Побег из жизни

Как только незнакомка напала на него в тени переулка и притащила в неизвестное заведение, Ансэл думал, что нет ничего сложного в том, чтобы от неё избавиться при первой же возможности. Но как только свет от огоньков свечей озарил комнату, парень понял, что так просто от неё теперь не уйти.
Зная себя и свой характер, колдун провёл параллель и пришёл к выводу, что девчонка так просто от него не отклеится, пока не добьётся всей правды.
На самом деле, Ансэл не ожидал сразу же встретить своего двойника, только-только перенесясь в неизвестный ему доселе мир. Оказавшись с ней нос к носу в запертом, тесном помещении, парень почувствовал исходящую от девушки угрозу и враждебность, что намного усложняло задачу. Желая как можно скорее отвязаться от упёртой незнакомки, пришлось согласиться на ее глупые условия, ведь самому переместить Ансэлу не представлялось возможным, так как его силы ещё не до конца восстановились, хотя появилась возможность перенестись на недалекое расстояние.
Сдержав порыв отдернуть руку когда девушка сжала его в крепкой хватке, Ансэл терпеливо ждал, пока тьма рассеется и его взору не открылась знакомая ухоженная улица, освещённая тёплым, желтым светом фонаря.
Через чур резко вырвав руку, парень поправил галстук и обернулся, увидев аллею, ведущую к ступеням дворца, его, но в то же время не его дома. Замок в его мире был чернее ночи, а этот мог сравниться с белизной далеких звёзд. Даже глубокой ночью сооружение будто светилось изнутри голубоватым светом, от чего хотелось поскорее отвернуться или закрыть глаза. «Наверное, днём дворец ослепляет не хуже солнца», подумал Ансэл, прищуривая глаза.
-почему ты не перенесла нас сразу во дворец ? -поинтересовался парень.
-король не любит, когда я появляюсь во дворце, не проходя сквозь свящённый вход.
Ее голос был полон яда, и поддавшись порыву, Ансэл бросил косой взгляд на свою спутницу, заметив, как та нахмурила светлые брови и крепко сжала челюсти. Если он находится в параллельном мире, то можно понять, что у девчонки весьма не радужные отношения с приёмными родными.
Обернувшись к нему, колдунья кивнула головой на тропинку, ведущую к ее дому в молчаливой просьбе следовать за ней. Как только девушка двинулась по гравию, Ансэл как можно тише последовал за ней, стараясь не дышать и вести себя максимально тихо. Похоже, незнакомка настолько глубоко погрузилась в свои мысли, что даже не заметила, как совершила глупейшую ошибку, с помощью которой парень сбился с дороги и спрятался за деревом, лихорадочно соображая куда же ему перенестись. Стоит проверить одну из теорий, что оба города в обоих вселенных идентичны, хотя это весьма рискованно, ведь с лёгкостью можно оказаться в каком нибудь банке или глубоко под водой.
Глубоко вздохнув, Ансэл сконцентрировал всю свою силу на переноске его в нужное место, краем уха слыша громкие ругательства незнакомки. Последнее, что он услышал, это было обещание медленной и мучительной пытки в виде вырывания каждой его волосинки на голове.
Оказавшись на безлюдной Университетской улице, как он позже вспомнил из глубин своей памяти, Ансэл выдохнул с облегчением. Эта улица плотно прилегает к дороге, ведущей во дворец, и поэтому стоит поспешить, если он не хочет быть пойманным во второй раз.
Подняв воротник пальто, которое Ансэл успел захватить ещё дома, парень уверенным шагом направился к игорному-публичному дому с причудливым названием «Поющая река». Это излюбленное место Ноара, в котором тот может пропадать целыми сутками, сидя за карточным столом и продувая свои немногочисленные пожитки. Вандермод частенько зазывал Аникина в игру или поласкаться с послушными девушками. Ансэл никогда не интересовался этими вещами, его мысли всегда были заняты лишь жаждой побега из под родительского крыла и начать новую, не лучшую жизнь. Толкнув плечом скрипучую дверь, маг зашёл в небольшое помещение, полностью забитое людьми разного сорта. По правой стороне толпились бледные, высокие акланцы, напротив них же громкой толпой ревели остинцы, чья темная кожа была усыпана блестящим золотым порошком, а народ славился истинными целителями. Когда Аникину приходилось посещать Остинес по деловым предложениям, люди, живущие там, поведали древнее поверье, которое они соблюдают и по сей день; прах умерших родственников перемешивают с перетертым золотом, и наносят полученный результат себе на кожу, тем самым отдавая дань ушедшим.
