12
Влад.
Ева радостно выбежала из подъезда так быстро, что я даже не успел выйти из автомобиля.
— Привет, — улыбнулся я, предложив Еве взять меня за руку. Она залилась румянцем, но осторожно вложила свою холодную ручку в мою теплую ладонь, подарив мне влюбленный взгляд.
— Привет, — прошептала она, не скрывая своей радостной и веселой улыбки. Похоже, ей очень хотелось поехать со мной в парк аттракционов.
— Ты чего такая радостная? Неужели все дело в парке аттракционов? — все же спросил я, замечая ее неусидчивость и игру пальцами.
— Просто мне кажется, что сегодня что-то произойдет, — воскликнула она. — Что-то очень хорошое!
Интересно, будет ли это грядущее событие радостное для нее, или пуговку подвела интуиция?
— А в какой парк мы поедем? — не унималась Ева.
— На ВДНХ*, тебя устроит это? — спросил я, поглаживая ее мягкую кожу большим пальцем. Я почувствовал, как рука Евы трепетно задрожала, что вызвало у меня улыбку. Для нее все было новым и был готов подарить ей это все, что только мог.
— Конечно! Я часто там бываю, даже летом. Очень красивый парк, там больше всего аттракционов!
Когда мы только пришли в парк, я думал, что Ева захочет сама пройти по всем развлечениям. Я ожидал, что она будет ходить по аттракционам одна, а я останусь в стороне, наблюдая за ней и наслаждаясь ее радостью со стороны, но все произошло иначе. Ева схватила меня за руку и потянула за собой, решив, что мы должны пройти через все аттракционы вместе.
Если честно, мне это не приносило особого удовольствия. Пока Ева с интересом и восторгом исследовала парк, я наблюдал за ней. Ее улыбка, смех, искры в глазах — все это интересовало меня намного больше, чем любой парк аттракционов. В то время как она развлекалась, я в мыслях подготавливал ту важную информацию, которую хотел сегодня ей сказать.
— Пойдем, пуговка, — позвал ее я, и Ева послушно взяла меня за руку, идя рядом. Она всегда брала меня за руку, куда бы мы не пошли и где бы мы не были. Это казалось мне милым. — Ты проголодалась?
— Немного, — ответила она, но я знал, что она была голодна после своих развлечений, поэтому завел нас в небольшой ресторан.
Здесь совсем не было людей, что было к лучшему. У нас быстро приняли заказ, который я сразу же оплатил, пока Ева смотрела на карту парка, обдумывая, куда еще можно было сводить взрослого мужчину.
Медленно я сел рядом с Евой, вновь взяв ее за руку и поцеловав. Она нежно смотрела на меня, учащенно дыша от нашей близости. Ее глаза сияли, и я видел в них радость и волнение.
— Ты уже решила, куда мы идем дальше? — спросил я тихо, а Ева только пожала плечами.
— Думаю, у нас есть еще несколько интересных мест, — ответила она, а после придвинулась к моему уху и прошептала: — Но, честно говоря, мне нравится просто быть здесь с тобой.
Я тяжело вздохнул.
— Ты знаешь, о чем мне нужно поговорить с тобой, — начал я, и глаза Евы потухли. Мне не понравился ее настрой.
— Я догадываюсь, — ответила она немного грустно. — Это про наши отношения? — Ева спросила с нетерпением, а я мягко кивнул ей в ответ, согревая ее руки своим теплом.
— Нам нужно определиться, пуговка. Я понимаю, что, возможно, даю тебе мало времени, но я с каждым днем все больше и больше втягиваюсь в это, — объяснил я, все еще держа ее руку. Ева не смотрела на меня, она смотрела на свои коленки или куда угодно, только не на меня.
— Я надеюсь, что дал тебе понять, что чувствую к тебе. Это уже не просто интерес, не просто симпатия и даже не просто влюбленность...
— Я тоже люблю тебя, — ее милое и невинное признание умилило меня еще больше. Она перебила меня, явно показывая, чтобы я переходил к главному, ведь я ставил ее перед выбором. Ева зачарованно посмотрела на меня, а я положил руку ей на спину, отчего она немного расслабилась.
— Я хочу, чтобы ты стала ближе ко мне, — я замолк, наблюдая за ее реакцией. Ева начала покусывать нижнюю губу и нервно сжимать свободную руку в кулачок, показывая свою нервозность и смущение. Ее щеки порозовели, когда я погладил ее по плечу. Она не отстранилась, поэтому я смело предположил, что ей нравилось мое внимание.
— Что я должна сказать? — тихо спросила она, не понимая, куда я веду. Я тепло улыбнулся ей, рассматривая ее дрожащие ресницы и кукольные глаза, которые были похожи на звезды, показывающие все ее чувства.
— Скажи, чего ты хочешь, — мягко подтолкнул я. Ее плечи опустились в поражении, и она устало откинулась на спинку дивана.
— Я... эм, тоже хочу быть ближе к тебе, — тихо сказала она. — Но ты даже не хочешь поцеловать меня. Как ты тогда хочешь быть ближе ко мне?
— Пока тебе не исполнится восемнадцать, я тебя не поцелую, — я пожал плечами, пока Ева выжидающе смотрела на меня. В её взгляде промелькнула злость. — Это всего лишь неделя.
— Тогда зачем ты спрашиваешь меня, хочу ли я быть ближе к тебе, если на самом деле ты будешь далеко?
