1
В сияющих залах Небесного Дворца, где стены сотканы из света, а воздух наполнен тихим пением звезд, Король Ангелов и Королева Ангелов готовятся к величайшему чуду — рождению своего первого ребенка.
Она, Королева, восседает на троне из перламутра, её крылья, подобные расплавленному золоту, мягко обнимают округлившийся живот. Её взгляд, обычно полный мудрости и власти, теперь смягчён нежностью и трепетом. В её сердце — волнение, ведь её дитя, зачатое в божественной любви, уже излучает свет, сравнимый с утренней зарей.
Он, Король, могучий и величавый, теперь чаще откладывает в сторону скипетр, чтобы прикоснуться к её руке или положить ладонь на её живот, чувствуя, как под ней трепещет новая жизнь. Его крылья, широкие и светлые, как небо, иногда непроизвольно смыкаются вокруг них обоих, будто желая защитить это мгновение от всего мира.
Придворные ангелы шепчутся, что даже Архангелы стали добрее, а Херувимы украдкой подкладывают у трона цветы, распускающиеся от одного лишь взгляда Королевы. Говорят, что само Небо замерло в ожидании — ведь их ребёнок, дитя двух величайших правителей, станет символом новой эпохи.
И когда ночь опускается на Небеса, они остаются вдвоём на балконе, с которого видно бескрайние миры. Король обнимает её сзади, а она прижимает его руки к себе, и вместе они мечтают о том, каким будет их чудо — смелым, как отец, мудрым, как мать, и бесконечно любимым.
Великолепные залы Небесного Дворца, обычно наполненные гармонией, в этот миг дрожали от гнева. Королева Ангелов, Оливи, её прекрасное лицо искажено яростью, сжимала в руках младенца — девочку, чьё мягкое сияние разливалось по покоям, как рассветная роса.
— Девочка?! — её голос, обычно мелодичный, резал воздух, как сталь. — Ты обещал мне наследника! Сильного, могучего принца! А это что?
Она толкнула ребёнка в руки придворной, та едва удержала хрупкое создание. Малышка, не понимая ничего, лишь тихо потянулась к матери, но Королева отвернулась.
Король Ангелов Дэн, чьи крылья, чёрные как бездна, распахнулись в гневе, шагнул вперёд. Его глаза, обычно спокойные, пылали.
— Ты осмелилась назвать нашу дочь "бесполезной"? — его голос гремел, как гром. — Ты, её мать?!
— Она не сможет править!— закричала Королева. — Она не будет воином, не продолжит твою силу!
— Ты глупа, если думаешь, что сила лишь в мече и мускулах,— прошипел Король. — Она — наша кровь. Наша плоть. И если ты не видишь её ценности, то это твой изъян, а не её.
Королева хотела что-то выкрикнуть в ответ, но вдруг увидела — его взгляд. Не просто гнев. Разочарование.
Она замерла.
А в это время маленькая принцесса, не зная о буре вокруг, улыбнулась. И в этом мгновении даже самые яростные ангелы почувствовали — что-то изменилось.
[Дэн всегда был добр ко всем, но в тоже время он призерал и ненавидел предателей. Он никогда не прощал предательство. Ангелы. Что приходит вам на ум когда вы слышите это слово? Дайте угодаю, существа с белыми крыльями, доброй душой,которые всегда всех любят и прощают всё? Но спешу огорчить,в этой истории всё будет по иному. Ангелы,не всегда бывают кем то святым.
Например в понятие человека:Ангел - это библейский термин, означающий существа света, посланники небес, существа со сверхъестественными способностями. В вероисповеданиях - сверхъестественные существа, посланные Богом в качестве помощника к людям. Но правда ли это?
Дэн в свою очередь был королём. Он решал все проблемы в государстве. И да, не у всех ангелов были крылья. Тупой миф которые распространили смертные.
...
Тишину Небесного королевства разорвал оглушительный рёв адских труб. Небо почернело, будто его затянули пеплом, а из трещин между мирами хлынули полчища демонов — изуродованные, с пылающими глазами и когтями, острыми как грех.
Во главе армии стоял Микко — Повелитель Бездны. Его крылья, словно вырезанные из тьмы, отбрасывали жуткие тени, а в руках он сжимал Клинок Падших, оружие, способное резать саму душу.
— Где мой Дэн?! — его голос прокатился по дворцу, заставляя вибрировать даже мраморные колонны.
Король Ангелов вылетел навстречу, его меч уже в руках, но сердце сжалось от ужаса — он не был готов. Защитные барьеры дрожали, ангелы-стражи падали под натиском демонов, а Микко... Микко шёл прямо к трону.
— Моё дитя.. — прошептал Дэн, и мир вокруг замедлился.
Он рванул во внутренние покои, где Ветерок, его верный друг и воин, уже схватил маленькую принцессу.
— Они прорвались! — крикнул Ветерок, его серебряные крылья трепетали от ярости. — Мы не удержим их!
Дэн схватил дочь, прижал к груди. Она плакала.
