Часть 1 (Гл. 4)
Сначала был толчок. Лишь легкий толок в области затылка. Люди бегали, что-то кричали. Вдруг один из них вырвался из мутной дымки и посмотрел прямо на меня, держась за мое плечо. Его рот открывался и закрывался. Так смешно. Наверное, он думает, что я понимаю его и ту важную информацию, что этот человек так усердно пытался донести до меня. Как бы он, наверное, удивился, если бы узнал, что я не понял ничего из тех звуков, что так усердно произносила его нижняя челюсть. Но вот он уже расплылся и мой взгляд зафиксировался на другой фигуре, похожей на первую. Правда вот первая куда-то пропала. Может она просто превратилась в этого человека, который так спеша набирал какие-то символы на клавиатуре. Еще секунда, и он пропадает, как и первый. Я приготовился увидеть третью фигуру, но она все не появлялась и туман передо мной оставался спокоен. Наверное, я должен сделать что-то! Например, пошевелиться. Я попробовал поставить ногу на пол и разумеется сделал бы это, если бы он предательски не уплыл куда-то вниз, из-за чего моя нога, следуя за ним понеслась куда-то в серую бездну, увлекая за собой удивленное громоздкое тело...
Я проснулся. Сначала я даже подумал, что это все еще продолжение сна, вот только фигуры в дыму пропали, как, к слову, и сам дым. Теперь я мог ясно разглядеть монитор компьютера на стене в паре метров от меня. Наверное, окружение комнаты так на меня повлияло, но мой сон теперь выглядел немного по-другому.
Не спеша поднимаясь, я стал прокручивать в голове все что я видел. С момента пробуждения прошло явно меньше трех минут, но образы, что я видел во сне уже стали стачиваться и покрываться новыми мыслями, словно новым слоем... кр... Что же наносят этими щетками? Кр... крысны... нет... краски, точно... слоем краски, заместо старого и уже бесполезного слоя. Вот только тот слой вовсе не был бесполезным. Сейчас мне даже казалось, что он имеет куда большее отношение к реальности, чем-то что сейчас меня окружает. Эти стены, лампы, дверные проемы. Все это я уже видел тысячу раз и очень бы хотел узнать что-то новое о тех предметах, что меня окружают все эти долгие дни. И вот, когда мне так легко досталось так много новой для меня информации, когда произошло хоть что-то, что могло бы разнообразить столь тягучие дни, оно уплывало куда-то на мутное дно моего сознания, чтобы быть навечно забытым, среди самых бесполезных образов и мыслей. И теперь я вынужден перебирать сотни этих мыслей только для того, чтобы найти ту самую, нужною, что я так позорно упустил всего минуту назад...
Кажется, одна из фигур стояла у того монитора. Я наконец встал. Свет еще не горел, призывая меня лечь спать снова, да и ноги, честно говоря, меня держать отказывались. Я был уверен, что держать меня с тем ульем выше шеи, было главной функцией моих ног. Однако сейчас они были уверены, что их главная функция – лежать на полу, в чем эти два бесполезных отростка мою голову почти убедили. Не уверен, что я смог убедить их в обратном, но до монитора они меня все же довели.
Не знаю, что я ожидал там увидеть, но синий экран казался мне все таким таинственным, но холодным к моим проблемам, как и раньше. Теперь я точно знал, что эта штука не всегда такая упрямая, как когда я к ней подхожу, ведь та фигура во сне все же не так просто подошла к нему. Значит, компьютер все же может помочь, по крайней мере в мире снов. Фигура нажимала на какие-то из этой сотни клавиш – это я помнил точно. Именно это я и делал почти каждый день, но помогать мне компьютер отказывался. Я уж было хотел повторить мой ежедневный обряд перебирания всех клавиш, но в последнюю секунду остановился. И почему я вдруг решил, что в этот раз все будет по-другому? Потому что мне это приснилось? Я увидел лишь то, что хотел увидеть. И если еще пять минут назад у меня были сомнения, то теперь, когда я могу рассуждать трезво, мысль о том, что сон может помочь мне казалась все более и более бредовой. Никто ничего не изменит. Может я бы и сам был бы рад что-либо изменить, но никакого шанса сделать это все не было.
