Глава 2. Друг детства.
Зайдя утром в комнату сестры , я увидела, что она сладко спит . Я окинула комнату взглядом . В детстве мы вместе жили в этой комнате , но теперь мне пришлось расположиться в гостиной на диване. Отец сказал-«пока так, дальше разберемся». Ностальгию по детству прервала бумажка на столе , зацепившая внимание.
«Я не знаю, зачем ты заставляешь Чарли передавать все эти записки Билли, как будто мы с тобой во втором классе, если бы я захотел поговорить с тобой, я бы ответил на
Ты сделала выбор, ясно? Ты не можешь получить и то и другое одновременно.
Слушай, я знаю, что был придурком, но другого выхода у меня нет. Мы не можем быть друзьями, если ты все свое время проводишь с этими кровососами.
Мне становится только хуже, когда я слишком много думаю о тебе, поэтому, не пиши мне больше
Да, я тоже скучаю по тебе. Очень. Но это ничего не меняет. Прости.
Джейкоб.»
Очень интересно. Друг детства всё ещё влюблён в нашу Беллу. Чувствую , что это доносит ей дискомфорт.
-некрасиво чужие письма читать-сестра потянулась в кровати, пытаясь выразить недовольство.
-прости, не могла удержаться . Так значит Джейки всё ещё сохнет по тебе ?
-с ним всё сложно...-Белла замялась, прикусив губу, в её стиле-прости за вчерашнее, эта история с Джейком...
-проехали-я улыбнулась. С темы соскочила, ладно.-Нам предстоит многое наверстать ты в курсе? Конечно, слушать твои завораживающие истории об Эдварде по телефону мне очень нравилось, но теперь твоя сестра всегда рядом ясно ?
Белла встала с кровати и заключила меня в объятия. Мы всегда были близки.
Ну давай , завтрак на столе, а мне нужно отъехать по делам.
Выбежав из дома, девушка прыгнула в свою машину. Дождь в Форксе не прекращался. Он застилал мир серой пеленой, превращая знакомые улицы в размытые декорации. Хлоя вырулила свой «Камаро» на заросшую травой площадку перед гаражом Билли Блэка. Вид места вызвал волну теплых, но далеких воспоминаний: запах бензина и масла, скрип ржавых ворот, смех двух подростков – ее и Джейкоба – пока они возились со стареньким мотоциклом Билли, который никогда не заводился. Длинноволосый, тощий Джейк, с вечными ссадинами на коленках и ухмылкой до ушей. Ее друг. Единственный, кто понимал ее бунтарский дух в этом унылом городе.
Хлоя вышла из машины, не обращая внимания на дождь, промочивший плечи ее кожаной куртки. Она помнила Джейка по звонкам – его голос ломался, он жаловался , на боль, на то, что Белла его не видит. Она представляла его... ну, может, чуть повыше, чуть крепче. Но то, что она увидела, когда дверь гаража со скрипом отъехала, выбило почву из-под ног.
Он стоял спиной, склонившись над двигателем какого-то монстра-внедорожника. Но это был не Джейк. Широкие плечи, перетянутые мокрой от пота и дождя тканью футболки, казались высеченными из гранита. Бицепсы, размером с ее бедро, напрягались при каждом движении. Коротко остриженные черные волосы подчеркивали резкую линию скул и мощную шею. А на левом плече, там, где раньше была царапина от падения с велосипеда, красовалась сложная, яростная татуировка – сплетение волка и солнца.
-Джейк?– имя сорвалось с губ Хлои шепотом, полным недоверия. Его глаза – темные, глубокие, как лесные озера – встретились с ее. В них не было ни капли былой беззаботности. Только усталость, тяжесть и... что-то дикое, незнакомое. Он выпрямился, и Хлое пришлось запрокинуть голову, чтобы встретиться с его взглядом. Он был на голову, а то и на полторы выше. Гигант.
Его голос. Боже, его голос. Неузнаваемо низкий, хрипловатый, как скрежет камней. На губах – тень улыбки, которая не добралась до глаз.
-Привет, Огонек. Завелась, что ли? – Он кивнул на ее машину. Шутка звучала плоско, как эхо из прошлого.
Хлоя заставила себя ухмыльнуться, отбросив шок. Старая тактика – напор и юмор.
-Завелась бы, если бы тут знали толк в моторах, Блэк. Но похоже, ты сменил специализацию? – Она подошла ближе, оглядывая его с преувеличенным восхищением. – Скажи честно, ты продал душу за эти бицепсы? Или просто съел того парня, которым был в прошлом году? Я звонила ему, знаешь ли. А тут... терминатор какой-то.
Она ткнула пальцем в его каменную грудную клетку. Мышцы под футболкой были тверды, как сталь, и горячие. Слишком горячие для человека в прохладном гараже. Джейкоб слегка отстранился, его взгляд стал осторожным.
