20
Фукудзава спешил в изолятор временного содержания — одноэтажное здание, соседствующее с полицейским участком.
Поприветствовав дежурного, с которым он связался по дороге сюда, телохранитель, не сбавляя темпа, спустился по длинной лестнице на подземный этаж, где и располагались камеры.
В отличие от других изоляторов для временного содержания подозреваемых, этот предназначался для заключения особо опасных преступников и был оборудован всем необходимым, чтобы исключить возможность побега. Подземный этаж отгораживали две стальные бронированные двери, а все решетки были из особого стойкого сплава.
Искомый человек томился в одной из дальних камер.
— Не спишь?
Сидящий на бетонном полу и прикованный к стене толстыми цепями юноша в тюремной робе медленно поднял голову.
Фукудзава через небольшое окошко в двери глядел в лицо убийцы.
Того самого, который только этим утром застрелил секретаря.
Из-под короткой рыжей челки на телохранителя смотрели пустые, ничего не выражающие карие глаза.
— Как ощущения от пребывания в изоляторе?
— По сравнению с другими, здесь не так уж плохо. Есть кондиционер.
Даже с его богатым опытом общения и столкновений со всевозможными злодеями Фукудзаве было неуютно под взглядом этого наемника.
Профессиональным киллерам свойственно относиться к обычным людям с пренебрежением, их глаза холодны как вечная мерзлота. Но этот юноша был другим. В его взгляде вообще ничего не ощущалось — кристальная пустота. Ни теплоты или доброты, ни ненависти или садистского удовольствия, ни надежды или отчаяния. То были глаза человека, отринувшего все существующие эмоции и чувства.
«Скорее всего, он ни разу не испытывал удовлетворения от убийств, — подумал Фукудзава. — В отличие от меня… Ему просто ничего другого не подвернулось, вот он и пошел в наемники».
— Я пришел, чтобы кое-что у тебя узнать, — сказал телохранитель. — Взгляни на это.
Он поднес к окошку цилиндр-накопитель, что вынул из трости.
Юноша скользнул по нему быстрым взглядом.
— Такие накопители используют сотрудники одной государственной службы. Для расшифровки информации необходимо особое оборудование, да и заполучить сам накопитель крайне сложно. Что неудивительно, ведь его используют агенты под прикрытием для хранения и передачи данных о людях, находящихся в программе защиты свидетелей… Другими словами, за кем охотятся бесчисленные преступные группировки. А еще у этих агентов есть кое-что общее: они все обладатели сверхъестественных способностей.
Фукудзава замолчал и всмотрелся в лицо убийцы.
Выражение на нем оставалось все таким же пустым.
— А теперь главное. Наемник твоего уровня наверняка получает частные заказы. Тебя в последнее время никто не просил похитить человека со сверхспособностью?
Юноша молчал.
— Так как?
— Я не разглашаю сведения о своих клиентах, — едва слышно ответил наемник.
— А если они не твои клиенты? — не отступил Фукудзава. — Может, до тебя доходил слух, что кто-то по вашим каналам ищет исполнителя на подобную работу? Агенты под прикрытием крайне осторожны и скрытны, заставить их показаться на публике — задачка не из легких. Заказчику нужно было выманить его и похитить, при этом он не хотел раскрывать себя, и был готов заплатить за это большие даже по вашим меркам деньги. Есть предположение, что этот человек мог назваться «Ангелом», «V» или еще как-то в этом духе.
При звуках «V» плечи юноши дрогнули.
«Ему точно что-то известно», — убедился Фукудзава.
Существование обладателей сверхъестественных способностей официально не признавалось, что не мешало правительству иметь целую секретную службу, состоящую как раз из таких людей. Тот джентльмен в костюме наверняка был тайным агентом.
Эти люди представляют огромную ценность, поэтому за ними беспрестанно охотятся не только преступные группировки внутри страны, но и представители иностранных военных ведомств. Сложно определенно сказать, с какой целью, возможно, потому что агентам известны многие государственные тайны.
Мелким бандитам такую большую рыбу ни на что не выследить, не то что поймать. А даже если они каким-то чудом выйдут на агента, им не обмануть систему безопасности Секретной службы. Для этого нужен профи.
И самое главное, стоящие за всем случившимся — «V», — предпочитают сами рук не марать и платить исполнителям.
А значит, они должны были обратить внимание на киллера такого уровня, как этот юноша, независимого и удобного в плане найма. В крайнем случае, до него должны были дойти какие-то слухи.
— Я не хочу о них говорить, — наконец буркнул юноша. Его голос был еще по-детски звонким, но в нем не слышалось и тени эмоций, будто говорил старый дед. — Вам известна их цель?
