Ловцы солнца

Плеск воды нарушил атмосферу нетипичной для вокзала тишины, когда молодая девушка, неловко огибая лужи и всё же умудряясь не угодить ни в одну из них, рысцой покинула платформу. Её влажные тёмные волосы неприятно прилипли ко лбу, а одежда и кроссовки давно промокли насквозь. Лёгкий моросящий дождь, который обещали вчера вечером, казалось, достиг муссонной силы, грозя снести её первым же порывом ветра. Но вот всполохи молний выхватили из кромешной темноты высокие кирпичные фасады университетского городка, покрытые сочно-зелёным плющом, и ажурные ворота из кованого металла. Обычно Донатия встречает всех первокурсников одинаково — молчаливым безразличием. Это настоящий лабиринт из высоких величественных зданий, построенных различными архитекторами, так и не сумевшими сойтись на одном стиле.

Каннари в очередной раз напомнила себе, что многие из них были давно мертвы, когда шло строительство и вряд ли помнили, что такое компромисс. Тем не менее, каким образом обычному смертному посреди ночи понять логику мёртвых под проливным дождём? Каждый пролёт переносил неудачливую студентку на новый, совершенно отличающийся по дизайну перекрёсток. Из ренессанса в готику, из неоклассики в барокко, из модерна в средние века. Моментами они агрессивно нахлёстывались друг на друга, как голодные хищники, пытавшиеся захватить любую свободную территорию, от чего у девушки, итак изрядно измотанной долгим путешествием на поезде, пестрило в глазах от переизбытка впечатлений. Ей очень хотелось оказаться в какой-то нейтральной зоне и желательно в тепле. Успокаивало то, что на территории университетского городка, в отличие от родной резервации, не было ни одного «рабочего». Спрашивать дорогу у мертвяков та ещё забава, особенно когда они смотрят на тебя изголодавшимся по мясу взглядом.

Быть зачисленной в университет Донатии, основанный самой Императрицей Мудрости, огромная честь для любого смертного. Каннари приложила все мыслимые и немыслимые усилия на вступительном экзамене, но по неясной причине только её результаты прибыли сегодня утром, заставляя тогда ещё порядком расстроенную девушку собираться второпях. Она наверняка что-то забыла. Остальные первокурсники должно быть давно заняли самые лучшие комнаты, успели обжиться и теперь преспокойно дожидаются начала вступительной церемонии, до которой ей лишь предстояло добраться. Несмотря на все неприятности, оказавшись здесь, она всё ещё блуждала по узким проходам между зданиями, словно во сне.

Она не представляла собой ничего примечательного. Девушка из категории «В», подавляющая часть человечества относилась к этой категории, но девушка скрывала постыдную тайну. Её отец был одним из изгоев. Смертные категории «С» считались настоящими отбросами, их жизнь практически ничего не стоила. Они зарабатывали себе на жизнь, занимаясь самой тяжёлой и грязной работой, которую только можно себе представить. Ниже были только мертвяки, за эксплуатацию которых семье хотя бы предоставлялись небольшие льготы и компенсации. Какой же скандал подняли родители её мамы, когда узнали, от кого она ожидает ребёнка!

Статистика была не на стороне Каннари, родиться с категорией «В» в таком браке было всё равно, что выиграть в рулетку. Однако какой бы категории не был отец, в современном мире аборты являлись самым тяжким преступлением. Никто и помыслить бы не мог о прекращении беременности, даже если это означает обречь собственное дитя на жизнь в нищете и унижении. Девушкам категории «С» в плане карьеры и вовсе была лишь одна дорога, и в моменты слабости Каннари иногда с содроганием представляла себе эту участь. К счастью, с категорией ей повезло.

В очередной раз столкнувшись лицом к лицу с Императрицей, вырезанной из глыбы отполированного белого мрамора, Каннари пристально посмотрела в глаза с отсутствующими зрачками, начиная подозревать, что та её преследует. Будто сотканное из тумана неподвижное изваяние глумливо улыбалось, скрывая своё лицо за ритуальной вуалью культа. Милостивые Императоры, что она на самом деле здесь делает? Простолюдинка из северной резервации. Ей бы работать, как остальные её ровесники на фермах крови, а не в вампирские университеты поступать. Разве она обладает какими-то достаточно выдающимися талантами, чтобы тягаться с просвещёнными детьми вампиров и необращёнными с их генномодифицированным ДНК? Она даже нормальную одежду позволить себе не может! Но Императрица Мудрости собственнолично отбирает молодые таланты, а учитывая сколько дарований ей довелось взрастить, сомневаться в правильности её выбора было бы просто кощунством. Ходили слухи, что даже дети из категории «С» могли выбиться в люди, стоило только Великой назвать их достойными её мудрости.

