Глава 4.
Потрепанная хибара Джесс привлекала к себе риэлторов. Настолько часто, что весь дом был практически увешан табличками "Не продается". Некоторые из них уже выцвели, получив свою надпись повторно, поверх пыльной истрепанной ветром бумаги. Другая же часть была вбита в землю на тонких, рассохшихся кольях, некогда выкрашенных белоснежной краской.
- Участок дерьмо. - пояснила она - Просто к городу близко. Мой несгораемый запас. Продам, если станет совсем туго.
На мгновенье задумавшись о неточности собственного сравнения, она сплюнула через плечо, постучав по рассохшейся старой балке.
Оглянувшись назад, Хаана запоздало отметила, что соседские строения содержались в намного лучшем виде.
- Я с ними даже не знакомлюсь. - проследив ее взгляд, женщина достала из кармана ключ, отперев сначала деревянную дверь, а затем крепкую стальную решетку. - Они здесь надолго не задерживаются. Немного найдется любителей глотать вместо завтрака пыль от шоссе. Все на одно лицо. Молодые семьи, польстившиеся на близкую дистанцию. Заводят детей - и тотчас уезжают. Я бы тоже свалила, если б было куда.
Внутри оказалось намного уютней, чем могло показаться снаружи. Не считая того, что большинство мягкой мебели было застелено простынями, гостиная легко могла бы походить на открытку идеальной жизни, лет двадцать пролежавшую в шкафу.
- На новые диваны денег нет. Я снимаю их, когда приходят соцслужбы, чтоб им провалиться...
- У тебя есть ребенок?
- Дочь. Познакомитесь, когда вернется из школы. Хлопья в шкафчике на кухне - тоже бутафория. Не вскрывай, там лишь песок.
Хаана кивнула, продолжив слегка неловко озираться по сторонам.
- Пойдем, я покажу тебе комнату. Остальное посмотришь сама, как будет время. Мне здесь особо нечего скрывать.
Отбросив ключи на придверный столик, Джесс направилась в сторону коридора, ведущего через гостиную в спальни.
Следуя за ней, девушка задумчиво отметила количество разбросанных по дому газет с обведенными карандашом заметками о вакансиях.
- Ищешь работу?
- Всегда ищу. - усмехнулась женщина, наспех откинув упавшую на лицо прядь. - Нас ведь с Эйми двое. Поначалу я пыталась работать на одном месте, но потом поняла, что это глупая затея. Платят мало. Времени уходит много. По сути, протираешь штаны ни о чем. Я беру смены и выстраиваю собственный график. Убираю офисы и заводские залы. Им все равно, во сколько я пришла. Пару часов там, потом сразу же на другое место - и так дальше по кругу. Если пересчитать, сумма за ночь выходит больше. К тому же, нет под рукой коллектива и всего, что с ним связано, а это значительно упрощает жизнь.
Толкнув небольшую затертую дверь, она впустила Хаану внутрь комнаты, сплошь заставленной огромными коробками.
- Когда я купила этот дом, здесь было море хлама. От части я избавилась. Другую часть свалила на чердак, чтобы разобрать потом на продажу. Руки так и не дошли, а теперь, когда потекла крыша, пришлось их снова спустить сюда. Можешь составить в коридор у стены то, что будет мешать. Если увидишь что-то тебе полезное - забирай. Много с этого все равно не выручишь.
Хаана кивнула.
- Постельное белье лежит в шкафу в гостиной. Осваивайся понемногу, а я пока пойду, измыслю какой-нибудь обед для Эйми.
С этими словами Джесс покинула комнату, оставив ее одну в компании пыльных стен и старой мебели.
Подойдя к одной из коробок, Хаана попыталась немного сдвинуть ее, отметив про себя увесистость ее содержимого.
"Алюминиевый чайник, портретная рамка, газетные вырезки и килик"
- Господи, Нэйт! Откуда, черт возьми, ты вообще знаешь это слово?!
Достав из коробки плоский керамический сосуд на приземистой ножке, девушка некоторое время с интересом разглядывала его, отметив про себя, что, не считая ручек, походил он в большей мере на пепельницу, нежели на тарелку. Этнические узоры на нем почти истерлись. Судя по сколам, хранили в нем в основном ключи и другие мелкие металлические объекты.
- Похоже на сувенир...
