Глава 4.3.
После отъезда Джеймса я решила прогуляться по дому. Силы восстановились, поэтому теперь я не боюсь упасть посреди коридора без чувств. В доме, кажется, было совсем пусто. Я заглянула к Рейчел, в ее комнате было пусто. Стива тоже нигде не было, а его я не видела очень давно. Даже вроде соскучилась по блондину. Но на кухне я наткнулась на Кевина. Он наливал себе зеленый чай с ароматом жасмина и мяты. На меня он сначала не обращал никакого внимания, а потом вдруг заговорил.
― Хотел пожелать доброго утра, но уже три часа дня. А еще хотел поговорить с тобой, ― его голос спокойный и равнодушный, да и не с чего ему питать ко мне какие-то более положительные чувства.
Я прохожу на кухню, сажусь рядом и внимательно смотрю на мужчину.
― Я слышал вчерашний разговор Рошель и Джеймса, да и потом она мне сама все рассказала. Хочу тебя попросить. Будь осторожна и не думай только о себе, думай о нем тоже. Ты же знаешь, что Джеймс не сможет нормально жить без тебя.
Говоря эти слова, отец семейства Смитов попивал чай, иногда прерывая свою речь. Что же, за своего любимого «сына» он переживает прямо по-отчески.
― Я вас услышала.
Кевин кивает.
― Что у тебя с отцом? Трудно не заметить ваши напряженные отношения.
В ответ я пожимаю плечами и удобнее устраиваюсь на стуле.
― Наверное, разочарование в собственном чаде.
― Джин?! ― резкий вскрик позади меня. Меня тут же заключают в объятия мужские руки. Стив. Кевин только мотает головой и уходит со своим чаем.
― Привет, Стив.
Я тоже его обнимаю, когда он оказывается передо мной. Следом за ним я оказываюсь в объятиях Рейчел. Она так тепло обнимает меня, будто и не было этого разговора позавчера, будто она не рассказывала мне этих тайн прошлого и всяких пророчеств, будто не просила подумать о примирении с ее братом. Это все еще та Рейчел, которая помогала мне и пыталась спасти Джеймса вместе со мной. От неё все также пахнет фиалками.
― Не хочешь прогуляться с нами? ― спрашивает Стив.
― Нет уж, вместо гулять она идёт на охоту, ― из-за угла ему отвечает только что вернувшийся Джеймс.
Я невольно улыбаюсь, когда его силуэт появляется из-за угла. Джеймс и все остальные замечают мою улыбку, которую я пытаюсь спрятать. Джеймс только слегка усмехается и кидает мне пакет с моей одеждой.
― Сама переоденешься?
― Так, мы лучше пойдём, ― хихикает Рейчел и тянет Стива за руку, по пути она одобрительно мне кивает. Рада либо за нас, либо за своего брата.
― Переоденусь я сама. На первом этаже есть ванная?
Едва я замолкаю, Джеймс подхватывает меня на руки и несёт на второй этаж.
― Я умею ходить.
Джеймс больно щипает меня за ногу.
― Я знаю, что ты умеешь, но сейчас тебе надо силы экономить. Ты и так зачем-то сама спустилась на первый этаж.
― Я спустилась сама, потому что я сильная и независимая.
Чувствую, как руки Джеймса начинают слабеть. Несколько секунд остаётся до моего падения на ступеньки. Я резко хватаюсь руками за его шею и едва не начинаю орать на весь дом.
* * *
Уже через пятнадцать минут мы стоим на улице. Я шумно втягиваю в лёгкие воздух. Из-за переизбытка кислорода у меня начинает кружиться голова и начинает пошатывать. Джеймс держит меня за плечи.
― Сама пойдёшь?
― Да, я очень давно не бегала с нашей скоростью.
Как же я уверенно говорю это, «с нашей». Я уже чувствую себя давно частью всего этого. Это чувство стало ещё больше после того, как я узнала о пророчестве и о том, что мое перерождение в вампира была давно предсказано. И я приняла эту судьбу, эту жизнь, которая намного интересней той, что могла у меня быть. Хотя нет, не могла. Я бы уже как почти год была бы мертва из-за рака.
Не понимаю только того, как я могла не заметить за собой симптомы? Почему я не чувствовала ничего? Так ведь не бывает, да? Теперь пути назад нет. Я та, кто я есть. Сильнейшая из всех вампиров, и это бремя мне предстоит нести. И нести я его хочу с гордо поднятой головой.
Размяв затёкшие ноги и снова вдохнув побольше воздуха, я срываюсь с места. Летний ветер развевает мои рыжие волосы, которые, кстати, успели потускнеть и приобрети тот же самый оттенок, что и до моего обращения в вампира. Своей собственной глупостью я запустила обратный процесс, едва не умерла второй раз в жизни. Теперь я хочу снова вернуть себе силы, бросить этот чертов кокс вместе с алкоголем и прочей гадостью, что я успела попробовать за эти полгода. Вполне возможно, что из-за них мне и стало хуже. А волосы все развеваются на ветру. Я бегу быстро, словно лечу. Как же я скучала по этому чувству полёта, чувству свободы. Джеймс бежит сзади меня и пытается поймать. Я ускоряюсь и лавирую между деревьями, чтобы не попасться ему. Не могу сдержать смех. Мне хорошо и весело. Я снова себя живой чувствую.
Поймав свою добычу, я выхожу к тому самому озеру, около которого сидела с Джеком. Хоть я и не ощущаю перепадов температур, но моя белоснежная кожа очень хорошо чувствует на себе припекающее солнце. Набегу я снимаю с себя шорты и футболку, оставаясь в топе и трусиках. С разбега влетаю в прохладную воду.
― Ну и что ты творишь?
― Иди сюда!
Джеймс театрально закатывает глаза, но тоже снимает одежду и заходит ко мне в воду. Я тут же напрыгиваю на него, и его голова скрывается под водой. Свежая кровь вернула мне силы. Меня тут же хватает за ногу мужская рука и тянет вниз. Мне не нужно дышать, поэтому я не боюсь захлебнуться. Под водой открываю глаза и вижу лицо Джеймса. Его волосы в полном беспорядке вьются вокруг головы, наверное, так же, как и мои, которые в несколько раз длиньше. В голове мелькает только одна мысль: «Какой же он красивый, черт возьми».
Но всё-таки я выныриваю и протираю глаза, в которые набилась вода. Джеймс тоже выныривает и стоит передо мной, ждёт пока я не закончу. Стоит мне только убрать руки от глаз, как губы Джеймса накрывают мои. От неожиданности я немного теряюсь, но почти сразу начинаю целовать его в ответ. Как же я скучала по этому чувству...
* * *
Ночевали мы в доме Смитов, а на утро решили уже уехать ко мне в квартиру. Рошель решила выпустить меня из-под своей опеки и предоставить в полное распоряжение Джеймса. Я собрала свои пожитки, привезённые сюда Джеймсом, и уселась к нему в машину. Домчались мы быстро. Джеймс плавно и спокойно вёл машину, а я смотрела по сторонам, будто видя все снова. Ко мне вернулось мое вампирское зрение. Поняла я это, когда заметила разницу. Слух тоже восстановился, нюх в стороне также не остался.
― Притормози.
― В чем дело? Даже припарковаться мне не дашь нормально?
― Там мой отец, и что-то по его лицу я не вижу, что он настроен доброжелательно.
Черт!..