Часть 8
Буквально через полчаса Чой уже была в доме. Юнги на горизонте не было, да и не чувствовала она его рядом. Та прошла к его комнате и вздохнула.
— Были ни была.
Она зашла в кабинет и стала искать в ящиках амулет. Поиски заняли пять минут. Она встаёт с колен и сразу же встречается взглядом с Мином.
Он набрасывается на нее и начинает душить. Она бьёт его по рукам и хрипит:
— Ст... Стой! Юнги!
— Ты пришла сюда, чтобы украсть его... Как я сразу не догадался?! Ты понимаешь, что тебя используют?! От кого ты?!
Она хотела сказать, что от Намджуна. Хотела сказать, что знает, что он ее использует, и действует только потому, что услуга за услугу.
— Отпусти меня и скажу! — она продолжает его бить, но он сдавливает все сильнее до хруста костей. — Ай...
Она падает на пол и прикрывает глаза, держа в руке амулет.
— Не знаю кто, но сказали... — она прокашливается, вдыхая больше воздуха, — Что убьют Ёнджу, если не принесу...
Мин рычит, прячет клыки и забирает амулет.
— Намджун, да?
Девушка приподнялась, уселась возле стены и поджала губы.
— Можешь не отвечать.
Ёнджу стояла в дверях, наблюдая за этой картиной со слезами на глазах. Он правда чуть не убил ее? Знал, что это ее единственный друг и чуть не убил? А она... Она сказала, что пришла за ней, но на деле оказалось, что вообще нет.
Развернувшись на месте, девушка убежала к себе, хлопнув дверью. Она забилась в дальний угол гардеробной, прячась под вешалками.
— Короче, — тяжело дышит девушка, вставая на ноги, — Идите вы все к черту... Убьешь чуть позже... Я к Ёнджу.
Щинэ не составило труда найти девушку. Она руками раздвинула все вешалки и встала перед ней, держа их.
— Ёнджу. Я стала вампиром только потому, что мне обещали помочь спасти тебя, но это все не так на самом деле. Я с самого начала это знала, но не просчитала, что Юнги не без мозгов. Извини.
Девушка вышла из гардеробной и зашла к Мину.
— Теперь можешь.
Мин рыкнул на нее и кинул амулет в шкафчик.
— А теперь слушай сюда... Ты встречаешься с ним, прихожу я. Тянешь до конца время.
Она выпрямляется, опуская расставленные руки:
— Что мне сделать, чтобы его отвлечь? Он же в башку мне лезет! — она стучит по голове и смотрит на него.
— А что ты можешь сделать? Потрахайся с ним, зубы заговори.
— Агрх! — рыкнула Щинэ и вышла из комнаты прочь.
Ёнджу просидела в гардеробной с час, может больше. Сидела, обняв колени, выводя пальчиком узор на стене. Она ничего не говорила, ни о чем не думала, просто смотрела в стену. Хотелось побыть одной, но даже в таком огромном доме это было невозможно. — Хватит здесь сидеть, Ёнджу. Ничего страшного не произошло, — раскрывает ее Юнги и выводит в комнату.
— Сиди и никуда мать твою не высовывайся. Теперь мне нужно разобраться с твоей «лучшей подругой».
— Ты ее убьешь? — испуганно вдруг спрашивает, разорвав тишину. От столь долгого молчания даже голос чуть пискнул, что говорить о манерах? Резко перескочила на ты. Он зачмокал губами:
— Хотелось бы... Но ты же не дашь. А втихую подействовать нельзя. Сдалась она тебе... — Он смотрел на двери, а после перевел взгляд на нее. — Спи.
Он коснулся ее лба пальцем и отключил ее.
***
Вечером Щинэ собиралась в клуб. Она съездила в деревню, нашла там платье, туфли и оттуда же поехала в заведение.
Держа сумку в руке, словно там что-то есть, она прошла к барной стойке и взглянула на столик возле туалета. Там сидел Мин с каким-то парнем. Заказав коктейль, девушка сидела и пила его молча, периодически отгоняя от себя надоедливых мужчин.
Намджун подошел к бару, облокотившись о него рукой.
— Чем можешь порадовать, изумрудная? — снова называет ее приторно-сладко, ничем не обосновывая прозвище. Щинэ отставила пустой бокал и повернулась к нему:
— Хочешь заняться сексом?
— Тянешь время? — задает встречный вопрос.
Она тяжело вздыхает и цокает языком, крутя трубочку в стакане:
— Намджун... — Она смотрит на него и пыхтит, кряхтит, телиться. — Я хоть и выгляжу глупой, но я-то сразу поняла, что все не просто так. Так что... Отдавай меня то даме и хрен с ним.
