софья.

      - Как нет? – оторопел Артём. – Чёрт, и что теперь?

      - А ты думал мы здесь от хорошей жизни? У меня есть бабушка, но она не в состоянии была прокормить меня и отдала на попечение церкви.

      - Прекрасно, тогда я покажу письмо ей. – Приободрился Артём.

      - А ты уверен, что она послушает тебя?

      - Послушает, должна, я вытащу тебя и всех остальных отсюда. – Твёрдо сказал Артём, подошёл ближе и обнял её. Софья замерла, но после расслабилась и нежно положила голову ему на плечо.

      - Я... я надеюсь, Артём. – В её голосе проскальзывала неуверенность.

      Артём взглянул в её карие глаза. Казалось, будто, смотришь в бездну, но чем дольше он смотрел, тем больше видел собственное отражение. Настолько они были чёрными. В её лице читалось, что всё это невозможно и это всего лишь слова. Один против церкви, верующих крестьян, всех. Только Артём не стал говорить, что он не один.

      - Это же ты, пробрался на чердак той ночью? – внезапно спросила Софья. Артёма прошил ледяной страх прошлого, щекотавший приглушенные воспоминания. Его руки слегка задрожали, но он постарался успокоиться и усмирить рябь.

      - А, да. Я не видел всего, но то, что довелось увидеть, было омерзительным. Я ненавижу их. – Гневным шёпотом закончил он, было слышно, как последние слова дрожали на устах.

      - Артём, – прикоснулась она ладонью к его щеке, – твой гнев... ты вправе ненавидеть церковь, но не отражай эту ненависть на себя. Чтобы не произошло, я тоже ненавижу их, как и мои сёстры. Пожалуйста, не вини себя, за то, что не смог сделать тогда.

      - Я сбежал, если бы...

      - Если бы ты остался, – перебив его, подхватила Софья, – то был бы вздёрнут перед рынком. Страх помог тебе выжить, страх – это твоя возможность всё изменить. Перед казнью ты бы сожалел о том, что не сбежал.

      Её слова наполнили смыслом поступок той ночи, словно подсохший цветок, смакующий капли воды. Артём успокоился и, немного помолчав, протянул ей лист с карандашом:

      - Пиши.

      Софья послушала его и села писать письмо, положив лист на бедро. Иногда она останавливалась, прислушиваясь ко всяким звукам.

      Дописав его, отдала Артёму, тот заметил, что у неё необычайно красивый подчерк. Он хотел расспросить о том, что видел тогда, как закончилась для неё та ночь и узнать про другие. В нём забушевало дикое любопытство в противовес омерзению и страху от услышанных подробностей. В итоге он запихнул эту мысль подальше в самый глубокий альков своего сознания и сказал:

      - Мне пора бежать, но я вернусь за тобой. Обещаю.

      - Я надеюсь.

      Артём пополз обратно в кусты за навес высматривать повозку.

      Выглянув из-за кустов, он никого не увидел. Только слышал краем уха как Софья начала мыться. Пытался не подглядывать но, не выдержав, пару раз обернулся. Из-за кустов кроме ног ничего не было видно.

      Послышался грохот и скрип повозки, зазвучали знакомые голоса. Артём понял – это знак и начал перелазить. Перевалившись на ту сторону, услышал ругань Семёна, а после увидел его самого.

      - Запрыгивай, быстрее! – крикнул Слава.

      Артём на ходу перелез борт и упал на дно повозки.

      - У тебя получилось? – спрашивал тот, не оглядываясь.

      - Да, письмо есть, нужно отдать Броду! – крикнул Артём.

      - Тише, не ори. – Приказал Семён, держась за поручень.

      Выбравшись на дорогу, взяли курс к дому Брода.

      - Молодец, парень... о, чёрт. – Про себя сказал Слава.

      Возле дома Брода стояла толпа мужиков.

      - Кто там стоит? – силясь разгледеть сам, спросил Семён.

      - Не знаю, но мне это не нравится. – Слава подъехал ближе. – Проклятье, это охотник.

      Возле забора их ждал охотник с сыном и двумя мужиками. Последние двое упёрлись в забор и поглядывали, недоверчиво щурясь. Один из них: здоровый лысый мужик с глуповатым взглядом жевал в зубах соломинку. Второй был тощим, его борода неряшливо торчала в стороны.

      - Останови повозку! – крикнул охотник.

      Слава остановился, но поводья не выпускал:

      - Что на этот раз случилось?

      - Ты не знаешь, куда делся Брод? – спросил охотник, подходя к Славе, вместе с ним двое оттолкнулись от забора, и пошли вдоль повозки, осматривая её.

      - Его нет? Я как раз к нему еду.

      - Зачем?

      - Ну как, соломы ещё взять.

