Кровь и Серебро

"Горе, тем, кто не мог быть смел"

- Что на этот раз? Сбежавшая невеста, рабыня или сиротка? - девушка перевернула страницу, поднимая взор на мужчину.

- Ведьма.

Инквизитор сводит руки за спиной, внимательно изучая взглядом дорогую мебель, сделанную на заказ. Он не впервые стоял в кабинете Ады Сен - успешнейшего следопыта столицы, если не всего Асплифа, и тем не менее, каждый раз подмечал изменения. То канделябры внезапно обновились, то исчез старый стеллаж, уступив место изящному серванту из темного дуба.

- Хорошо. Половину суммы вперед.

Ада хмыкнула, задумчиво потерла подбородок. Она никогда не выражала особой кровожадности по отношению к чародеям, но и не отказывалась от заказов на них. Ее работа была найти, а не убить. Эта мысль была первой, что всплывала в голове в каждом расследовании по делу магов.

- Вас уже ждут внизу. Господин выделил людей.

- Мне никто не нужен и вы это знаете.

- Это не вопрос, - он кладет на стол бумагу с подписью и особой печаткой, - а приказ, Леди Ада.

Девушка раздраженно щурится, читая указ и макая перо в чернила. Мар терпеливо ждет, пока переступая через себя, Ада подписывает второй лист, где она обязуется следовать всем требованиям и условиям. Хоть и скрипя зубами, но она не могла отказаться, не имела прав кусать руку, которая её кормила. Печатку Лорда, правой руки Императора, Ада узнает везде и всегда. Она знала - едва представится случай и Лорд приложит все усилия чтобы Аду не только выгнали из столицы, но и сделает её персоной нон-грата в любой точке мира, куда бы она не двинулась.

- Не стоит так ярко выказывать ваше недовольство. Казна выделит вам крупное вознаграждение.

- Казна...?

Ада сделала глубокий вдох, вскидывая на мужчину непонимающий взгляд и прижимая кулаком едва подписанную бумагу. Он подходит ближе, упирается руками в дорогой стол и ухмыльнувшись встречается с её взглядом. Они оба знают то, с каким нежеланием девушка бралась за такие дела. Ада старательно избегала дел связанных напрямую с лордами и мэрами, но не предполагала что дело может быть связано с самим императорским дворцом.

- Ада, кому вы будете нужны без лицензии Его Величества? Любите кататься - любите и саночки возить. Будете воротить носом - верные слуги Императора ведь донесут об этом. Оно вам надо?

- Мар, не смейте угрожать мне в моём кабинете. Или вы столь наивны, раз считаете, что я не найду ничего, что способно скомпрометировать "верного слугу" в глазах Его Величества и Высшего Храмового Стража?

- Клеветать служителя Бога, посвященного рыцаря. Как низко вы пали.

Она натянуто усмехается и не разрывая зрительного контакта передаёт мужчине бумаги.

- Глядите, как бы и вы не упали следом за мной, сир Мар.

Инквизитор сворачивает приказ и сжав его в одной руке выходит, не дождавшись Аду.

Следопыт была сыта по горло работой на государство. Она открыла свое дело дабы работать на себя, но в Асплифе даже собака не лает без дозволения Императора. Так или иначе, всегда было необходимо брать работу от правящей верхушки, работать на ненавистного ей Лорда, соблюдать условия, дабы не потерять свою работу и лицензию. В противном случае, она знала, что потеряет все. Ей перекроют кислород и лишь где-то очень далеко отсюда она сможет найти для себя место. Больше не будет домика с просторным двором, не будет личного смотрящего за этим домиком, не будет дорогой мебели в собственном агенстве. Все это канет в воду, словно этого никогда не было. От того, как сильно ее не тошнило бы от военных, как не выворачивало бы от инквизиторов и служителей церкви, Аде приходилось переступать через себя и прогибаться под тех, в чьих руках находился ее достаток, ее агенство и жизнь.

