Глава 9
Каждый месяц по вторникам в маленький конфетный магазинчик на Арминской улице привозят новую партию солёной карамели, где-то килограмм двадцать-тридцать, не больше, потому что её никто не берёт, никто, кроме меня, конечно. Я покупаю в первый день продажи килограмм, а дальше как пойдёт. Я искренне не понимаю, почему многие люди не чувствуют изюминки этой сладости. Или, может, солёности? Не, скорее и того и другого. Эти два практически противоположных вкуса переплетаются воедино, создавая что-то поистине уникальное, что-то не похожее ни на что другое и поражающее своей яркостью вкуса.
Ой, что-то я совсем заболталась, даже бег замедлять начала, не порядок, так я не успею закупиться до закрытия.
Магазинчик «Фантик» находится совсем недалеко от отделения магической полиции прямо напротив женской академии имени Жанны Арминской, такого огромного строения ещё императорских времён какого-то непонятного поросячьего цвета. Кстати, там учится Марина, поэтому она и все остальные воспитанницы являются одними из частых посетителей Фантика. Из-за этого, чаще всего в обеденное время, там можно увидеть целые очереди из кучи одинаковых голубых платьев и белых колготок, что в сочетании со стандартным громогласным женским трёпом превращаются в огромную грозовую тучу, сверкающую побрякушками и громыхающую раскатами гомерического смеха. Именно из-за этого я стараюсь не заходить сюда в это время суток, как, впрочем, и все остальные горожане, не желавшие закончить свою жизнь под беспощадными каблуками воспитанниц академии.
И вот я, наконец, приближаюсь к этому миленькому цветастому магазинчику, перед тем, как завернуть к входу, снимаю с себя галстук с погонами и распускаю волосы.
«О, да, так намного лучше, если бы ещё не эти каблуки, то всё вообще было бы шикарно».
«А у тебя стрелки от бега размазались», - неожиданно шепчет Крон.
«Что? - чуть ли не вскрикиваю я, судорожно включая фронтальную камеру на телефоне и начиная на ходу внимательно рассматривать свои глаза, - нет, всё нормально, да ты и не мог уви... Кро-о-он!» - начинаю вскипать я.
«А сейчас мы с вами можем наблюдать, как в этом существе неизвестного пола просыпаются черты женского начала, очень редки случай, не поддающийся никакому научному объяснению», - подражал голосу Дроздова демон, обрамляя эту фраз ироничным подтекстом.
Вот честно, я бы начала орать на него вслух, наплевав на окружающих, если бы не медведь, в спину которого я буквально погружаюсь носом. Не заметить эту махину было не возможно, но я же несу заслуженный титул «Мисс Внимательность по жизни», как меня только не убили за эти 10 лет, понятия не имею. Первая моя реакция на это великолепнейшее стечение обстоятельств была естественной и предсказуемой: ступор. Меня парализовало, не тронуться, не пошевелиться, хотя Крон истошно орал на меня благим матом, призывая бежать как можно быстрее и как можно дальше, желательно вообще из страны. И при этом никому из нас даже в голову не пришёл вопрос: что делает медведь в центре города, учитывая, что ни леса, ни зоопарка, ни цирка, в радиусе десяти километров просто нет. Но тут медведь разворачивается и заключает меня в объятья, мягкие и даже не удушающие. Я медленно и с неким подозрением поднимаю голову вверх. На меня смотрят милые чёрные глазки-пуговки, сердцевидный красный носик и приветливая улыбка плюшевого мишки.
«Твою ж за ногу, это всего лишь ростовая кукла!» - хором выдыхаем мы с Кроном.
«А я говорил, что не стоит паниковать раньше времени», - пытается отдышаться контрактник.
«Ага, а кто тут вопил минуту назад как резаный?»
«Мы».
«Справедливо».
В это время мишка убрал свои лапки, мелкими шажочками отошёл назад и помахал мне большой лапой, немного наклонив огромную голову в сторону. Только с этого расстояния я замечаю, что на шее мишки повязан большой розовый бантик, в виде конфеты в цветастой обёртке, а на самом леденце красивыми ажурными буквами написано: «Фантик».
- Ты теперь новый символ магазинчика? – с любопытством и даже интересом рассматриваю я мишку. Он положительно кивает головой и указывает лапкой на надпись бантика.
- И тебя зовут Фантик?
