absurd [tokio hotel]

  Том нервно курил, стоя у себя на балконе.
Его тело до сих пор подрагивало от одного лишь воспоминания о том странном Альфе. Он прекрасно понимал, что этот парень непрост и довольно двуличен, любит покорность и хороший секс. А ещё он горячий, сексуальный, очень красивый, гибкий и изящный, но, тем не менее, ужасно подавляющий...
Ещё в том проклятом коридоре Том чётко осознал, что дико хочет лечь под это тело, широко расставить ноги, прогибаясь в спине, и отдаться, просто добровольно быть оттраханным прямо на холодном кафеле пола...
Вейс замотал головой, прогоняя пошлые мысли из головы. До течки четыре дня, а такое ощущение, что она завтра.
Мысли путались, а тело горело, словно в лихорадке, стоило вспомнить властный и цепкий взгляд, сводящий с ума запах, и слюни готовы были закапать пол...
— Блять! — рыкнул Том, ударив по бортику балкона рукой. — Заебал!
Ну, вот почему он не выходит у него из головы? Почему так прочно засел в сознании? Почему парень не может забыть этого Альфу? А может...
— Нет, нет, не может этого быть! — тихо затараторил Том, внутри ёжась от страха. Сердце пропустило удар, когда парень лишь подумал о том, что этот Альфа, возможно, его... - Нет, мать вашу! Я никогда не расставлю ноги перед каким-то Альфой! Никогда!
Он не кричал, шептал самому себе. Возможно, старался убедить себя, а не тех, кто случайно услышал его шёпот, проходя мимо.
Выбросив окурок в урну, Вейс набрал номер своего знакомого Альфы.
— Джейс, привет.
— О, Томат, давно не слышал тебя! Как дела? Я так понимаю, ищешь себе омежку?
— Да, и желательно крутую вечеринку. Не знаешь, где сегодня можно найти эти два компонента счастья?
Джейс несколько минут молчал, а потом с явной ухмылкой сказал:
— Сегодня отменная туса у Каулитца намечается. Там будет почти весь наш институт. Могу и тебе приглашение достать.
Том приподнял бровь, почуяв что-то неладное.
— Каулитц? Что за фрукт? Мажор?
— Чего? Ты что, шкет, не знаешь Билла Каулитца?! Бля, парень, ты где все эти четыре года был, а? Билл — старший сын Алекса Каулитца, президента корпорации «Блэйкнэйм», того самого миллиардера, что и дал жизнь нашему институту, вложив в него кучу бабок. Билл не мажор, как ни странно, вполне нормальный, свой в доску парень с легкими заскоками. Душа любой компании. Ебётся как кролик, под ним были все: и омеги, и беты, и даже альфы! Он воплощение секса и власти.
— Хорош его расхваливать, — оборвал друга Том. — Достань мне приглашение, посмотрю я на вашего бога.
— Том, только имей в виду, омегу, который крутится возле него, не смей трогать.
— А что так? Пара?
— Нет, просто этот сладкий мальчик Анди — его шлюшка и ещё двоих Альф, что постоянно с ним.
— Понял, не кипишуй, — проговорил Том и отключился. — Ну что ж, Каулитц, пора нам познакомится.
Но Вейс не знал одного, того, что с сегодняшнего дня его жизнь кардинально изменится и повернется на сто восемьдесят градусов.

Прибыв особняку Каулитца спустя час, Том нервно сглотнул, ощутив почти животный страх и в то же время дикую жажду секса. Быстро осмотрев дом парня и всех тех, кто уже был тут, он сделал неутешительный вывод — здесь живёт Альфа... Потому что резкий, подавляющий аромат был буквально везде, другие на его фоне просто терялись и исчезали.
Продолжая испуганно осматривать огромный шикарный дом Альфы, Том все сильней и сильней сжимался внутри, поскольку запах был мощнее и всё больше путал мысли парня.
Стараясь не выходить из своего образа, Том сел за барную стойку и, заказав себе бокал виски, стал осматривать обстановку. Алкоголь слабо ударил в голову парня, и он успокоился, так как усыпленный внутренний голос благополучно молчал.