— Я всегда рядом с тобой, Ева, — просто ответил я, наблюдая за ее недовольством. — Подожди всего одну неделю, она нужна мне, чтобы я смог чувствовать себя нормальнее.
— Ты чувствуешь себя ненормальным? — ухмыльнулась она, и в её глазах я увидел озорство.
— Я хочу, чтобы все было, как должно быть, — объяснил я. — Давай дождемся твоего совершеннолетия, и я обещаю, что все изменится.
Затем, Ева завела меня на рождественскую ярмарку. Проходя мимо разных выставок, я увидел, как заинтересованно она смотрела на магазин с пряниками, я решил повести ее туда.
— Хочешь пряник? — Ева охотно кивнула.
— А ты не хочешь? Можно я на твоем что-то нарисую? — спросила Ева, а я молча дал еще одну купюру продавцу, чтобы Еве положили еще один пряник и дали что-то нарисовать на нем.
Она старательно выводила что-то, закрывая от меня свое творение, чтобы я не подглядывал. Я заметил, как капельки пота выступили на лбу, несмотря на температуру ниже нуля, указывая на ее старание.
«Твое сердце в моих руках,
А мое — в твоих».
Я читал и улыбался, почувствовав себя по-детски влюбленным в эту девушку. Было приятно знать, что Ева сделала для меня такую мелочь.
Мы гуляли по парку и заходили в те магазины, куда хотела Ева.
Идя в размеренном темпе, Ева прятала свою крохотную ручку в моей — как и всегда. Мы шли за руку всегда, когда были рядом друг с другом. Я грел ее холодные руки и хотел укрыть ее своим теплом, укутать ее с ног до головы, чтобы ей больше никогда не было холодно.
— Откуда ты узнала, что я попал в аварию? — спросил я с интересом, пока мы направлялись к скамейке. Я уже знал ответ, но мне хотелось услышать его от Евы, что было немного наглым.
— Ну... — Ева начала, но я не дал ей сесть рядом со мной. Вместо этого мои руки крепко обхватили ее тонкую талию, и я легко приподнял ее, посадив на свои колени боком к себе.
Я обещал себе не трогать ее.
Ева шокировано смотрела на меня, но через несколько долгих секунд расслабилась и даже прижалась к моему телу. Мои руки охватывали ее полностью, поддерживая за спину и бедра, чтобы она не могла уползти.
— Ну? — я подтолкнул ее к ответу. Ева нахмурилась, в таком положении ей было сложно отвернуться.
— Я посмотрела в интернете, — ответила она. Я улыбался, а Ева легонько ударила меня в плечо. — Это не смешно. Ты не можешь смотреть на меня таким взглядом, который заставляет меня все рассказывать тебе.
— А я смотрю на тебя таким взглядом? — я не унимался. Ева злилась, и это делало ее еще милее, но я ценил ее чувства.
— Расскажи мне что-то про себя, — переведя тему, попросила она, я чувствовал волнение в ее голосе. Ева смотрела на меня выжидающе, как будто ждала чего-то важного. — Я ведь ничего про тебя не знаю. То, что я прочитала, было слишком очевидным.
— Очевидным? — переспросил я.
— Я что, не могла понять после нашей первой встречи, что ты успешный и влиятельный?
— А я успешный и влиятельный? — Ева вопросительно подняла бровь.
— Перестань повторять за мной. Лучше расскажи про себя.
— Что ты хочешь услышать?
— Не знаю... Может быть, что-то про твою работу, или про твое утро, или про твоих родителей.
— Моя работа может показаться тебе скучной, пуговка, но я работаю каждый день для улучшения своих ресторанов. Это просто хороший бизнес. Это то, с чего я начинал, — я улыбнулся, глядя на задумчивую Еву. В ее глазах мелькнул интерес, она хотела знать больше. — Утром я обычно не завтракаю, а сразу иду в спортзал, потом пью кофе и иду на работу.
— Еще ты пишешь мне утром, — счастливо улыбнулась она, словно вспоминая утренние сообщения.
— Я пишу тебе, когда уверен, что ты уже проснулась.
— Ты заботливый. Я не поставила твой контакт на беззвучный режим и всегда слышу, когда ты пишешь мне. А что насчет твоих родителей?
— Они самые обычные люди, — не без труда соврал я, предполагая, что Ева не готова говорить про родителей — ни про моих, ни про своих, — в наших отношениях нет ничего особенного.
— И-и-и? — Ева просила деталей, ее голос звучал любопытно.
— И все, — я старался сохранить свою непроницаемость, не раскрывая лишнего.
— Да ты же ничего не рассказал мне! — воскликнула она, разочарованно вздохнув.
— Разве? — я приподнял левую бровь, вопросительно глядя на Еву. — Или ты еще хочешь посидеть у меня на коленях? — сладко прошептал я ей на ушко. Ева тяжело сглотнула и смущенно отвела взгляд, пока я прижался щекой к ее волосам, чувствуя себя немного виноватым за то, что не сдержал порыв. — Прости. Мне стоит быть сдержаннее.
— Хочу, — упрямо перебила меня Ева. Я заметил, что она перебивала меня, когда хотела показать свою твердость. Мне нравилась ее инициатива. — Мне нравится, — сказала она и еще сильнее прижалась ко мне.
* ВДНХ — Выставка достижений народного хозяйства.