-Гормоны. Спорт. Вырос, Хло. Бывает. – Он схватил огромный гаечный ключ, его пальцы сжали металл так, что он слегка прогнулся. Хлоя это заметила. Заметила и нервное напряжение в его позе, как у зверя на привязи.
Белла. Она... письмо твое читала. – Она наблюдала за ним. Его спина напряглась, плечи стали еще шире. Он не обернулся, но его рука с ключом замерла в воздухе.
- И? Что сказала? Что я навязчивый придурок, который не может смириться? – В его голосе прозвучала горечь и боль, которые Хлоя слышала по телефону, но теперь они были осязаемы, как удары молота.
-Она сказала, что ей жаль. Что она тебя любит... но не так. Как друга. Всего лишь друга. – Пауза повисла тяжело, наполненная шумом дождя по крыше и напряженным дыханием Джейкоба. – Джейк..., я помню, как вы были неразлучны. Помню, как ты на нее смотрел, даже когда мы были детьми. Но... она выбрала его. Эдварда. Серьезно, всей душой. Ты должен отпустить.
Джейкоб резко развернулся. Хлоя отшатнулась, сердце бешено заколотилось. Он шагнул к ней, его огромная фигура заполнила пространство. От него исходило тепло -Должен?! – Его голос был низким рыком. – Ты приехала сюда, Хлоя Свон, после стольких лет, чтобы читать мне мораль? Ты не знаешь ничего! Ни о том, что произошло! Ни о том, что я чувствую!
-Я знаю, что Белла несчастна из-за этой ситуации! Знаю, что ты мучаешься! Я знаю тебя, Джейкоб Блэк! Того парня, который делился со мной последней пачкой чипсов! Который помогал мне прятать разбитое окно от Чарли! Ты где?! Куда делся тот Джейк?! И что за... – Она махнула рукой в его сторону, – это?!
Слухи о пропажах, странные животные в лесу, ледяные Каллены... и Джейк, превратившийся в гору мышц с горящими глазами.
Джейкоб схватил ее за плечи. Его прикосновение было обжигающе горячим, пальцы впились с силой, от которой она ахнула. В его глазах бушевала буря – ярость, боль, отчаяние и... животный страх.За нее. Заткнись, Хлоя! – прошипел он, его лицо было в сантиметрах от ее. – Ты не понимаешь, в какую игру играешь! Ты лезешь туда, куда не надо! Держись подальше от Калленов! Держись подальше от леса! И... – Его голос дрогнул, в нем прорвалась старая боль. – ...держись подальше от меня. Пока не поздно.
Он отпустил ее так резко, что она едва удержалась на ногах. Он отвернулся, его могучие плечи поднялись и опустились в тяжелом, зверином вздохе. Он сжал кулаки, и Хлоя услышала, как заскрипели костяшки.
Хлоя потерла плечи, глядя на его спину. Страх смешивался с яростью и щемящей жалостью. Она видела его боль. Видела того мальчишку под слоями мышц и гнева. Ее голос стал тише, но тверже.
-Я не испугалась в семь лет, когда ты полез на самое высокое дерево в лесу, Джейк. Не испугаюсь и сейчас. Что бы с тобой ни случилось. Но Белла... она не твоя. Попробуй понять. Ради себя самого. Ради той дружбы, что у вас была.
Он не ответил. Простоял неподвижно несколько вечно долгих секунд. Потом глухо бросил:
-Уходи, Хлоя. Пожалуйста.
Хлоя смотрела на его мощную, одинокую фигуру, освещенную тусклой лампочкой гаража. Татуировка волка на его плече казалась живой, готовой выпрыгнуть из кожи. Она поняла, что никакие слова сейчас не помогут. Друг ее детства был потерян. Заменен кем-то... чем-то другим. Что-то страшное и необъяснимое произошло в Форксе, и Джейкоб был в самом центре этого.
-Ладно, Камень. Береги себя. – Она развернулась и пошла к машине. У двери обернулась. – И помни: я не уйду. Ни от тебя, ни от этой чертовой тайны. Я здесь, чтобы остаться.
Она села в "Камаро", завела мотор. Последнее, что она увидела в зеркало заднего вида – Джейкоб стоял на пороге гаража, его лицо скрыто тенью, огромные руки снова сжаты в кулаки. Он смотрел ей вслед, как страж на границе двух миров – того, что был, и того, во что он превратился. Друг, ставший чудовищем. Или чудовище, пытающееся удержать остатки друга?
Дождь хлестал по стеклу, смывая Форкс, но не смывая ужаса и неразрешенных вопросов. Хлоя нажала на газ. Ей нужно было найти ответы. И она знала, где начать искать – в холодных, слишком прекрасных глазах семьи Калленов. Джейкоб был прав в одном: игра была опасной. Но Хлоя Свон никогда не умела играть по безопасным правилам.