Близкий враг.

Прошло три дня, но я до сих пор не понимаю, что происходит. Килиана я больше не видела, Воскресенский почти не появляется дома, а если и заходит, то запирается в кабинете и почти не выходит. Охранники все время следуют за мной, а еще мне запрещено долго бывать на улице, да и в принципе выходить из дома, ну, кроме школы, к сожалению.
Вот как раз сейчас я делаю домашку. Нет, я все понимаю, но прошло всего около недели, а заданий дают целый вагон: завтра нужно принести сочинения по литературе и русскому, решить два теста по математике в формате ЕГЭ и подготовиться к контрольной работе по гражданскому праву.
Мои одноклассники все также меня бесят. Одни все время говорят, как им жаль; другие - сторонятся, делают вид будто меня нет; а третьи - шепчутся и сплетничают о том, что же произошло на самом дели и пыталась я себя убить или нет. Проще говоря," не жизнь, а - сказка". Лучше бы было уехать на какой-нибудь необитаемый остров и не возвращаться. Например, остров из сериала "Стрела" мне бы очень понравился. Нет, там, конечно, много вооруженных людей, убийц, но с ними, наверное, легче справиться, чем со всем этим.
Жаль, что у меня нет никаких родственников, возможно, я бы тогда могла уехать к ним от всего этого дурдома. Но мама всегда говорила, что ее родители погибли, а другой семьи у нее не было. Что касается родственников со стороны отца ... Здесь полный пробел. Мне даже о нем ничего не известно, а о его близких - тем более.
Из раздумий меня вывел какой-то шум снизу. Похоже, что кто-то ругается. Наверное, отчим опять ругает кого-то из подчиненных.
Но нет. Когда я спустилась вниз, то увидела, двух незнакомых мне мужчин, на которых кричал Александр. Вряд ли это кто-то из служащих. Оба при костюмах с дипломатами, больше походили на юристов или бизнесменов.
- Все нормально? - спрашиваю я, заходя в гостиную.
- Вероника, быстро иди на верх и не спускайся, пока я не скажу! - кричит на меня Александр.
- Хорошо, - пока он в таком настроении с ним лучше не спорить. Только я хотела уйти, как один из этих мужчин обратился ко мне.
- Вероника, здравствуйте. Меня зовут Гродинский Юрий Алексеевич.
- Ээ, здравствуйте, судя по тому, что вы знаете мое имя, представляться мне не нужно.
- Что ж, перейдем сразу к делу, я адвокат вашего отца.
- Вы, наверное, имели в виду, что вы адвокат отчима, - как-то странно слышать, когда Александра называет моим отцом.
- Нет, я имел в виду именно то, что сказал. Я адвокат вашего биологического отца.
После его слов наступила тишина. Все смотрели на меня, ожидая реакции. Но какой? Я не знала, что чувствую и, как будто, застыла. В этот момент я поняла значение выражения "потерять дар речи". Что мне нужно сказать на это?
Минуты через три я решила нарушить неловкое молчание:
- Что ж, я не помню, чтобы у меня был отец. А ваш клиент пусть катится в ад, - после этих слов я хочу уйти, но Гродинский в который раз меня останавливает.
- Я не бог, поэтому не могу судить, куда человек попадает после смерти: в ад или рай. Но одно могу сказать, в этом мире его уже нет. Для кого, к сожалению, для кого, к счастью, - такого я не ожидала.
- Раз его нет то, для чего вы пришли ко мне. Сообщить могли и по телефону. Ну, или вообще не сообщать.
- Я пришел ради юридических формальностей. Ваш отец... - я не даю ему закончить.
- Донор, а не отец.
- Хорошо, мой клиент оставил завещание. Пятнадцатого числа будет произведено его оглашение, и вы должны присутствовать при этом, - говорит адвокат. Что, черт возьми? Он сейчас издевается? При жизни я ему была никем, так с чего бы он решил мне что-то оставить?
- Что ж спасибо за такую, - хочу сказать ненужную, но сдерживаюсь, - полезную информацию, но мне это не нужно.
- Вы можете отказаться от наследства, но должны присутствовать на оглашении, без вас завещание не будет скрыто, это было пожелание моего клиента.
- Да плевать мне на его желания, я этого не хочу и не пойду.
- Как я уже сказал вы можете отказаться от наследства в любой момент в пользу любого человека ,только придите. Заодно и познакомитесь со