На пороге ее ждал Мар, а вместе с ним и командир с его людьми. Он был высоким, крепким блондином с повязкой на глазу. Вряд ли он был старше Ады, но и на юнца не походил. За его спиной была пара солдат, рядом стояли двое молодых парней в инквизиторских плащах, а поодаль - лекарь.

- Командир взвода - Алукард Колдшор. Он и его люди будут нас сопровождать.

Ада подошла к мужчине, сверлящему ее взглядом, вежливо протянула руку.

- Ада Сен - наш следопыт. - Мар представляет и Аду, обратив внимание на ее неприязнь к незнакомому командиру и его компании.

- Леди, - ухмыляясь, Алукард пожимает её руку. Видя её плохо скрываемое раздражение он сжимает женскую ладонь сильнее, - буду безмерно рад работать с вами.

- Взаимно, сир Колдшор. - без эмоционально отвечает Ада, насильно разжимая его ладонь и высвобождая свою, - Вы даже прихватили инквизитора. Как дальновидно.

- Двух. Их присутствие - вынужденная мера. Как, впрочем, и ваше. Ищеек, умеющих брать след и давать лапу хватает.- командир усмехается, присвистнув и подозвав к себе одну из собак, что вызвало такой же смешок у рядом стоящих солдат.

- О как. В таком случае, я разъясню кое-что сразу. Я не собираюсь играть с вами в ваши игры, Алукард. Вы вольны выказывать свою неприязнь сколько вам угодно. Но от этого не изменится факт того, что кучка вояк с парой инквизиторов не выполнят работу, что доверена мне. - натягивая перчатки, Ада делает шаг ему навстречу, вонзая в Алукарда стальной взгляд, - Напомнить, как вас представили? Сопровождение. Моё сопровождение. А это значит, что ключевая фигура из всех присутствующих - это не вы, не Мар, никто из вас. Имейте честь и сохраните хоть каплю достоинства. В противном случае - я не держу вас. Ступайте на аудиенцию с Его Величеством и требуйте чтобы меня отстранили от этого дела. А до тех пор, вы будете обязаны подчиняться мне. Я не потерплю угроз и насмешек в свою сторону, пусть вы и не осознаете, сколь жалким это вас выставляет.

- О, жалким? - Алукард перехватывает запястье Ады, сжав его цепко, наклоняется к её лицу, - Вы, быть может и та, к кому меня приставили, но не ждите, что я буду как верная псина вилять хвостом у вас на побегушках. Что такая как вы сможет сделать, если угодит в неприятности? Вас же так легко сломать. Запястье как веточка. Только надавить чуть сильнее и хрустнет.

Следопыт сжимает ладонь в кулак и рывком тянет руку на себя, пытаясь освободиться. Но командир сжимает её сильнее.

- Не выходит? Что вы сделаете, обнажите меч? Станете звать на помощь? Что вы сделаете, без человека, готового вытащить вас из передряги? Думаете, я служил с такой прытью столько лет, чтобы хрупких самовлюблённых дам сопровождать? Считаете это достойной наградой за все разы, когда я был готов отдать жизнь за нашу страну?

- Не мне вознаграждать вас, я не ваша страна и не Всепрощающая мать. Я прекрасно знаю, что вам заплатят сполна за сопровождение меня. Но будьте уверены, сир, если вы станете для меня угрозой, я не побрезгую замарать руки. Уж постарайтесь не стать мне помехой. - голос Ады становится тише, а негодующий взгляд лишь глубже пропитывается гневом, - Мне плевать на Орден, плевать мне и Церковь. Вы будете со мной считаться. Я вам не провинциальная простушка. В противном случае, я вам вдохнуть спокойно не дам. Будете с тоской вспоминать те дни, когда не знали меня.

Ада дергает тремя пальцами вверх и Алукард резко ослабляет хватку, а его надменность сменяется раздражением. Вдоль ладони, под его мизинцем виднеются три прокола, из которых тонкой струйкой стекает кровь. Оторвавшись от свирепого взгляда командира, она высвобождает руку и отходит от него, поправляя механизм спрятанный под плащом на предплечье.

