15.1

Коппе, 1816 год 

- Это большая честь.

Хотя Никколо был склонен согласиться, он ничего не ответил Валентине. Сейчас его больше заботило другое: юноша все время поправлял воротник и поворачивал манжеты так, чтобы запонки находились на нужном месте. Конечно, в этом не было необходимости, ведь он очень тщательно приготовился к приему, но все равно никколо все время одергивал одежду. Должно быть, Валентина заметила его напряжение.

- Ты выглядишь как настоящий джентельмен, - мягко сказала она.

- Это хорошо, - Вивиани криво улыбнулся. - Но я всего лишь шевалье.

По холму нужно было подняться всего метров сорок, но Никколо подумал даже, не следует ли им подъехать на карете. С другой стороны, он понимал, какое это может произвести впечатление.
Взял его под руку, Валентина старалась отвлечь его пустыми разговорами о жителях деревни. Они прошли пару домов, и впереди показался замок Коппе.С боков к основному зданию примыкали две круглые башни. Линии этого архитектурного сооружения великолепно вписывались в ландшафт. 

Небо опять затянули тучи, и, хотя дождь еще не начался, день вновь был хмурым и серым, и погода не позволяла насладиться этим зрелищем в полной мере. 

- Главный вход расположен в парке, и во время приемов гости приезжают туда на каретах, но сегодня все менее официально.

Она подвела Никколо к проему кованых ворот. Во дворе их уже ждал слуга.

- Это Арно, - шепнула Валентина. - Он родом из Парижа и ненавидит Коппе всей душой. Служанки говорили мне, что иногда он напивается и тогда выходит в этот парк, ругая все на чем свет стоит.

- Добро пожаловать, - с достоинством произнес слуга. - Мадам де Сталь ожидает вас.

Никколо едва сумел сдержать улыбку.

Открыв дверь, слуга впустил их. Внутри гостей встретила невысокая женщина, наделенная поразительным очарованием. Вид у нее был очень энергичный. Сбежав по лестнице, она заключила Валентину в объятия. Бледно-желтое платье подчеркивало ее округлые формы, темные волнистые локоны были уложены в сложную прическу, подвязанную такой же желтой лентой. Никколо не назвал бы эту женщину красивой, но она обладала потрясающей харизмой и казалась молодой и привлекательной.

- Валентина, дорогая моя! Как я рада вновь видеть тебя в Коппе!

- Благодарю, мадам, - девушка попыталась присесть в реверансе, но у нее ничего не получилось, так как де Сталь продолжала ее обнимать. 

Выглянув из-за плеча мадам, Валентина растерянно улыбнулась Никколо.

- Мадам? Что за глупости, дитя. Зови меня Жермена, - баронесса наконец-то отпустила Валентину и повернулась к Никколо.

По ее пристальным взглядом юноша смущено улыбнулся, однако, судя по всему, мадам понравилось то, что она увидела, и баронесса протянула Вивиани руку в перчатке. Он вежливо склонился в поцелуе.

- А вы, несомненно, тот самый юный герой, которому удалось спасти Валентину от от подлых разбойников, n' est-ce pas? (Не так ли?)

- Я бы так это не назвал, мадам. Я не совершил ничего необычного, и...

- Красивый, отважный и скромный, - улыбнулась де Сталь.

- Это Никколо Вивиани, шевалье д'Отранто. И он действительно спас меня.

- Что ж, тебе повезло, - подмигнула ей баронесса.

Никколо покраснел, но не успел он и слова сказать, как мадам уже подхватила их с Валентиной под руки и потащила к широкой лестнице, ведущей на второй этаж.

- Пойдемте же в салон. Так мы сможем спокойно поговорить. Сегодня мои гости направились в Женеву, бессовестно оставив меня в одиночестве, и я не откажусь от приятной компании.

По пути к лестнице Никколо обратил внимание на две картины, висевшие слева и справа от двери на первом этаже. Судя по стилю, картины были написаны не очень давно. На них были изображены сцены охоты. Проходя мимо, юноша присмотрелся к ним повнимательнее. 

Картина справа изображала охотников, скакавших на лошадях вверх по холму. На вершине холма егеря и псы безуспешно пытались загнать волка. На картине слева те же охотники окружили волка под деревом, псы уже набросились на зверя, а волк, широко распахнув глаза и обнажив клыки, защищался.

- Волки? - полувопросительно протянул Никколо.

Мадам де Сталь остановилась.

- О да. Омерзительно, правда? 

- Вы не любите волков? 

- Я имела в виду картины. Они такие темные. И кровавая охота?.. Нет, я предпочла бы что-то более веселое.

Никколо это не удивило. Насколько он слышал, весь замок был обставлен занятнейшей мебелью, в огромные окна лился свет, а в нишах и углах комнат можно было увидеть скульптуры, картины и миниатюры любой эпохи. Эту коллекцию явно собирали, повинуясь зову сердца, а не разума.

- Это волчья охота графа д'Оссонвиля, бывшего егермейстером при Людовике XVI.

- Егермейстером?

- Он был начальником волчьей охоты, - пояснила мадам де Сталь, проводя их вперед.

- А здесь есть волки? - поинтересовался Никколо. - Вчера ночью мне показалось, что я слышу волчий вой.

- Коппе, конечно, захолустье, но не до такой степени, - звонко рассмеялась баронесса. - Волков здесь нет уже много десятилетий. 

Никколо, помедлив, оглянулся на картины. Теперь на них играли лучи света, и юноше показалось, что они изменились. Глаза волка будто вспыхнули красным.