Часть 1 (Гл. 5)
Та же комната. Я стою внутри одной из капсул. Вокруг меня бегают люди, что-то кричат, но все еще как будто в тумане. Один из людей подходит вплотную к моей капсуле и открывает ее. Теперь это уже не просто фигура, а хмурое бородатое лицо с быстро шевелящейся нижней челюстью и лишь одним ярко-голубым глазом. Он тряс мое плечо и что-то говорил мне. Теперь главное – убрать остальные фигуры в туман. Они не нужны моей памяти, они лишь бегают и вопят. Мне нужно было только это бородатое лицо и те звуки что вылетают из его рта. Наконец, комната ушла в туман, а перед глазами осталась лишь фигура бородача со стеклом на правом единственном глазу. Он хотел мне помочь – теперь я это ясно понимал.
- Капитан!
Я попытался сфокусировать глаза на бородаче.
-Капитан! Мы достигли пункта назначения! Гамма-518 в паре сотен километров от нас! В вашей капсуле анабиоза оказалась неисправность, я не уверен, что вы полностью понимаете, что я вам говорю. Большая часть мозга, кажется была повреждена, и я думаю... что часть вашей памяти было полностью утеряно! Однако мне, кажется удалось восстановить систему, хотя я не уверен. Вам... я установил дополнительное время для анабиоза на 10 дней. Мы уже к этому времени будем на Гамме-518, подготавливать место для посадки. Вам лишь нужно указать в бортовом компьютере место посадки, а остальное он сделает сам... Пароль «MARCUS». Очень надеюсь, что вы меня сейчас слышите, капитан. Мы не можем больше медлить, главное запомните, «MARCUS».
Он исчез.
Заместо него появилась фигура у компьютера. Теперь-то я уже знал, что именно она набирает – «MARCUS». Фигура пропала. Удар в область затылка. Появилась фигура у компьютера. Она набирает – «MARCUS». Фигура пропала. Удар в область затылка. Появилась, «MARCUS», пропала, удар.
Я открыл глаза. Голова просто разрывалась от мыслей. Я не мог больше продолжать лежать и вскочил, начав бегать по кораблю. Наверное, впервые за многие-многие дни я был даже рад тому огромному количеству мыслей, копошащихся в голове. Не в силах держать это в себе я стал кричать, что было силы то останавливаясь, то начиная опять кричать, бегая по всему кораблю. Мне было плевать на Картошку, плевать на лампы и звезды вокруг. Они мне больше не были нужны, они уже не могли привнести ничего нового в мое существование. Звезды, какими далекими они не были, раньше все равно казались мне немного родными, хотя бы из-за того, что я привык к ним.
Я остановился. Да, я именно что привык ко всему что меня окружает. Наконец-то пришел конец мучащим меня мыслям о... людях. Ведь сейчас я уже почти убедил себя в том, что идея о наличии таких же... думающих как я – лишь плод моего воображения. Сейчас я, конечно, готов был принять, что ошибался, но я не уверен, что это меня очень уж обрадовало. Только сейчас начал медленно осознавать, насколько сильно я привык ко всему этому. К далеким звездам, безразличной Картошке, ненавистным серым стенам, всевидящим лампам, даже к синему цвету экрана монитора. Неужели, когда он изменит свой цвет, я стану более счастливым. Я ведь отлично знаю каждый уголок этого корабля вокруг меня. Неужели я обменяю все это на... то, чего я еще не знаю, что скорее всего может оказаться враждебным ко мне. Ведь те, кого я видел во сне могут только выглядеть как я, а на самом деле лишь хотят испортить стабильный цикл моих дней. То, что я бы набрал это слово на клавиатуре... ведь означало бы, что пути назад бы уже не было.
Я наконец сел на пол, пытаясь не торопясь осмыслить те резкие изменения, что вошли в мою жизнь. Я ведь не мог просто продолжить существовать, как будто ничего и не произошло. Каждый день ходить мимо этого компьютера. Я бы не смог просто перебороть себя. И почему не могло измениться в моей жизни что-нибудь маленькое, как количество ламп или размер иллюминаторов?! Почему я теперь был обязан что-то делать, встречаться с такими же как я, хотя я даже не уверен, что они сами хотят этого.