— Прости, моя звёздочка…
Он прикоснулся ко лбу ребёнка, и золотой свет обволок её тельце.
— Дэн, что ты делаешь?! — вскрикнула Королева, вбегая в зал, её лицо исказил ужас.
— Ты хотела, чтобы она исчезла? Так получи! — его голос дрогнул. — Но не для смерти. Для жизни.
Он швырнул Ветерка к порталу — последнему, что ещё работало.
— Увози её! В человеческий мир! Прячь!
— А ты?! — Ветерок схватил Люциеллу, его глаза горели.
— Я задержу их.
Портал вспыхнул.
И в тот момент, когда демоны ворвались в тронный зал, ребёнок и Ветерок исчезли в свете.
...
Небеса пали.
Дворцы, некогда сиявшие золотом и светом, лежали в руинах, окутанные дымом и пеплом. Тела ангелов — воинов, стражей, невинных — были разбросаны по мраморным плитам, их крылья сломаны, а свет угас навсегда.
Микко стоял среди разрушений,его клинок, пропитанный божественной кровью, дымился. Он уничтожил всех.
— Где она?— прошипел он, обращаясь к дрожащему пленнику — ангелу-придворному, которого демоны вытащили из-под обломков.
— Я... не знаю...
Микко вонзил когти в его крыло, и крик боли разорвал тишину.
— Ложь.
Он знал. Чувствовал.
Осталась одна.
Последний ангел. Девочка.
Его губы растянулись в оскале.
— Я найду её.
В Мире Людей
Мисс Бретт никогда не планировала становиться матерью. Ей было уже за сорок, жизнь казалась размеренной — работа в библиотеке, тихие вечера с мужем Алексом, который, хоть и любил выпить, но пока еще держался.
Но однажды ночью, возвращаясь с ночной смены, она нашла её.
Маленькую девочку, завернутую в странное серебристое покрывало, лежащую у края леса. Ребенок не плакал — лишь смотрел большими, неестественно яркими глазами, будто в них отражались звезды.
— Кто мог оставить тебя здесь? — прошептала Бретт, сердце сжалось.
Алекс, хоть и ворчал, что «не нужны им проблемы», все же согласился оставить малышку. Назвали Элис — просто потому, что имя показалось милым.
18 лет спустя.
Элис выросла. Никто не знал, откуда она взялась — ни документов, ни записей. Но Бретт любила ее как родную, а Алекс, хоть и пил все больше, все же иногда смущенно улыбался, когда она называла его «пап».
Элис была странной.
Она никогда не болела
Ее волосы светились на солнце, будто в них были вплетены нити золота.
....
Утро перед университетом было солнечным. Элис нервничала — новый город, новые люди. Она попрощалась с Бретт (Алекс к тому времени уже почти не выходил из запоев) и вышла на дорогу, ведущую к автобусной остановке.
И вдруг...
Ветер.
Сначала просто порыв, потом — вихрь, срывающий листву с деревьев.
Элис вскрикнула, пытаясь удержаться, но её оторвало от земли.
— НЕТ!
Она летела, как пушинка, не в силах сопротивляться. Лес смыкался над ней, ветки хлестали по коже, но она не падала
Что-то тянуло её вглубь.
И вдруг — тишина.
(Когда её отправили на Землю, она все забыла: кем была раньше, что было до того как её подобрали мисс Бретт и Алекс)
Ветер внезапно успокоился и отпустил Элис.
Она грубо приземлилась на сырую землю, подпрыгнула и тут же вскочила на ноги, готовая к драке. Перед ней стоял крылатый незнакомец — высокий, с белыми волосами и кожей человек, который выглядел очень необычно. Его глаза горели странным светом, но она не собиралась разбираться.
— Кто ты? — её голос дрожал от ярости, а не страха. — Что за хрень только что произошла?!
— Элис.. — он сделал шаг вперёд, но она резко отпрыгнула назад.
— Я не Элис... Я просто девушка, которую зовут...Марья.
— Нет. Ты — последняя принцесса Небесного королевства. Твой отец…
— Мой отец — Алекс Бретт, алкаш с третьей стадией цирроза. — она фальшиво рассмеялась. — Ты что, сбежал из психушки?
Ветерк сжал кулаки.
— Микко уже близко. Он убьёт тебя, если ты не вспомнишь!
— Вспомнить что? — она резко пнула камень в его сторону.
— Кто ты на самом деле.
Тишина.
Элис вдруг почувствовала головокружение. Перед глазами промелькнули образы: золотой дворец, чёрные крылья, окровавленный меч…
Боль.
Она зажмурилась — и в этот момент ветер снова рванул её за волосы.
— НЕТ!
Адреналин ударил в виски. Она больше не слушала.
— Всё, ты мне надоел!
И тогда она набросилась на него.
Не как принцесса — как уличная девчонка, которую 18 лет учили давать сдачи.
Первый удар — прямо в челюсть. Ветерок даже не увернулся, приняв его.
Второй — ногой в колено. Он просто покачнулся.