В самом дальнем углу помещения тихо околачивались скаинцы, чьи чёрные волосы выделялись на фоне бледной кожи. От одного взгляда на сборище молчаливых воинов, убивающих и глубоко ненавидящих азур, внутри Ансэла вспыхивала ярость.
Вокруг кружили полураздетые девушки, слишком громко смеясь и раскачивая бёдрами. Встречаясь с помутнённым взглядом с одной из несчастных, маг понял, что единственное, чего хотят эти рабыни- была быстрая смерть. Прикрывая лицо воротником пальто, Аникин затаился в одном из темных углов, из которого удобно просматривалось все помещение. Парень не таил в себе надежду, что именно сюда направится Ноар, но других мест его обитания он не знал. «Надо было остаться в том городе.» Удручённо подумал колдун, наблюдая, как один из акланцев так рассмеялся, что грохнулся с табуретки. Возможно, тот город был тем самым государством, которому служил Вандермод. Скользя взглядом по толпе пьяных и резвых людей, маг зацепился за парня, который через чур громко спорил о том, сколько он сможет залить в себя виски. Медные кудряшки волос торчали во все стороны, а мутные от переизбытка алкоголя золотые глаза искрились озорством. На левой стороне лица незнакомца виднелся ужасного вида шрам, начинаясь от угла брови и заканчиваясь у виска. Азура остановился как вкопанный, внимательно следя за действиями и словами наблюдаемого. Медленно лавируя между столами, Аникин направлялся к объекту, не сводя с него взор красных глаз.
Внезапно в него врезался до неприличия пьяный мужчина, чьё телосложение и обилие волос напоминает медведя.
-смотри куда прешь, чудик. -нечленораздельно промямлил пьяница, занося руку, чтобы ударить мощной ладонью по спине мага.
Увернувшись от руки, Ансэл используя невыгодное положение мужчины, с размаху ударил кулаком по мерзкому лицу. После хруста и дьявольских воплей, пьяница помотал головой, и с его глаз исчезла пелена.
-ах ты мерзавец. Думаешь тебе это с рук сойдёт ? -прогремел громила, плотной тенью нависая над Ансэлом.
-можешь радоваться тому, что получил по затрещинам сейчас, а не в темной подворотне. -спокойно ответил колдун, разминая пальцы рук.
-да я тебя с лица земли сотру.
После произнесённых слов, здоровяк накинулся на парня, неуклюже размахивая кулаками. Ноги мужчины запутывались, и Аникину оставалось лишь отойти в сторону, наблюдая, как поверженный ударяется мерзким лицом об угол стола, и с сильным грохотом падая на дощатый пол. В заведении наступила удушающая тишина, но спустя время люди с радостным возгласом возносили бокалы, выпивая их в честь победителя. Отряхнув пыль с пальто, Ансэл с негодованием подумал: «этим людям лишь нужен повод чтобы выпить, им нет разницы, кто победил, а кто проиграл, будь это их знакомый или член семьи.» Собираясь повернуться к тому парню, к которому и шёл маг, Аникин обнаружил, что тот уже стоит рядом с ним, осматривая его с головы до ног. Незнакомец был ниже Ансэла, и едва доставал ему до шеи.
Отпрянув на несколько шагов, азура отметил, что на ремне у парня виднелась взрывчатка, весело постукивающая друг об друга. Мальчишка улыбнулся, показывая ряд ровных зубов, и кивнул в сторону улицы своей кудрявой головой. Как только оба парня оказались на на площади, незнакомец издал удивлённый звук.
-ты брат-близнец Аэлис ? Вы так похожи. Даже дерётесь одинаково, я то знаю. Один раз какой-то бедолага сказал Аэлис, что у неё очаровательная за...
-Аэлис, это кто ? -прервал быструю тираду парня холодный голос Ансэла.
Бедняга запнулся, Новым взглядом осматривая азуру, и осторожно проговорил:
-это приемная дочь королевы Мерильды и короля Германа Пирса, с точно такой же внешностью, как у тебя.
Аникин кивнул. Аэлис, значит. Колдун внимательным взором окинул худощавое тело собеседника, который нервно теребил порванный край тканевой накидки.
-как тебя зовут ? -обратился к нервному парню маг.
-Камиель Фаренгейт. -быстро выпалил тот.
Ансэл был знаком с женской версией Камиеля в своём мире. Задорная девушка, которую убила ее любовь к спиртному и всем тем, что взрывается и разрушает. Раньше они с Ноаром и Эббет часто засиживались в более спокойных заведениях, играя в карты и шутя, как будто они были друзьями. Но это не так.
