День зимнего солнцестояния

С последним ударом колокола Кудрявый и Азиат ворвались в аудиторию, едва не сбив по дороге хрупкую девушку с охапкой книг. Дверь с грохотом захлопнулась за их спинами.
Аудитория представляла собой просторный зал с высокими стрельчатыми окнами, сквозь которые лился рассеянный утренний свет, смешиваясь с дымкой ладана. Стены были увешаны чучелами и заспиртованными частями тел различных существ. Огромная голова тролля, чье стеклянное око неподвижно следило за всеми присутствующими, покоилась на стене. Вдоль стен стояли шкафы с костями, аккуратно разложенными по видам, а в углу темнел целый скелет чего-то человекоподобного, но с неестественно длинными конечностями.
Преподаватель — высохший мужчина с седыми бакенбардами и пронзительным взглядом — уже стоял у доски, на которой мелом были нарисованы схемы скелетов.
— Опоздали, – сухо констатировал он, глядя на парней поверх очков.
— Прощения просим, больше не повторится, – бодро ответил Азиат, оглядывая аудиторию в поисках свободных мест. Они нашлись, что позволило парням тут же присесть.
Студенты перешептывались, разглядывая новичков. Но недолго. Урок уже начался, а всем было известно, насколько сильно господин Грум не любил отвлечение от темы.
— Садитесь, – преподаватель указал на свободные места в конце зала, – и постарайтесь не мешать. Сегодня мы изучаем трупоедов. В частности — гулей.
Парни устроились за последней партой, с любопытством разглядывая учебные материалы. На столе перед ними лежали потрепанные фолианты с иллюстрациями, изображающими мерзких существ с вытянутыми мордами и рядами острых зубов.
— Гули, – продолжал преподаватель, вынимая из ящика череп с неестественно длинными клыками, – относятся к низшим некрофагам. Отличаются повышенной агрессивностью...
Кудрявый аккуратно записывал в новенькую тетрадь, но его внимание то и дело переключалось на однокурсников. Он наклонился к Азиату:
— Смотри, вон тот, – он едва заметно кивнул на бугая с квадратной челюстью, сидевшего впереди. – Как будто сам наполовину гуль. Особенно когда зевнул. Видел эти клыки?
— ...любят подкарауливать жертв на кладбищах...
Азиат фыркнул, стараясь подавить смех. Его взгляд скользнул по аудитории:
— А вот эта, – он едва заметно указал на девушку перед ними, — похоже, уже знает, как их убивать. Смотри, как она разглядывает картинки.
— ...и обладают крайне неприятным запахом, – закончил преподаватель, бросив на них испепеляющий взгляд. Его тонкие губы подергивались в едва заметной гримасе раздражения. – Хотя некоторые, кажется, уже знакомы с предметом.
Преподаватель резко обернулся, его тень удлинилась на стене, приняв на мгновение очертания чего-то хищного.
— Новые студенты! – его голос прозвучал, как удар хлыста. – Поскольку вы так активно обсуждаете материал, может, поделитесь с классом? Как отличить гуля от простой нежити?
Парни переглянулись. Неудобно как-то получилось. Но отвечать было нужно: кто знает, вдруг этот преподаватель окажется настоящим убийцей в отличие от ректора. Кивнув друг другу, парни встали со скамьи. Кудрявый первый принялся отвечать:
— Гули быстрее. И умнее. Обладают стайным инстинктом, тогда как нежить получает от кого-то приказы.
Голос парня звучал уверенно, и несколько нагловато, хотя это только казалось.
— А еще у них слюна ядовита, – добавил Азиат. – Нежить, конечно, не менее опасна, но зависит от степени сохранности тела: иногда может быть трупный яд, иногда и кусков не будет.
— Да, – кивнул Кудрявый, – это тоже важно. А вот Гули — всегда занесут заразу, потому как трупоеды. Если, конечно, в живых оставят. Обычного крестьянина растерзают так, что пойдут клочки по закоулочкам.
— А потом оставят довольно чистый скелет.
— Который потом станет нежитью?
— И не будет обременен плотью?
Пока парни отвечали на вопрос, в классе повисла напряженная тишина. На такие ответы мастер Грум медленно кивал: его глаза сузились, а пальцы сами собой поглаживали чисто выбритый подбородок.
— Достаточно, – прервал он парней. – Неплохо. Хотя и не совсем академично. Садитесь и больше не отвлекайтесь, бестолочи.
Парни сели, довольные, что беда обошла их стороной.
Рыжая девушка обернулась и бросила Азиату восхищенный взгляд. Амбал рядом с ней лишь презрительно сморщился.
