Штрихкоды

АЛЕКСИЯ

Любовь требует от нас быть храбрыми и стойкими.

– Где ты шлялся столько дней?! – На весь дом кричал Кристиан.

От его стального и злобного голоса я открыла глаза.

За эти два дня я спала от силы пять часов. Остальное время лежала на кровати, глядя на стену и несколько раз выходила в туалет и на первый этаж поесть, чтобы не злить отца. Он и так это время не трогал меня, что очень странно для его поведения.

Никак не могу принять тот факт, что больше не увижу Лукаса. Все эти годы смерть была для меня чем-то далеким и чужим. Всегда думала, что есть еще многие годы, прежде чем встретиться с ней лицом к лицу. Я даже не могла представить, что она поджидает меня за углом.

В Блекфорде люди относятся к смерти как к чему-то обыденному и неизбежному. Ведь только единицы переживают за то, что когда-то потеряют родного человека.

Блекфордцы не привыкли к ранней смерти. Поэтому уверены, что еще успеют пожить. Но видит опыт, часто людям свойственно ошибаться.

Я распласталась на кровати позой звезды и глубоко дышала, продумывая следующие шаги.

За время лежания и бессонницы приходилось много размышлять. И пришла я к тому, что смерть Лукаса не должна стать забытой и нужно узнать по какой истинной причине он погиб. А потом отомстить, если это будет необходимым.

– Да ты идиот, твою мать! Еще раз появишься на территории первого уровня – будут предприняты жесткие меры!

– Жесткие меры, – тихо проговорила я.

Он часто так говорит, но, к сожалению, я только сейчас поняла, что это всего лишь запугивания. Он ничего не сделает с Аланом. Ведь если бы хотел сделать, то по крайней мере не говорил бы об этом напрямую.

Поэтому, его жесткие методы перестали пугать теперь и меня. Девочку, которая страшилась даже теней.

Что-то на кухне с грохотом упало и разбилось. Послышался звук битого стекла. Я напряглась, но продолжила бороться с желанием вмешаться в их ссору.

В конце концов, Алан не маленький. А я была слепа, если не замечала, кому на самом деле нужна была помощь. Она необходима была безобидному добряку с веснушками и с чистым сердцем.

Я перевернулась на живот и уткнулась в подушку, пытаясь стереть события последних дней. В дверь постучали, но я не стала реагировать. Пусть думают, что сплю.

Постучав вновь, нежеланный гость решил зайти без разрешения. Я не поднимала голову, чтобы взглянуть на человека, только слышала его тихие шаги и громкое дыхание. Гость сел на пол возле кровати и откинул голову на матрас.

– Алекс, – его хриплый голос заставил вздрогнуть. – я знаю, что ты не спишь. Хотел посмотреть, как ты держишься?

Парень не собирался уходить, не услышав ответ, а мои чувства были противоречивы. Половина меня хотела обнять брата и попросить, чтобы он помог мне. А другая половина хотела вытолкнуть его из комнаты и напомнить, что он бросил меня.

– А ты уверен, что я вообще держусь? Нет, Али, держалась я до смерти Лукаса, а теперь я рухнула на дно, разбивая сердце вдребезги.

– Извини.

– Скажи мне, как ты пережил смерть Софи?

Я увидела, как брат напрягся. Однако он собирался с мыслями, а я думала, что Алан избежит этого разговора.

– В первое время она мне везде мерещилась. Я видел ее в каждом знакомом местечке города. Даже разговаривал с ней, а когда опоминался, понимал, что болтаю сам с собой. Ее смерть меня сильно изменила, – он развернулся ко мне и серьезно посмотрел в глаза. – Но я смог принять эти изменения и смог жить с ними дальше. Теперь главный вопрос, сможешь ли ты?

– Смогу, но ту Алексию ты больше не увидишь, Алан. Она умерла вместе с Лукасом.

Он поджал губы и задумался.

– Знаешь, мне не сложно извиниться перед тобой. За все плохое, что я сделал тебе, но я думаю, тебе это не нужно. От моих извинений не станет легче.