Он снова кивает головой и, доставав из кармана какой-то мешочек, раскрывает его, протягивая мне. Я подхожу ближе и всматриваюсь в содержимое, там лежали маленькие фруктовые леденцы, самое дешёвое, что можно было купить в магазинчике, но это всё равно очень приятный жест от хозяев заведения.
«О-о-о, халява! Забираем всё и бежим домой, эта махина нас просто физически не догонит!» - восторженно визжит демон.
«Ты только посмотри, какой лапочка, как можно так с ним поступить? – доставая одну конфетку, улыбаюсь мишке, пытаясь сдержать смех, пока тот, неуклюже завязывает мешочек и кладёт его на место, - к тому же было бы не вежливо, если бы мы взяли всё».
«Ой, ой, ой, с каких это пор мы стали правильными и вежливыми? Напомнить тебе про все события сегодняшнего дня, начиная с четырёх утра? М?»
«Ладно, ладно, только не кричи», - пытаюсь заткнуть я демона, так как от его криков у меня уже начинает болеть голова, но детское счастье от полученной конфетки странным образом перекрывало даже эту неприятность.
Мишка отходит в сторону от входа и жестом приглашает меня внутрь. Я улыбаюсь ему и, открыв чистенькую белую дверку с конфетными узорами, вхожу. Надо мной звонко переливается колокольчик, торжественно и радостно, как в прочем и всегда, оглашая о моём прибытии. Особый, ни с чем несравнимый засахаренный воздух мгновенно заставляет сердце биться в предвкушении долгожданной покупки. Сколько раз я здесь была – не помню, но при этом каждый раз с каким-то детским восторгом я начинаю жадно рассматривать выставленные по периметру ярких стен розовые бочонки со сладостями. Ассортимент здесь всегда поражал своим разнообразием, правда, сейчас, перед закрытием на полках уже почти ничего не осталось, кроме ирисок, некоторых видов кислотного мармелада в сахаре и орешек в шоколаде, остальное же было скуплено посетителями подчистую. Пока я брожу в окружении больших подарочных леденцов, их чаще всего не покупали в обычные дни, только по праздникам, слышу, как дверь в подсобку сонно открывается, и к прилавку своей усталой, но по-прежнему лёгкой походкой приближается низенькая фигурка жены короля сладостей, так горожане прозвали владельца «Фантика». Я выглядываю из-за полки, Мила, облокотившись на белую стойку, отрешённо смотрит куда-то в стену, подперев свою маленькую круглую, словно детскую головку хрупенькой ручкой. Девушка имела вид ребёнка, который настолько сильно объелся сладостями, что теперь не то, что есть, смотреть на них без отвращения уже не может. Её медовые, почти потерявшие свой юношеский блеск глаза нехотя останавливаются на меня, тут же широко раскрывшись, словно она до последнего не ожидала меня увидеть. Её взгляд виновато опускается, щёки покрасеют, став похожими на рядом стоящие яблоки в карамели, губы складываются фантиком, а руки начинают нервно теребить маленькую заколочку в её воздушных шоколадных волосах.
«Эта сахарная принцесса, что-то явно скрывает, чую, не сладко нам будем».
«Да ладно тебе, не подмешивай дёгтя в мёд».
- Здравствуйте! – улыбаюсь я, подходя к стойке, - я тут хотела...
Я не успеваю договорить, как из подсобки, видимо услышав мой голос, выскакивает Яков, держа в одной руке прозрачный мешочек с разноцветными безешками, а во второй что-то похожее на кулёк сушёных ананасов в сахарной пудре.
- Инна, добрый вечер, рад тебя видеть, что-то редко в последнее время ты радуешь нас своим визитом, - мужчина, как бы невзначай, подходит к жене и что-то быстро шепчет ей на ушко, после чего Мила поспешно скрывается в подсобке.
Владелец опирается об прилавок и плюхает на него кулёк, при этом как-то умудрившись забросить себе в рот несколько хрустящих безешек.
- Нам тут недавно завезли новую партию сухофруктов, и твоя сестра забронировала себе немного, можешь, ей, пожалуйста, отнести? А, кстати, хочешь безешку? – протягивает он мне пакетик, - в этот раз мы сменили поставщика, так что теперь привкус жжёной карамели отсутствует.
- М, здорово, но, пожалуй, откажусь, мне нужны...
- Да-да, помню-помню, но ты видела символ нашего магазина? Правда, прелесть? Мне идею подала Мила, ты же знаешь, что она у меня умница. Всем детям он так понравился, а уж о постоянных клиентах я вообще молчу. А тебе Фантик как? Приглянулся? Теперь на постоянной основе тут работать будет, всё равно у нас этих леденцов слишком много, а сбывать их всё-таки куда-то нужно. А вот потом, может быть, мы ещё...