- Будьте благодарны, что в этот раз там не было яда.

Помимо трудоголизма, было в Аде ещё кое-что, выделяющее ее среди других следопытов. Невероятно обострённое чутье на всякого рода магию. Она не распространялась об этом, но всегда безошибочно ощущала нелюдь, чародеек и прочих существ связанных с иной стороной их мира. С самого детства она обладала обостренным обонянием, слухом, зрением, вкусом и даже осязанием. Ада подмечала мельчайшие детали, достаточно было лишь раз сосредоточиться. Но ни это, ни свою чувствительность к потустороннему она не придавала огласке. Это отражалось в ее работе, нахождении доказательств, но никак не являлось основополагающим фактором в решении дел за которые она бралась. Ада никогда не закрывала дело, если даже была точно уверена, но доказательств не было. Знала - отразится на её компетентности.

Стоило ей отделаться от Колдшора, внимание девушки похитил лекарь. Ей хватило одного взгляда чтобы быть точно уверенной - он другой. Хорошо влившийся в общество людей, но естество его было иным и сразу резонировало с чутьем Ады. Юноша, заметив на себе такой пристальный взгляд, учтиво наклонил голову, сняв круглую шляпу с пушистым страусиным пером и позволив рассмотреть своё лицо внимательнее.

"Высокий, бледный, худой. Взгляд расслабленный, под глазами синяки, щеки впалые." - мысленно делает пометки Ада, - "Глаза серые, отливают голубым, волосы черные. У воротника рваный шрам."

- Меня не представили, моё имя - Трициртис, госпожа. У меня есть рекомендации, если вы заинтересованы.

От такого обращения её передергивает. Взяв в руки письма, Ада внимательно осмотрела их, выгнула бровь, вчитавшись. На бумаге Трициртис был весьма талантливым и усердным лекарем, успевшим поработать даже на герцогов и лордов. Вопрос сам повис в мыслях и Ада не оттягивая озвучила его.

- Кроме погони за ведьмой работы такому лекарю нет?

- Я волен выбирать работу из того, что подвернется. Счел себя полезным в вашем деле.

- Самонадеянно.

Худой юноша лукаво усмехается, надевая шляпу вновь и поправляя перо.

- Не без этого. Отстраните меня? - сцепив руки за спиной, Трициртис переводит взгляд с бумаг на Аду, ожидая когда она сделает то же.

- Нет. Отнюдь.

Вернув рекомендационные письма лекарю, Ада вновь поворачивается к Алукарду.

- У вас есть что-то на руках? Мне нужно понять, с чего начинать.

Мужчина едко усмехнулся, но не выпалив ничего саркастичного кивнул на молодого инквизитора с папкой в руках.

- Даже не позовете в кабинет, так и будем на крыльце стоять? - интересуется Алукард, наблюдая за следопытом.

Ада спокойно взяла папку из рук инквизитора, сразу развернув ее и изучая сведения, коих было совсем немного.

- Нет нужды. Тут почти ничего нет. Полдень, - поправляя шарф констатировала Ада, - разделимся и за сегодня еще многое успеем.

Информации было мало: предполагаемое описание внешности, подходящее под каждую третью девушку, последнее место где была замечена и всё. Ада не была удивлена и не ожидала, что в папке будет больше одного листа, но и этого ей было достаточно, чтобы начать работать. К тому же, нельзя сказать что у нее был выбор.

- Я пойду на площадь, осмотрю место пожара. - отдав Алукарду папку, отвечает Ада, - Инквизиторы и солдаты на ваше усмотрение. Лекарь со мной. Ищите свидетелей, всех, кто может быть как-либо связан со случившимся. Найдёте меня, когда что-то выясните.

