absurd [tokio hotel]

  Утро наступило как-то неожиданно быстро и разбудило Билла солнечными лучами, бьющими в окно. Парень поморщился от головной боли и приоткрыл глаза, щурясь. Похмелье, бля... Он помотал головой и поднялся, стараясь осторожно пройти, не наступив ни на кого. Нет, у него не глюки, просто дом был усеян сотнями тел бухих студентов, которые нагло дрыхли.
Билл осмотрел «поле битвы» и усмехнулся.
— Да... хорошо погуляли...
Тут вдруг завибрировал телефон в его кармане.
Поклявшись (в который раз!) выебать звонившего, парень достал мобильник и закатил глаза, моментально трезвея. Батенька...
— Пап, давай через полчаса поговорим, а? Я только глаза продрал, — прикрыв эти самые глаза, проговорил он и вздохнул.
— Мне нужно знать всего одно. То, что ты вчера говорил, правда?
— Да.
— Я приеду к тебе вечером.
— Но пап...
— Не возражай и поднимай свою банду, вы уже как три часа должны быть в институте, — отрезал Алекс без смеха в голосе.
— Хорошо, — сдался Билл и отключился, забросив телефон обратно в карман.
Он вздохнул и врубил на всю громкость музыку, рявкнув:
— Подъём, братва! Пора грызть гранит!
И провожаемый матами друзей парень направился в ванную.

В это время Том сидел на кухне своего дома и думал, попивая кофе.
Что теперь будет? Как он будет скрывать все эти три дня, что он омега, а Билл — его Альфа? Как, вообще, скрыть то, что он его возбуждает?!
Том вздохнул, чувствуя, как покалывают места, которых касались губы и руки брюнета.
— Блять, да что же ты со мной делаешь? — страдальчески застонал он, горько улыбнувшись. Приплыли, Томми, обман раскрыт, Альфа найден, мозг к чертям вынесен, воля сломлена. В голове пусто и одно желание — подчиниться.
Просто покориться, позволить его сущности взять верх, отдаться...
Нет, это уже клиника.
«Том, держи себя в руках, он же пообещал, что до течки не тронет тебя, а что будет после неё, это дело уже пятое».
Дожили, он уже сам с собой разговаривает.
Мысли Тома прервал звонок телефона. Куратор.
— Да, я Вас слушаю, фрау Штейн, — проговорил он, несознательно напрягшись.
— Гер Вэйс, аудиторию вашей группы временно закрыли, и поэтому вы будете некоторое время учиться с параллельной группой.
Сердце парня тревожно сжалось. В параллельной группе учился Билл...
— А что случилось?
— Да ничего серьёзного, просто трубы прорвало. Не беспокойтесь, это ненадолго, всего на две недели.
«Ага, за которые я окончательно стану омегой Каулитца».
— Надеюсь на это, — вздохнул Том, — спасибо, что предупредили.
Куратор положила трубку, а Вэйс нервно рассмеялся, проводя ладонями по лицу.
— Вот же западло, бля!
Он мотнул головой и поднялся. Раз его закинуло в группу его Альфы, он должен появиться там в лучшем виде. Сам того не понимая, Том сделал первый шаг навстречу Биллу, желая ему понравиться. Но вот как сам Альфа отреагирует на новость о совместном обучении, Том не знал, хоть и предчувствовал то, что он будет недоволен.