Повсюду были студенты с разных курсов, из разных групп, разных полов. Альфы, омеги, беты — всё смешалось в одну массу людей, грозясь вылиться в грандиозную групповуху. Том и сам был не прочь засадить какому-нибудь омеге, но почему-то ждал. Возможно, его «жертва» ещё не пришла.
Энергия похоти постепенно становилась сильнее и мощнее, запахи сливались во что-то непонятное и сшибающее с ног. Секс, страсть и свобода — всем этим был пропитан воздух, заставляя сознание помутнеть.
Вот какой-то Альфа драл хрупкого омежку прямо на глазах у всех, не обращая внимания на восторженные крики, которые заглушали музыку. Оргия.
Том даже усмехнулся, как-то отстранённо понимая, что нехило возбудился от этой картины, страх ушёл, а его внутренний «Альфа» вновь показал свое лицо.
Парень спрыгнул со стула и расслабленной походкой направился к двум омегам, что сидели на диване.
Бесцеремонно он схватил одного за руку и потащил в тёмный угол. Он не обратил внимания на то, что этот омежка и был тем самым блондином, которого просил не трогать его друг.
— Парень, у тебя будут проблемы, если ты меня трахнешь, — как бы невзначай произнес он, оставаясь совершенно спокойным.
— Это ещё почему? — хмыкнул Том, расстегивая замок на джинсах мальчика.
— Потому что я Андреас, омега Каулитца, — холодно проговорил Соу, даже не испугавшись Альфы. Очевидно, сейчас запах был очень слабым, поэтому омега и был так спокоен.
— Ты его шлюха, а не омега, — усмехнулся Том и удивлённо моргнул, когда парня из его рук нагло вырвал другой Альфа, блондин плотного телосложения.
— Охуеть, бля, уже добычу отбирают, — возмутился он, провожая наглого омегу взглядом. Рядом раздался смешок, и сильная рука легла на плечо.
— Не расстраивайся, парень, тут ещё много «добычи», — проговорил низкий, но приятный голос.
Том обернулся и постарался не моргать, стоя так близко к тому самому Альфе, которого он недавно видел на улице. Шоколад с коньяком, сознание моментально напомнило его запах.
— Георг, если не ошибаюсь? — ровно проговорил он, стараясь не дышать.
Альфа улыбнулся и кивнул.
— Он самый, можно просто Гео. А самого как звать?
— Том Вейс. Я многое слышал о тебе, Гео... — начал врать Вейс, чтобы хоть как-то унять своё волнение. — А где же остальные твои друзья? Вас, вроде, всегда пятеро было.
Том подготовился, прежде чем прийти сюда, взломав архив института и просмотрев несколько файлов о Каулитце и его друзьях.
Георг усмехнулся.
— Ну, с Густавом и Андре ты уже познакомился, этим блонди, очевидно, очень приспичило потрахаться. Марка здесь не будет, это точно, Билл эту блядь не хочет видеть. Ну, а сам наш царь и бог скоро появится, задом чую, что он что-то задумал.
Парни прошли сквозь дёргающиеся тела и остановились возле всё той же барной стойки. Георг осмотрел парня с головы до ног и задумался, что же его так настораживает. Вроде, Альфа Альфой, а что-то не даёт спокойно его таким воспринимать.
— Вот скажи мне, Гео, одну вещь, — Том повернулся к парню. — Почему ваш Густав ебёт этого Андреаса, если он шлюшка Билла?
— Ну, начнём с того, что Андре не просто шлюха, а ещё и наш друг, — произнёс Альфа с мягкой улыбкой на губах. — И трахают его только четыре Альфы. Билл, я, Густав и Марк. Парня это устраивает и хорошо ему помогает, а у нас хороший секс всегда есть.
— Странные вы, Альфы, — проговорил Том, скользя взглядом по народу.
Вдруг музыка чуть стихла, и на импровизированный подиум вышел...
— БИЛЛ?!!! — хором воскликнули студенты и друзья парня, а у Тома сердце в пятки ушло от увиденного.