"Им и являлся"
Незнакомый витиеватый шрифт на нижней стороне служил этому отличным подтверждением.
Выставив лишнее в коридор, Хаана составила оставшиеся коробки так, чтобы освободить центр комнаты, а вместе с ним и подход к кровати.
Пыли, оставшейся на полу, легко хватило бы на то, чтобы сделать стеганое одеяло. Стараясь не нацепить на себя ее больше, чем ту, что осела на коробках, девушка вернулась обратно в гостиную, чтобы попросить у Джесс то, что поможет ее прибрать.
- Утро доброе.
Крепкий старик, задумчиво сидевший на диване, стал для нее
неожиданностью. Растерянно кивнув, она сделала пару неловких шагов в сторону кухни, проклиная себя за то, что не догадалась уточнить у Джесс, живет ли здесь кто-то еще.
Заметив ее замешательство, незнакомец рассмеялся так громко, что старое пианино в углу ответило ему противным металлическим звуком.
- Это Бобби. - рассмеялась Джесс, с интересом выглянувшая из кухни. - Он помогает мне чинить эту чертову крышу. Боб - это Хаана.
- Неужели ты наконец-то вняла моим советам и решила сдать третью комнату. - кивнув в знак приветствия, старик встал, с интересом оглядев Хаану и Джесс.
- Кончай дурака валять. Будто бы сдалась кому-то эта комната, этот дом, и все мы. - Закатив глаза, женщина всплеснула руками, измазанными чем-то жирным. - Лучше помоги Хаане, пока я закончу. Она поживет у меня.
- Так значит, про комнату я не ошибся. - усмехнулся Боб, кинув веселый взгляд в опустевшие двери кухни.
- Ошиблись, если аренда подразумевает плату. - слегка улыбнулась девушка.
- Деньжата бы нам всем пригодились. Не думаю, что смог бы представить кого-то, кто отказался бы от столь заманчивого предложения.
- Монахи-отшельники. - вырвалось из уст Хааны, и она метнула едкий взгляд в дальний угол гостиной.
- А ты смышленей меня. - рассмеялся старик, бессознательно проследив ее взгляд - Хотя кому я вру, теперь уж вся молодежь, наверное. Раньше знания трудно было достать, а теперь всего в пару касаний.
"Проще не значит лучше"
Эту мысль Хаана решила придержать при себе, желая избежать участия Нэйта в дальнейшем диалоге.
- Мне нужно что-нибудь, чем можно вымыть пол. Хоть тряпка, не важно.
Бобби кивнул, проводив ее в сторону ванной. Там же, в шкафу, обнаружились полотенца, одно из которых девушка забрала для себя.
- Не думал, что Джесси всерьез на это решиться. - покачал головой старик, когда Хаана вновь вернулась с очередной порцией чистой воды.
- Решиться на что? Поселить здесь кого-то?
- Она давно еще об этом говорила. Но у нее ведь дочь. Абы кого не притащишь.
- А я разве не абы кто? - нахмурилась девушка, тщательно выполоскав темно бурую тряпку.
- Ты женщина. На пропойцу не похожа, да и вряд ли за тобой прибежит муж, проламывая топором окно, как было у одних моих соседей. В целом, уже неплохой вариант, не находишь?
- Я лишний рот.
- Не лишний рот, а бесценные руки. С тобой она сможет брать больше работы. Вдвоем быстрее выйдет. А рот? Ну что рот? Поесть можно и в церковной столовой. Джесс хорошо умеет выживать, ей это не впервой.
- Хорош восхвалять там мои достоинства, едкий плут. - послышалось в дальнем конце коридора - Полезли-ка лучше на крышу, она не починит себя сама.
Оставшись одна, Хаана еще пару раз вытерла пол и направилась в ванну.
- А ведь это похоже на дом, слышишь, Нэйт? Дом, в котором мы останемся, и, возможно, надолго.
Еще никогда горячие струи из ржавой прикрученной к кафелю лейки не приносили ей столько тепла.
Зажмурив глаза, она подставила под поток голову, чувствуя себя словно стоящей в пещере, сокрытой под водопадом.
За водопадом всегда находилась пещера. Иначе и быть не могло. Это детская правда.
***
- Ладно. Всё. Сворачиваемся на сегодня. - отодвинув ведро ногой, Джесс прижалась спиной к стене, позволив позвонкам с хрустом выпрямиться.