– Алан, все в прошлом. И чтобы извиняться перед кем-то, сначала подумай, а больно ли этому человеку, а обидел ли ты его? Извиняться может каждый, а вот знать за что просишь прощение могут единицы.

– Я, пожалуй, пойду.

Я не стала отвечать и уткнулась обратно в подушку.

В один миг пришло озарение, что пока я лежу и ничего не делаю, коварные планы отца только усовершенствуются. Если я прямо сейчас не начну действовать – смерть Лукаса останется незамеченной и забытой.

Но что я могу сделать одна? У меня нет близких людей, на которых можно положиться. Мне некому доверять и отчасти в этом виновата я. Долгое время я слепо подчинялась отцу и его манипуляциям. Уверяла, что так будет лучше, не подозревая, что своими же действиями гублю жизнь Блекфордцам.

Одним из самых паршивых приказов Кристиана являлась ссора с Мелани. Он заставил, а я даже не попыталась противиться. Лишь жалела себя за то, что должна поступать так как велят. Но кому я была должна? Я просто боялась реакции отца на мой отказ. Была трусливой мышью, и пора что-то менять.

Я со злостью поднялась с кровати и пошла в душ с намерением смыть всю грязь. Подошла к зеркалу в ванной комнате и посмотрела на свое отражение. Волосы были грязными и взлохмаченными, глаза опухшими, а возле них красовались огромные синяки от недостатка сна, губы сильно потрескались от сухости.

Вид был ужасным, но так или иначе я была настроена выйти на воздух и попытаться исправить большую ошибку.

– Мне жаль. Я не хотела тебя обижать и теперь каюсь. - проговаривала речь, мыля тело.

Мелани была всегда добродушной, но злопамятной. Она может простить, но при этом будет еще много раз напоминать о прошлых обидах. А до этих пор мы никогда не ссорились на долгое время. И мне еще предстоит вернуть доверие бывшей подруги.

Спустя час я, уже собранная, бежала к выходу на цыпочках, чтобы остаться незамеченной. Алан, я уверенна, спит, Кристиан в это время в своем кабинете, а мать либо убирается, либо на кухне готовит ужин. Но она не доставит мне проблем и позволит выскользнуть из дому.

Я схватила с вешалки короткую меховую куртку бежевого цвета и выскочила на улицу. Остановилась на крыльце и сделала глубокий вдох прохладного воздуха. Надела куртку, вытащила из-под нее волосы и быстро зашагала к намеченной цели.

Все было именно так, как говорил Алан. Я шла по местам, куда водила мальчишек и воспоминания больно врезались в мозг и просачивались в самое сердце.

Я ускорилась и перешла почти на бег, чтобы не думать о Лукасе и не расплакаться. Еще немного и я окажусь в третьем уровне у дома Мелани. По коже пробежали мурашки, когда увидела верхушку крыши детского дома. Сильно зажмурилась и схватилась за голову.

– Лукас, прошу прости меня! – Взмолилась я.

Открыла глаза, перевела их вбок и увидела перед собой шагающего рядом рыжего мальчугана. Он широко улыбался и протягивал мне руку. Я протянула свою в ответ и громко расплакалась.

– Я тебя очень люблю. Мне безумно жаль.

Он ничего не говорил, только улыбался и продолжал тянуть ко мне свои руки.

– Лукас, прошу ответь!

– Девушка, вы пьяны?

Я потерла глаза и теперь вместо Лукаса передо мной стояла взрослая женщина с огромными пакетами в руках. Мои глаза бешено пробежались по ней и, оставив человека без ответа, я рванула вперед.

Подбежала к знакомому крыльцу и зазвонила непрерывно в дверь до тех пор, пока мне не откроют. Через минуту дверь распахнулась и передо мной появилась моя Мел. Я не смогла сдержать эмоции и слезы вырвались наружу. Глаза подруги были заплаканными и отчужденными.

Она смотрела на меня и хмурилась.

– Мелани, я глупая дура. Ты одна из самых родных моих людей. Мне тебя до смерти не хватает.

Этих искренних и эмоциональных слов хватило, чтобы расплавить обидчивое сердце подруги. Мелани, недолго думая, протянула ко мне руки и сильно сжала меня в объятиях.