— Ты не можешь…
— Заткнись! — она вцепилась ему в волосы и с размаху вдарила головой в свой поднятое колено.
Хруст.
Кровь брызнула из его носа, но он ухмыльнулся.
— Ну вот. Теперь ты похожа на него.
— На кого?
— На своего отца.
..
Элис стояла, тяжело дыша, с окровавленными костяшками пальцев. Ветерок медленно поднялся, вытирая кровь с разбитой губы, но в его глазах не было злости — только усталая решимость.
— Ты закончила? — спросил он спокойно.
Она сжала кулаки, готовая снова ударить, но что-то в его голосе заставило её замереть.
— Ты несешь какую-то хрень про демонов, принцесс и моего "настоящего отца"!— выдохнула она. — Докажи. Сейчас.
Ветерок посмотрел на неё долгим взглядом, будто взвешивая её готовность услышать правду. Потом щёлкнул пальцами.
Воздух дрогнул.
И вдруг, прямо посреди поляны, появился стол.
Не просто стол — роскошный, резной, из тёмного дерева, с двумя креслами, покрытыми бархатом. На нём стояли фрукты, кувшин с вином и две хрустальные чаши. Всё это выглядело так, будто было здесь всегда, хотя секунду назад на этом месте была лишь трава.
Элис отпрянула.
— Что за..
— Садись, — сказал Ветерок, подходя к столу. — Или тебе нужно, чтобы я ещё раз щёлкнул пальцами и приковал тебя к стулу?
Она колебалось. Это было невозможно. Но стол был здесь.
— Ладно, — прошептала она наконец. — Но если это трюк — я тебя прикончу.
Она подошла и опустилась в кресло. Оно оказалось невероятно удобным, словно созданным специально для неё.
Ветерок налил вина в её чашу. Оно было тёмно-рубиновым, почти чёрным, и пахло чем-то древним, забытым.
— Пей. Оно поможет тебе вспомнить.
— Ты серьёзно? — она фыркнула. — "Выпей волшебного вина и стань принцессой"?
— Нет. Просто… это вино твоего отца.
Она замерла.
— Он пил его в последнюю ночь перед тем, как отправить тебя сюда.
Девушка медленно подняла чашу.
— Если я выпью… я вспомню?
— Ты уже вспоминаешь, — сказал он тихо. — Ты просто боишься признать это.
Элис вскочила из-за стола, опрокидывая чашу. Рубиновое вино разлилось по дереву, как кровь.
— Это бред! — её голос дрожал, но не от страха, а от ярости. — Ты мне что-то подмешал, гипнотизируешь, или… или это сон!
Она схватилась за голову, будто пытаясь вырвать навязчивые образы — золотые залы, крылья, чей-то крик…
— Элис Минтер! — выкрикнула она в пустоту. — Моя мать работает в библиотеке, отец — пропойца, я учусь на юрфаке.
Но слова звучали фальшиво, будто заученная роль.
Ветерок молчал. Только его крылья слегка вздрагивали от порывов ветра.
— Докажи, что это не сон.— она бросила ему вызов.
Он вздохнул и протянул руку:
— Ударь меня.
— Что?
— Во сне ты не чувствуешь боли. Бей.
Девушка сжала кулак и со всей силы врезала ему в лицо.
Боль пронзила костяшки, кровь выступила на его скуле.
— Чёрт! — она отдернула руку.
— Теперь ты уверена? — прошептал он, вытирая кровь.
Но она уже не слышала.
Потому что земля ушла из-под ног.
Темнота.
А потом…
Видение.
Она стояла в огне.
Вокруг рушился дворец, ангелы падали с неба, а перед ней стоял он — король с её глазами, в доспехах, залитых кровью.
— Беги! — его голос гремел сквозь вой ветра.
Кто-то схватил её сзади (Ветерок? Да, это он!) — и тогда король повернулся к тени с крыльями чернее ночи.
— Микко… — прошептала Элис в видении.
И увидела, как клинок пронзает грудь отца.
Алый свет.
Крик.
Её собственный.
Элис рухнула на колени, задыхаясь. Перед глазами всё ещё плясали отблески пламени.
— Это… это было правдой? — её голос звучал чужим.
Ветерок опустился рядом, его рука легла на её плечо:
— Теперь ты знаешь.
Тишина.
Где-то в лесу закаркала ворона.
Элис медленно подняла голову.
— Значит, я…
— Да.
— Но..
...
Элис резко вздрогнула и открыла глаза.
Потолок. Её комната.
Серые утренние лучи пробивались сквозь шторы, за окном щебетали воробьи. На тумбочке тикали дешёвые часы, рядом — конспекты по юриспруденции и пустая банка колы.
— Фух… — она провела рукой по лицу, кожа была влажной от пота.
Сон.
Такой реальный, что до сих пор болели кулаки, будто она и правда била того… крылатого психа.
— Бред какой-то… — Элис фыркнула, откинув одеяло.
— Просто сон.
Но почему тогда она так ясно помнила имя…
Микко..