Каннари нервно натянула рукава бесформенной кофты до кончиков пальцев, ей было холодно. Хорошо, что церемония проходит в неформальной обстановке, хоть ей и хотелось произвести приятное первое впечатление на однокурсников. Нет. Не надо прыгать выше головы. Она итак выглядит, как промокшая курица.

Раздался громогласный колокольный звон, объявлявший о начале вступительной церемонии. Каннари невольно выругалась и поспешила продолжить свои поиски.

* * *

— Добрый вечер! Какой долгожданный миг. Какое радостное предвкушение застыло на ваших светлых лицах. Я рад приветствовать вас и поздравить с наступлением нового учебного года. Лето — ужасное, бессмысленное время года, не так ли? Как мало времени было дано на подготовку к вступительным экзаменам, а сколько усилий ушло на то, чтобы быть до них допущенными, — зачастил высокий темноволосый мужчина средних лет, выдающийся вампир Авалез Шиллер — он же директор университета, — Но раз вы здесь, все испытания позади. Вы показали свою приверженность, усидчивость, терпение и настойчивость на пути к получению знаний, в то время как ваши сверстники попусту тратили своё время на игры и развлечения. А потому вы все заслужили награду за ваши старания. Отныне вы студенты Донатии!

Его тёмные глаза, пока никаким образом не проявлявшие своих вампирских признаков, лучились неподдельным счастьем. Послышался настоящий гром из аплодисментов. Вампиры и люди, с одинаковым энтузиазмом выражали свой бурный восторг. Несмотря на то, что за окном была глубокая ночь, все студенты-люди были бодры и энергичны. На директоре была его лучшая чёрная мантия, ворот которой был украшен филигранно выполненной золотой цепью. Каждое звено было сделано в виде маленькой змейки, гонявшейся за собственным хвостом. Его волосы, как и бородка, были аккуратно подстрижены, и каждый волос, казалось, подчинялся единой мысли, сделать своего обладателя эталоном порядка и самодисциплины. Сколько ему лет, Каннари было неизвестно, но он давно перешагнул ступени молодняка и юных. Его лицо, транслируемое на огромном экране позади него, должно быть мертвенно бледным, если бы не грим.

— Я бы хотел напомнить девиз нашей альма-матер. Надеюсь, вы поможете мне? Отлично, тогда все вместе.

— Любое знание свято, но лишь знание одобренное Императрицей Мудрости является истинным!

— Превосходно! Учитесь прилежно, докажите, что достойны её мудрости и возможно однажды вы станете последователями самой Императрицы. А теперь немного о вопросах дисциплины, — лицо директора приобрело шутливо серьёзное выражение, — Прежде всего это касается молодняка, а также студентов из числа новообращённых. Все студенты Донатии равны в своём нейтральном статусе, поэтому прошу запомнить, если студент не является вашим официально зарегистрированным фамильяром, несанкционированная охота на территории университета запрещена. Надеюсь, вы все меня услышали? Охотиться на территории совершенно ни к чему. Если почувствуете жажду, обеденный зал в вашем распоряжении, как и целительный центр, где всегда есть свежие запасы только что полученные из ферм крови. Не стоит рисковать репутацией своих лордов и родителей, наказание будет весьма суровым. Усвоили это? Отлично...

Каннари слушала его, затаив дыхание. Сумев-таки попасть в главный зал буквально на последней минуте, она поспешила занять себе место в последнем ряду. Издали было сложно разобрать кто есть кто. Многие преподаватели выглядели очень молодо. Среди них она насчитала как минимум шестнадцать вампиров, и лишь трое были людьми. Вампиров выдавала величественная аура, прямая осанка, а также то, что они практически не двигались. Ни одного лишнего движения, даже выражение лиц застыло, словно статуя. На их фоне директор выглядел наиболее человечным. Если бы Каннари сидела в первых рядах, чего изначально и хотела, то она бы заметила, что ни один из преподавателей вампиров не дышал. Им это в принципе было без надобности, но многие первую сотню лет сохраняли за собой такую необременительную привычку.

— А теперь к нашим новичкам из рода людского! Не стоит напоминать, что вам дарована великая честь находиться в этом зале. Многие из числа признанных талантов категорий «А», «В» и даже «С», начинали с того же, что и вы, и, только посмотрите, каких высот они достигли. Но не стоит забывать и о ваших правилах. Малейшая провинность, дисциплинарное взыскание со стороны учителей, неуспеваемость на уроках или прогулы будут караться отчислением и рядом других неприятных последствий. Императрица не любит, когда кто-то необдуманно разбрасывается её дарами. Трудитесь и ваши усилия будут оценены по заслугам. А теперь, дамы и господа, гимн университета Донатии!