- Это всё, конечно, прекрасно, и мишка прикольный, но, пожалуйста, дайте мне законч....
- Слу-у-ушай, - снова не дал мне договорить Яша, а его глаза-изюминки начали в панике бегать по полкам, - а, может, мармелад? Или яблоки в карамели? Они, конечно, утренние, но всё равно очень даже вкусные, ты же знаешь, что...
- Знаю-знаю, но я пришла не за этим! – начинаю свирепеть я.
- А, точно, да, конечно, - в истерике засмеялся мужчина, забегая в подсобку, из полуоткрытой двери которой раздавались совсем не сладостные перешёптывания супругов, а страстные споры, причём на слегка повышенных тонах.
«И это всё из-за каких-то ирисок?» - Крон так же, как и я, прибывал в огорошенном состоянии.
«Из-за карамелек», - на автомате подправила его я.
«Да хоть жжённого сахара, какого хрена они так переживают из-за какой-то сладости, которую никто не берёт?»
«Без понятия».
Супруги Фрейзеры обречённо выходят из помещения, их взгляд наполнен горечью и раскаянием. Они немного постояли молча, мявшись на месте, словно само их нахождение передо мной вызывало какой-то дискомфорт, не дававший даже поднять на меня виноватые глаза.
- Слушай, Инна, тут такое дело, извини, конечно, но... - шепчет Мила, стыдливо смотря в пол.
- Солёной карамели нет, - заканчивает за жену Яша.
- Пффф, - чуть ли не смеюсь я, - ну, не завезли, значит, не завезли, зайду ещё раз чуть позже.
- Ох, если бы всё было так просто...
- Её вообще не будет...
- В каком смысле? – настроение у меня резко падает с такой космической скоростью, что вернуть его назад из далёкой галактики грусти теперь не представляется чем-то возможным. Поэтому улыбка вмиг сползает с моего лица, а голова под своей печальной тяжестью медленно и обречённо опускается.
- Какой-то мужчина, - покрасневшая Мила, напоминая собой клубничное желе, трясётся, в панике наблюдая за моим кислым состоянием, - он сделал заказ по телефону, сказал, что хочет, чтобы вся солёная карамель доставлялась сразу к нему домой. Он упоминал, что это всё для Инны, ну, я и подумала, что это он тебя имеет в виду, а после оформления заказа до меня дошло, что в городе Инн много... Извини, что так получилось...
- Да ничего страшного, всё хорошо, - могильным голосом произношу я, обведя пару стеклянными глазами.
- Мы в качестве извинения собрали тебе корзинку, - принеся из подсобки красиво завёрнутую и украшенную бантиком плетёную корзину с разнообразными сладостями, ставит её на стойку Яша. На вид она весила около двух килограмм, если не все три. На подобные вещи делаются предварительные заказы чуть ли не за несколько месяцев, да и стоит это удовольствие дорого, даже самая меленькая корзина не всем по карману, а тут самая большая, да ещё и бесплатно. Если бы передо мной каждый раз извинялись подобным образом, я была бы готова простить всё что угодно, а может даже больше. Поэтому мои глаза мгновенно вспыхивают довольными искорками, начиная с ярым интересом разглядывать содержимое «извинения». Сколько всего там было, не перечесть: от леденцов до шоколадок, от сухофруктов до яблок в карамели, даже стеклянная банка с фирменными цветными конфетами в сахаре там уместилась, это ещё я не учитываю сладости, лежавшие на самом дне. В общем, приду домой и обожрусь, мне, наверное, станет, плохо, хотя нет, наверняка станет, но это точно того стоит.
- Надеемся, - довольно переглядываются супруги, отметя резкое повышение серотонина в моём организме, - что ты ещё будешь посещать нас и по другим поводам, будем рады тебя видеть.
- А я-то как рада, - не отрываю я пристального взгляда от корзины.
«Инна... Инна. Инна, твою ж за ногу!»
«А?» - наконец, слышу я голос контрактника.
«Ты, блин, хоть слушаешь, что тебе говорят?»
«Мне что-то сказали?»
«О, Люцифер, за что?.. Просто за что?!» - в отчаяние всхлипывает демон.
- Инна, что-то не так? – настораживаются Фрейзеры.