Преподаватель продолжил урок, демонстрируя особенности строения скелета гулей. Кудрявый старательно записывал, но его мысли были далеко. Он украдкой наблюдал за однокурсниками, отмечая про себя, кто как реагирует на жуткие подробности. Особенно заинтересовала его парочка, сидящая перед трибуной Грума. Рыжая девушка делала зарисовки в своем конспекте, высунув язык от усердия. Ее сосед-амбал зевал, явно считая себя выше таких "базовых" знаний. Непосредственно перед парнями сидела девушка с холодными голубыми глазами. Она была неподвижна, сконцентрирована, лишь ее пальцы иногда постукивали по парте в такт объяснениям преподавателя.
Когда лекция подошла к концу, старый магистр неожиданно подозвал парней:
— Вы... интересные студенты, – он потер переносицу, оставляя на ней след от мела. – Но в нашей профессии теория так же важна, как и практика. Не забывайте об этом.
Азиат кивнул, но в его глазах читалось сомнение. Кудрявый же, напротив, с интересом разглядывал полочку с костями:
— А это что за образец? Череп какой-то странный...
Преподаватель вдруг улыбнулся:
— А вот это, молодой человек, уже тема следующего занятия. Если, конечно, не опоздаете.

Выйдя в коридор, парни хорошенько потянулись. Давно они так долго не сидели за партой.
— Ну что, – зевнул Азиат, – куда теперь?
— На полигон, – раздался звонкий голос прямо за их спинами.
Они обернулись. Перед ними стояла та самая рыжая девушка с урока — невысокая, с веснушками, рассыпанными по вздернутому носу, и озорными зелеными глазами. Ее рыжие волосы, собранные в беспорядочный пучок, торчали в разные стороны, словно она только что проснулась или пережила небольшой взрыв.
— Я Лисса, – представилась она, протягивая руку. – А вы те самые, которые ректора убили?
— Некроманта, – машинально поправил Азиат, разглядывая странную брошь на ее плаще — серебряную ящерицу с изумрудными глазами. – Меня звать Азиатом, а этого громилу — Кудрявым.
— Да какая разница, ректора или некроманта, – махнула рукой Лисса, и браслеты на ее тонком запястье звякнули. — Все равно круто.
Они шли по коридору, где кипела студенческая жизнь. Группы учащихся толпились у стен, обсуждая последние новости. Один парень в углу отчаянно жестикулировал, пытаясь объяснить что-то о волчьих ловушках, его собеседник скептически хмурился. Две девушки у окна перешептывались, бросая на парней любопытные взгляды.
Лисса уверенно повела их по оживленному коридору, ее сапожки стучали по каменному полу.
— Так вы на фехтование идете? – спросила она, ловко увернувшись от высокого парня с охапкой фолиантов.
— А что, можно не идти? – поинтересовался Азиат, наблюдая, как Лисса на ходу поправляет сползающую прядь волос.
— Можно, – она обернулась, идя задом наперед, и чуть не врезалась в статую какого-то древнего магистра. – Но тогда магистр Вигор вас найдет. И вам не поздоровится.
Кудрявый вздохнул, разглядывая мрачные фрески на стенах — сцены битв с нечистью, где победители выглядели немногим лучше побежденных.
— Значит, идем.
Лисса внезапно остановилась перед узкой боковой дверью.
— Кстати, – она понизила голос, – вы знаете, что вас сразу на третий курс определили?
— Это плохо? — выгнул бровь Азиат.
— Ну... – Лисса почесала нос, оставляя на нем чернильное пятно. – Обычно к третьему курсу уже знают основы. А вы...
— Мы быстро учимся, – усмехнулся Кудрявый, – хотя ты уже заметила.
— ...а вы даже не знаете, во сколько начинается урок, – закончила Лисса, игнорируя его реплику.
Они вышли во внутренний двор, где осенний ветер гонял по камням опавшие листья. В центре его стояло странное сооружение — полуразрушенный фонтан с обезглавленной статуей в центре. Где-то вдалеке прозвучал глухой удар колокола. Лисса вздрогнула.
— Ой, это предварительный звонок! Бежим!
Она рванула вперед, ее рыжие волосы развевались, как пламя. Парни переглянулись и бросились следом. 
Миновав каменную арку, студенты очень быстро бежали, уклоняясь от ветвей раскидистых деревьев, перепрыгивая пеньки, когда одной рыжей девушке
— Вот и полигон, – запыхавшись, сказала Лисса и встала в строй студентов. Парни последовали ее примеру.
Открытый полигон раскинулся на широком плато за восточной стеной академии, где осенний ветер свободно гулял между деревянными тренировочными манекенами. Вдалеке, за частоколом из заостренных бревен, темнел лес.
Магистр Вигор стоял у каменного колодца, его массивная фигура казалась вырубленной из векового дуба. Солнечные лучи пробивались сквозь рассеянные облака, играя на стальных пластинах его походного доспеха. Тяжелый двуручник, воткнутый в землю перед ним, отбрасывал длинную тень, пересекающую весь полигон.
