Под защитой
Остин узнал правду случайно — просматривая секретные отчёты Совета, куда ему открыли доступ как одному из лучших старших студентов Академии. В этих сухих, но пугающих бумагах значилось: "При выявлении носителя силы немедленно доставить в Зал Привязки для последующего использования потенциала в интересах верховного Совета. Разрешено: насильственное сдерживание, контроль психики и подавление воли".
С каждым прочитанным пунктом в груди Остина поднималась мрачная волна злости. Он видел, как Совет поступает с опасными или редкими дарами — это всегда заканчивалось ломкой, превращением человека в оружие. И мысль о том, что Элис могут коснуться, вызывала у него желание разнести весь Совет к чертям.
В тот же день, когда слухи о проверках среди учеников усилились, он уже твёрдо знал: он не даст им к ней даже прикоснуться.
⸻
Следующий инцидент произошёл на удивление буднично. Элис сидела за столом в библиотеке, тихо читая, когда над её плечом раздался сладко-ядовитый голос Клэр:
— Интересно, а это правда, что Совет ищет тех, кто опасен? Ты ведь как раз... подходишь, не так ли?
Элис хотела промолчать, но Клэр уже незаметно сдвинула стопку её книг, так что одна из них с глухим стуком упала на пол. Несколько студентов обернулись.
— Осторожнее, — насмешливо сказала Клэр. — Ты ведь и так здесь лишняя.
Прежде чем Элис успела ответить, за её спиной раздался знакомый холодный голос:
— Ещё раз я увижу, что ты трогаешь её вещи или бросаешь в её сторону подобные намёки, Клэр, — он сделал шаг вперёд, нависая над девушкой, — и я лично прослежу, чтобы тебя отчислили.
— Ты не смеешь! — сорвалось у неё.
— Я смею всё, — его голос был ледяным, а взгляд — настолько холодным, что Клэр впервые за всё время отвела глаза. — И поверь, тебе не понравится, если я решу довести это до конца.
Она ушла, не сказав больше ни слова, но плечи у неё дрожали от сдерживаемой злости.
Элис смотрела на Остина с лёгким потрясением.
— Ты... сделал это ради меня?
— Я просто не люблю, когда кто-то переходит грань, — сухо бросил он, но в его глазах была тень чего-то куда более личного.
⸻
Ночь выдалась тихой. Элис уже собиралась лечь спать, когда кто-то тихо постучал в окно её комнаты. Она вздрогнула, но, приглядевшись, увидела Остина. Он стоял на карнизе, как будто это было самым обычным делом.
— Идём со мной, — прошептал он.
— Куда? — недоумённо спросила она, приоткрыв створку.
— За пределы Академии. Здесь слишком душно.
Она колебалась, но что-то в его голосе — спокойное, уверенное, обещающее безопасность — заставило её накинуть плащ и последовать за ним.
Они шли по тропинке, минуя старый каменный забор, и вскоре оказались в небольшой роще, где светили только звёзды. Воздух был прохладным и свежим, пахло ночной травой и морем, доносящимся с далёкого побережья.
— Здесь нас никто не услышит, — сказал Остин, остановившись. — Я знаю, что Совет ищет тебя. И знаю, что они сделают, если найдут.
Элис сжала руки в кулаки.
— И что же?
— Они сломают тебя, — он говорил тихо, но каждое слово резало воздух. — Используют твою силу, пока не выжмут всё до капли.
— И ты... скажешь им? — она искала ответ в его лице.
— Нет, — он сделал шаг ближе. — Я буду стоять между тобой и ими, пока дышу.
Мгновение они просто смотрели друг на друга. Затем Остин медленно поднял руку, убрал прядь её волос с лица... и, не отрывая взгляда, склонился к ней. Его губы коснулись её губ сначала осторожно, почти вопросительно, а потом глубже, теплее.
Это был не просто поцелуй — это было обещание.
— Теперь ты под моей защитой, Элис, — сказал он, когда они отстранились. — И никто не сможет этого изменить.
⸻