Под прицелом

Как только я вышла из кафе и оказалась на улице, то впала в ступор. И что дальше?

Недолго думая, я метнулась обратно в надежде, что Паша еще там. На мое счастье, парень стоял посреди кафе с телефоном в руках, что-то печатая.

— Паш, послушай... — Осторожно подошла к нему я, чтобы не напугать резким возвращением, и он вопросительно посмотрел на меня. Я только не понимаю одного момента... мы же были лучшими друзьями, словно одно целое. Мы знали друг друга наизусть, чувствовали и понимали, не боясь говорить все, что думаем.

А теперь... вот это вот все?

— Слушай... Я не знаю, что делать и как с ним встреться. Разве это не миллион крупных бумаг и так далее? Да к тому же, по сути, я ему никто, — бубню я и усмехаюсь.

Паша стоит, понурив взгляд вниз, что-то набирает в телефоне, а после мне приходит уведомление.

— Я скинул тебе номер одного хорошего человека. С ним я пытался договориться о встрече с Владом, но так и не решился.

 Я прочитываю его сообщение, а точнее вижу номер, который он скинул мне только что. Паша подходит ближе и кладет руку мне на плечо, аккуратно убрав свою небольшую кудрявую челку с лица.

— Оль, что бы там ни было... Ты можешь рассказать мне, ведь все же я знаю тебя как облупленную, — предлагает он мне, и становится сложно устоять от такого соблазна.

Я безотрывно смотрю в его глаза и чувствую, как к горлу подступает неприятный ком, а на глаза наворачиваются слезы, которые я всеми силами сдерживаю, хоть и знаю, я ничуть не изменилась. Паша все понимает сейчас, глядя на меня.

— Я не могу, — говорю я, вместо того, чтобы поделиться с ним происходящим. — Не могу никому рассказывать, — лишь выдавливаю, тяжело вздыхаю и стараюсь смотреть вверх, чтобы слезы так и не покатились из глаз.

Парень мнется, словно хочет вытянуть из меня всю информацию, несмотря на мое отрицание, но вместо таких попыток выдает совершенно другое:

— Хорошо, ладно. Пусть так и будет, ведь я не могу тебя что-то заставлять делать... Что бы там ни было, Оля, ты со всем обязательно справишься, я в тебя верю. —  Он проводит рукой по моему лицу, все же смахивая одну единственную слезу, вырвавшуюся из моего глаза. Вот же предательница я! Сама себя предаю и свои внутренние принципы и убеждения.

А нет ничего хуже, чем предать свои принципы и убеждения. Нет ничего хуже, чем предать себя.

— Хорошо, спасибо тебе, — кратко говорю я и, еще немного постояв, все же решаюсь и ухожу прочь из этого кафе.

Как на мой телефон приходит вновь какое-то уведомление. Что это? Паша прислал что-то еще? Или же это Андрей?

Но вместо этого я обнаруживаю сообщение от интернет-подруги. Последнее время я заметила, что мы стали как-то отдаляться. Однако мне бы это не хотелось. Или... или же мне плевать?

«Привет. Как у тебя дела? В последнее время редко переписываемся, я бы хотела с тобой кое о чем поговорить, если ты не занята. А если немного занята, то что делаешь?»

Хмурюсь, но вместо всей правды пишу кратко:

«Нужно кое с кем встретиться» 

Она до сих пор остается для меня загадкой, я не знаю ни ее голоса, ни внешности. Да и вся ее история о жизни кажется какой-то выдумкой. Может, конечно, не мое право лезть и обвинять ее в нежелании рассказывать о себе больше, однако мне очень сложно верить такому человеку. Сложно открываться человеку, когда он не отдает всего себя, не делится многими вещами, чего-то боясь.

Медленно иду по улицам, смотря в телефон и пролистывая наши какие-то с ней предыдущие сообщения, а после проверяю, нет ли чего нового.