— Новички! – крикнул он кашляющим голосом. – Сегодня день практики, отрабатываем удары друг на друге. Выберите себе пару и покажите, на что способны.
Парни подошли к студентам. Само собой, все уже были разбиты на пары. Однако... 
— Эй ты, – пробасил амбал, сидевший на прошлой паре с Лиссой. – К тебе обращаюсь, мелкий.
Азиат поднял голову и очень недовольно посмотрел на него. Кажется, оба парня нашли себе соперника.
— Твои зубы в трофеи не заберу, интереса нет, – сплюнул он и случайно попал на ботинок парня. – Но вот хлебало начищу с удовольствием.
— Тогда пошли прямо сейчас! – еле сдерживаясь, прорычал закипевший амбал.
Песок на открытом полигоне хрустел под тяжелыми шагами Гаррета, оставляя широкие следы. Его массивная фигура напоминала башню, а мышцы на его обнаженном до пояса теле пафосно перекатывались, когда он сжимал тренировочный меч. Азиат крутил шеей, желая как можно громче хрустнуть. Его собственный меч казался детской игрушкой в сравнении с оружием противника. Где-то вдалеке защебетала Лисса:
— Гаррет — чемпион академии! В прошлом году сломал двум студентам ребра на спаррингах!
— Спасибо, – хмыкнул парень, – очень поддерживаешь. 
Гаррет усмехнулся, обнажив желтые, неровные зубы. Его маленькие, глубоко посаженные глазки блестели, как мокрые камешки. Он начал двигаться вперед — вольяжно, насколько позволяла фигура. Песок под его сапогами скрипел.
Первый удар настал неожиданно быстро для такой махины. Деревянный меч просвистел в воздухе, заставив Азиата инстинктивно отпрыгнуть назад. Ветер от удара обжег лицо, заставив сощурить глаза. Не дай Бог песчинка попадет. Гаррет не стал ждать. Второй удар последовал сразу, по диагонали, с характерным боевым криком, вырвавшимся из его толстой шеи.
Азиат едва успел подставить клинок. Удар потряс его до костей, отозвавшись жгучей болью в запястьях. Дерево тренировочных мечей треснуло жалобно. Он откатился в сторону, чувствуя, как песок забивается под одежду. 
— Бегаешь как заяц! – проревел Гаррет, его жилистая шея налилась кровью. – Сражайся как мужчина!
Он снова пошел в атаку, его тяжелые сапоги поднимали тучи пыли. Азиат заметил слабость — при каждом шаге Гаррет слегка прихрамывал на левую ногу. Старая травма? Плевать, это шанс, которым он мог бы воспользоваться.

***

В это время товарищ Азиата внимательно смотрел на столь живописный бой. Скрестив руки на груди, Кудрявый не заметил, как к нему подошла сидевшая перед ним девушка. Высокая, стройная и довольно симпатичная, она двигалась почти неслышно.
— Значит, теперь ты мой противник, – спокойно произнесла она. 
— Значит так, – нордически ответил он. Их голубые глаза встретились.
— Сильвия.
— Кудрявый. Очень приятно.
— Не обольщайся, – хмыкнула девушка. – Ты, конечно, красавчик, но дурь я из тебя выбью.
— Жду не дождусь, – не меняясь в лице, кивнул Кудрявый и продолжил наблюдать за боями.

***

Следующую серию ударов Азиат уже ожидал. Он не блокировал, но умело уворачивался, заставляя Гаррета вертеться вокруг своей оси. Песок под ногами великана начал оседать, образуя скользкие ямки.
— Стой и сражайся! – взревел Гаррет, совершая мощный вертикальный удар.
Азиат отпрыгнул в последний момент. Деревянный меч врезался в землю с глухим стуком, подняв фонтан песка. В этот миг Азиат контратаковал — его клинок со свистом рассек воздух, целясь в бок противника. Удар пришелся точно по почкам, что не могло не радовать юркого бойца. Гаррет зарычал, пошатнулся, потеряв устойчивость. Его меч ударил в песок в сантиметре от головы Азиата. Тот вновь увернулся и нанес сильный удар под колено. Гаррет вскрикнул от боли, замахал лапами, но в следующий миг Азиат был уже на ногах. Он вскочил на спину согнувшегося великана, обхватив шею локтем и принялся душить. 
— Хватит! – остановил его хриплый голос Вигора. – Победа. Но грязная.
Гаррет поднялся на колени, его маленькие глазки горели чистой ненавистью. Азиат пожал плечами: какая разница, победа ведь. Вытерев пот со лба, он взглянул на свою дрожащую руку. Давненько он так не веселился. Надо будет повторить. 