Она думала завести его в комнату, а там уже Юнги разберётся с ним, но тот же тоже не глупый. Мин смотрит на Намджуна и встаёт с места вместе с парнем.
— Зачем мне отдавать тебя кому-то, если ты принадлежишь мне? — произносит совершенно спокойно, на доли секунд отводит взгляд в сторону, замечая шевеление в их сторону, но не отходит, снова смотрит на девушку. Она мечется между тем, чтобы ему не прилетело, и между Юнги, который держит Ёнджу. Кому помогать и что вообще делать?
Юнги отпихивает девушку, что чуть не упала на своих каблуках. Юнги с рыком нападает на Намджуна и начинает с ним борьбу. Тот парень держит девушку, чтобы не пустилась в бега. Ещё может понадобиться, а если нет, то Мин ее убьет.
Намджун смеется, получая от бывшего друга. Удар за ударом он спешно блокирует их, а после меняет их местами, усаживаясь сверху.
— Мин Юнги, ты слишком предсказуемый. Думал, я твой дешевый парфюм не учую среди такой толпы? Еще и весь пропах человечиной.
Юнги тоже начинает смеяться, смотря ему в глаза.
— Насколько ты жалок, что взял в помощники себе вот эту, — Юнги чуть глаза не закрывает от смеха. Теперь Мин сверху. Бьёт его по лицу, рычит, бьёт головой о пол.
— О... Славное зрелище правда? Жаль, твоя закуска не видит, да? Или... Видит? — Ким смирно лежит на полу. Улыбка сошла с лица и теперь он смотрел на него серьёзно.
— Мин Юнги. Хватит дуться. Столько лет прошло, не надоело строить из себя обиженного мальчика?
— Это говоришь мне ты? — Юнги смотрит по сторонам и замечает Ёнджу.
Он прикрывает глаза и от злости начинает играть челюстью, встаёт с пола и откидывает Намджуна в стену.
— Ты помогаешь той, кто использовала нас, Намджун. Самому не противно?
Юнги отдает приказ, чтобы Щинэ увезли, а там разберётся, что с ней делать.
— Если она пришла ко мне, — говорит он о Чой, — Значит будет делать то, что я ей скажу!
Юнги ухмыляется и отходит от Кима. Хватает за руку Ёнджу и выводит из клуба.
Ким вышел следом.
— Думаешь, она остановится? — кричит он в спину Юнги. — Ты стал либо идиотом, либо слишком расслабился со своими недородками! Цепляешься за человека? Подумай хорошенько... Что она делает с теми, кто ей неугоден? Не делай вид, будто тебе одному есть что защищать! Щинэ! Ко мне! — скомандовал тот.
— Щинэ идёт со мной и будет слушать меня, Намджун. А что там с Ёнджу будет — тебя трогать не должно.
Щинэ и Ёнджу затолкали в машину. Юнги обернулся на Намджуна.
— Не рыпнешься — не трону твоего солдатика. Всего хорошего. Посмотрю, как тебе голову отрубит Риокка. Вот это будет славное зрелище.
— Ты всегда был слишком самонадеян. Если что, знаешь, как меня найти. Может, ты и ушёл из семьи, но ничего не изменилось. — произнёс Намджун ему вслед, а после растворился в воздухе.
Едва ли троица пересекла порог, Ёнджу посмотрела на Мина как-то слишком сурово, обняла подругу и повела ее наверх.
— Щинэ в комнату, а ты сюда.
Он толкнул ее в свою комнату и кинул на кровать, нависая сверху.
— Говорил не выходить никуда. Ты какого черта не послушала?
Она смотрит на него несколько испуганно.
— Я... Я... Просто переживала, что... Что...
О чем? Что случится что-то плохое? Что больше никогда не увидит его? А поперлась зачем? Чем бы она помогла ему? Ничем. Девушка нервно сглотнула.
— Извините... — проговорила тихо.
— Нет это я переживал, Ёнджу.
Он тяжело дышит и кусает ее за шею. Слизывает кровь, хоть уже сыт был по горло. Это что-то вроде наказания.
— Я что-то слишком перенервничал. — Он поднимает ее платье и спускает с себя брюки. Член уже стоял, поэтому, он резко вошёл в нее и стал двигаться в не очень быстро темпе. — Никогда не переживай... За кого-то.