На подиуме стоял и ухмылялся высокий и до боли знакомый парень, только вот от того хрупкого и в то же время подавляющего существа не осталось и следа. Сейчас Том видел и верил, что перед ним стоит Альфа.
Сексуальный, властный, провоцирующий и соблазняющий вид накрашенных, чёрных, сатанинских глаз заставил каждую клетку в теле устроить маленький бунт. Хищное, резко очерченное лицо с острыми линиями и изгибами, сильно подчёркнутое короткими черными волосами, пугает и притягивает. Божественное тело, которому позавидовали даже омеги и девушки-беты, излучает ауру опасности, дерзости и подчинения, возбуждает от одного только взгляда на него. На парне были берцы, чёрные брюки в обтяжку и красная рубашка. На губах Альфы появилась наглая ухмылка.
— Не ожидали от меня такого, да?
— Ебать меня в зад... — прохрипел Георг, немного отойдя от шока, — Билл, ты охуенен!
Каулитц рассмеялся.
— Я знаю, Гео, я всегда охуенен.
— Ага, и страдаешь манией величия, — более спокойно, но не менее удивлённо проговорил Густав.
А Том... Том молчал, голодными глазами проходясь по фигуре парня и вдыхая его запах. Даже здесь, среди сотни людей, он чуял его, именно тот запах, что и в коридоре института, тот, который его подчинил и сломал многолетнюю выдержку. Запах проникал в него, заполнял изнутри и сжигал так сильно и так ярко. Он, словно кокон, обволакивал парня, стирая всех вокруг и оставляя один на один с Биллом. Тело покрылось испариной, а запах неожиданно стал слишком сильным. Кровь била в висках, член откликался болью, а в заднем проходе появился зуд, что злило, но и возбуждало парня.
Резко, словно щелчок выстрела, Билл повернул в его сторону голову и чуть сощурил свои глаза. До его носа долетел яркий аромат грейпфрута, спелой черешни и белого вина. Такая комбинация ударила по мозгам парня, заставив чуть оскалить зубы в усмешке.
Быстро, словно не стоя в центре толпы, на подиуме, Билл спрыгнул на пол, даже не покачнувшись, и стремительно направился в сторону Тома.
Сам парень сжался, но взгляда от Альфы оторвать не мог, с каждым его шагом сердце совершало кульбиты, а дыхание прерывалось.
Каулитц в два шага преодолел расстояние между ними и провёл языком по губам, жадно вдыхая запах парня.
— А ты вкусный, сладкий...
Том задрожал от этого похотливого, но не менее красивого, хрипловатого голоса. Рядом было какое-то движение, но Том не обращал на него внимания. Он всё так же задыхался, но продолжал смотреть в тёмные глаза.
— А я всё думаю, что в нём странного, — протянул Георг, усмехнувшись. — А он, оказывается, омега!
— Гео, — лениво произнес Билл, не спеша сокращая дистанцию между ним и Томом, — заткнулся и свалил отсюда.
Листинг фыркнул, но покорно ушёл.
Билл провёл кончиком пальца по полным губам парня и шумно выдохнул, сдерживаясь.
— Как тебя зовут, сладкий?
— Том... — едва слышно проговорил Вейс, не в силах сопротивляться Альфе.
— Томми, значит, — улыбнулся Билл, наклонившись к уху мальчика, — у тебя ведь скоро течка, да?
Парень затравлено кивнул и вздрогнул, когда язык Каулитца очертил ушную раковину.
— Это хорошо, Томми, очень хорошо. Я не буду пока тебя трогать, до течки, ну, а уж во время неё помогу не сдохнуть от возбуждения. Как ты, вообще, эти двадцать три года жил-то, мальчик? — почувствовав, что омега напрягся, выдавая себя, Билл провёл ладонью по его бедру и коснулся шеи губами. — Не бойся, лгунишка, я тебя не выдам. Незачем всем знать, что такой красивый и сладкий мальчик — свободный, хоть и временно, омежка. Не против так поиграть? Никто ведь не узнает, куда ты пропадёшь на следующую неделю. Так как, согласен?