Что-то мокрое попадает мне на голову, а поле начинает капать и на все мое тело. Отрываюсь от экрана и смотрю на небо, которое за короткое время из голубого превратилось в серое, а дождь с каждой секундой становился все сильнее, полностью превращаясь в жуткий ливень.

"Вот же дерьмо", — думаю я и как можно быстрее забегаю под козырек незнакомого подъезда, дабы спрятаться от мокрых капель.

Дождь... я люблю его весной и летом, однако когда я дома, либо же просто сидеть спокойно на улице с кем-нибудь, а не в такой неудобный момент.

Недолго думая, я тянусь в сумку и достаю одну сигарету. Как странно... В последнее время я ведь совсем было забросила это дело, однако начинаю снова. Вопрос почему? Ответ прост: потому что рядом нет его.

Стою под козырьком, куря сигарету и задумчиво смотря на прохожих, которые с огромной скоростью пытаются скрыться от дождя, а все мысли занимает Андрей. 

Невольно вспоминаю все его черты лица до мельчайших подробностей и ту ситуацию у меня в квартире. Хотелось ли мне тогда продолжения? Безусловно, всей душой, в любую секунду хочется кинуться на него, однако... везде нужно иметь терпение. Везде нужно время, которое и покажет что к чему.

Стою, прислонившись к бетонному столбу, задумчиво верчу сигарету в руках и смотрю прямо перед собой. Сильные капли дождя громко бьют по козырькам и кондиционерам, а на небе выглядывает солнышко.

"Здорово", — подмечаю я про себя и смотрю на столь прекрасную картину сильного ливня с ярким солнцем. Еще немного постояв в задумчивости, выкидываю сигарету в ближайшую урну и достаю телефон.

Что делать? Позвонить этому человеку? Но стоит ли вообще устраивать эту встречу?

В голове куча мыслей, но все это я прерываю решительным звонком. Какой же я до жути импульсивный человек. Вопрос лишь в том, кто будет разгребать все эти последствия...

Совсем недолго я слышу гудки, а после наконец-то дожидаюсь ответа.

— Здравствуйте, кто это? — на другом конце я слышу твердый и грубый мужской голос.

— Здравствуйте... — слегка нерешительно начинаю я и задумчиво смотрю на мокрый асфальт от дождя. — Мне дал ваш номер мой друг, Паша Климов, если вы его помните, конечно, — растерянно бормочу я, боясь услышать в свой адрес какую-то грубость, либо же что-то такое: «Девочка, какой Климов? Вы ошиблись номером».

Но вместо всех моих столь «пугающих» представлениях, мне отвечают совершенно другое:

— Вы желаете с кем-то увидеться? — спрашивает он, слегка понижая голос.

— Да, — кратко отвечаю я.

— Вы должны понимать, что оказываю я услуги за определенную сумму.

— Да... понимаю, где мы можем встретиться? — интересуюсь я, в голове уже обрисовав всю катастрофичность своего положения.

— Приходите к зданию тюрьмы, там все сразу же обсудим, если можете, то жду сегодня.

— Я приеду сегодня, — быстро говорю и сбрасываю вызов.

"Какого черта я творю", — думаю я, пытаясь обдумать все свои действия и тот факт, что мне понадобятся деньги. Следующим моим действием следует вызов такси.

Это ошибка. Пожалуй, очень огромная. Но... или нет? В голове сейчас абсолютный беспорядок, какой нередко бывал у меня в комнате.

Как только я оказываюсь на месте, спустя долгое время, то я расплачиваюсь с таксистом и, подходя к зданию, обеспокоенно оглядываюсь по сторонам, а впереди около высокого забора я замечаю мужчину лет тридцати-тридцати пяти, который вполне соответствовал моим представлениям. Да и, в конце концов, рядом здесь больше никого и не было.

— Это вам я звонила? — аккуратно спрашиваю я, когда подхожу чуть ближе, а мужчина задумчиво снимает темные очки и любопытно смотрит на меня.