Это был третий объект за ночь. Даже в перчатках, руки Хааны походили на морскую губку.
- Устала?
Девушка кивнула в ответ, понимая, что прикидываться смысла не было.
- Выйдем на воздух, станет легче. – понимающе улыбнулась женщина - Этот пыльный запах словно в ноздри въедается.
Легче и правда стало. Теперь, когда она знала, что впереди ее ждет постель, предрассветная тишина вновь начинала казаться ей не такой уж и скверной.
В столь ранний час пешеходов на улице было немного. Одиночки, спешившие в сторону остановок, бросали друг на друга взгляды, преисполненные сочувственным пониманием. Редкие ночные продавцы, курившие возле дверей своих магазинов, провожали их пустыми немигающими глазами, словно смотрели на скользившую по улице листву.
Даже машины попадались по пути крайне редко. Город изо всех сил цеплялся за утреннюю дрему, которой очень скоро предстояло исчезнуть.
- Давно ты так? - вопрос казался слишком личным, но, проработав бок о бок всю ночь напролет, казалось, что граница доверия стерлась, оставив лишь рамки желания отвечать.
Перейти на «ты» оказалось несложно. Сложнее было вспомнить это утро, когда подозрения гудели в ее голове задетой гитарной струной. И все же она была неправа. Время имело значение, пусть даже самое малое.
- Ты хочешь знать, давно ли я так тяну баржу одна? - усмехнулась Джесс, окинув ее хитрым взглядом.
- Это запретная тема?
- Да нет, почему? - дернув плечами, женщина задумчиво кинула взгляд на фонарь, неустанно подмигивавший жестким желтоватым светом. – Скорее, скучная. История глупенькой Джесс...
Произнеся последние слова почти раздельно, она немного помедлила, словно собирая мысли воедино.
- У моего отца были проблемы с выпивкой. Проблемы с дисциплиной. Да и вообще он был одной большой проблемой. Мне было пять, когда мать кинула его. Мы тогда переехали в Гринвэй. Она пыталась крутиться одна, но надолго ее не хватило. Не помню, год или полгода. Потом нашла себе нового, которому «довесок» был не нужен. А тут, как раз, и мой папаша очнулся. Вышел, видать, из запоя - и вспомнил о том, что у него, вроде как, была дочь.
Воскресный папа, ну, и всякое такое, сама, наверное, не раз видела. Конфет полные карманы, луна-парк по выходным. Она ему поверила. Просто потому, что ей хотелось верить. Новый кавалер ненавязчиво намекнул, и меня быстро сбагрили обратно к отцу, присылая подарки на рождество. Я сбегала от него трижды. Первый раз с компашкой хиппарей, второй - уже сама, на попутках, а третий... Третий раз затянулся. Я встретила парня со стопкой измятых купюр и личиком, достойным бога. Папа сказал "нет", я сказала "да", но уже не ему и совсем на другом конце штата. Через пару лет родилась Эйми. С психикой у моего избранника было сразу не в порядке, но куда мне, влюбленной дурехе, это было разглядеть? Если раньше он махал кулаками на улице, порой даже за деньги, то, когда ему осточертела семейная жизнь, он решил принести эту привычку домой. Да еще не гнушаясь подручных предметов.
Я тогда сразу поняла, что исправить это все не получится. Жаль, только, Эйми сберечь не успела. Шрам у нее на лице... это он сделал. Адвокаты приняли этот факт во внимание и отдали ее мне, даже не взглянув на то, что, кроме носового платка, в моих карманах ничего сроду не было. Наверное, предполагали, что я вернусь к отцу.
- Но ты не вернулась...
- Зачем? Хватит с моей дочери больного папаши, чтоб еще и наградить ее сверху дедулей с кривой мордой. Отец не бил меня, нет. Но хватает и того, какой я выросла. У нее должен быть свой путь. Я отсудила в компенсацию что могла и купила этот дом. Не хорошо и не плохо, наверное, как есть.
Хаана невольно поморщилась. Шрамы на лице девчонки были поистине уродливы, но, все же, каким-то немыслимым чудом, не сильно искажали мимику.
Они виделись всего лишь пару минут, но даже этого времени хватало на то, чтобы прочесть недетский взгляд в глазах ребенка.
Очутившись в салоне пыльного автобуса, Хаана устало прижалась лицом к стеклу, наблюдая за тем, как огромные кирпичные высотки равнодушно проносятся мимо.