своей семьей.
- Простите? С кем? - теперь еще и родственнички появляются, отлично.
- У вас есть три сводных брата по отцу, дядя, тетя и двоюродные брат с сестрой, - говорит
Юрий Алексеевич.
Возможно, мысли и правда материальны. Только сегодня я думала, что у меня никого нет, а тут такое. Надо поосторожнее с желаниями. Но тут мне в голову приходит другая мысль.
- А его дети, они жили с ним?
- Да, - просто говорит адвокат. Когда я была маленькая, то думала, что, возможно, он не мог меня воспитывать, не было возможности. Я искала ему оправдание. Но сейчас... Он смог воспитать трех сыновей, но я? Я ему не нужна. С одной стороны, мне плевать на него, но все же не могу не задаваться вопросами: почему? Что со мной не так?
От всех этих мыслей у меня разболелась голова, поэтому я хочу пойти выпить таблетку, но вспоминаю о кое- чем еще.
- Юрий Алексеевич, можно ваш телефон? - конечно, я не уверена в своей правоте, но проверить стоит. Адвокат выглядит сбитым с толку, но все равно делает то, о чем я просила.
- Держите.
Включив телефон, я сразу начинаю пролистывать контакты. И тут я вижу это имя. Килиан. Я была права. Эта семейка его ко мне отправила. Наверное, боятся, что Дмитрий оставил мне что-то. Ах так, хорошо. Теперь я обязательно пойду, постараюсь забрать у них все. Мне эти деньги не нужны, но им они не достанутся.
- Знаете, я подумала и решила пойти на оглашение.
- Что ж, хорошо. Я сообщу вам адрес. Вероника, вам еще нужен мой телефон? - спрашивает адвокат.
Да, еще минутку.
Нажимаю на контакт Килиана и набираю сообщение, после отправки я его стираю, чтобы Гродинский не прочитал.
- Держите, спасибо.
Эх, игра только начинается.

***

POV Килиан.

В последние дни было столько дел, что даже домой не приезжал, оставался в городской квартире. Адвокат уже должен был поговорить с отчимом Ники, и все эти дни переживал, как она это воспримет.
Когда я заезжаю во двор, то вижу, что Ник выходит из своей машины.
- Привет, - говорит он, видя меня. - Я уже думал, что ты забыл сюда дорогу.
- Привет. Нет, конечно, но ты знаешь сейчас очень много дел на фирме, поэтому не успеваю даже поесть, - и я не преувеличиваю.
- Ох, ты наш трудяшка. Пошли, бедненький, тетя Маша тебя покормит, она сегодня решила сделать лазанью.
- Хоть что-то хорошие есть в этом мире. За ее блюда, я отдам что угодно.
Тетя Маша, наша домработница, а также наш повар, няня, когда надо бабушка, когда надо друг. Она с нами уже столько лет, что я и не помню нашу жизнь без нее.
Мы заходим в дом, в столовой уже сидят Адам и Дэниэль.
- О, я думал ты про нас забыл, - говорит Адам, вставая для рукопожатия.
- Да, вы издеваетесь. Меня не было всего несколько дней, а вы все говорите так, будто я на год пропал.
- Дела делами, но можно и навестить родственников, - говорит Дэн.
- Ладно-ладно, только отстаньте.
В этот момент заходит тетя Маша:
- Привет, милый. Я уже забыла, как ты выглядишь, - говорит она и теребит мои волосы, зная как я это не люблю.
- Хватит меня подкалывать, хотя бы ты так не делай, - и с этими словами я ее обнимаю. После смерти родителей она заменила мне маму, не давала почувствовать ее отсутствие, за что я ей очень благодарен.
- Хорошо, не дуйся, я тебе побольше положу.
- Эй, а я? - спрашивает Ник.
- Мне тоже, - в тоже время говорит Адам, деланно обижаясь.
- Так не честно, - не отстает Дэн.
- Ладно-ладно, там на всех хватит, только сопли не разводите, вроде взрослые люди, а ведете себя как дети, - говорит тетя Маша. - Я пойду на кухню, минут через десять все будет готово.
Когда она уходит мы говорим о том, кто как провел эти дни: Ник адвокат, на этой недели у него было три слушания; Адам управляет делами отца после его смерти, в этом дели очень много нюансов к которым он еще не привык, ему нужно больше времени; Дэн стал врачом и сейчас открывает свою практику, поэтому тоже бывает очень занят.
- Дядя Юра уже был у Воскресенского? - этот вопрос меня мучает с того дня, как я привез Нику домой. С ней было очень интересно поговорить, она мне очень

