Shadow прошлого

То, что случилось между Виктором и Софией, было мертво. Выгорело дотла, оставив после себя лишь пепел вины и разочарования. Он все еще ощущал на своих губах ее вкус – вкус горечи и отчаяния, такой же сломленный, как теперь и он сам. Внутри все разрывало от предательства, совершенного по отношению к Софии.

Но сквозь эту боль, как росток сквозь асфальт, пробивалось новое чувство – острый, обжигающий интерес. Теперь он увидел другую Софию Власову, не ту, которую знал раньше – сильную, независимую, но в то же время уязвимую. Теперь он видел женщину, окутанную тайной, женщину, готовую на все ради достижения своей цели. Кто она на самом деле? Что скрывает под маской безупречности? И теперь Виктор во что бы то ни стало должен был это узнать.

Однако, чтобы добраться до правды, ему предстояло продолжить свою роль предателя, плести паутину лжи и обмана вокруг Софии. Он не мог разорвать связь с Даниилом, не мог уйти от него полностью. Даниил был первым в его списке – тем, кто обладал наибольшим количеством информации, ключом к пониманию происходящего. И пока Виктор не вытянет из него все, что нужно, он будет вынужден играть свою грязную игру, затягивая петлю вокруг себя и окружающих. Цена правды оказалась непомерно высока, но он был готов ее заплатить.

Виктор откинулся на спинку потертого кожаного кресла, чувствуя, как холодный пот проступает на лбу. Второй стакан виски обжигал горло, но не приносил желаемого облегчения. В животе поселилось ледяное беспокойство, предчувствие надвигающейся бури. Он смотрел на танцующие отсветы луны в гранях полупустого бокала, словно в хрустальном шаре пытаясь разглядеть исход этой опасной игры.

Луна, полная и зловещая, словно око небес, настойчиво заглядывала в узкий проем окна. Серебристый свет, смешиваясь с приглушенным освещением бара, создавал сюрреалистичную атмосферу. Холодный осенний ветер, проникая в помещение через щели, нес с собой запахи увядающей листвы и мокрой земли, напоминая о неизбежности увядания и его собственной.

Бар был выбран не случайно. Место не блистало роскошью, как любимые Даниилом элитные заведения, но и не опускалось до уровня грязной забегаловки. Это был нейтралитет, компромисс, отражающий его собственное шаткое положение.

Дверь скрипнула, и в дверном проеме возникла фигура Даниила. Ни приветствия, ни формальностей. Он просто опустился в кресло напротив Виктора, словно сбросил на него груз невысказанных обвинений. В усталых, запавших глазах плескалась буря – смесь разочарования, гнева и... чего-то еще, чего Виктор не мог уловить.

Тишина давила на барабанные перепонки. Виктор допил виски, ощущая, как алкоголь пытается притупить остроту момента. С глухим стуком поставил бокал на стол, пристально глядя в глаза Даниилу. Взгляд его был серьезен, полон решимости и... страха.

"Ну что ж, - произнес он, нарушая тишину, - давай поговорим."

Даниил лишь хмыкнул в ответ, и на его губах мелькнула ленивая, почти презрительная ухмылка. Она говорила больше, чем любые слова – насмешка над наивностью Виктора, над его положением пешки в чужой игре.

"Теперь София в курсе, кто ты, что ты хочешь. Не буду вдаваться в детали, но мне очень не понравилась ее реакция..." - Виктор сдержал гнев, проглотил кипящую в горле желчь. "Есть что-то, что я не знаю?"

Даниил рассмеялся, коротко и безрадостно. "Ты много чего не знаешь, и даже я не знаю. Просто выполняй то, что от тебя требуют. Неужели нет инстинкта самосохранения? Кто-кто, а ты тут лишний." Слова скользнули из его уст спокойно, даже отстраненно, словно он обсуждал прогноз погоды, а не судьбу человека. "Откуда она вообще узнала, кто ей сообщил, что с этим делом знаком ты?"

Виктор нахмурился, обдумывая варианты. "Скорее всего, следователь этого дела, слишком большая вероятность." Он произнес это с горечью, понимая, что ситуация ухудшается с каждой минутой. "А что насчет того, что София в любом случае будет искать встречи с тобой?"

Даниил пожал плечами, все еще с этой неприятной усмешкой на лице. "Ну что, пусть ищет. Я и сам не против поболтать, давно пора..." В его голосе прозвучала зловещая ирония, намек на скрытые мотивы, от которых у Виктора похолодело внутри.

Виктор резко выпрямил плечи, принимая воинственную позу. Напряжение в его теле было ощутимым. "Ты выводишь меня, Соколов..."

"Нет, это ты меня выводишь, сука," – прошипел Даниил, и в его глазах вспыхнул огонь. Спокойствие как рукой сняло. "Она будет при мне, пока я не разберусь в этом деле. И никто, слышишь, никто, мне не будет указывать!" В голосе прозвучала неприкрытая злость, а в лице – презрение к Виктору, к его слабости, к его влюбленности. Влюбленный мужик, который уже помешан на Софии. Даниила передернуло от отвращения. Хотя, кто он такой, чтобы судить о помешанности? Он и сам начинал чувствовать дурное, почти болезненное притяжение к этой ведьмочке. И это его пугало больше всего.

"Виктор, пойми, как только я узнаю настоящую причину смерти брата и все виновные будут наказаны, только тогда, возможно, я смогу оставить Софию в покое. Так что действуй, если это в твоих интересах," - сказал Даниил, и в его голосе проскользнула странная, почти мольба. Это был единственный проблеск уязвимости, который Виктор когда-либо видел в нем. Но Виктор знал – эта уязвимость лишь маска, за которой скрывается стальная воля и безжалостная решимость.

Слова Даниила повисли в воздухе, тяжелые и невысказанные. Они были одновременно обещанием и угрозой. Обещанием, что если Виктор поможет, то София останется в безопасности. И угрозой, что если он не справится, то ее жизнь будет разрушена.

Они сидели, глядя друг на друга в полумраке бара. Каждый был погружен в свои мысли, плетя паутину собственных планов и опасений. Взгляд Даниила был нечитаемым, холодным и оценивающим. Виктор же пытался уловить в нем хоть какую-то искренность, хоть какую-то надежду, но находил лишь пустоту.

В тишине слышалось лишь приглушенное бормотание других посетителей, звон бокалов и тихая музыка, доносящаяся из динамиков. Мир вокруг них продолжал жить своей жизнью, не замечая бушующей бури страстей и предательства, которая разгоралась между этими двумя мужчинами.

Виктор чувствовал себя загнанным в угол. Он понимал, что Даниил манипулирует им, использует его чувства к Софии как рычаг. Но он также понимал, что это его единственный шанс спасти ее. Он должен был играть по правилам Даниила, несмотря на то, что это означало.

Не нужно было слов. Все уже было сказано, все решения приняты. Дальнейшее обсуждение было бессмысленным. Они оба знали, что их пути разошлись, и что отныне они – враги, связанные одной общей целью и одной общей тайной.

Виктор тяжело вздохнул, отводя взгляд. Он чувствовал себя опустошенным и разбитым. Цена правды оказалась непомерно высокой, и он еще не знал, сможет ли ее заплатить. Но он должен был попытаться. Ради Софии. Ради себя. Ради надежды на то, что когда-нибудь сможет вырваться из этой грязной игры.