Глава 7.
POV Вероника
Сегодня день оглашения завещания. Наверное, это была ужасная идея, прийти сюда. Я стою у ворот их дома уже минут пять, но никак не могу заставить себя войти. Так еще эти трое никуда не отходят.
Дом у них очень красивый. Он чем-то напоминает наш загородный дом: такой же большой, двухэтажный и с огромным садом. Я всегда любила там бывать, вдали от города, людей, всей этой суеты. Но вот уже год я никак не могу поехать туда, всегда мы были там вместе с мамой и братом, и приехать туда без них как-то неправильно. Поэтому войти туда очень тяжело. Да и внутри этого дома меня не ждет ничего хорошего.
Его семья меня, наверное, ненавидит. Особенно жена. Я ее и обвинить в этом не смогу, ведь я дочь любовницы. Но, с другой стороны, я не могу их жалеть и понимать. Они так переживают за свое наследство, что даже отправили ко мне своего человека. Килиан. Разумеется, на сообщение он не мог мне ответить, но я ждала, что хотя бы объявиться и все объяснит. Но нет. Возможно, он выполнил свою миссию, и я ему больше не интересна.
У них на каждом углу стоит охрана, поэтому удивительно, что они еще не вышли ко мне. Ведь им точно доложили о моем приезде.
Ладно, нужно зайти, не могу же я вечно тут стоять.
Я все же решаюсь открыть дверь и войти. И сразу же врезаюсь в кого-то.
- Черт! - кричит тот, с кем я столкнулась. Да, тут я с ним согласна, это и правда больно. Бедный мой лоб, наверняка, останется синяк, так и знала, что ничего хорошего приход сюда не принесет.
Я начинаю подниматься и только в этот момент вижу лицо незнакомца. Сказать, что я в шоке, ничего не сказать. Сразу понятно, что это мой брат. Я, конечно, знала, что родственники должны быть похожи друг на друга, но не до такой же степени. Передо мной стоит мое отражения, только с более грубыми и мужественными чертами. Господи, у него даже родинка такая же есть. Эта идентичность немного пугает.
У него на лице написано неверие, наверное, такое же, как и у меня сейчас. Видимо, он тоже не видел мои фото, поэтому это для нас обоих стало сюрпризом. Ладно, глупо просто стоять и пялиться друг на друга. Нужно что-то сказать. Только я хотела поздороваться, как она заговорил:
- Ты что слепая? Нужно смотреть куда идешь! Вот дура, - начинает высказывать мне этот придурок. Ах, так.
- Простите, ваше величество, - да, я хотела по-хорошему, но ты сам виноват. - Но не нужно вашу королевскую задницу держать под дверью, а то, мало ли, какой-то простолюдин захочет дверь открыть, и ее, боже упаси, заденет.
Сначала он немного растерялся, но вскоре взял себя в руки и, судя по всему, опять захотел накричать на меня, но я его прервала:
- Ох, не надрывайте ваши благородные связки, а то, как же вы без них на простых смертных потом ругаться будете? - так тебе и надо, кретин. Только я успела это договорить, как меня задушили в медвежьих объятьях. Ааа. Они все меня решили убить?
- Господи, я уже тебя люблю, - говорит мистер обнимашка. - Столько лет прошло, но я все никак не мог поставить этого, - он делает паузу, и уже смеясь, - принца на место. А у тебя на это ушло несколько минут. Ох, жаль ты моя сестра, а то я бы на тебя женился, за такой исторический момент.
- Эй, я вообще-то еще тут стою, если ты не заметил, - раздраженно говорит королевич.
- Так и я о том, не стой, - замечаю я и, видя его недовольное лицо, продолжаю. - Не для твоего ранга такое низкосортное занятие, лучше позови лакея пусть усадят тебя в кресло и поработает опахало, - после моих слов второй братец уже бьется в истерике, согнувшись пополам.
- Ааа, я больше не могу прекрати, - говорит он, утирая слезы.
- Так, все успокойтесь, - кричит кто-то, входящий в комнату. Повернувшись, я вижу, что это Гродинский. Что ж время пришло. - Хватит устраивать разборки, я собрал вас не за этим. Пройдемте в кабинет.
После его слов ни у кого на лице не остается и следа улыбок, все вспоминают, причину сбора.
Мы молча следуем за адвокатом. Обстановка в кабинете довольно мрачная, в основном, преобладают черные и серые цвета. Наверное, это был кабинет их отца. До сих пор, даже в мыслях, я не могу назвать его своим.
Все присаживаются: кто в кресло, кто на диван, кто за стол. Я начинаю рассматривать присутствующих: здесь мой близнец; мистер обнимашка; еще один молодой парень, судя по всему, еще один братец; женщина лет сорока пяти, сразу видно, что на пластику ушло много времени; рядом с ней мужчина примерно такого же возраста; в кресле сидит еще один мужчина немного помладше, он похож на двух моих братцев, следовательно это мой дядя; позади его кресла стоит женщина лет тридцати пяти, красивая и, на мой взгляд, очень хитрая и умная, таких следует бояться. Осталось лишь одно место: между королевичем и угадайте кем? Да, да. Килиан. Неужели этот обманщик тоже член семьи? Нет, не хочу с ним сидеть рядом, поэтому отхожу к окну.
Тем временем, Юрий Алексеевич уже достал документы и начал говорить:
- Дмитрий оставил не только письменное завещание, но еще видео обращение ко всем вам и личные письма каждому, - говорит он. - Запись вы увидите сейчас, а письма я отдам вам после оглашения.
Гродинский включает видео и перед нами появляется Дмитрий. Если бы не голубые глаза, то внешне он был бы копией меня и того парня, с которым я столкнулась.
- Здравствуйте, раз вы смотрите это, значит меня уже нет, - начинает говорит мужчина. - Я знаю, большинство сидящих в этой комнате меня за что-то ненавидят. И я не отрицаю, что есть за что. В жизни я совершил множество ошибок, за что обязательно расплачусь. Не знаю, как это будет и как я умру, но думаю это случится очень скоро. Я не буду пытаться извиниться перед всеми вами, вряд ли это что-то изменит. Просто надеюсь, что вы будете счастливы, - он молчит несколько секунд, но потом продолжает. - Адам, Николас, Дэниэль, я горжусь вами, вы выросли очень хорошими сыновьями и, надеюсь, добьетесь успеха, - он опять делает перерыв. - Вероника, - после того, как слышу свое имя, я цепенею. Все в комнате оборачиваются ко мне. - Я надеюсь, ты слышишь меня сейчас. Не знаю, успел ли я с тобой познакомится или нет, но хочу, чтобы ты поняла, я никогда тебя не бросал. Прочитай мое письмо, возможно, оно даст тебе многие ответы. Перед тобой я виноват больше всех, - думала это будет легче, что ничего не буду чувствовать по отношению к нему, но как же я ошибалась. - Я оставил вам всем письма, Юра отдаст их вам. Что ж, на этом все. Прощайте, - и экран погас.
Некоторое время после этого все сидели молча, каждый в своих мыслях.