Билл и команда ввалились в аудиторию к концу третьей ленты, чем вызвали всеобщее недовольство учителей, которые и не надеялись уже увидеть их.
— Да неужели Его Величество Вильгельм Каулитц со своей свитой решили почтить нас своим присутствием? — сухо проговорил преподаватель экономики, мазнув по парням, что рассаживались по своим местам, взглядом. И тут же удивленно моргнул, увидев новый стиль Билла.
Сам парень хищно усмехнулся и сверкнул глазами.
— Как же можно о Вас забыть, Гер Штат?! Тем более мне. Это было бы большим упущением. Экономика теперь для меня самый нужный предмет.
— Не умничай и садись на своё место, Каулитц, — сказал Штат, слегка усмехнувшись. Он любил этого дерзкого и наглого оболтуса как студента, разумеется. Билл был умным и сообразительным парнем, но часто из-за маски лидера скрывал свой гибкий ум за пошлостью и колкостью.
Билл хмыкнул и сел за первую парту, расслабленно откидываясь на стул. Можно немного отдохнуть, перед тем как его жизнь превратится в тихий ад или сумбур происшествий. Парень чётко понимал, что отец так просто от него не отстанет, пока не докопается до правды. Он из него всю душу вытрясет, Билл был уверен и готов к этому, но всё же менять жизнь столь быстро и кардинально он не мог. Просто многолетние привычки так быстро не проходят.
Внезапно он учуял запах своего омеги и резко распахнул глаза, метнув взгляд в сторону дверей.
Там стояли пара-тройка Альф, ещё три омеги, двое бет и его Том.
Впереди них стояла женщина-бета и что-то говорила про временное совместное обучение. Билл её не слушал, а нагло скользил взглядом по фигуре Вэйса и едва не палился перед остальными студентами, которые тоже положили глаз на него.
Высокий, широкоплечий, в меру накачанный и до одури сексуальный и притягивающий. На Томе были чуть шире обычных джинсы тёмно-синего цвета и тонкая серая водолазка, которая красиво обтягивала мускулы груди, рук и пресса. Брейды свободно спускались сзади на затылок и плечи.
Билл облизнул губы, продолжая пожирать парня глазами, впиваясь в красивое лицо.
Высокий лоб, широкие брови вразлёт, лисьи хитрые глаза с пушистыми ресницами, тонкий, чуть курносый нос, полные улыбчивые губы и широкие скулы. Красив, ничего не скажешь, неудивительно, что его приняли за Альфу, только вот запах парня говорит совершенно о другом.
Билл с каким-то болезненным наслаждением втянул в себя аромат Вэйса и чуть закатил глаза от возбуждения и желания обладать, что буквально захлестнуло его с головой. Просто нереальное чувство, когда хочешь взять и, самое главное, можешь, но терпишь, потому что пообещал пока не трогать. Предвкушение.
Он сел ровно, всё ещё слабо дыша, потому что не мог себя контролировать, когда вдыхал полной грудью. Хотелось подойти, вырвать его из этого круга Альф, омег и бет и спрятать подальше от чужих глаз, а после трахать так, пока узел на члене не отвалится.
И тут, как по заказу, Том повернул голову в его сторону и замер, попав в плен чёрных глаз.

«Хочу его», — вот та единственная мысль, которая посетила омегу, когда он встретился глазами с Альфой. «Хочу провести языком по его шее и острым ключицам, что видны из-за слегка расстёгнутой рубашки, спускаясь ниже, выцеловывая пресс и лобок. Хочу, чтобы его руки обездвижили меня и причинили боль, сжимая до потемнения в глазах. Хочу, чтобы его член вбивался в меня с бешеным темпом, грубо толкаясь внутри, чтобы я кричал под ним, пока не лишусь сознания».
Том облизнул губы, не отрывая взгляда от чёрных глаз, и глубоко вздохнул, тут же чуть задрожав.
Билл в точности отзеркалил его жест и чуть кивнул на место рядом с собой.
Том закатил глаза и, после того как им разрешили рассаживаться по свободным местам, уверено направился в сторону Каулитца.
Под тихий шёпот студентов он опустился рядом, слегка проведя пальцами по локтю Билла.
— Сука, — не посмотрев на него, проговорил он, старательно сохраняя спокойное выражение лица и ровно дыша.
— Такая же, как и ты, — нагло парировал Том, напротив задыхаясь.

Истинная мука... Быть так близко, но в то же время нереально далеко. Они едва знакомы, но такое ощущение, что знали друг друга всю жизнь. Словно чётко зная, они провоцировали друг друга, задевая слабые места. Это были и издёвки, тихие, едва слышные, и мимолетные прикосновения, и взгляды, даже ничего не значащие улыбки. Абсолютно всё парни направляли друг против друга. Что, естественно, не осталось без внимания других студентов.
Народ знал, что в их группе появилась пара, просто не все верили, что это именно Каулитц и Вэйс. Слишком яростной и яркой была энергетика вокруг них, слишком много похоти виднелось в глазах, и слишком сильными были их провокации. Ничего похожего на то, что испытывают партнеры, когда формируется пара. Ни ласки, ни нежности, ни шока. Просто сплошная аура желания оттрахать и быть оттраханым. Правда, студенты не знали одного, кто кого ебёт. Но до жути хотели узнать, почему между парнями будто молнии шарахают и электрические заряды пробегают по телам.
Но сами Билл и Том палились и даже не замечали этого.
Вот и сейчас Каулитц наклонился к уху Вэйса и, вдохнув его аромат, тихо проговорил на ухо:
— Томми, клянусь, ещё одна провокация и я выебу тебя прямо тут, на глазах у всех.
— О, конечно, тебе же не впервой это делать, не так ли? — парировал Том. Его несло и несло конкретно, потому что что-то заставляло дразнить Альфу, выводить его из себя, злить, заводить... Инстинкт?
Билл провёл пальцами по шее парня и сжал руку на косичках, больно их стянув и заставив омегу смотреть на него.
— Вэйс, ты доиграешься, что не сможешь на своей попке несколько дней сидеть. Я выебу тебя как сидорову козу, во всех позах и на всех поверхностях. И уж поверь, Томми, во время течки ты у меня получишь.
Резко Билл отпустил его и сел ровно, став непривычно спокойным и холодным.
Том же сглотнул и тоже выпрямился. Эта угроза была куда серьёзнее, чем первая, и подействовала она тоже хорошо. Парень немного успокоился.
Но вот общественность не горела желанием успокаиваться и хотела подробней знать, что между ними происходит, смотря на короткие перепалки парней.