- А, нет, всё хорошо.
- Тогда мы договорились? – улыбается Мила.
«А о чём мы договорились?» - интересуюсь я у Крона.
«Как о чём? – спокойно начинает объяснять демон, - они хотят, чтобы ты эту корзинку отработала, то есть вошла, так сказать, в их сладкую семейку и проконфетилась окончательно».
- Ой, извините, конечно, но я не могу, понимаете, у меня так много работы, - начинаю неловко отодвигать корзину в сторону владельцев.
- Ну, ты же работаешь не весь день, лишняя минутка, будем надеяться, у тебя найдётся, - супруги настойчиво пододвигают её обратно ко мне.
- У меня, к сожалению, ещё учёба, а уроков задают просто тьму, - не прекращаю свои попытки я, но супруги не собираются отступать.
- Не беспокойся, можешь приходить прямо с уроками, мы тебе чаёк нальём и, может даже, поможем.
- Что вы, что вы, не стоит.
- А мы, думаем, что очень даже стоит.
- Нет.
- Да.
- Нет.
- Ну, Инна, не обижай нас, мы это делаем из лучших побуждений.
- Я понимаю, но работать я у вас реально не могу.
- Что? – даже опешили супруги.
«Ах, они какие, - снова вступает Крон, - думали, что ты точно к ним пойдёшь, наивные-е-е-е».
- Понимаете, при всём желании я, правда, не могу, поэтому заберите, пожалуйста, свою корзинку.
- Инна... - выпучивает глаза Яша, от чего они из изюминок превращаются в полноценные большие и порядком удивлённые виноградинки.
- Я, правда, ничего не могу с этим сделать, поэтому даже не уговаривайте.
- Инна, мы не предлагали тебе работу.
Мои уши мгновенно наливаются алым сиянием, полностью сливаясь с клубничными леденцами позади меня. Контрактник ничего не сказал, только усмехнулся и затих окончательно.
- А ч-что вы с-сказали? – заикаюсь я, с трудом произнося слова из-за моментально пересохшего горла.
- Мы дарим тебе эту корзину в качестве извинения за то, что допустили ошибку, и надеемся, что ты всё равно будешь в будущем нас посещать, - медленно, выделяя каждое слово, проговаривает Яша, странно улыбаясь.
- А, вот оно что, - алое зарево теперь завладевает моим лицом полностью, - это... спасибо вам... постараюсь прийти ещё... - мямлю я, пока Яша вкладывает в мои ослабшие руки корзинку.
- Мы будем рады тебя видеть, - с некоторой неловкость машут мне на прощание Фрейзеры, пока я с трудом ковыляю к выходу.
В моей голове настаёт абсолютная тишина, такая липкая и отвратительная, хоть бы Крон посмеялся что ли, а то как-то совсем неловко в собственном сознании, я уж не говорю про реальность...
Из прострации меня вынимает Фантик, буквально: он, увидев моё грустное лицо, поднимает меня над землёй и аккуратно усаживает на ажурную лавочку, присаживаясь рядом.
- Подставили меня, Фантик, - отвечаю я на пристальный взгляд куклы, - личность, которой я так доверяла, оскорбила меня в моих лучших чувствах только что!
Мишка возмущённо разводит руками.
- Да-да, именно, я тоже думаю, что он ещё тот старый чёрт! Я ему, понимаешь ли, доверяю, а он, а он... Зла на него, в общем, не хватает, вот.
Фантик в ответ кивает головой, поглаживая меня по головке, и всовывает мне в рот леденец на полочке, откуда он его достал и как сумел открыть не знаю и знать что-то совсем не хочу.
- Воф. Воф! – не вынимая из-за рта конфету, промямливаю я, - тойко пы меня понимаефь! (Вот. Вот! Только ты меня понимаешь!)
Мишка снова кивает головой и обнимает меня. Пусть Крону станет стыдно! В кой-то веки почувствует себя так же паршиво, как я из-за него! Зараза этакая... Если б могла, давно прибила бы.
- Ланда, давай, да вскрехи! (Ладно, давай, до встречи!) – прощаюсь я с Фантиком и, отойдя от него метров на сто, в надежде, что он меня отсюда не увидит, ловко залезаю на крышу и бегу в сторону дома. Или от злости, или от тяжести корзины или от порядком пугающей тишины в голове, я совершенно не замечаю, что кто-то целых две минуты наблюдает за моим передвижением по крышам, а самое страшное: не понятно, с какой целью....