– Я слышала о случившемся. Соболезную.

Мы обе расплакались и не могли отстраниться друг от друга. Я поняла, что ей тоже меня не хватало и она скучала.

Мелани не любит, когда ее касаются и всегда пытается избегать близости с людьми. Прикосновения ее раздражают и сковывают, но сейчас она первая решила обнять меня. С ее стороны это огромный знак любви.

– Спасибо.

– Проходи, я налью тебе какао.

Я зашла в дом и подруга повела меня на кухню. Я села на высокий стул и положила локти на тумбу.

– Мелани, я не хотела переставать общаться. Просто так сказал отец.

– Я знаю, – начала девушка, доставая молоко с холодильника. – Мне стало обидно не за слова, а за то, что ты послушала своего отца и приняла решение отвернуться от меня. Вот так просто, без каких-либо помех и противоречий.

– Ты не права, мне было безумно сложно принять решение.

– Ладно, Лекса, забудем. Что было то было и исправить невозможно. Лучше пей какао.

Она протянула мне большую кружку с теплым напитком, и я приняла ее.

В детстве мы не могли остановиться пить какао. Если договаривались идти гулять, то всегда носили с собой бутылки, в которые наливали его. Когда я приходила к ней в гости, то первым делом мы шли на кухню. Совместное питье какао было для нас символом крепкой дружбы и счастливого будущего.

– Я пила какао в последний раз, когда мы виделись.

– Мне тоже оно не лезло в горло. – Усмехнулась Мелани. – Вот так просто люди могут отвернуться от того, чего любили.

Так я и думала, Мел еще долго будет припоминать мне мою ошибку.

– Так плохо я не чувствовала себя никогда. Я растоптана и разбита.

– Когда Алан сказал о случившемся, я не поверила.

– Стоп, тебе брат что-то рассказывал?

- Мы пересеклись на днях в клубе. И так в своей манере дерзкого и озлобленного общения он пристыдил меня.

– Не бери в голову. Он бывает слишком эмоциональным. Мелани, – я выпрямила спину, – очень больно терять близких и осознавать, что больше никогда не увидишь их. Я хочу выяснить, что произошло с Лукасом и отомстить за его смерть. Иначе я сойду с ума и не смогу жить дальше.

– Что ты планируешь делать?

– Не знаю. Но раз он лежал в больнице, значит там должны сохраниться сведения.

– Возможно ты ошибаешься, – она подошла ближе, внимательно слушая мою речь.

– Тогда я точно знаю, где найду информацию.

– Но это самоубийство. – Она посмотрела на меня как на сумасшедшую. – Туда нереально попасть.

– Я сделаю это, если будет нужно. Я попаду в администрацию любой ценой.

Девушка закрыла глаза, переваривая информацию. Она удивлена, и я ее понимаю. Впервые она слышит такие слова от меня.

Ведь та, которая прервала с ней общение, была совершенно другой. Та Алексия была готова на все ради спокойной и тихой жизни. Боялась перечить отцу, говорить о запретном и не переставала бегать за братом. Прошлая я была жалкой и нерешительной.

Сейчас же в двери Мелани постучала измученная и потерявшаяся девушка, которая жаждет мести за смерть любимого человека. Она постепенно отпускает все свои прошлые страхи и перестает слушать отца.

С момента разрыва дружбы с Мелани я стала меняться. Этому послужило множество факторов. И одним из них поспособствовал сам Кристиан. Если бы не его очередной приказ, то я бы не узнала Лиама, а после и Адриана.

Один из них стал мне другом. А другой перевернул мои мысли и стер многие стереотипы. Из-за него мне хочется нарушить один из законов. Адриан не выходит из моей головы, как бы я не старалась его прогнать оттуда.

– Время покажет. Но знай, что я в любом случае с тобой.

– Нет, Мелани. Я не буду рисковать тобой. Это опасно. И я знаю на что иду. Это ради Лукаса. – Отвертелась я.