— Да, — жалобно пискнул Том, сломавшись под натиском нежных и чувственных прикосновений.
Билл улыбнулся и отстранился.
— Вот и хорошо.
Он было развернулся, но рука, сомкнувшаяся на его запястье, уйти парню не дала.
— Только запомни одно, Каулитц, — Том шумно сглотнул, — я так легко не сдамся.
Билл усмехнулся и, посмотрев на омегу, поднёс его руку к губам, облизнув пальцы.
— Мальчик, а никто на лёгкую победу и не надеется. А теперь беги, малыш, беги отсюда как можно быстрее. Пока я держу себя в руках.
Дважды повторять Тому не надо было, и уже через минуту о нём напоминал только пьянящий запах фруктов и вина.

Билл прошёл по своему дому, почти никого не замечая и рассеянно отвечая на комплименты друзей. Он был погружён в себя и не мог начать связно мыслить. А всё из-за этого мальчика. Томми... он буквально на миг свёл Каулитца с ума. Возбудил, но растрогал своим страхом и оставил с приличным стояком.
Билл не знал, почему отпустил этого врунишку, но что-то остановило его. Да и запах был слишком приятным и сильным, слишком заметным и возбуждающим, что наталкивало на определённые выводы, правда, не совсем приятные. Том — его омега. Подумать страшно, не то, что осознать! Вот же Густ, пиздёныш, накаркал. И главное, как вовремя, блять!
Каулитц горько усмехнулся.
— Нет, этот ебучий день закончится когда-нибудь?
Тот факт, что он встретил свою пару, пока мало волновал, потому что он ещё не до конца осознал это и не знал, как себя вести. Всё слишком навалилось за один раз и начало давить на него.
Билл подошёл к своим друзьям, сел на диван и залпом выпил стакан виски.
Георг с любопытством смотрел на друга, ожидая его реакции.
— Листинг, хуле ты на меня смотришь?! — раздражённо проговорил Билл. – Да, блять, не тронул я его пока. И ты не смей. Он мой.
— О чём вы? — одновременно спросили Андреас и Густав, смотря на друзей.
— О том, что, походу, у нашего царя появилась пара, — ухмыльнулся Георг. — Билл встретил своего омегу.
— Заткнись! И без тебя тошно, — рыкнул Каулитц, опрокидывая в себя ещё один бокал. — Специально для всех вас говорю. Да, я встретил своего омегу, но это не значит, что я тут же побежал в ЗАГС жениться на нём и заводить кучу детей. Хрена с два! Дождусь течки, трахну его, если понравится, оставлю при себе, нет — избавлюсь. А пока, Андреас, ты будешь меня ублажать.
— Но, Билл... — начал омега, чуть задетый за живое, — если ты трахнешь СВОЕГО омегу, вы сцепитесь... Да и потом, после этого ты не сможешь отпустить парня.
— Я сказал, посмотрим! — рявкнул Билл и вздохнул. — А пока, забыли об этом.
— Ладно. Ты лучше расскажи, что у тебя за новости были? Ну, кроме последней.
— Отец хочет передать мне свою компанию, — на одном вздохе проговорил парень, — со следующей недели я буду у него работать, а через полгода он с папой и Джеем уедет в США на два года. Дин будет со мной.
Все сидели с открытыми ртами и не решались что-либо сказать.
Билл достал мобильник и набрал номер отца. Он ответил сразу.
— Ты что уже так быстро всё решил?
— За меня это сделали другие, если можно так сказать. Пап, давай я начну работать через две недели?
— А что уже случилось?
— Да ничего такого, просто, — голос парня чуть дрогнул, а взгляд стал задумчивым, - я, кажется, встретил своего омегу. Пока, пап...
Билл отключился и моргнул, когда перед ним появился бокал коньяка.
— Пей, — только и сказал Густав, — тебе сейчас это надо.
Каулитц хмыкнул, смотря на игру цветов в бокале, и одним махом выпил содержимое.