- Предпочту пойти с вами, - вцепился Алукард, дав распоряжения солдатам, -

Ада отстранилась, выставив ладонь, исподлобья взглянув на командира.

- Откажусь.

- Пойдемте, госпожа. Я слышал вчера вечером в таверне одну занимательную песнь, прямо по мотивам произошедшего.

Трициртис улыбается уголками губ и невесомо касается плеча Ады, указывая путь к площади.

- Лис, - едко выплевывает себе под нос Алукард, когда их с лекарем взгляды пересекаются.

Юноша ничего не отвечает, отводя от командира серые глаза и шагнув синхронно с Адой. Она не скрывая пристального взгляда осматривала Трициртиса, будто пытаясь зацепиться за что-то, дабы унялись внутренние подозрения на его счет. Лекарь же не обращал на это особого внимания, только спустя половину пути к площади взглянув на Аду.

- Дыру просверлите.

- Откуда вы?

- С Дьюторна.

- Не вижу длинных ушей, да и кожа не пепельная.

- Гены темных эльфов хрупки. Я бастард, мой отец был здешним. Долгое время я жил там, пока он не вспомнил о моем существовании.

Картина выходила складная. Вот и объяснение худобы и холодной внешности. Ада прикрыла глаза, шумно выдыхая. Долгие годы работы отучили её от простого человеческого общения. Без допросов, острых речей и подозрений, под которые попадал каждый. Она не умела жить иначе, не подвергая сомнению каждое слово.

- А вы? Вы, как и я, выделяетесь своей внешностью.

- Не знаю своей родины.

- Так уж совсем? Даже не пытались родственников найти?

- Ближайшие - мертвы.

Трициртис кивнул, заметив, что лицо Ады никак не изменилось. Эта тема не вызвала у неё никакой эмоции, абсолютно. За такой маской безразличия могла бы прятаться ранимая душа, укрытая тоской. Быть может, Ада попросту срослась с этой маской, а то и вовсе не использовала её. Но независимо от того, настоящим ли был её панцирь, разговор шел тухло. Односложные ответы не располагали к беседе, лишь отражая то, как быстро угас интерес Ады. Трициртис еще раз очертил взглядом профиль её невозмутимого лица, задержавшись на серых глазах. Холодные, но не обжигающие морозом. Они напоминали отблеск стали. Прямые линии, истончающиеся и обрывающиеся, нигде не соприкасались, образовывая ровный узор радужки, подобный царапинам на лезвии. Зрачки внезапно метнулись вправо, уставившись на Трициртиса. Юноша замер на миг, ощутив как сердце пропустило удар под её надзирательским взглядом.

- Дыру просверлите.

Кротко вернула Ада слова Трициртиса. Он усмехнулся, отводя взгляд и устремив его вдоль улицы. Следопыт же вглядывалась в дома и лавки, не рассчитывая найти дополнительные улики, но как обычно решив убедиться.

- Расскажите подробнее, где учились?

Трициртис хмыкнул, подумав что она задала этот вопрос просто так, дабы не идти в тишине. И все же, ответил, пытаясь отследить то, что она изучала взглядом.

- Дьюторн и Западный Иминлиан. Позже - Асплиф. Институт дал мне официальную грамоту на врачевание, а эльфийские земли - опыт, какого тут не найти.

В центре площади стоял фонтан, куда Ада сразу и направилась, едва увидев в каком он был состоянии. Трициртис не договорил. Но за короткий промежуток времени, проведенного с Адой понял, что не будет смысла заканчивать мысль.

Ада опустила взгляд на лозы, что лежали аркой перед фонтаном. Зеленые сочные листья сгорели дотла, оставив после себя лишь поплавленный металлический каркас арки.

