Глава 7
Я проснулся, когда наш отряд принуждённых добровольцев по выяснению обстановки уже дал деру. Вернее, они просто снова пошли на пассивный штурм зимнего дворца. Прошлую свою неудачу они объяснили отсутствием Петра в России и приездом его только сегодня утром. Поэтому я в спокойствии встал, умылся и пошел в зал. Там было шумно, весело и накурено. Очень быстро обнаружились и мои сотоварищи. Михаил сдержанно поприветствовал (надо будет спросить, не из Прибалтики ли он), а Длинный подскочил ко мне вплотную, хлопнул по спине и полу-проговорил полу-прокричал:
- Ну и горазд ты спать!
- А который сейчас час? – поинтересовался я.
- Блин, дружище, у тебя часы на руке висят, забыл что ли?
Я ошалело посмотрел на свою левую руку, готовясь увидеть там что-то страшное. Но оказалось, это были всего лишь часы Виктора.
- Тьфу ты - ну ты! Так это не мои, это часы математика. Кстати, надо бы вернуть, пока я и их не сломал. Слушай, а наш гуманитарий всегда такой молчаливый?
- А? Что? Ну да. Все утро как пришибленный.
- Эй! Великий блюститель грамотности и законов русского языка!
- Да-да?
- Сахаров хренов, - пробормотал я под нос, вспоминая ученого из одной популярной игры. – Ты чего с утра как мешком е… В смысле, ударенный.
- Здравствуй, Ник. Я обдумывал твои слова.
- Это какие? Я много чего вчера сказал.
- Что человечеству нельзя доверять такие знания.
- Ой, да ну тебя! Нашел из-за чего расстраиваться. Наши математики, планировавшие экспедицию, все просчитали и спрогнозировали. Мы же не одному Петру собираемся все это втолковывать. Еще девять таких групп как наша будут делиться знаниями с германцами, французами, испанцами, арабами, китайцами, индусами, индейцами и еще двумя какими-то более-менее продвинутыми державами. Так что если кто-то возомнит себя маленьким Гитлером в подтяжках…
- Он еще не родился.
- Фигура речи. Так вот, если кто-то полезет воевать, огребет люлей больше, чем в песне про березку. Это как та байка про две ядерные бомбы – в Сибири и США.
- Ладно, будем считать, что ты меня успокоил.
На этом мы и сошлись, а я пошел к трактирщику и попросил пшённой каши, молока и хлеба, показал, где усядусь (все тот же укромный уголок), достал плеер и погрузился в музыку.
На меня с подозрением косились, редкие детишки тыкали пальцем (кто их вообще сюда пустил?), но подходить никто не смел. Наверное, зря наши ученые настояли на несоблюдении маскировки, но так я хотя бы могу музыку послушать. Наверное, это чтобы произвести впечатление на местного царя, чтобы он сам захотел принять наши… Ну, дары – не дары, но что-то в этом роде. Как-никак на нас лучшие психологи работают. А меня попросили в плеер русской классики местного и слегка прошедшего времени накачать. Пришлось пол Википедии облазать, пока не нашел русских композиторов времени правления Петра I.
Мне уже принесли мною попрошенную еду, я расплатился и начал было есть, когда в кармане у меня завибрировал коммуникатор. Я достал его и прочитал: «Быстро во дворец! Очень нужен!» Решив, что «быстро» и «очень» это не «срочно», я продолжил трапезу. Но через пять минут в кармане опять почувствовалась вибрация. На этот раз там было написано: «Хватит жрать, хряк лесной! Срочно сюда!» Это уже обидно. Я назло решил доесть (деньги-то я уже заплатил!), медленно собраться и прогулочным шагом прийти во дворец. И если первые два пункта я выполнил перфектно, то с третьим не заладилось.
В следующем сообщении было написано: «Придешь через десять минут – после задания получишь месяц оплачиваемого отпуска, не придешь – нас на кол посадят». Решив, что дело серьезное (как будто об этом не говорили два предыдущих сообщения), я быстро ввел в курс дела Длинного и бегом отправился во дворец, используя карту в коммуникаторе. Кстати, очень интересная технология навигации. В ней нужно на карте указать две точки – точку, где ты есть, и точку, куда ты направляешься. Далее встроенный шагомер измеряет твою скорость и по ней изменяет положение ползунка, обозначающего тебя. В машине нужно подключить такой навигатор к спидометру.
В назначенный срок я все же успел. Стражника на входе (почему он там один?) пришлось вырубить ударом локтя в подбородок. За то я успел за две минуты до истечения времени. И тут же понял, куда делась стража со входа. Трое стражников держала алебарды (больше напоминающие полумесяцы на длинных палках, но я не помню, как называется эта приспособа) у спин Михи, Виктора и Николая. Сам царь восседал на троне и держал руку готовой к отмашке.