— Я очень хорошо знаю твоего друга. Достаточно хорошо. — начинает он наш разговор, а я смущаюсь.

— Но откуда? — резко перебиваю я, вовсе недоумевая откуда у него такие знакомые помимо того факта, что он хотел увидеться с Владом. Все же...

— Скажем так, я знакомый его семьи, а он однажды кое в чем мне очень сильно помог, — кратко отвечает он и тяжело вздыхает.

Мои глаза округляются от удивления, ведь я вовсе не ожидала такого исхода событий.

— С кем ты хочешь встретиться? С тем идиотом? — спрашивает он и, немного погодя, добавляет: — С Владом?

Лишь киваю, не желая, что-либо произносить. Почему-то в подсознании еще остались какие-то хорошие моменты, и хочется все же возразить: «Он не идиот», но после вспоминаю все последующие события.

Нет, пожалуй, к нему в разы применимо хуже слово, чем просто идиот.

— И... сколько я вам должна за такой визит? — напряжённо интересуюсь я.

— Давай так. Паша мне однажды кое с чем помог и я ему должен, это раз. А во-вторых, твой друг мне рассказал много чего хорошего о тебе и о том, как ты мучаешься и страдаешь, то на первый раз я отведу вам пять минут на встречу, без всяких денег.

— Он мне не друг, — перебиваю я, понуро смотря вниз.

— А кто же тогда? Паша мне сказал, что вы друзья. Тогда почему же он так сказал? — Усмехается мужчина.

— Наверное, потому, что бывших друзей не бывает, — вдумчиво бормочу я, даже до конца не осознавая смысл этих слов.

Он тяжело вздыхает и роется в своих карманах, а после добавляет:

— Сегодня пятница — моя смена, конец рабочей недели, большинство работников сегодня раньше уходят домой, поэтому никаких проблем особо не будет, — вываливает он на меня кучу информации, отчего я пребываю в еще большем недоумении.

— Что? Вот так вот просто? 

На моем лице явно отражается четкое недоумение и я, наконец, поднимаю на него глаза, на что он лишь вскидывает бровями.

—  Когда есть связи — всегда все просто. Пойдем, я дам вам ровно пять минут, — отвечает он и благодаря своей карточке открывает ворота, и мы проходим на участок, а после и в само здание.

Все мои эмоции на данный момент — шок, удивление и недоумение. Никогда не бывала в тюрьмах.

Мы проходим в мрачное и серое здание.

— Постой пока тут, я приду за тобой, как будет все готово, — отвечает он и оставляет  меня около небольшого стола, а рядом стоят несколько стульев, поэтому я, не раздумывая, сажусь на один из них.

Вокруг меня обшарпанные серые стены, где ремонта, видимо, не было давно. Да и собственно, кому он тут нужен.

А наверху на высоком потолке мигает одинокая белая лампочка, которая в скором времени точно потухнет.

Задумчиво разглядываю все тут вокруг . Людей на первом этаже в холле, если это можно так назвать, практически ни души, за исключением кучи охраны и женщины, которая заполняет какие-то бумаги за высоким столом напротив.

Не знаю, сколько я тут просидела за разглядыванием местной обстановки, однако тут меня все же, наконец, посетила одна мысль.

Я сейчас увижу его. Сердце мое предательски застучало, а волна страха накатила на меня со всей силы.

Быстро сориентировавшись, я достаю из сумки одну таблетку и кладу ее под язык. Вот уж чего точно тут не нужно, так это моих обморочных состояний.

Но таблетка еще не начала действовать, внутри все сжимается, а к глазам накатывают слезы, а дыхание учащается.

Из воспоминаний

— Что? Ну, почему ты не позвонила мне. Ты же обещала, черт возьми, что мы пойдем в кино сегодня вечером! — кричит парень и со всей силы замахивается и дает мне сильную пощечину, отчего я вздрагиваю, и непонимание отражается на моем лице.

