Часть 2.6
По пути до дома отца Щинэ Тэхен молчал.
— Она будет в порядке, не думай об этом слишком много, — произносит уверенно, а после останавливается на светофоре.
— Не могу не думать. Я обещала Мину, что буду следить за ней.
Она смотрит в окно и поджимает губы. Страшно за Ёнджу. Если они будут пичкать ее своими разработками, тем самым медленно ее убивая? Щинэ погибнет не от руки Юнги, а сама убьет себя за такое упущение.
Тэхен мог бы сказать где она, но это слишком опасно. Для труда всей его жизни. Он много положил на кон. А теперь, найдя подходящую девушку, не мог потерять. Мог бы сломать ее волю, заставить быть с ним, но это не тоже самое.
— Я заметил, что твоя связь с «отцом» совсем слаба. Я мог бы разорвать ее, если хочешь. Тогда тебе не придётся переживать, что он сидит у тебя в голове.
— Он давно уже не сидит в голове. Мы и правда, с ним не близки. Пускай остаётся все как есть, — махнула она рукой, даже не глядя на него. — Он только и может порнушку с моим участием смотреть, — пошутила девушка и вздохнула. — Зелёный, — указывает пальцем на светофор.
— Отчего не хочешь с ним? — продолжает тот допрос, двинув по дороге вперед.
Она хмурится и искоса на него смотрит. Так и говорить, что тот на нее по сути никакого внимания за пять лет не обращал? Приходил раз в полгода в комнату и имел ее.
— Я вообще отношений не хочу. Мне самой нравится. Делаю, что хочу, и никто ничего не говорит.
По сути, сказала правду, только упустила мысль о том, что Киму она не сдалась.
— Не хочу отношений и боюсь их — вещи разные. Боишься, что кто-то сделает больно? — Ким переводит взгляд на неё. Он может вообще не смотреть на дорогу, но делает это скорее, чтобы не напрягать слух. — Или, смею предположить, кто-то сделал слишком больно в свое время.
— Зачем вы задаёте вопросы, если можете мне в голову залезть? Собственно, вы это сейчас и делаете, — она хмыкнула носом и развернулась вновь к окну.
— Это происходит скорее непроизвольно. Старая привычка. Но не думай, что мне не интересно говорить с тобой. Хочешь честно? Увидел тебя и думал, что мерещится. За шестьсот лет так и не нашёл подходящую женщину... Как насчёт, когда найдём твою подругу, провести время вместе? Как это по-современному... Сходим на свидание?
Девушка нахмурилась, глянув на него. Он чуть ее в постели не убил. Какие свидания?
— Простите, но нет.
Она стала рассматривать пальцы, крутя их, а после глянула прямо на дорогу. Следила за деревьями и дорогами, не обращая внимания на Тэхена. Он хмыкнул, но ничего не ответил. Не хочет, но после все равносама придёт.
***
Ёнджу лежала на постели, свернувшись калачиком, слезы кончились, истерика прошла, осталась только гнетущая пустота внутри. Чтобы не сойти с ума в полной тишине, она начала напевать тихую мелодию.
— Так-так, — двери открылись, — Одна есть, скоро и вторая подтянется. Подружку тебе приведем. Тебе же здесь грустно?
Чон водит взглядом по ее телу и подходит к кровати. Садится на краю и гладит ее ноги:
— Я чуть со смеху не умер, когда втюхивал ложь твоему папочке.
Она подрывается на месте, только услышав его слова о Юнги. Хочет спросить о нем, но речь про подругу не даёт.
— Зачем тебе это? Мало меня одной? — она цепляется за его рубашку, облизнула пересохшие губы, — Чего ты хочешь? Чтобы я была послушной? Делала приятно?
Она хотела любыми способами заставить его забыть о задуманном. Не хватало ещё, чтобы Щинэ влипла в какую историю из-за нее. Вампиризма хватит.
— Мне нравится, когда ты просишь остановиться... Большего мне, по сути, и не нужно... Хотя, ты же будешь подопытной, — Чонгук смеётся и рукой проводит выше и выше. — Пока тебя не трогают, я буду тебя трахать... Трахать и трахать, слушая твои возбуждающие меня вопли.
Он медленно спускает ее белье и проходится рукой по ремню:
— А Юнги ещё молодой... Такой глупый и наивный, а вы его стариком называете...
Рывком тянет ее к себе и сажает на себя. Членом трётся между ног и насаживает ее. Рыкнув от того, что сухо, он стал двигаться быстро, не щадя ее.
Девушка поджимает губы от боли, утыкается лбом в его плечо, сжимая пальчиками предплечья, тихо скулит от своей никчемности. Даже если Юнги ее спасет, то никогда не простит за то, какой она стала.
Сейчас надо было думать о Щинэ. О том, что ей грозит та же участь. Собрав всю волю, что осталась, девушка заставляет себя отстраниться и поцеловать Чона в губы.
Он посмеивается в поцелуй и прикусывает ее губу:
— Даже не думай... Она здесь тоже будет, куколка.
Он откидывается на спину, не отпуская ее бедер со своей хватки. Двигается тазом вверх, трахая ее до того момента, пока не устанет. А он не устанет.