Прелестный фонтан, что украшал площадь во все её времена был покрыт золой. В нем не было воды, а изящный мрамор треснул. На самом верхнем ярусе безнадежно осталась стоять обезглавленная статуя Тирсы, припыленная пеплом. Крылатый шлем был лишен вытесанных из мрамора перьев. Изящный доспех то тут, то там посыпался, а уверенная гордая поза теперь больше походила на покойника в гробу. Почитаемая паладинка теперь отражала лишь обугленную тоску, потеряв былое величие и душу, что словно выдрали из статуи силой. Символ бесстрашия и чести превратился в глумливое каменное чучело.

Людей было значительно меньше. Оживленная центральная площадь теперь опустела, до Ады доносились перешептывания.

- Да проклято теперь это место! Говорю тебе! - шипела одна из женщин на ухо соседке.

- Молчи! Типун тебе на язык. Найдут поганую магичку и наладится всё. - отмахивается вторая.

Следопыт переступила через борт фонтана, опустив сапоги в золу. Под каблуком глухо стукнуло что-то размером с яблоко. Ада осторожно опустила пальцы, доставая мешающий предмет из-под ноги.

- Видишь! Голова отлетела! Знак это, попомни мои слова! - вновь встревоженно пролепетала женщина, закрывая ставни.

В ладони Ады оказался осколок головы Тирсы - глаз. Недлительное время она рассматривала его, особо даже не крутя в руках. А потом молча повернулась к Трициртису, протягивая осколок ему.

- Что хотите чтобы я с ним сделал?

- Пока-что сохрани. Не протирай. Хочу осмотреть в архимичной.*

(Архимичная комната/Архимичный кабинет - место со специальным освещением предназначенное для обнаружения следов или веществ на чем-либо. Доступ туда получить довольно трудно, строго проверяются все кто входит и выходит оттуда.)

- Как скажете.

Растерев золу меж перчаток Ада осторожно вдохнула запах.

"Щелочь"

Мягко смахнув пепел, следопыт увидела след от сапога, приплавившийся к выступу фонтана. Теперь ее внимание привлекли две небольшие лужицы. Их аромат ей тоже не понравился. Но Ада не спешила озвучивать свои предположения, вместо этого делая заметки.

"К фонтану никого не подпускали, значит еще с пожара осталась. Ступня небольшая."

Но кроме одного несчастного следа и небольших ошметок камня или металла не нашлось более ничего, кроме серебряной заколки. Ада осторожно подняла её, заворачивая шёлковым платком. Она вылезла из фонтана, струшивая пепел, как внезапно услышала голос Трициртиса.

- Госпожа Сен! Пригнитесь!

Послушавшись, следопыт увернулась от пролетевшего над головой гнилого помидора. Но следом прилетел еще один, который она успела словить ладонью. Неприятный запах резко ударил в нос и Ада брезгливо стряхнула с руки остатки гнили.

- Мерзость. - едко выплюнула себе под нос девушка, поднимаясь и ища взглядом виновников.

- Леди, - лекарь выудил платок, мягко стерев брызги с помидора со щеки Ады, - Пойдемте отсюда.

Следопыт повернула голову на свист, рефлекторно обхватила ладонью рукоять сабли.

- Сука белобрысая! Вали отсюда, пока дерьмом коровьим не прилетело!

- Ведьма ебучая!

- Ну так и катитесь вон, чтобы я вас не прокляла, безмозглое отребье. - холодно отрезала Ада, стряхивая платок и пропуская мимо ушей предположения крестьян о её работе в ночи.

Неопрятный мужчина держал в руке еще пару гнилых фруктов и овощей, а вместе с ним бросались колкостями еще несколько горожан. Трициртис перевел на них укоризненный взгляд, но не успев ступить и шагу, ощутил как за предплечье его цепко схватила Ада. Он не стал задавать вопросов, решив не создавать и без того отхватившей Аде проблем. К тому же, не потребовалось много времени, чтобы шумные крестьяне сами привлекли к себе внимание стражи, быстро сопоставившей увиденное. Один из них поспешил принести Аде извинения за то, что отошли от поста. Она прекрасно понимала, что дело не в сожалении, а в страхе, что Ада обо всём доложит и им хорошенько влетит. Но это не волновало её.