-тебе что нибудь говорит имя Ноар ? Или Эббет ? -Аникин с удовольствием отметил, что Фаренгейт старается скрыть дрожь и избегает его взгляда.
-я знаю их обоих, они часто засиживаются в «Поющей реке», играя вместе со мной карты. -золотые глаза Камиеля округлились и наполнились любопытством.- А кто ты такой ? Я знаю всех опасных людей в этом городе, но тебя я вижу впервые.
Тут его взгляд упал на метку, чернеющую на бледной коже шеи. Медные брови парня взлетели к кромке волос, а рот открылся в букве «О !». Раздраженно клацнув серебристыми когтями, Ансэл привлёк внимание на своё лицо.
-мне нужно найти Ноара, ты знаешь где он может быть ?
-конечно-конечно ! Ради тебя все что угодно угодно. -залепетал тот, кивая головой, чтобы маг шёл за ним.- Только мне скоро нужно будет на работу...
Взгляд Камиеля скользнул к борделю под названием «Три постели». Ансэл понимающе хмыкнул. Значит, у паренька такая же проблема, какая была у его бывшей знакомой. Направляясь за Фаренгейтом во тьму переулка, Ансэл думал о том, действительно нужно ли ему возвращаться в его мир.

***

Чертов придурок ! Аэлис сглупила, повернувшись к нему спиной и дав прямую возможность сбежать. Все потому, что девушка думала лишь о том, как отреагируют ее приёмные родители на такого гостя, как ее двойник. Раздраженно выдохнув, Аникин приняла решение идти к его величеству, и будь что будет.
Быстрыми шагами направляясь в белоснежный дворец, Аэлис погрузилась глубоко в свои мысли. Если этот незнакомец- ее двойник, то значит есть параллельная вселенная ? Ее приёмные родные в ней тоже такие- жестокие и лицемерные ? Или же тот парень по итогу окажется ее поехавшим братом близнецом.
Из раздумий ее вырвал пронзительный визг Нитты Пирс, семнадцатилетней девушки, чьи волосы напоминали расплавленную медь, а в зелёных глазах виднелись темные прожилки.
-Аэлис, отец прикажет казнить меня, как только узнает, что я сотворила !
Как только сестра подбежала к колдунье, Аэлис заметила настоящую панику на ее милом, фарфоровом личике. Обычно Нитта по любому поводу сильно волновалась, но тут произошло что-то действительно страшное, раз даже стража старательно отводит взгляд.
-что случилось ? -тихо проговорила азура, готовясь выслушать интереснейшую историю.
-у нас был ужин с принцем страны Скаи. Ты же знаешь, что я должна выйти за этого хвастливого, ужасного придурка, и я... -девушка закусила нижнюю губу, огорчённая тем, что сделала. Но в ее зелёных глазах ясно виднелся триумф.- И я облила его белоснежный, дорогой костюм нашим красным, дорогим вином.
Глаза азуры расширились, а на губах появилась ехидная улыбка. Нитта, при виде лица сводной сестры, заулыбалась и разразилась сильным хохотом.
-ты бы видела его лицо ! Его бледное личико стало похожим на томатный суп, который он не успел доесть.
Аэлис покачала головой, тихо смеясь, и дожидаясь, пока принцесса успокоится. Внезапно в голову девушки пришла отвратительная мысль: «наш дорогой батюшка наверняка не оценит гостеприимный приём благодушной доченьки.» Заметив, как лицо Аэлис резко приняло прежнюю суровость, Нитта откашлялась, и разгладила своё золотистое, пышное платье.
-отец будет недоволен.
Теперь опущенный взгляд ясных глаз наследницы действительно был полон сожаления. Кивнув стражникам, чтобы те провели принцессу в ее покои, Аникин отвернулась к проходу, ведущему к кабинету отца, и бросила через плечо:
-я смогу все объяснить и не оставить тебя виновной.
Аэлис ещё долго чувствовала на своей спине взгляд сестры, но не намеревалась оборачиваться и ободряюще кивать. Колдунья никогда так не делала, когда знала, что предстоит вынести боль.

Азура знала, что слухи о позорном ужине с будущей наследницей дошли и до короля Германа, поэтому сразу направилась в «красный» кабинет. Такое название она про себя дала помещению из-за ее пролитой крови, которая невидимыми пятнами пять лет окрашивала богатый пол. Всего кабинетов у короля было два: один основной, где он принимал и проводил беседы с высокопоставленными людьми и членами совета, а второй для семьи, в котором часто проходили поучительные беседы и уроки. Аэлис с Ниттой и Ди в детстве часто вызывали в этот «красный» кабинет, после их маленьких шалостей, которые по большей части вытворяли братец с сестрой. Если король не в духе, а кто-то из его детей совершал оплошность, которая, по его мнению, стоила поучительного урока, то приходилось отчитываться всегда ей, Аэлис. Он же и бил ее в этом кабинете, обзывая свои действия отвратительным оправданием: «воспитательный процесс».