- Стой, холоп! – раздался властный голос Петра Первого. – Ты ли тот, кто должен меня убедить помиловать этих троих колдунов московских?
- Не колдуны они, милостивый царь! – понятия не имею, откуда взялся этот слог, - Ученые эти двое, - я указал на Виктора и Николая, - а это охранник их – солдат.
- Солдат? Не смеши меня, холоп! Какой же он солдат – без оружия-то?
- Миха, блин! Ты что? Калаш что ли в комнате оставил?! – спросил я приглушенным голосом своего командира. Тот указал на стоящий у стены АК.
- Да и форма его не солдатская. Был я в Москве. Не так там солдаты выглядят.
- Как доказать тебе, милостивый царь, что он – солдат, а эти двое – ученые?
- Солдат твой должен победить отряд моих стражников, а ученые… Ученые… Пусть один ученый покажет мне, как библиотеку в карман уместить, а второй - оркестр.
Ну не бывает таких совпадений! Никак не может быть! Я кинул Виктору свой плеер с наушниками, а Николай достал свою электронную книгу-читалку.
- Простите, милостивый царь, а может ли солдат взять одну из вещей, что у него отобрали?
- Пусть берет любую, но одну!
- Миха, у тебя рожок полный?
- Увеличенный до пятидесяти патронов!
- Отлично! Милостивый царь, разреши ему взять свое оружие, стоящее вон у той стенки.
- Врешь небось, холоп! Какое же это оружие? Но ладно! Пусть берет! Стража! Дать ему его оружие и вывести во двор! Поручик!
- Я! – откуда ни возьмись, выскочил человек в офицерской форме.
- Скажи отряду из раскаявшихся воров, пусть во дворе строятся!
- Не извольте волноваться, будет сделано!
Михе вернули его верный АК и вывели во двор, где уже строились штрафники. Мы двинулись за ним.
Отряд воров состоял из десяти мушкетеров (если что, мушкетеры – это люди, стреляющие из мушкета, а не шпажисты) и десяти человек с алебардами. Миха взял автомат на изготовку, царь махнул рукой и тут началось побоище. Стрелки успели сделать один залп, но свинцовые шарики были не в состоянии пробить сплав «Спектра». Алебардщики кинулись в атаку, но слегли с простреленными ногами. У лучников пострадали руки.
Как хороший стрелок и довольно гуманный человек, командир нашего отряда не стал стрелять на поражение, а всего лишь повредил конечности нападавших. Пули прошли навылет, не задев костей и сухожилий. Я же набрал сообщение Лехе, мол прибегай – помощь нужна.
Царь, осмотрев поле боя, произнес:
- Ладно, убедил ты меня, холоп. Солдат твой друг. А что же ученые?
- Что же вы хотите увидеть первым, милостивый государь?
- Пусть покажут мне карманную библиотеку!
К Петру подошел Николай и показал свою читалку. Минут пять учил государя, как ей пользоваться, но тот вскоре сменил недоверие восторгом.
- Ладно, холоп! Теперь пусть покажут мне оркестр, что в карман поместится.
Теперь к царю подошел Виктор. Тут уже Петр справился с обучением гораздо быстрее, математик показал ему, как выбирать музыку, увеличивать громкость и так далее. Следующие пять минут Государь Всея Руси наслаждался великими русскими композиторами через наушники моего плеера. Похоже, мне стоит с ним попрощаться.
- Хорошо! Смог ты мне доказать, что погорячился я немного. Но что же ты будешь делать с людьми моими покалеченными? Пусть они и воры да разбойники, но служили мне исправно!
- Извольте обождать, милостивый государь! Скоро друг мой придет – лекарь он непревзойденный, - тут я приврал, конечно, но среди всех лекарей при дворе не найдется такого, как Леха, - вылечит он твоих людей, не изволь беспокоится.
Длинный долго себя ждать не заставил, примчался почти сразу, как я договорил. Я успел у него спросить, приглушив голос:
- Как стражника на входе убрал?
- Локтем в подбородок!
- Красавец!
- Так ты и есть тот самый лекарь, что должен моих людей вылечить? – недоуменный взгляд от Лехи.
- Да, Ваше Величество, я! Одно только разреши сделать.
- Что же?
- Разреши одному из нас, - он указал на Миху, - вернутся на постоялый двор – больного мне там пришлось в спешке оставить.
- Хорошо, пусть идет, - Миха тихонько взял свой рюкзак с вещами, и сдристнул – по другому не скажешь. – Стража! Проводите лекаря к раненым.
Длинного вывели во двор, где минут пятнадцать назад случилось «избиение малолетних». Тот подошел к ближайшему раненому солдату и стал его осматривать.
- Это что с ними? По ним что ли стреляли?
- Да.
- Миха что ли такой гуманист?
- Ну да.
- Ладно, ползи сюда и помогай.