Следующий бой должен был пройти между Сильвией и Кудрявым. Дав другу кулачок на удачу, Азиат устроился поудобнее рядом с Лиссой, которую в шутку щелкнул по носу. Девушка не обиделась, только стала отвлекать расспросами, где это он так научился драться.
Кудрявый переступил за известковую черту, отмечающую границы площадки. Сильвия уже ждала в центре. Она стояла неподвижно, ноги слегка расставлены, меч опущен вдоль тела. Ее дыхание было ровным. Солнечный свет падал на ее лицо, подчеркивая резкие скулы и тонкие брови.
Вигор, стоявший у края площадки, кивнул. Бой начался.
Сильвия двинулась первой. Три быстрых шага вперед, меч взмыл вверх по диагонали. Кудрявый едва успел поднять клинок для блока. Вибрация прошла по всей руке. Он отступил на шаг, пятка провалилась в мокрый песок.
Первый обмен ударами произошел молниеносно. Нужно было продолжать. Сильвия атаковала с шагом вперед, ее меч описал плавную восходящую дугу. Финт, переходящий в настоящий удар. Кудрявый парировал движением запястья, отклоняя клинок вверх, и тут же контратаковал прямым выпадом. Сильвия отклонилась назад с точностью до сантиметра, пропуская острие мимо ребер.
Сильвия изменила хват, перейдя на полукруговую защиту. Ее меч начал описывать сложные траектории: восьмерки, спирали, постоянно меняя плоскость атаки. Кудрявый отвечал серией круговых парирований, каждый блок сопровождался коротким скользящим контрударом.
На седьмом обмене Сильвия устроила обманный маневр: намеренно замедлила защиту, провоцируя атаку. Когда Кудрявый пошел на выпад, она выполнила идеальный перенос; ее клинок скользнул по его мечу, меняя его траекторию, а свободная рука толкнула его запястье, усиливая инерцию. Кудрявый едва удержал равновесие, однако ж не упал и, отпрыгнув, избежал еще пары ударов. 
Теперь пришел его час. Парень неумело наносил удары, каждый из которых Сильвия легко парировала. Но его атаки были слишком настырны. Желание победить у него было с излишком. Сильвия отступала, ее защита работала как часы. Каждый блок сопровождался минимальным движением. Так она экономила силы. 
Вдруг Кудрявый выполнил сложный прием: обманный удар сверху, мгновенно переходящий в подсечку. Но Сильвия предугадала маневр — она прыгнула вверх, в воздухе развернулась и, приземлившись за его спиной, нанесла удар по спине. Дерево затрещала от удара по его лопаткам, но и парню нехило досталось. 
Сильвия приняла удар на предплечье, не потеряв контроля. Их клинки скрестились в смертельном замке, лица оказались в сантиметрах друг от друга. Кудрявый почувствовал ее ровное дыхание, увидел капли пота на верхней губе. 
— Неплохо блокируешь, – усмехнулась она, продолжая держать меч в напряжении. – Но тебе не мешало бы научиться атаковать.
— С такой противницей грех не освоить искусство, – не удержался от флирта Кудрявый. 
 В этот момент магистр Вигор свистнул. 
— Достаточно! – крикнул он. – Победа за Сильвией.
Девушка, обрадованная исходу, вдруг сделала резкий выпад, поцеловав парня возле губ. Они ловко разошлись, опустив мечи. Грудь Кудрявого вздымалась, рубашка прилипла к спине. Сильвия дышала ровнее, но на ее лбу тоже блестела испарина.
— Для первого раза вышло неплохо, – хлопнул Кудрявого по плечу магистр. – Но тебе еще тренироваться и тренироваться. Слабоват ты для третьего курса. Спроси кого из ребят, может быть они помогут.
Парень кивнул, улыбнувшись.
— Думаю, я найду себе учителя, – сказал он, украдкой взглянув на Сильвию.
Вскоре пары закончились. Пообедав в общей трапезной, парни направились отдыхать. Нужно было скинуть вещи, ополоснуться и продолжать тренировки. Заходя в общежитие, парни остановились перед немолодой, однако очень бодрой и опасной на вид женщиной. 
— Пропуска! – потребовала она.
— Какие пропуска? – удивился Кудрявый. – Мы первый день, нет у нас пропусков.
— Не пущу тогда,  – махнула почти белой ладонью та. – Пошли вон!
— Да не было у нас никогда пропусков! – воскликнул Кудрявый.
— Ну, точнее они были, – прошептал другу на ухо Азиат. – Но я их проебал...
— Всем выдавали! Еще раз говорю, пошел вон, пока цел!
— Пусти мать, мы ж студенты! – попросился надавить на жалость Азиат.
— Нет пропусков, нет прохода, – категорично заявила консьержка. После чего подозвала их костлявым пальцем. – Однако могу сделать вам новые, если поможете с одним делом.