— Да потому что моей маме стало нехорошо! Должна была привезти ей на работу  лекарства! – ошарашенно говорю я и трогаю след от пощечины и в недоумении смотрю на Влада.

— Прости, я не хотел, — начинает извиняться он.

Тогда уже были первые звоночки, которые я просто проигнорировала, сослав это все на его плохое настроение.

— Пойдем, — говорит мужчина, имя и фамилию которого до сих пор не знала.

Все мое тело словно онемело и не желало шевелиться.

— Пойдем, ты слышишь меня? — вновь повторяет он и протягивает мне руку. Словно понимает, что я сейчас как булыжник, который нужно сдвинуть с места.

Но я не принимаю руку, а все же, переборов себя,  встаю с места и следую за ним. Проходя по длинному коридору у меня нет никаких сил и желания разглядывать обстановку вокруг, ведь вся я была сосредоточена только на одном.

— Вам пять минут, — спокойно произносит он и открывает дверь, пропуская меня в небольшую комнату.

Страх, шок, боль, отчаяние, паника.

Всю меня охватывает буря эмоций, а в голове невольно всплывают все ужасные моменты, отчего хочется разрыдаться. Передо мною за столом в наручниках сидит Влад, неотрывно смотря сейчас на меня.

По всему моему телу бегут мурашки, а ноги словно ватные, но все же прохожу и сажусь напротив него.

— Привет, — начинает он и улыбается краешком губ. А я с непонимающими чувствами внутри разгадываю его измученное лицо.

— Привет, — кратко бросаю я, но дальше не решаюсь продолжить свой разговор.

— Зачем ты тут? Хочешь что-то знать? — спрашивает он и хмурится, а я лишь утвердительно киваю в знак согласия с его вопросом.

— В последние несколько недель кто-то меня преследует, и несколько раз мне подкидывали коробки, в которых были наши с тобой фотографии. Мне также угрожали. Я просто хочу спросить тебя, ты можешь предполагать, кто это? Кто может мне мстить? — быстро проговариваю я и с опаской смотрю ему в глаза. Хотелось бы еще обвинить его сестру, однако я не могу предполагать его реакцию на такие слова. Быть может, он тогда точно ничего не захочет рассказать.

— Арина, может, — задумчиво говорит он и пожимает плечами, а я замираю в полнейшем недопонимании.

— Скибицкая? — на всякий случай уточняю я, и теперь уже его лицо выражает непонимание.

— Откуда ты ее знаешь?

— Мы с ней учимся в одном классе, — бормочу я. — С чего такие выводы, что это может быть она? — говорю я и словно усмехаюсь над таким ответом, ведь сейчас это кажется глупостью. Да. Пару дней назад я строила теории на счет нее, но... не знаю, сейчас я почему-то в этом уже сомневаюсь. В том, что это она.

— Потому что когда я начал встречаться с тобой, она много раз писала о том, что хочет быть со мной. Прости, но параллельно все это время я переписывался с ней, потому что она мне нравилась.

В голове словно какой-то туман.

— То есть, я тебе была безразлична? — повысив голос, спрашиваю и чувствую, что мои глаза уже мокрые

— Нет. Не всегда. В начале ты мне и правда нравилась, а потом она как-то написала и все это завертелось.

В моей душе кипит злость, непонимание и ненависть.

Сейчас даже не важно, что этот человек мне никто. Просто злость, злость на него, за то, что он был в моем прошлом и все еще здесь.

— Ты кусок дерьма. Подонок, мерзкий человек. Ты даже сейчас не извинился. Я так понимаю, ты ни капли не сожалеешь о своем поступке? — выплевываю я ему все эти слова прямо в лицо.

— Сожалею, конечно, но... — начинает он, но я перебиваю его.

— Да иди ты к черту, нет тут никаких но, — громко кричу я и выхожу из этой комнаты.

Много раз я делала выводы на тот счет, но сомневалась. Я все же хотела верить, что люди способны меняться.

Однако нет. Все это ложь, в корне своей души люди не изменятся никогда.