Следующие пол часа мы на пару осматривали, дезинфицировали и бинтовали раны пострадавшим. Потом Леха вынес вердикт:
- Жить будут, ничего важного не задето. Раны не загноятся – это я вам лично обещаю. Но им стоит недельку отлежатся.
Петр выслушал дополнительные рекомендации нашего медика внимательно и даже заплатил ему за помощь. Когда мы уходили, я сказал:
- Завтра мы принесем вам наше оборудование, пусть ваши знатоки-ученые выслушают, как им пользоваться. Мы пробудем здесь еще год и если им что-то станет не понятно – пусть идут к нам, - я назвал Петру постоялый двор, где мы остановились, и вышел из зала
На выходе меня встретил мощный удар в челюсть и слова:
- Мы квиты, с-сука! – стражник, которого мы с Лехой поочередно вырубали, явно обиделся. – На кой черт?! На черта вам обоим понадобилось меня бить?! Сказали бы, что торопитесь – я бы вас пропустил, но зачем сазу драться-то?!
Челюсть болела – удар у стражника был поставлен хорошо. Я поинтересовался:
- Как звать тебя, добрый, блин, молодец?
- Никакой я тебе не блин! А звать меня Васькой – я стражник привратный.
- Как служба, Васька?
- Без вас двоих было бы совсем хорошо. А так – не очень. Ты бы, кстати, догнал друзей своих – а то уйдут ведь.
Наша группа действительно ушла уже далеко, и я кинулся ее догонять. Через пол часа мы уже были на постоялом дворе – все в целости и сохранности, исключая Михаила, конечно же.
Уже там я вспомнил, что до сих пор ношу часы Виктора. Очень долго мне не хотелось отдавать их, но, в конце концов, пришлось. Я подошел к занудному математику, протянул часы и сказал:
- На, держи. Я забыл отдать.
- Спасибо. Хотя… Нет, возьми себе. Ты все-таки плеер потерял из-за меня.
- Очень частично из-за тебя и очень косвенно, но все равно спасибо, - медленно проговорил я, слегка ошалев.
И я уже подумал, что наш ученый зануда решил исправится, но нет! В следующую минуту он кинулся полоскать мозги Лехе, за то, что тот опять решил напиться в дрова. Кстати, на этот раз к нему подключился Миха.
День прошел спокойно, но довольно скучно. Будь у меня ноутбук, так я бы до ночи ним в обнимку просидел, а так пришлось искать какие-то другие способы развлечься – на компьютерах ученых игр не было. Кроме оригинальных Windows’ких, но это не комильфо.
Около полуночи все уже вповалку храпели.
Разбудил меня скрип половицы. Сквозь чуть-чуть приоткрытые веки глянув на часы, лежавшие на тумбочке, я обнаружил на них четыре утра. Тихонько осмотрел всю комнату и увидел темный силуэт с ножом, занесенным над Виктором. Поборовшись с совестью за жизнь ученого – чуть-чуть подождать, дать грабителю закончить и жить спокойно или не дать операции провалиться, моя рука скользнула под подушку, нашарила Смит-Вессон, и его ствол уставился на грабителя. Тот услышал шорох и обернулся. Пуля разнесла его череп в щепки – патрон одиннадцати миллиметров в диаметре – с этим не поспоришь, но проснулся Виктор и начал шепотом полоскать мне мозги. Теперь мне пришлось бороться с искушением закончить дело грабителя, который, кстати, наверное был из той банды, что уже нападала на нас.
Я прикрутил глушитель и вышел в коридор, где увидел трех улепетывающих коллег трупа. Пули настигли их на лестнице. Еще двое вывалились из дверей комнат сослуживцев. Один с простреленным брюхом, другой с нихеровым таким ножом в бедре. Одного дострелил из Кольта Леха, другой, проткнутый, получил от меня перерезанное горло.
Вывалился из комнаты Миха, на руке у него был длинный, но неглубокий порез, и приказал:
- Утащите отсюда трупы. Киньте в какой-нибудь канал или еще куда-нибудь.
Мы с Лехой дотащили тела до сточной канавы, кинули туда и вернулись в трактир, где Миха уже сидел в коридоре в обнимку с кувшином пива.
- Алкаш несчастный! Давай сюда, - я отобрал у него емкость, отхлебнул, передал Лехе, тот угостился тоже, и кувшин вернулся к Михе. - Пошли спать, солдатики несчастные.
Следующим утром мы втроем (я, Леха и гражданин начальник) отнесли во дворец к знатокам компьютеры с базами данных. Те сначала очень боялись к ним подходить. Потом мы уже стали боятся подходить к знатокам – больно фанатично они осматривали ученовские ноутбуки.
К концу дня мы научили их пользоваться компьютерами – интерфейс там был голосовой, специально настроенный на древнюю речь. Так что свое задание мы выполнили.
Вернувшись на постоялый двор, мы принялись ждать. А ждать нам оставалось без малого год.