Я заплакал. Не знаю почему, то ли от обрушившегося на меня важного выбора, то ли от отсутствия этого самого выбора. Я был должен, я был обязан подойти к монитору и набрать это слово. Может есть способ забыть его? Просто выкинуть из головы это чертово слово. Ведь после этого мне уже не пришлось бы ни подходить к компьютеру, ни встречаться с теми людьми.
Что было силы я ударил головой стену позади меня. «MARCUS» все еще был в моей голове. Может если не получается выкинуть его из головы, получится просто заменить его на другое слово, например, «Картошка». Однако, как я не старался, «Картошка» не хотела вставать не место Маркуса, вместо этого она просто встала рядом, указывая на него пальцем: «Видишь, раз уж ты вспомнил меня, то и его заодно вспомни!». Все как обычно из-за этой Картошки. Именно из-за нее я и решил спать в этой комнате с монитором, что в конечном итоге и привело меня сюда. Туда, где был конец моего прежнего существования.
Я встал и на автопилоте пошел в комнату с капсулами и компьютером. Стены корабля казались мне самыми родными вещами, что я только имел. Но я не видел их. Стены просто проплывали мимо меня, как и все остальное окружение. Как горько было терять все это. Я шел как можно более медленными шагами, но комната с капсулами неумолимо приближалась. Как бы я хотел сейчас оказаться в начале своего пути. Это было всего минуту назад, но я был согласен переживать эту минуту снова и снова, только бы не видеть голубой свет монитора. Но назад пути не было. Безразличными глазами я вгляделся в клавиатуру. Вот они – все необходимые клавиши: и «М», и «А», и «R». Мой рок находился прямо под моими пальцами. Выхода не было, я знал, что по-другому я бы просто не смог. «MARCUS». Пароль был набран. Сейчас все окончится.
Я посмотрел в монитор, стараясь не пропустить ничего, что могло на нем показаться. Я ожидал всего чего угодно, но то что я увидел я предположить и не мог. Честно говоря, первые несколько секунд вообще ничего не происходило, однако эти мгновения надежды, что ничего не произойдет и все так и останется по-прежнему очень скоро прервались, и вместо безразличной синевы на экране появилась фигура на фоне все тех же капсул, что были у меня за спиной. В следующую секунду я чуть было не упал, так как случилось невероятное. Я услышал голос. Это было так странно – слышать звуки, когда мой рот был закрыт. Как будто он раздается у меня в голове. У меня даже на секунду появилась мысль о том, что я все еще сплю, но теперь, когда я уже полностью решил, что моя судьба решена, я твердо решил уже ничему не удивляться. Я приложил все свои усилия, чтобы не упустить ни слова, что производил компьютер.
- Ну при...
Фигура на мониторе закашлялась.
- Ну привет. Не уверен, что ты сейчас до конца понимаешь, что происходит, но... все же ты должен выслушать мой рваный рассказ и подумать над вопросом, что я затем тебе задам. Это сообщение записано пятого мая 781582 года. Прежде всего стоит назваться. Знал бы ты каких усилий мне стоило узнать эти слова, но теперь их по праву должен знать и ты. Перед тобой капитан первого за многие годы космического корабля типа Спираль. Имя мое – Виноградов Анатолий Родионович. Но самое главное не мое имя, а твое. Твое имя – Виноградов Анатолий Родионович. И именно ты являешься капитаном Спирали. Так что видишь ты сейчас именно свое лицо, только на несколько... в общем немного моложе. Не знаю, как долго ты... то есть я восстанавливал свою память после анабиоза. Мне, например, хватило недели. И пишу я это сообщение к тебе по... многим причинам. Но прежде всего я бы хотел извиниться. Ты обязан знать, что стоишь сейчас тут только потому, что я побоялся... изменений, неизвестности, риска – я и сам точно не знаю, но то что я был обязан сделать... я не сделал. Раз уж ты стоишь там сейчас перед монитором, то кроме этого пароля, наверное, помнишь и все остальное. Например, то, что остальная часть команды ждет твоего... верного решения. Там, на планете ..., которую ты может быть даже сможешь разглядеть в иллюминаторе – эта та далекая светящаяся точка. Я даже во время амнезии придумал ей имя... но это, конечно, не важно. А важно то, что в момент записи этого сообщения там уже должно быть готово место для посадки. Они, те люди, что сейчас там ждут, когда я направлю корабль в их сторону и встречу их. Так вот ты