В любом случае, раз уж этой ночью мне не спится – лучше уж погулять по кораблю. Возможно где-нибудь на корабле открылась дверь с надписью «Изменения», или хотя бы «Другой корабль». Да что угодно! Пусть этот «другой корабль» будет точно такой-же как и мой, только в нем будет на одну лампу больше, и я уже был бы счастлив поселиться там. Честно говоря, я сильно сомневался, что я найду эту самую дверь в этой темноте. Иллюминаторов на корабле было предостаточно, однако почти за всеми из них была лишь черная пустота с маленькими лампочками звезд. И почему они не выключаются на ночь? Если бы это было так, то я бы, может мог пройти в комнату с видом на Картошку и вглядеться в эту пустоту, от которой Картошка так отвлекала. Но я знал, что Картошка там. Она горит, как и все предыдущие ночи, ожидая меня и днем и ночью. Может она на самом деле и не хотела сделать со мной ничего плохого и эти лампы вокруг никак с ней не связаны? Может они вовсе и не шпионы Картошки, а просто хотят указать мне путь... Путь! Я улыбнулся. Неужели я должен быть благодарен им за это. Вот я уже несколько минут хожу по кораблю в абсолютной темноте без помощи этих дурацких ламп. Неужели они хотят показать мне путь? Я и сам неплохо справляюсь, благо хожу я по кораблю уже очень много дней и уже давно запомнил каждую стену на нем. Как бы я рад был, если бы вдруг я взял... и врезался бы в стену. Это бы означало, что я еще не полностью знаю этот корабль. Это бы означало, что еще есть смысл существовать дальше. Ведь вот, вдруг, я наткнулся на стену, о существовании которой я не знал, до чего же удивительно существовать на этом корабле!
Я побежал так быстро, как только мог. Я хочу врезаться в неизвестную стену! Вот, я даже закрою глаза, настолько я этого хочу! Сейчас я нахожусь в 23-комнате, значит, чтобы вернуться в комнату с компьютером мне нужно повернуть налево через... 3...2...1, СЕЙЧАС! Так, теперь еще один поворот налево в конце этого коридора. До конца коридора еще 20 шагов. Пожалуйста, пожалуйста, пусть я ошибся, пусть до конца коридора не 20, а 19 шагов и все же врежусь в стену... 13...12... Ох, мечты, мечты. Как бы я рад был, если бы они оказались явью... 9...8... пожалуйста, я ведь не так хорошо знаю этот корабль, я ошибся. Пожалуйста, пусть это будет так... 5...4... Я ведь, наверное, уже сбился, вот сейчас я скажу «2» и врежусь в эту самую стену, я ведь не мог запомнить точно, не так уж я и долго на этом корабле... 3... чтобы запомнить... 2... каждый...1 коридор... 0. Я остановился и открыл глаза. Прямо передо мной был монитор компьютера. В этом коридоре оказалось ровно 20 шагов, как я и предположил. Хотя почему предположил? Я это знал точно и от этого мне стало еще страшней. Неужели я так долго брожу по этому кораблю, что смог запомнить длину каждого коридора в нем? Я ведь никогда не считал сколько именно дней уже прошло. И теперь я с ужасом осознал, что эта цифра скорее всего больше, чем я изначально предполагал. Куда больше.
Ноги подкашивались, в ушах бухала кровь. Не знаю, было ли это от бега ли это или от внезапно пришедшей мысли о безвыходности своего положения, но теперь я отчетливо ощущал слабость, что до этого так старался игнорировать. Сколько я спал? Лампы еще не горят, так что вряд ли больше трех часов. И что я буду делать завтра? Я задавал себе этот вопрос почти каждый день, но сегодня он отпечатался у меня в голове особенно ярко, с безнадежной уверенностью, что я так и не смогу на него ответить ни сегодня, ни когда-либо потом. Я задавал его так много раз, но только сейчас я вдруг понял, что ни разу на него так и не смог ответить. И что же я буду делать завтра?
Я лег на пол перед компьютером. Возвращаться в комнату с иллюминатором мне совсем не хотелось. Вокруг моего корабля так много звезд, но ни одна из них не хочет прервать моего одиночества. Они так рядом друг с другом, но приблизиться ко мне не хочет ни одна из них. Наверное, Картошка их уговорила отдалиться от меня. Висят там сейчас, в пустоте и смеются надо мной. Но еще не все потеряно! Сейчас я усну и наконец запомню ту последовательность действий, что делала та фигура у монитора. Я должен! Пусть это изменение и у меня во сне, я все равно рад и ему. Все равно, что я там увижу, пусть это даже будет часть моего воображения, главное, чтобы это было хоть что-то новое для меня что-то...