— Нет, — ответил Фукудзава.
Он знал лишь, что ради похищения джентльмена в пальто, они разработали целый преступный план, в который вовлекли несколько сотен ни в чем не повинных зрителей и служащих театра.
— Правосудие, — сказал юноша. — Убивать ради денег или из ненависти — это я могу понять. Но они убивают ради правосудия. Этого я не понимаю. Поэтому связываться с ними и им подобными не желаю. Человеку, убивающему ради правосудия, в конце концов станет все равно, кого убивать.
Эти слова кольнули Фукудзаву в самое сердце.
— Мне никто не приказывал с ними бороться, — после продолжительной паузы, сохраняя видимое спокойствие, заговорил телохранитель, — но они похитили моего товарища. Не знаешь, где они могут его держать?
Юноша быстро скосил глаза на Фукудзаву.
— У меня нет причин отвечать, — выждав пару секунд, заметил он.
— Действительно, — кивнул телохранитель. — Но если ты мне поможешь, я могу представить все так, что убийство тобой секретаря сегодня утром было несчастным случаем. Уже завтра тебя отсюда выпустят.
Мускулы на юном лице едва заметно дрогнули. От удивления.
— Вы серьезно?
Фукудзава молча кивнул.
— Неожиданно, — покачал головой юноша. — Мне казалось, вы не из тех, кто готов пойти против закона.
Фукудзава и сам не ожидал от себя ничего подобного.
Еще никогда в жизни он не совершал сделок с преступниками, чтобы покрыть их преступления. Но на душе телохранителя было удивительно легко, и отступать от своих слов он не собирался.
Возможно, уже завтра он будет страшно раскаиваться. Вероятно, когда-нибудь ему придется ответить за сегодняшнее решение. Но сейчас, в этот самый момент он ни капельки не сомневался в его правильности.
Рампо необходимо спасти.
Потому что он… балбес. Ничего не знающий о современном обществе и человеческих отношениях, наивный, нетерпеливый, самоуверенный ребенок. Готовый в одиночку выманить на себя целую преступную группировку.
Фукудзава дошел в своих размышлениях до этого вывода, пока добирался до изолятора.
Рампо позволил себя похитить, чтобы Фукудзава его спас и поймал злодеев.
На взгляд мальчика этот план был безупречен. Только так можно было заставить таинственных заказчиков проявить себя.
Но если он на полном серьезе так считает…
То он и правда несусветный болван.
Если Фукудзава не доберется до него вовремя или не сможет обезвредить похитителей — Рампо убьют. Эти преступники не столь глупы, чтобы оставлять в живых свидетеля. То, что Рампо считал гениальным планом… на взгляд Фукудзавы было полнейшим идиотизмом, сравнимым с плаванием в болоте в лютый мороз.
Поэтому он просто не мог бросить его на произвол судьбы.
— Так как тебе мое предложение?
Юный киллер некоторое время молча рассматривал Фукудзаву.
— Здесь не так уж плохо, — обведя взглядом камеру, наконец сказал он. — И потом, если мне так захочется выйти отсюда, я выберусь без посторонней помощи. Поэтому условия сделки не равны.
Чтобы сбежать из этого изолятора для особо опасных преступников, потребовался бы целый отряд тяжеловооруженных солдат. Но Фукудзава откуда-то знал, что этот юноша не лгал.
— Есть идеи, как уравнять условия?
Киллер опустил взгляд к полу.
— Я всегда работал один, — заговорил он после нескольких секунд молчания. — Напарники, начальство — это не для меня. Но если вы, настоящий мастер боевых искусств, готовы отступиться от своих моральных принципов ради спасения подчиненного… он счастливчик. Я даже ему немного завидую.
Фукудзава открыл рот, чтобы возразить.
Ведь Рампо не был ему подчиненным, а сам Фукудзава никак не подходил на роль начальника. Скорее наоборот: он, как и этот юноша, изо всех сил избегал любых коллективов.
Но вместо этих слов произнес совсем другие:
— Может, ты и прав.
Юноша медленно кивнул.
— Мне известно о нескольких зданиях, что они используют для своих нужд. Предлагаю искать по порядку, начиная с ближайшего к тому месту, где совершили похищение.
Пока Фукудзава пытался подобрать слова благодарности, юноша вновь поднял на него глаза.
— Здесь есть койка и кондиционер, но еда мерзкая. Слышал, вы на короткой ноге с полицейским начальством. Не замолвите за меня словечко? И мы будем в расчете.
Фукудзава прищурился и после секундного колебания спросил:
— Чего ты хочешь?
Уголки рта юноши приподнялись в едва заметной улыбке.
— Карри.