Новый экипаж и новый танк.
Наши армии были на подступах к Берлину как и в 1945. На фронте наступило небольшое затишье, копились силы для решающего рывка. Мой танк с номером 11 был отправлен обратно на Урал для глубокого ремонта. Взамен него мне выдали новый Т14, но уже не модифицированный со 152мм орудием. Такое решение было принято по причине того, что я привык именно к такому орудию. У меня был выбор между 125ки с новыми снарядами с урановым сердечником или 152мм с обычным набором снарядов. Но новые снаряды меня не заинтересовали. Время знакомится с экипажем.
- Я ваш новый командир танка, старший лейтенант Алексей Иванов. - поздоровался я.
- Здравия желаю товарищ командир!
Голос показался мне до боли знакомым.
- Пашка, ты что-ли?! - удивился я.
- Так точно! Не бросать же мне вас. По нам когда ударили меня меньше всех задело, а вот Володю сразу... - объяснил Паша.
- Мне сказали, что ты тоже погиб. Не уж то враки. - расспрашивал я его.
- А это, был ещё один танк как у нас который подбили и совпадение или нет, но там одного тоже Павлом звали. - рассказал Паша.
- Понятно. А с лицом то твоим что? - не унимался я.
- Так горели ведь, вот меня и обожгло немного. - сказал Павел.
- Ладно, я рад что мы снова в одном экипаже. А третий где? - недоуменно спросил я.
- А я здесь. - сказал Коля.
Из другой комнаты показался человек невысокого роста, широкоплечий и с голубыми глазами.
- Опа нихрена, ты то тут какими судьбами? - удивился я.
- А вот теперь буду наводчиком в твоём танке. - посмеиваясь сказал Колян.
- Ну чтож в представлении никто не нуждается, пойдём осмотрим наш танк. - предложил я.
Мы направились в ангары, чтобы проверить наш танк перед завтрашним боем. Особенно трепетно я проверял броню, не хотелось больше поджариться от вражеского кумулятива. Орудие было гордо поднято вверх, а на борту красовался номер 13 с буквой U.
- Ээ, кто нам такой номер дал. - возмутился Паша.
- Спокойно товарищ мех-вод, 13 число не счастливое для добродетелей, а мы служим смерти. Для нас это обозначение. - успокоил я Пашу.
И вправду, экипаж ст.лейтенанта Иванова прослыл на центральном фронте самым жестоким. Они не добивали тяжело ранненых бойцов которые умирали в агонии, порой давили пехоту врага гусенницами в том числе и раненных бойцов не успевших отползти. Использовали осколочно-фугасные снаряды в жилых кварталах и много других убийств. За эту жестокость их недолюбливали и дали прозвище: ,,Прислужники смерти,, .
- Говорят у немецких танкистов пошло поверье, что увидев Т14 с номером 11 лучше на полном ходу убегать, а если бежать некуда, то просто молиться. - подтвердил Коля. - Но это всё байки, в них верить нельзя. - продолжил он.
Я достал трафареты и чёрной краской нанёс на лобовую часть брони слово ,,СМЕРТЬ,, .
- Не плохо смотрится. Главное чтобы нам не предъявили за эту "живопись". - сказал Николай.
- Не предъявят. - уверенно заявил я. - Экипаж, в расположение шагом марш. И отбой. - скомандовал я.
Мы были полностью готовы к завтрашнему дню, готовы на столько, что я почти моментально уснул.