Глава 16
Участок полиции располагался на самой окраине города, в районе, куда лучше не забредать ночью. Дорога туда, по меркам мегаполиса, заняла у Виктора почти час. Ехать приходилось через районы, где вместо асфальта – заплаты, а вместо фонарей – тусклые лампочки, кое-как держащиеся на проржавевших столбах.
Само здание участка, казалось, когда-то пытались облагородить, но время беспощадно прошлось по его фасаду. Облупившаяся краска, трещины, прорезающие штукатурку, выбитые окна, заклеенные скотчем – все говорило о том, что здесь не до красоты. Здание медленно, но верно приходило в упадок, словно отражая судьбы тех, кто в нем работал и тех, кого в него приводили.
Внутри, на пропускном пункте, Виктора остановил охранник. Помещение поста охраны было крошечным и душным. За толстым пуленепробиваемым стеклом сидел мужчина средних лет, с помятым лицом и потухшим взглядом. В углу тихо бормотал старый телевизор, транслируя какую-то мыльную оперу.
"Добрый день. Куда направляетесь, молодой человек?" – спросил охранник хриплым голосом, с трудом разлепляя пересохшие губы.
"Добрый. Мне нужно к следователю Климову Сергею Петровичу. Не подскажете, где его найти?"
"А собственно, вы кто такой и зачем он вам?" – интонация была недружелюбной, а голос звучал раздраженно, словно Виктор отрывал его от чего-то важного.
Виктор достал свое удостоверение адвоката и протянул его через узкое окошко. Охранник, нехотя, взял документ и бегло взглянул на фотографию.
Мужчина за стеклом едва заметно кивнул, а затем, вздохнув, взял старый телефон с дисковым набором. Пока он набирал номер, из трубки доносился приглушенный треск и шипение. После нескольких гудков в трубке раздался оглушительный крик, настолько громкий, что Виктор невольно вздрогнул. Охранник, закатив глаза, отдернул трубку от уха и, прикрыв ее ладонью, что-то коротко пробурчал.
Охранник, буркнув под нос, коротко указал Виктору направление. Участок действительно оказался не слишком большим, скорее тесным и обветшалым. Виктор быстро нашел кабинет с табличкой "Климов Сергей Петрович, следователь" на двери.
Виктор постучал громко, уверенно, и, не дожидаясь ответа, открыл дверь.
За массивным деревянным столом, заваленным бумагами и папками, сидел мужчина. На вид ему было далеко за шестьдесят, может и больше. Рубашка в пятнах была расстегнута на несколько пуговиц, рукава небрежно закатаны до локтей. В душном воздухе, предвещающем скорый ливень, от него исходил тяжелый запах старого пота и дешевого табака. Взгляд у следователя был тяжелым, оценивающим, даже злобным.
"Быстро и по делу," - рявкнул Климов, его голос был хриплым и прокуренным. "Время - деньги, адвокат."
У Виктора не было ни малейшего желания находиться в этом затхлом кабинете, но работа есть работа. Он вошел в комнату, закрыл за собой дверь и, не садясь, начал разговор.
"Добрый день, Сергей Петрович. Меня зовут Виктор Сергеевич, адвокат," - сдержанно произнес он, считая приветственную часть формальностью. "Я здесь, чтобы запросить информацию по делу № 43, от 2013 года. Речь идет о сыне Соколова Константина Петровича. Молодой человек был задержан по обвинению в распространении наркотиков и скончался через три дня после ареста. Официальная причина смерти - самоубийство."
Виктор сделал короткую паузу, внимательно наблюдая за реакцией следователя. Он изучал каждое движение лица Климова, пытаясь уловить малейшие признаки эмоций.
Лицо следователя оставалось непроницаемым, но в глазах Виктора отчетливо читалась сдерживаемая ярость. Что-то в этом деле задевало Климова за живое.
Климов медленно откинулся на спинку своего скрипучего кресла, сцепив руки в замок на животе. Он молчал, прожигая Виктора тяжелым взглядом. Казалось, он взвешивает каждое слово, прежде чем произнести его.
"Дело закрыто, адвокат. Самоубийство. Все улики были на месте, экспертиза подтвердила. Что еще вам нужно?" – процедил Климов сквозь зубы, его голос звучал как скрежет металла.
Виктор сохранял спокойствие, хотя внутренне чувствовал нарастающее раздражение. Он ожидал подобной реакции. "Сергей Петрович, я понимаю, что дело закрыто. Однако, у меня есть основания полагать, что обстоятельства смерти Соколова-младшего не были до конца выяснены. Моего клиента, не удовлетворяет официальная версия. Он хочет знать правду."
Климов усмехнулся, презрительно скривив губы. "Правду? Правду хочет каждый, адвокат. Но правда не всегда приятна. Он был наркоторговцем. Он поплатился за свои грехи. Конец истории."
"Согласен, Сергей Петрович. Но факт остается фактом: молодой человек скончался под стражей. Это накладывает на вас, как на представителя закона, определенные обязательства. В частности, предоставить доступ к материалам дела," – Виктор сделал акцент на слове "обязательства". Он знал, как разговаривать с такими людьми.
Климов вновь замолчал, барабаня пальцами по столешнице. Было видно, что аргумент адвоката задел его. Он не хотел копаться в старом деле, но отказать в доступе к материалам, когда есть официальный запрос от адвоката, было бы нарушением закона.
"Что конкретно вас интересует?" – наконец спросил Климов, сдаваясь.
"Протокол задержания, показания свидетелей, результаты судебно-медицинской экспертизы и отчеты об осмотре места происшествия," – перечислил Виктор. "Все, что имеет отношение к делу."
Климов тяжело вздохнул. "Все это займет время, адвокат. Дело пылится в архиве уже десять лет. Я не могу бросить все и бегать за вашими бумажками."
"Я понимаю, Сергей Петрович. Я готов подождать. Однако, я надеюсь на ваше сотрудничество. Иначе, я буду вынужден обратиться с официальным запросом в прокуратуру," – Виктор слегка надавил, давая понять, что не намерен отступать.
Климов посмотрел на него долгим, недобрым взглядом. "Хорошо, адвокат. Я посмотрю, что можно сделать. Оставьте мне свой номер телефона. Я свяжусь с вами, когда материалы будут готовы."
Виктор достал визитку и положил ее на стол. "Благодарю за сотрудничество, Сергей Петрович. Я буду ждать вашего звонка."
Он развернулся и направился к двери, чувствуя на себетяжелый взгляд следователя. Выходя из кабинета, Виктор понимал, что Климовчто-то скрывает. И он намерен был это выяснить