2.
Ледяной ветер пробирал до костей. Туман плотной пеленой застилал окрестности, и солнце не спешило пронзить эту серую завесу своими лучами. Холод. Сегодня, завтра, всегда – казалось, эта стужа поселилась здесь навечно.
– Что с Мари? – Голос, пропитанный ядом, разорвал тишину. Сделав глоток обжигающего напитка, мужчина сжал губы в тонкую линию, обводя взглядом опустивших головы подчиненных. В каждом сантиметре комнаты ощущался липкий страх. – Неужели вы не способны удержать в узде эту мелкую сошку? На что вы вообще годитесь?!
Звон разбитого стекла вмиг заполнил пространство. Осколки градом посыпались на кафельный пол, их хрустальный перезвон эхом отдавался в ушах.
– Отец, мы дали ей указания, но наших людей захватили. Сестра Мари проникла в их убежище, не поставив нас в известность. Как только разобрались с заварухой, мы бросились за ней, но опоздали. Мы виноваты.
– Да что мне твои извинения! – Кулак сжался, и, не раздумывая ни секунды, мужчина нанес молниеносный удар под дых. Схватив парня за шею, он рывком опустил его на колени, вдавливая лицом в пол. – Смеешь мне перечить?
– Никак нет, отец.
– Тогда прими свое наказание. – Острые осколки стекла впились в лицо. Крепкая рука с силой вдавливала голову все ниже. – Открой рот.
– Отец, прошу вас! – Девушка шагнула вперед. – Мари слышала приказ. Решение действовать в одиночку – ее личная инициатива.
– Еще слово, и окажешься рядом с ним.
– Директор, к вам пришли, – дверь приоткрылась, в проеме возник высокий мужской силуэт.
– Свободны. – Головы склонились еще ниже, и трое из пяти поспешно выскользнули за дверь. Девушка подошла к лежащему на полу парню.
– Идти можешь? – Она протянула руку к его плечу, но тут же отдернула ее.
– Не трогай меня! – Парень злобно оскалился, поднимаясь с колен. Быстро поклонившись, он вылетел из комнаты. Девушка последовала за ним, убежав следом.
– Снова ты срываешься на своих отпрысках? – Вошедший мужчина стремительно пересек комнату, окидывая взглядом оставшихся. – Одним лишь кнутом покорных жеребцов не вырастишь.
– Интересно, когда это я спрашивал твоего мнения?
– Вот как раз из-за этого в твоей жизни и не хватает радости.
– Печальнее вида молодого пессимиста может быть только вид старого оптимиста, – мужчина опустился в кресло, запрокинув голову и зажав между губами сигарету. – Зачем ты пришел? Мари у тебя?
– А мне уж подумалось, мы поговорим как старые приятели, без формальностей.
– Мы давно перестали быть приятелями. Эта чертовка слишком привязана к тебе. Мне это мешает. Из-за этого одни проблемы. – Сигарета быстро тлела, наполняя комнату удушливым дымом.
– Так отпусти ее, зачем ты цепляешься за нее? Дай ей свободу, раз она тебе только мешает, – мужчина пожал плечами, усаживаясь напротив.
– Мари принадлежит мне. Я вытащил ее из того дерьма, в котором она тонула. Кто знает, что бы случилось, оставь я ее там в тот день? Сдохла бы уже.
– Она сильная, справилась бы. И тот ад, который она пережила, до сих пор тянется за ней тяжелой цепью на лодыжках.
– От нее всегда требовалось меньше, чем от других. Почему она не может принять мои условия, быть покорной? Жила бы себе спокойно и бед не знала. Будь она умнее, давно бы нашла ту девчонку. Возможно, я бы даже даровал ей помилование, позволила бы жить с ней вместе, – держа между пальцев уже потухший окурок, мужчина смотрел сквозь собеседника, прожигая взглядом стену.
– Ты ни черта не понимаешь, Джордж.
– Директор, – мужчина взглянул на дверь, раздраженно прикрывая глаза. – Председатель здесь.
– Еще хлопот с ним не хватало, – откинувшись на спинку кресла, мужчина потер переносицу загрубевшими пальцами. – Отправь Мари обратно. Если она снова вздумает своевольничать, я ее убью, – покрасневшие глаза встретились с хмурым взглядом сидящего напротив. – Не лезь в наши с ней дела. Будешь мешать и подкидывать моим людям мусор для отвлечения внимания – я убью вас обоих, и глазом не моргну.
– Я тоже был рад встрече с тобой, Джордж, – уголки губ мужчины дрогнули в улыбке. Улыбка была искренней, без намека на лесть. – Жить мне осталось не так много, но умирать от твоей руки мне бы все же не хотелось.
– Если нужен хороший врач, я пришлю тебе своего человека, – прохладная ладонь опустилась на плечо сидящего мужчины. – Без тебя Мари и вовсе слетит с катушек.
– Ты все еще умеешь сопереживать? Я удивлен, Джо.
– Единственное, что меня пока интересует, это ее жизнь. Будь добр, не подведи.
– Как прикажете, директор.