— Каулитц, ты что, нового любовника себе завёл? — прозвучал до боли знакомый голос Марка, заставивший Билла закатить глаза, а Тома несознательно напрячься. — Или справедливость всё же есть и этот парень твой Альфа?
— Тебя, блядь недоёбанная, забыл в известность поставить, — резко ответил Билл, смотря на парня с примесью ярости и презрения. — Свалил отсюда.
— О, ну что ты сразу срываешься, Билли? В лом сказать, да?
Каулитц поднялся и подошёл к нему, схватив за затылок.
— Я не омега, мразь, сколько можно это повторять?
Марк было открыл рот, но не сказал и слова, так как запах Тома достиг его носа и взбудоражил каждую клетку организма.
Билл прекрасно понял, что Марк учуял омежий запах и теперь во все глаза смотрел на ЕГО омегу, поэтому и бросил Тому, не оборачиваясь:
— Том, подожди меня на выходе, будь добр.
Сам парень прекрасно видел, что будут разборки, это было понятно по трескающемуся воздуху и накалу эмоций. Он хотел остаться, но не мог не подчиниться, соглашаясь, что будет мешать.
Том встал и, забрав свои вещи, направился на выход. Проходя мимо парней, он мазнул взглядом по Марку и фыркнул.
— Билл, не трать на это дерьмо свои нервы. Всё равно, как об стенку горохом. Не опускайся до его уровня.
Затем, одарив Каулитца чуть ехидным, но не менее жарким, взглядом, Том ушёл. Билл закатил глаза и посмотрел на Марка отнюдь не добрым взглядом, прошипев:
— Подойдёшь, скажешь ему хоть что-то, и я твои яйца зажарю на гриле, а в анус кол вставлю. Понял меня?
«Вот что сделал этот сученок? Я теперь даже прикоснуться к этой мрази не хочу, не то, что избить», — подумал Билл чуть злорадно.
— Это твой омега... — в шоке проговорил Энтони, широко раскрытыми глазами смотря на парня.
Билл оскалился.
— Дошло, блять. А теперь вали отсюда, пока я не передумал тебя не убивать.
Марк со своими дружками унёсся со скоростью ветра, а брюнет направился на выход, где его ждал Том, стоя на крыльце и опираясь на бортик балкона.
Каулитц не спеша подошёл к нему и встал за спиной. Их запахи начали сливаться в один и, словно коконом, обволакивать их.
Едва касаясь кончиками пальцев, Билл провёл по позвоночнику парня и притянул его к себе за джинсы. Том шумно выдохнул, когда почувствовал нехилый стояк, что упирался ему в зад, и жаркое дыхание возле уха.
— Два дня, Том, всего лишь два дня и ты, лгунишка хитрый, станешь моим.
— Несильно раскатывай губу, — смог выговорить Вэйс, борясь с желанием обернуться и впиться в губы парня.
Билл усмехнулся и переместил свою руку на пах Тома, сжимая член рукой через грубую ткань джинсов. Он захватил губами кожу на шее, именно на том месте, где Альфы обычно ставят свою метку. Движение ладони ускорилось.
— Ты хочешь меня уже сейчас, когда мы знакомы всего два дня... А что будет к концу недели?
Том закатил глаза, чуть откидываясь на грудь Билла.
— Ты, блять, такой самоуверенный, — прошипел он, стараясь не стонать от ритмичных движений руки на члене.
— Я Альфа. Твой Альфа, сладкий. Запомни это.
После Билл исчез так же незаметно, как и появился, оставив Тома на крыльце одного. Вэйс судорожно выдохнул и расслабился, провожая взглядом высокую фигуру брюнета, что уверенно шёл к своему автомобилю. Взгляд парня скользил по Биллу и будто ощупывал, обволакивал, желал...
Что тут скрывать, да, он его хотел, настолько, что, казалось, яйца отвалятся от перевозбуждения. И хоть он едва знал Билла, это не мешало ему. Пока не мешало.