Чаще всего приёмный отец бил плетью по предплечьям, следя, как кровь ручьём скатывается с белоснежной кожи. Но если ошибка детей была, по мнению короля, слишком большой и рискованной, как, например, сегодня, то доставалось и спине. Сейчас на обоих предплечьях Аникин белеют отвратительные шрамы, на которые так ненавистно смотреть. Именно в эти моменты, когда отец замахивается для нового удара, колдунья чувствует себя маленькой, ничтожной девочкой, не способной противостоять судьбе. Это чувство Аэлис ненавидит больше всего.
На какое-то время побои прекратились, но сегодня король, видно, решит возобновить их.
С колотящимся сердцем девушка подошла к резной двери из темного дерева, в центре которой находилась золотистая кобра, сжимая в своих крепких объятиях корону, и готовясь напасть на смотрящего. Эмблема семьи Пирс, Аклы, единственное, что так нравилось Аэлис. Постучав в дверь, и дождавшись грубого «войдите», с замиранием сердца вошла в помещение.
Кабинет не отличался роскошью; посреди среднего размера комнаты находился письменный стол из темного дерева, позади него камин, который является единственным источником света, а по бокам высокие, книжные полки. Справа находился маленький столик, окружённый мягкими креслами, на которых Аэлис в детстве любила засыпать, прижимая к себе новую книгу, взятую с отцовских полок. Азура назвала бы убранство даже уютным, если бы не стоящая близ дверного проема стойка с разными плетками, которая никак не вписывалась в общую, спокойную атмосферу. Колдунье начало казаться, что вместо потрескивания огня, раздаётся свист плетки, опускаемой на оголенную кожу. За столом восседает величественная фигура короля, чей силуэт из-за полыхающего кострища в камине освещался, ожесточая его суровое лицо. Герман сложил широкие руки на столе, хмуро глядя на девушку. Его медные волосы казались огненными, а зелёные глаза, которые достались Нитте, буквально пригвоздили девушку к месту.
Прикрыв за собой дверь, Аникин склонила голову, с ненавистью отметив, что руки начинают дрожать, а дыхание выходит прерывистыми толчками из груди. Король кивнул на свободное место между двумя креслами, посреди стола. Аэлис встала на указанное место, где девушка всегда стояла, выжидающе посмотрела на отца. Ей не разрешалось начинать говорить без позволения, иначе непослушание наказывалось плеткой по руке. Обычно все послушания именно так и заканчивались, поэтому Аэлис быстро познала здешние правила. Герман Пирс задумчиво барабанил пальцами по столу, читая и просматривая бумаги, валяющиеся на поверхности. Наконец, спустя долгое время, король поднялся со своего места, выйдя из за рабочего места и заходя за спину колдуньи.
-оголяй спину.
Аэлис начала бить легкая дрожь. Трясущимися пальцами стала расстёгивать пуговицы и снимать жилет. Вскоре вся верхняя одежда, не считая легкого бинта, прикрывающего грудь, оказалась на полу. Девушка знала, что на всеобщее обозрение выставлены ее уродливые шрамы на спине. Его величество запрещает королевским целителям убирать увечье, говоря: «твоя спина- это дерево, а шрамы- рубцы от топора. Сколько нужно нанести ударов, чтобы прорубить тебя до конца, стойкая азура ?». Сжав руки в кулаки, колдунья гордо подняла голову, стараясь сохранить достоинство.
Аэлис скорее почувствовала, чем услышала, как король взял со стойки его любимую плеть, украшенную золотистым узором.
-если следующая информация, которую ты выложишь, будет иметь ценность, то останешься без поучительного урока.
Стараясь успокоится, Аникин глубоко вздохнула и выдохнула, стараясь выровнять сбившееся дыхание и успокоить бешено бьющееся сердце.
-король Оген принял ваши поздравления как всегда, нахально и без интереса. Королевская стража не меняется на протяжении года, и всем им платят довольно щедро, раз многие из них едва ли держались на ногах, от выпитого алкоголя. -Аэлис тяжело сглотнула, когда услышала, как плеть елозит по дощатому полу, издавая характерный звук.- Я встретила свою копию, которая утверждает, что он мой клон. Незнакомец скрылся, когда я пыталась привести его к вам, но я точно уверена, что он в чем-то замешан.