      Охотник, немного помолчав, облокотился слева вначале борта повозки и продолжил:

      - Соломы... как можно взять то, чего нет? А? Слав. У брода больше нет соломы. – Не сводя с него глаз, приказал своим. – Обыскать их.

      Семён, поднимая над бортом ногу, ударил охотника. Удар пришёлся по правой стороне лица. Спрыгнув на землю, наотмашь ударил здоровяка.

      - Валите отсюда, я их задержу!

      Второй запрыгнул сзади в повозку, но Артём уже был готов, привстав, ногой толкнул обратно. Слава припустил коня, и повозка снова тронулась.

      Саша сначала растерялся, но потом побежал за повозкой. Та помчалась дальше по улице, набирая скорость. Слава закричал:

      - Нужно оторваться от него, лезь за мной на коня!

      - Как ты отвяжешь коня от повозки на ходу? – кричал ему Артём.

      - Просто лезь и не болтай!

      За этой погоней наблюдали все. Женщины охали и вскрикивали, разбегаясь по хатам. Мужики свистели и орали что-то вдогонку. За повозкой поднимались клубы пыли. Слава начал лезть на коня, следом Артём пытался добраться до него. Повозку трясло, невозможно было нормально ползти, о том, чтобы двигаться стоя и мыслей не было. Артём выбрался на переднюю часть повозки, впритык к месту извозчика, как вдруг его ногу сжала рука.

      - Куда собрался? – спросил Саша. Он успел запрыгнуть, схватившись за борт. Второй рукой ухватившись за ногу Артёма, будучи в сидячем положении.

      Артём толкал его, но тот вцепился, словно клешнями. На выезде из деревни был поворот направо и налево. Слава свернул направо, на глубокой колее Саша потерял равновесие, Артём толкнул ногой и рука соскользнула. Сын охотника, перевалившись через борт, рухнул на землю и покатился в кювет.

      - У нас получилось! – радостно вскрикнул Артём.

      - Рано радоваться, нужно уехать в лес. – Сказал Слава, вернувшись на место. Лезть на коня не было нужды.

      Они влетели в лес, и под командами конь начал сбавлять скорость. Артём крепко держался за перила, пытаясь успокоиться. Сам же Слава молча ехал. Проехав около ста метров, повозка остановилась:

      - Прр. – Приказал он коню и поводьями направил вправо. Там была тропинка, ведущая вглубь леса, едва изъезженная. Артём не выдержал и спросил:

      - Куда мы едем?

      - В безопасное место. Мы его с сообщниками построили давненько, на подобный случай. Правда никто не верил, что оно понадобится.

      Артём молчал и слушал.

      - Придётся залечь на дно, и обдумать план действий.

      - Вспомнил, что хотел спросить. Что за дом стоит в конце улицы, с которой мы свернули?

      Слава нахмурился, думая, мол, какой дом. Но потом расслабился и вспомнил:

      - Ааа... ты про дом кузнеца, забыл совсем. Как помер, никто уже не вспоминает.

      - Ну, там же кто-то живёт? Я видел дым из трубы.

      - Это его сын – Хома – хороший парень, иногда торгует на рынке орудием труда в обмен на еду. Я с ним пересекался этой зимой, он предлагал сделать мне меч за бесценок. Представляешь? – Слава резко повернул голову к Артёму, возможно, хотел увидеть удивление, но потом отвернулся и продолжил. – Похоже, мальчик мечтает оружие ковать или, по крайней мере – мечтал. Надо бы проведать его, когда всё уляжется.

      Впереди на прогалине стоял небольшой хуторок. Он был без дома, но с хорошим сараем. Прогалина была небольшая, даже обнесена деревянным забором, какие обычно ставили на фермах.

      - Нас встречают, Артём. – Улыбнулся Слава, всё также устремив взгляд вперёд.

      Он приказал слезть с повозки. Сам спрыгнул и стал отвязывать коня. Навстречу быстрым шагом приближался Брод.

      - Как всё прошло? У вас получилось?

      - Да, план сработал толь...

      - А где Семён? – перебил Брод, оглядываясь.

      - Он... он отвлёк на себя внимание группы охотника. Они искали тебя. Нас хотели обыскать и...

      - Проклятье! – выругался Брод, немного постояв и успокоившись, снова заговорил, будто сам с собой. – Семён... никогда бы не подумал, что он отвлечёт внимание на себя. Надеюсь с ним всё в порядке.

      - Что теперь? – спросил Артём, краем глаза наблюдая за другими мужиками вокруг, их было трое, не включая Брода и Славу.

      - Иди в сарай и поспи немного, там мешки с соломой уже разложены.

      - Спасибо, а что будешь делать ты?

      - Мне нужно  всё обдумать, давай, добрых снов.

      Артём пошёл в сарай, улёгшись на один из мешков, долго смотрел в потолок. Надвигался вечер. Он закрыл глаза и провалился в глубокий сон.