Он рычит и вновь склоняется к ее шее. Прикусывает ее, но не выпускает клыки. Дразнит ее, целует слюняво, ощущая как между ног у нее становится влажно. Девушка тихо поскуливает, держится за его плечи и принимается без спешки двигаться ему навстречу. Нравится он ей, до боли в груди и до ломки во всем теле.
— Юн. Юнги... Ах... Прости, но я не могу...
«Не могу не переживать... Особенно за тебя»
— Не нужно... Переживать... За меня...
Он рыкнул и разогнался до бешенного ритма. Держит правую руку на изголовье кровати, а второй заключает пальцы в замок с Ёнджу. Он смотрит на нее сверху. На ее грудь, на ее тело в этом платье, в глаза.
Правая рука лезет к шее. Пальцами убирает кровь, слизывает ее, а после вновь возвращает руку на деревяшку. Она стонет, елозит под ним, полностью принимая на себя все последствия своего проступка. Может, после такого она даже встать не сможет, от того, как тот груб, но ей нравится. Мог бы сломать ее при большом желании, но не делает этого.
Девушка приподнимается через силу, целует его нежно в губы, вразрез с тем, как это делает он. Он останавливается, полностью не понимая ее действий. Он ее имеет как хочет, кусает, пьет из нее кровь, а она все целует его.
Юнги останавливает поцелуй и надевает боксеры с брюками:
— Подумай над своим поведением.
Говорит он ей так, словно она маленькая девочка и должна сидеть и думать, чтобы в следующий раз такого не повторилось.
— Я... Сделала что-то не так? — она смотрит на него с непониманием, приподнимается, — это из-за поцелуя? Если не понравилось, извини, я больше не буду!
Он посмотрел на нее, сглотнул, а после отвёл взгляд.
— Ты правда чувствуешь что-то к тому, кто использует тебя? Это ведь неправильно.
Он переводит дыхание и зачесывает пальцами волосы назад. Он вспоминает себя с Намджуном, после Щинэ, которая почему-то не подбежала к Намджуну, а спокойно села. Почему Ёнджу не делает так же, как и Чой, даже беря то, что она не вампир и у нее нет привязанности?
— Разве используешь? — она не унимается, — По мне, так ты дал мне больше, чем у меня было. И что с того, что отдам обратно немного крови? — она отползает, сев на край кровати и собирается подняться, вернув на место одежду. — Ты не обязан чувствовать что-то взамен. Мои чувства — это только мои проблемы. Может, мне так проще смириться с тем, что ты меня здесь держишь. Может, я и глупая, не умею такого различать, но мне все равно. Моих чувств хватит на двоих...
Вампир сдвигает брови вместе. Снова сглатывает, будто у него сухость во рту. Проводит языком по губам и прикусывает нижнюю. Он подходит к своей тумбе и достает коробочку. Открывает, а там лежит цепочка с подвеской.
— Не надевай на шею. Клади в карман, сумку, только не надевай на шею.
Он поставил коробку рядом с ней и уселся на край кровати. Нравится она ему, заботиться о ней нравится, дарить что-то, смотреть, как она злится за это на него, но останавливают его те воспоминания. И никто в этом не виноват.
Она смотрит на коробочку.
— Это касается только остальных? Или тебя тоже? — спрашивает, смотря на него.
— Это касается тебя. Не будешь держать при себе — умрёшь. Причем не самой красивой смертью.
Говорит он, как есть. Без всякой дрожи в голосе, не предупреждая ее. Просто взял и сказал, а не послушает — больше дышать не будет.
— И поменьше контактируй со своей подружкой. Все из-за нее плохое происходит.
— Вообще-то нет! — Возмутилась она, беря в руку кулон, а после убрав его в карман. — И плохого пока ничего не произошло.
Девушка поднялась с места и пошла на выход из комнаты. Если ему больше нечего ей сказать, то и она выпрашивать не станет. Она свое слово сказала.
— Если бы она не полезла ко мне в шкаф... Не было бы проблем, которые могут привести к плачевным последствиям. Она может умереть и ты, Ёнджу... — Он говорит ей в спину, не встаёт с кровати, выдыхает и ложится на кровать. Мог бы взять и обратить ее, да не хочет, опасно это. Столько всего потеряет. — Если ты больше ничего не хочешь сказать — доброй ночи.
— Хочу... Но не сейчас... Пока что я и сама не уверена в том, что делаю и что говорю. Доброй ночи, господин Мин.
Ёнджу вышла из комнаты и ушла к себе.
Забравшись под одеяло, брюнетка уткнулась в подушку лицом и тихо пропищала. Словно на крик не решалась.
— Хренли все так сложно-то?!