- И часто такое происходит? - спросил лекарь, наконец прервав тишину.

- Периодически.

- Вы ничего с этим не делаете?

- До челяди вроде них не дойдет язык дипломатии. Размахивать саблей у дворца Императора я не могу.

- Мне жаль.

- Жалейте лучше, что улик всего ничего. - отмахнулась Ада, пряча лицо под шарфом.

- Да, не густо. Я собрал немного пепла и жидкости из той лужицы внутри фонтана. Проверю на что смогу.

- У меня есть мысли на этот счет. Думаю, даже если ведьма тут и была, то виновница не она. Мне кажется, её пытались там сжечь, устроить самосуд. Или её там не было, но кто-то нарочно инсценировал этот пожар, дабы привлечь внимание и обвинить какую-то девчушку в колдовстве.

- Не хотите думать что это дело рук ведьмы?

- Мне всё равно. Я лишь озвучиваю предположения из того, что увидела. Воду могли нарочно слить. Похоже на самопальную взрывчатку и ведро керосина. Проверим с вами главный алхимический склад, а Алукард с его псами пусть проверяет лавки. Такой объем ингредиентов бросится в глаза даже самому пустоголовому солдату.

Трициртис украдкой усмехнулся, разделяя чувства Ады к Алукарду и его людям. Он не стал развивать эту тему, пусть на языке и крутилась колкость адресованная молодому командиру. Услышав непривычно тяжелый вздох Ады он поднял глаза, сразу увидев причину. Мужчина держал в руке меч, вальяжно похлопывая им по ладони и усмехаясь.

- И как ваши успехи, леди? - саркастично протянув последнее поинтересовался Алукард.

- Да что уж наши. Похвастайте, что сами узнали. - спокойно отвечает Ада, отбрасывая свою неприязнь.

- Хозяйка кабака рассказала о девчонке, что мелькала тут, тревожилась прошлой ночью. Певичка какая-то басню пишет о ведьме и пожаре, можно будет вечером её словить, расспросить, может расскажет что-то кроме слухов. Надышались пепла вдоволь?

- Если вам не судьба была увидеть у фонтана улики, это не значит, что остальные так же невнимательны и слепы, если не сказать больше. - отвечает Трициртис вместо Ады, абсолютно пропустившей вопрос мимо ушей.

- Ай какой язык у тебя, врач. Я могу помочь укоротить, а то длинный сильно и острый.

Лекарь усмехается и лениво поднимает руки, разводя их в стороны ладонями к Алукарду и показывая что сам он безоружен.

- А вы рискните, сир, - возвращая командиру его саркастичный тон отвечает Ада, - троньте моего лекаря.

- Теперь он, значит, ваш уже. - вскинув брови, Алукард убирает меч в ножны и переводит насмешливый взгляд на Аду.

- И вы тоже. Но он пока полезнее. Еще и глаза не мозолит, не мешает и не язвит попусту, в отличие от вас.

- Да просто таки самородок. - язвительно тянет мужчина.

- О нет, вовсе. Он просто не падает столь низко, не оскорбляется, что им командует женщина.

Но прежде чем Алукард успел ответить новой колкостью, послышался пронзительный крик. Командир вновь выхватил оружие, развернувшись к источнику звука и рефлекторно выставив перед Адой руку. Она не спешила доставать саблю, прислушалась. Короткое затишье прервалось новыми вскриками вперемешку с мольбами о помощи. Но что было позволено услышать лишь Аде - рык. Рык целой стаи, что мчалась с улицы по левую сторону от них.

- Алукард, -

- Стой позади. - перебил ее мужчина, делая шаг назад.

Поднялся гомон стражи. Трициртис внимательно смотрел в другую сторону. Теперь и он услышал этот странный лай, но уже по другую сторону. Ада резко развернулась, став к Алукарду спиной и устремив взгляд к фонтану, откуда истошно закричала женщина. Сверкнули алые хищные глаза, на ярком солнце блеснул блик черной густой шерсти. Не понадобилось сравнивать, чтобы понять - существо было куда больше волка.