понравилась. Из-за этого чувство вины только обострилось, было очень тяжело ей врать, но я обещал дяде.
- Был. Дважды. Но он его все время выгоняет, сегодня должен был поехать к ним домой, но не знаю, пустят ли его, - говорит Ник.
- Я вообще не понимаю, кто он такой, чтобы запрещать нам увидеть сестру. Мы ее семья, а он не имеет к ней никакого отношения! - чуть ли не кричит Адам. С детства он всегда мечтал о сестре, а когда узнал о ней, то сразу захотел познакомится. Но ее отчим всячески этому препятствует.
- Адам ,успокойся. Я тебя понимаю, но пойми, многие годы он жила с ним, считала отцом. Когда ее мама с братом погибли ,он был рядом с ней ,поддерживал ее. Мы же для нее чужие люди, она даже не знает о нашем существовании. Надо понять Воскресенского, он лишь пытается защитить ее, - говорю я.
- Но не от нас же, мы не причиним ей вреда. Я просто хочу ее узнать, что в этом плохого? - уже более спокойно говорит Адам.
Наверное, с минуту мы молчим, но тут начинает говорить Дэн:
- Кил, ты ее видел, разговаривал. Расскажи нам о ней.
- Хорошо. Одно могу сказать точно, внешне она копия Николаса: у них обоих черные волосы, высокие скулы, ямочки появляются при улыбке. Что удивительно, даже глаза у них почти одинаковые, что странно, ведь они им достались от разных матерей. Наверно, у вашего отца была страсть к зеленоглазым женщинам, - на это они лишь усмехаются, и я продолжаю. - У них даже имена схожи: Ник и Ника.
- Что ж, хоть на кого-то я похож, а то эти два идиота вроде и братья, но совершенно отличаются от меня, я уж думал их нам подбросили, - высказывает свое предположение Ник.
И действительно, они хоть и тройняшки, но сильно отличаются друг от друга. Например, у Адама с Ником из общего только фамилия, а все остальное сильно отличается: глаза у одного голубые, у другого - зеленые; у Адама нос прямой, а у Ника с небольшой горбинкой, хотя подозреваю, у него это после той драки в восьмом классе; у одного волосы коричневые с медным оттенком, у другого черные; у Ника высокие скулы, у Адама же не очень.
А вот с Дэном совсем другая история. У него половина внешности как у Адама: голубые глаза, прямой нос; но другая половина от Ника: высокие скулы, родинка на подбородке, только волосы у него мамины: коричневые. Из-за этого мы его в детстве дразнили метисом.
- Ага, как же. Это тебя, наверное, нам подкинули, а то в семье все красавчики и тут ты, - не отстает от Ника Адам.
- Что ж, чувство юмора видимо Ника унаследовала от тебя, Адам. Она все время надо мной издевалась, в точности, как это делаешь ты.
- Ес! Ура! - кричит он, вскидывая кулак вверх. - Наконец-то, в этой семье появиться человек с нормальным чувством юмора, а то вы такие скучные, нормально даже не поговоришь с вами. Теперь я не один буду вас тролить.
Пока мы все смеялись, мне пришло сообщение.
- О, мне дядя Юра прислал сообщение, - говорю я, открывая его. И офигел. Там было написано: Конспиратор из тебя хреновый, сразу было ясно, что все подстроено. Испугались за ваши денежки? Вот и фиг вам. И еще пара нецензурных выражений.
- Что там? - спрашивает Ник, видя мое выражение лица. Я всем показываю сообщение, после его прочтения, лица у них не менее шокированные и удивленные, чем у меня.
- Какого... ? - нецензурно спрашивает Адам.
- Это шутка, что ли? - удивляется Дэн.
- Вряд ли, дядя Юра слишком серьезен для таких приколов, - говорит Ник.
Еще несколько минут мы перебираем варианты, но тут в комнату входит тетя Маша с едой. Ладно, ради такого можно и перерыв сделать.