- Скажи, почему ты выбрала именно этот город? - сквозь отражение в стекле лицо Джесс казалось серым, будто бы призрачным. Она слегка пожала плечами, качнув головой, словно это движение было лишь автоматическим.
- Не знаю. Я бывала здесь еще в первый раз, когда мы катались с компашкой патлатых. Наверное, это было первым, что в голову пришло. Приятные воспоминания из детства почти всегда остаются самыми яркими.
- Наверное. - Хаана слегка улыбнулась, притронувшись кончиком пальца с серому следу на стекле, оставшемуся от давно уже высохшей капли. - Как думаешь, люди всегда выбирают места, где когда-то уже бывали?
- Да черт его разберет. Я думаю, это просто какая то часть давно забытого инстинкта. Бежать знакомыми тропами. Ассоциации порой берут над нами верх.
Почувствовав на себе взгляд, Хаана оглянулась на дальнее кресло возле окна, найдя эту мысль внутри себя верной.
От этого и впрямь веяло чем-то диким и первобытным. Точь-в-точь таким же, как при долгом взгляде на одиноко стоящий в ночи фонарь. Оказавшись в кромешной тьме, простой человеческий глаз ищет именно этого. И никогда не перестает искать, даже если сознание знает, что света здесь нет.
Покинув автобус, остаток пути они прошли молча. Слегка пошатываясь от усталости, словно пьяные, задевая неровные плиты носками
ботинок.
Утро постепенно вступало в свои права, наполняя воздух шорохами, доносившимися из распахнутых окон. Еще совсем немного - и хлопки дверей смешаются с шумом моторов.
Все это сильно напомнило ей дом, оставшийся где-то вдали. Те же дорожки, заборчики, лавочки. Те же ухоженные кусты и подстриженная трава. Вот только шум шоссе, да подступавший со всех сторон город уничтожал привычную идиллию спокойной, мирной и размеренной жизни.
Обернувшись стоя на крыльце, Хаана в последний раз бросила взгляд на нависавшие поверх крыш высотки.
«Близко. Слишком близко»
Оставшийся на ночь Бобби встретил их простодушным храпом, вовсе не замечая, как вверенная ему малышка раскладывает по тарелкам кривовато нарезанные бутерброды.
- Доброе утро и... с возвращением...
Получив из рук Эйми тарелку, Хаана инстинктивно вернулась мыслями к рассказанной ей истории.
Девчонка не избегала взглядов, напротив, открыто и твердо смотрела на нее в ответ пронзительно синими глазами, на дне которых затаилась хрупкая жесткость.
Ужиться со шрамом еще было можно. Намного труднее давалось доверие. Немногие его остатки были надежно припрятаны где-то внутри. В свои девять лет она отлично знала им цену.
И все же она протянула тарелку, слегка наклонив голову и внимательно изучая Хаану, точь-в-точь так же, как и прошедшим днем. В этом взгляде ощущалось что-то близкое. Родное и привычное, будто бы девушка смотрела на себя сама сквозь толщу времени.
- Значит, ты теперь у нас будешь жить?
- Буду, если не прогонишь. - в ответе Хааны не слышалось ни грамма сарказма, и Эйми слегка нахмурилась, стараясь осознать столь взрослое к себе отношение.
- На заднем дворе есть качели. Они мои, но ты тоже можешь на них качаться.
Хаана кивнула. На этом их небольшой разговор был закончен. Убрав остатки дешевой колбасы в холодильник, Эйми начала собираться в школу, и девушке ничего не оставалось, как усесться за стол со своим небогатым завтраком, наблюдая за тем, как Джесс собирает в высокий хвост густые волосы своей дочери.
Это немного напомнило ей свое детство. Ее отец довольно долго сокрушался, когда она обрезала свои волосы, уничтожив этим крошечный семейный ритуал. Возможно, лишь теперь, в какой-то мере, она смогла понять его значимость.
Дождавшись момента, когда малышка уйдет, наградив неуклюжим поцелуем едва проснувшегося Бобби, она взглянула на Джесс, задумчиво смотревшую в окно.
Усталость на ее лице выстраивала серые морщинки в неровный узор. И все же ее теплый взгляд был прикован к постепенно удалявшейся фигуре дочери. Словно она брела вслед за ней на просторах устало текущих мыслей.