должен понять меня. Но просто... боюсь. Я не смог заставить себя бросить этот корабль и полететь туда. Возможно я слишком долго был один, но сейчас я не смог заставить себя полететь к ним. Надеюсь ты поймешь себя. Но сейчас для тебя главным должно быть не это. Я знаю, что поступаю подло, но я просто слаб. Я ненавижу себя, но ничего не могу с этим поделать. В общем... теперь ты должен сделать это. Тот одноглазый... не помню его имени, говорил что-то про мою сломанную капсулу и про воспоминания. Он был прав тогда, и я действительно ничего не помнил до вчерашнего дня. Но... я надеюсь, что он эту штуку так и не починил, и когда я лягу в нее, то она полностью сотрет все мои воспоминания. Благо остальные ее системы, вроде бы, работают отлично, включая систему жизнеобеспечения, которая заодно и немного приведет меня в порядок. К сожалению, минимальный срок заморозки – десять дней. С этим я уж ничего не смог поделать. Но через эти дни уже буду тобой, смотрящим монитор. Человеком, что только что восстановил свою память, как и я. Но я искренне надеюсь, что ты в отличии от меня примешь правильное решение и полетишь на планету. Я и сам не могу объяснить почему... но я боюсь. Здесь все родное для меня, там же я не знаю, что меня ждет. Надеюсь ты будешь умнее меня... Чтобы направить корабль на планету надо всего лишь нажать «Ввод», как только это сообщение кончится. Прости меня еще раз и прошу... сделай правильный выбор, тебя ждут. Спустя эти десять дней... Я уверен, что все еще ждут.
Фигура на экране на секунду замерла, после чего все пропало и экран стал таким же голубым, как и всегда, а в углу появилась все та же привычная надпись ... Я стоял, будучи не в силах пошевелиться. Я не обдумывал услышанное, нет. Все что говорило это лицо я понял сразу же. Но теперь у меня в голове не было ни единой мысли. Возможно вот оно – спасение. Теперь я, наконец, избавился от того роя мыслей, что всегда были в моей голове все это время. Теперь уже не было ни вопросов, ни идей, ни мучительных размышлений о том, что я должен делать. Теперь все было предельно понятно и просто. Пришло время делать то, что я когда-то не смог. Направиться к этой Гамме-518, где меня ждет остальная часть команды. Но ждет ли? Неужели я им так нужен. Может они и забыли меня за эти десять дней, занимаются сейчас своими делами и отлично справляются без меня. Я, может быть, лишний для них. А может... О нет!
В ту же секунду рой мыслей вернулся в мою голову. Я вдруг осознал, что я все еще имею выбор и огромное число возможных сомнений разом появились у меня в голове. Накинулись именно тогда, когда я был уверен, что опасность уже прошла. А ведь за эту минуту я уж было почти забыл – что такое освободиться от этих мыслей, что так медленно убивали меня.
Ведь у меня все еще был выбор. Та фигура на экране не назвала второй вариант, но и она знала, что он существует. Я мог и не лететь на эту планету. В обоих случаях я, наконец избавлюсь от своих мыслей, но только в одном из них у меня будет еще время без знания о выборе. Этот вариант с каждой секундой казался все более разумным. Именно так бы поступил бы любой думающий человек – избавился бы от своих мыслей хотя бы на секунду. Я бы многое отдал, чтобы очнуться сейчас и ощутить, что все вокруг для меня новое. Никто бы ничего от меня не требовал, и я бы мог делать все что угодно без мысли о том, что я делаю что-то неправильное. Ни одно из моих действий не было бы неправильным, просто потому что единственный, кто мог бы оценивать мои поступки, был бы уверен, что он все делает правильно.
Я обернулся. Моя капсула была прямо передо мной. Забавно – я находился в ней каждый мой сон, но за все эти дни я так и не решился встать туда. Может какая-то часть моего мозга оберегала меня от этого решения, но теперь было уже поздно. Я знал, что должно произойти. Если бы я полетел на планету, я бы мог пожалеть об этом, а затем жить остаток жизни, зная, что когда-то я совершил ошибку. Здесь же, капсула убережет меня от осознания своего поступка... по крайней мере, пока ко мне не вернется память.
Возможно потом, через десять дней, я поступлю по-другому. Через десять дней...
Капсула закрылась и ненавистные мне мысли уснули вместе со мной. Через десять дней я буду стоять перед выбором. Я буду полом сомнений, переживаний и испуга. А сейчас я должен просто поспать.