- Что это такое?

- Что-то не из нашего мира. Он весь пропитан магией.

Трициртис бросил на Аду вкрадчивый взгляд, прижался спиной к их с Алукардом плечам. Девушка крепче обхватила саблю, судорожно соображая куда они могут отступить.

- Прошу прощения. - негромко проговаривает лекарь, ловко выхватывая из-за спины Алукарда второй меч, - Я позаимствую.

Мужчина ничего не ответил, шагнул к перекрестку. Ада не сводила глаз с чудища. Повеяло стужей.

- Блять, - кротко выпаливает командир, резко шагнув назад и крепко схватив Аду за предплечье, - их уйма. Уйма чертовых чудищ. Инквизиция слабо справляется. Идём, чего ты встала?

- Куда? - тихо ответила девушка, следя за хищником, чей нос спрятался под вскрытой брюшиной его добычи.

- Западные и северные посты вероятно уничтожены. - констатировал Трициртис, - хотите укрыться во дворце?

- Попытка укрыться там - верный путь загнать себя в каменный гроб. Южные ворота. С их стороны нет такого потока этих тварей.

- А бежать из города лучше? С пустыми руками? И вы так уверены что город падёт?

Командира заметно дёрнуло. Он натужно, подавив свою пылкость выцедил сквозь зубы:

- Да, черт возьми. Спасай свою шкуру, тут хер пойми что творится!

Алукард трухнул её за плечо.

- Раз не слушаешь меня, послушай лекаря своего.

- Это правда целесообразно. У нас не так много времени чтобы вы могли выбрать, госпожа.

Ладонь Трициртиса обхватывает её плечо мягко, в отличии от цепкого хвата Алукарда. Он держал Аду крепко, но более не мог концентрировать на ней внимание. Шум становился ближе. Вероятно, отряды инквизиции создали препятствие для чудищ, но вряд ли этого хватит надолго. Алукард понимал это, от чего злился только сильнее.

- Шевелись, Ада. Я теряю терпение.

Не выдержав одностороннего разговора, мужчина потянул её в переулок, желая поскорее найти путь прочь из центра города.

Терпение потеряло и чудище, оставившее теплый труп на потом. Монстр двигался рвано, непредсказуемо. Он метнулся в сторону, поднырнул под лавку, вновь прыгнул вбок. Алые глаза смотрели лишь на Аду, внимательно и неотрывно. Но девушка тонко ощутила, когда он решит податься вперед. Для неё в этот миг воцарилась тишина, секунда растянулась, позволив ей отшатнуться и занести клинок точно вовремя. Следом звякнули два меча, скрестившись пред лицом Ады и полоснув морду чудовища. Трициртис отшатнулся, ошарашенно уставившись на лезвие клинка Ады. Она уловила этот взгляд, полный вопросов, пусть лекарь и приложил усилия, дабы выглядеть спокойнее.

- Теперь всё. Выберемся, все остальное - потом.

Вернув меч в ножны, Алукард жестом указывает Аде идти следом. Её взгляд задерживается на лице Трициртиса и она внезапно усмехается, скользнув взглядом по его шее. Мимолетное мгновение, обозначившее укрепление подозрений Ады.

В разгаре бегства некогда было продолжать игру в гляделки. Но не думать об этом Ада не могла. Манией клубились в голове предположения о его происхождении, о истинном естестве бледнолицего лекаря.

"Побоялся серебра."

