1.
– Вот дерьмо, – выдохнула она, смяв пустую пачку в пальцах. Тяжёлый воздух, пропитанный гарью и пылью, обжигал лёгкие. Девушка прикрыла глаза, и тут на плечо легла мягкая ладонь. В ней чувствовалась хрупкость, и вместе с тем – робкий страх. Ладонь сжимала кость так осторожно, будто боялась сломать. – У меня сигареты кончились. – Опершись спиной о грязную стену, она снова обрела подобие устойчивости на дрожащих ногах.
– Ты себя совсем не бережёшь! – фраза, хоть и негромкая, полоснула по ушам, словно молния, вызывая болезненный звон. – Почему ты никогда меня не слушаешь? – в голосе с каждой секундой нарастало отчаяние.
– Если пришла читать нотации, проваливай. Мне сейчас не до тебя.
– Я пришла, чтобы твой брат тебя здесь не придушил. Ты же знаешь, как он к тебе относится.
– Чёртова сука!
– Лёгок на помине, – прозвучал холодный ответ.
– Тебе было приказано разузнать обстановку и сообщить отцу. А ты решила сдохнуть и сорвать операцию? – грубая хватка сдавила горло, впечатывая спину в стену.
– Как поживает сестричка Мэй? Опоздал. Снова трахал эту девицу в раздевалке? – В ту же секунду лезвие коснулось щеки. Холод стали остужал кипящую кровь. – Ты же знаешь, это не игрушка. Порежешься ненароком.
– Тебе жить надоело?
– Брат, успокойся. Отец скоро приедет, нам пора.
– Увижу тебя ещё раз – клянусь, убью.
– Вот дерьмо, – прошептала она, уронив голову. Взгляд зацепился за мокрый асфальт. Сил не осталось. Вдалеке мелькнули два силуэта, быстро растворяясь в темноте. Веки наливались свинцом. Как бы она ни сопротивлялась боли, расползавшейся по всему телу, глаза закрылись.
– Что делать с девушкой?
– Уберите здесь всё. Дальше я сам.
– Все слышали? За работу.
Десятки мужских голосов отдавались эхом в голове. Шум в ушах, пульсирующая боль в висках не давали открыть глаза, увидеть, кто склонился над ней, накидывая что-то тёплое на плечи.
– Тебе сейчас нельзя, – словно прочитав мысли, произнёс приятный, зрелый голос. – Дурёха, ты же знаешь, как я за тебя переживаю.
– Дедушка, почему ты здесь?
– Поехали. Я тебя подлатаю, – девушка с трудом открыла глаза. Мутно. Темно. Холодно. Сфокусировав взгляд, она смогла различить смутные силуэты. Грустные, мудрые глаза смотрели на неё с улыбкой, пока она снова погружалась в забытье. – Позволь старику ещё раз тебе помочь.