Прозвучала прекрасная торжественная мелодия, заставлявшая слезы наворачиваться на глаза. В главном зале был настоящий орган, вдоль которого на ступенях в одинаковых мантиях выстроились члены местного оркестра. Каннари не особо умела петь, но охотно повторяла слова вслед за остальными, при этом всё ещё думая о своём. После церемонии её требовалось как можно скорее заселиться в свою комнату, чтобы успеть на праздничный ужин и небольшую церемонию посвящения от старшекурсников. Получение формы и читательского билета произойдёт немного позже. Потом следовало сходить в библиотеку и забрать книги, которые ей были положены на этот семестр.

— Очень хорошо! И в заключение тем, кто опоздал или по каким-то причинам витал всё это время в облаках, повторю ещё один раз... — при этом директор как бы невзначай скользнул взглядом по задним рядам, — Прошу, будьте очень осторожны.

Ночной воздух после дождя был удивительно свеж. Покинув северные резервации, ей казалось, что можно было навсегда распрощаться с чистым воздухом, но университет приятно её удивил. После такой волнующей речи, это самое лучшее лекарство, которое только можно придумать. Осознав всю глубину своего топографического кретинизма, вконец продрогшая Каннари спешно последовала за тонкой вереницей студенток, чтобы не вновь не заблудиться. Высокая статная женщина из числа вампиров Мира Ходж, декан их факультета, оказала им честь, лично сопровождая до общежитий, и рассказывала об истории строительства и значении каждого учебного центра, мимо которых они проходили. Но Каннари слушала её в пол-уха и больше наслаждалась окружавшей их дикой природой. Донатия находилась далеко от резерваций, но, как и дома, их окружали вековые деревья-исполины. Мадам Ходж пообещала, что в скором времени им будут выданы различные документы, подтверждающие их принадлежность к университету, в том числе и билет на бесплатное пользование любым транспортом. Доехать на нем до территории Императора Крови, где жили родители, возможно и не получится, но посмотреть на музеи, картинные галереи или посетить театры, которые курировала Императрица Мудрости, сколько захочешь.

Внезапно нависла зловещая тишина, разговоры оборвались на полуслове и словно по команде каждый застыл на месте. Воздух пропитался знакомым всем с детства острым запахом. Людям не нужно было объяснять, что происходило, ими двигал их естественный инстинкт выживания. В эту секунду каждый был готов опрометчиво сорваться с места и побежать как можно дальше от этой уединённой опушки леса.

Мира Ходж предупреждающе подняла руку, и напряжение немного спало. Между людьми и источником опасности будто выросла высокая невидимая стена. Каннари почувствовала, как по лицу стекает пот, всего за пару секунд она так сильно вспотела от ужаса. Резкий запах крови заставил её почти заскулить, и вряд ли бы кто-то осудил её в этот момент.

В десяти шагах от них чужак вгрызался в горло молодой девушки. Брызги крови оросили траву бордовым ковром, он пил жадно и ужасно неопрятно.

— Отвратительно поведение, — равнодушно упрекнула его мадам Ходж, — Неужели ваш лорд не объяснил вам самые базовые правила этикета? Есть в присутствии людей просто неприемлемо.

Чужак не реагировал на её замечание. Он продолжал пить, пока полностью не осушил девушку. Потом оторвавшись от её шеи, поднял свои алчные красные глаза на мадам Ходж и хрипло попросил:

— Ещё. Мне нужно ещё!

— Придётся потерпеть. Маэса? Твой вердикт?

Из тени дерева вышла молодая девушка в чёрной мантии преподавателя. Её рот и нос скрывались под плотным красным шарфом. Огненно-рыжие волосы падали на лицо, скрывая такие же красные глаза, как у чужака.

— Очевидно, что человек сам спровоцировал его. Тут не на что смотреть, я отведу его в обеденный зал.

— Конечно, ступайте, а что делать с... — мадам Ходж задумчиво осмотрела погибшую, поддевая её подбородок носком лакированной туфли, — Не подаёт никаких признаков жизни. Свяжитесь с её родственниками и передайте наши соболезнования. Я сама сообщу директору об этом происшествии, — потом чуть менее разборчиво, — Выясни, не завещала ли она себя на донорство, мы ещё можем успеть сделать из неё рабочего. Если же нет, то сожги.

— Как прикажите, мадам.

Процессия из перепуганных студентов продолжила свой путь до общежития. Чужак чуял их, но не мог пошевелиться. Маэса крепко держала его за шею, временами тыча носом в кровавую траву, как нашкодившего пса. Каннари не могла не посмотреть на бледную девушку, лежавшую на земле с перекошенным от ужаса и боли лицом. Наверное, она была из категории «С», иначе бы вампир не просил добавки так быстро.