– Нет, Алексия, одну тебя они раздавят как жучка. Пойми, ты идешь на это ради Лукаса, кто-то ради изменений в городе, другой ради свободы, а третий ради еще чего-то. У каждого, кто хочет нанести урон администрации, свои мотивы, но цель одна. – Она эмоционально жестикулировала руками и шевелила губами.

– Какая разница, одна я или нас двое?

– Вдвоем мы тоже не пойдем.

– Что это значит?

– Банда Алана строит план.

Я на миг замерла и не могла решиться спросить о каком плане идет речь. Тут любой дурак поймет, что план побега. И, по всей видимости, Алан хотел оставить это скрытным от меня. Он хотел уйти и не сказать об этом мне.

– На что мне их план? Он хочет сбежать как трус, а я хочу отомстить за друга.

– Ладно, будет видно, но в любом случае я с тобой.

Я кивнула, четко зная, что буду сражаться одна. Это моя война. Во чтобы то не стало, я должна отплатить за случившееся.

Здесь, с кружкой какао в руках и в компании Мелани, я раскрыла свой новый страх. Если раньше я боялась смерти, то теперь я боюсь не ее, а то, что я исчезну, не осуществив свои планы.

– Что произошло с тобой за это время? – Я попыталась изменить тему разговора.

– Начала общаться с компанией.

– Ну и как они тебе?

– Хорошие ребята, которые постоянно устраивают тусовки. За время общения с ними я поняла, что некоторые состоят в банде лишь чтобы развлечься, ускользнуть на время от проблем, а некоторые поддерживают взгляды твоего брата и тоже хотят сбежать из Блекфорда.

– Понятно.

– Пошли в комнату, поговорим обо всем. Можешь остаться у меня на ночь.

– Пошли.

Мы прошли в одну из комнат и Мелани заперла дверь.

Иногда в разговорах с ней прослеживалась неловкость, из-за которой я переживала, что наша дружба не будет прежней и мы станем немного отстраненными и скрытными. Но, как оказалось, ощущала этот страх из нас двоих только я.

Мы долго разговаривали с Мелани, она делилась событиями, которые произошли с ней за время нашей разлуки. Мне не хватало ее мыслей и рассказов. Мел умела красиво вести беседы и даже самые скучные дни описывать как нечто невероятное и волшебное.

Она мало говорила о компании, но я поняла, что ей нравится общаться с ребятами, состоящими в ней. Также она сказала, что Адриан в банде совсем ничего, а к нему уже проявляют уважение и слушают его мнения.

– Я впервые увидела, как целуются парень с девушкой. Это так мерзко выглядело. – Поморщилась Мел.

– Говорит та, которая всегда хотела отношений.

– Нет, я поняла, что любовь – это не мое. Это же нужно постоянно касаться человека. То есть, мое тело – это не только мое личное, но и его. Нет, так я не смогу. – Завелась девушка.

– Я далека от этого. – Пожала я плечами и опустила глаза в пол.

Не всегда вранье – ничтожно. Некоторые врут во благо и когда хотят скрыть что-то важное, или то, о чем они хотят забыть, и чтобы потом не припоминали люди.

Но я никак не могла понять, к какому типу отнести Адриана. К тому о котором хочется забыть или к разряду «важное»? Однако я решила для себя, что буду скрывать его ото всех. И пообещала себе, что постараюсь забыть его.

Наверное, любовь — это когда постоянно хочется ощущать близость человека и касаться его. И этот человек тебе не противен, а наоборот, приятен.

За такие размышления я чуть не ударила себя по голове.

Я удивлена своим мыслям. Никогда в голове не появлялись рассуждения о любви и симпатии, а с приходом Адриана многое стало меняться. И я не могла не замечать этого.

– Мелани, уже поздно, мне пора, но помни, что теперь наши встречи могут быть не только раз в неделю, а чаще.

– Я скучала.

Я вспомнила, как Лукас всегда говорил напрямую о своих чувствах. Не стеснялся сказать, что ему грустно, страшно, весело. Он любил говорить мне о том, какая я клевая и как он меня любит.

И теперь я этого не услышу. Остается только сохранить в памяти и в сердце его прекрасную улыбку и мелодичный голос.