Герман резко остановился, и Аэлис уже было приготовилась к первому удару, как вдруг король тихо пробормотал:
-значит, Маита не лгала, и параллельный мир существует.
Девушка нахмурилась, лихорадочно соображая, что же Маита могла рассказывать про нечто подобное. Маинта Данциг являлась наставницей Аэлис, как только девочка появилась во дворце. Аникин долгое время проводила с мудрой женщиной, читая древние книги, и познавая свою силу. Но наставница никогда не рассказывала про другие миры, и все вопросы об этом игнорировала.
Отец долгое время неподвижно стоял, а у Аэлис начало ломить тело от постоянного напряжения и ожидания нечто худшего. Наконец, король отошёл на пару шагов, и убрав плеть на свое место, властно проговорил:
-ты должна отыскать своего клона и привести его ко мне. Делай с ним что хочешь, но чтобы тот мог соображать и отвечать на мои вопросы.
Подавив вздох облегчения, азура быстро оделась, и после тихого: «слушаюсь, мой король» бесшумно выскользнула из кабинета. Только оказавшись по другую сторону двери, Аэлис позволила себе прижать ладони к глазам, подавляя вновь начавшуюся дрожь. Ее не избили до полу смерти, на ее руках не появятся новые шрамы, и король отправил ее на новое задание. Все довольно просто, но ощущение безысходности не проходило, а от чувства, как плеть разрезает воздух при каждом движении, хотелось вновь забиться в дальний, темный уголок и сидеть в нем до скончания своей никчемной жизни. Нет, больше она не проявит слабости, как это было в детстве. Больше никто не увидит ее слез и страх.
Встряхнув головой и поправив короткие, белые волосы, направилась по длинному, тихому коридору, ведущему к выходу из дворца. Завернув за очередной угол, колдунья нос к носу столкнулась с Дистрианом и Ниттой Пирс. Оба выглядели напуганными, но как только узнали приемную сестру, бросились ее обнимать. Отойдя на пару шагов назад, Аэлис вытянула когтистую руку, останавливая наследников. «Терпеть не могу, когда ко мне прикасаются без разрешения» мрачно подумала колдунья, оглядывая с ног до головы принца. Ди был воплощением своей матери; стройное, элегантное тело, мягкие черты лица, длинные, ухоженные, темные волосы и тёплые, карие глаза, которые всегда лучились добротой и лаской. Даже сейчас, когда Аникин отшатнулась от них, принц не выглядел оскорбленным.
-мы так за тебя волновались ! Я сразу пошла и рассказала все Ди, и он пришёл в ярость, узнав, что я позволила тебя отпустить к отцу одну ! Это была моя вина, что так поступила с принцем Скаи, и сама должна была отчитаться королю, но ...
Но ты его боялась. Боялась его злости и то, чего папочка мог бы сделать. К счастью, Герман Пирс не поднимал руку на своих детей, и те не знали жестокости своего отца и про «уроки», которые еженедельно получает Аэлис. Даже сейчас, глядя на оголенные предплечья Нитты с белоснежной, нежной кожей, азуру накрывала чистая ярость. Сжав руки в кулаки, Аникин холодным тоном отрезала:
-отец отдал мне новый приказ, который я обязана выполнить прямо сейчас.
С этими словами колдунья стала быстрыми шагами направляться дальше по коридору, который становился все более людным и освящённым. Брат с сестрой не отставали, пытаясь подстроиться под шаг девушки.
-но ты же только вернулась с прошлого поручения. Разве ты не должна сперва отдохнуть эту ночь, и на следующий день, с ясной головой направляться на новое задание ? -с горечью спросил старший Пирс, не считая самой Аэлис, с которой он был одного возраста.
Ей и самой хотелось улечься в тёплую кровать и забыться глубоким сном, но незнакомец может быть где угодно, и найти его с каждой минутой станет все сложнее. Глубоко вдохнув, пытаясь успокоить нарастающее раздражение, девушка терпеливо ответила:
-это задание не ждёт отклонений, и его величество не намерен ждать, пока я посплю и отдохну. А теперь, ваше высочество, направляйтесь в покои, оба. Сейчас же.
Брат с сестрой, как только Аэлис попала во дворец, не воспринимали ее всерьез, подшучивая и обходясь с ней, как с тряпичной куклой. Но после случая, где азура показала свой характер, наследники беспрекословно стали подчиняться ее приказам, считая ее не только сестрой, но и лидером. Нитта и Ди многозначительно переглянулись, и с явной злостью склонив голову, поспешили прочь.