Алукард не придал этому значения. Не мудрено отшатнуться от меча, лезвие которого чуть ли не в нос уперлось. Но нутро не давало Аде отказаться от факта того, что сердце сжимается при виде Трициртиса, а шестое чувство дребезжит. Спиной она чувствовала, как он смотрит ей в затылок. Ада понимала - остается наблюдать. Ею движет не желание поскорее сдать его инкивизиции или Алукарду, вовсе нет. Это был личный интерес. Неугомонное любопытство, тяга к исследованию чего-то иного, кого-то иного. Быть может, таким образом, Ада желала найти кого-нибудь схожего с ней. Такую же выделяющегося из толпы белую ворону, кто подобно ей самой, не попадал под общепринятое понятие нормы. Схожего в своей непохожести.

- Сюда! Направо!

Командир ныряет в узкий проулок, резко припечатывает Аду к стене, покрытой длинной лозой, и прижимается сам, затаив дыхание. Трициртис последовал его примеру, заметив, сколь безразлична Алукарду жизнь лекаря. Чудище поменьше медленно выходит следом. Оно не шло за ними и вряд ли успело увидеть, но так не вовремя остановилось, словно принюхиваясь. Однако, услышав вой, оно свернуло в другую сторону, возвращаясь к своей стае.
Алукард кротко и грязно выругался, вновь стал тянуть Аду за собой вперед, но та одернула руку, и не успев сказать даже слова получила ответ на свои действия.

- Хочешь поприпираться? Выйдем отсюда и я не буду тебя тянуть, но если ты будешь нас тормозить - я свяжу тебя и вывезу силком.

- Прекратите на меня повышать голос. Я лишь хочу помочь. Мое агенство совсем рядом, давайте заглянем, я почти уверена, что инквизиторы и пара ваших солдат должны быть там.

- Им правда было велено вернуться и ждать госпожу там. Уверен, туда они и двинулись. - вкрадчиво утвердил лекарь, усмехнувшись и уже зная как отреагирует Алукард.

- Кончай ей поддакивать! - он вонзил свой раздраженный взгляд в Трициртиса, едва сдержав себя, дабы не хватить его за воротник, - Вернусь, но прежде, ты должна уйти. Погано ты читала договор, Ада.

Следопыт сощурилась, не понимая, что она могла упустить. Прежде, чем подписать даже самую незначительную бумажку она перечитывала все по меньшей мере дважды. Она отложила эту мысль на потом, одним шагом влезла между Алукардом и Трициртисом.

- ...Так или иначе, я не уйду. Быстрее вернемся - быстрее уйдем. Это не близко к очагу.

Алукард гневно вздыхает, смотря в ее спокойные глаза. В них отражался штиль, что так контрастировал с хаосом, творящимся вокруг. Точно непоколебимая статуя, которой нет дела до бури и ливня, которую не пошатнет даже катастрофа.

- Бегом. После этого - сразу прочь отсюда. - на выдохе выдавливает из себя Алукард, разворачивая Аду за плечи и толкая её в спину.

Трициртис догоняет Аду, осторожно обходит ее, невесомо коснувшись плеча.

- Позвольте, я пойду первым.

Командир закатывает глаза, морщась от улыбки лекаря. В каждом взгляде, что он метал в его сторону, Алукард видел лукавство и попытку подлизаться к Аде. Сам мужчина понимал, что это невозможно сделать таким образом, однако от этого лишь больше хмурился глядя на Трициртиса. Он явно был не глуп, но чего же в таком случае пытался добиться? Ада не из тех дам, которых можно очаровать одними лишь манерами, и уж тем более сладкими речами. Это ее абсолютно не интересовало. О чем говорить, если даже от крепкого плеча она отказывалась? Аде не нужен был герой, идущий впереди неё, не нужен помощник, не нужен защитник и даже собеседник. Быть может, то, от чего она так рьяно и пылко пытается отказаться, и является тем, в чем она нуждалась больше всего?

- Леди Ада! - послышалось из-за очередного поворота.

Девушка сжала саблю крепче, в миг достигла угла, за которым скрывалось крыльцо ее агенства.

- Целый? Где остальные? - она сдержанно сжала пальцы, осматривая одного из инквизиторов на наличие ран.

Высокий стройный юноша поправил мокрые от пота волосы, кивнул.

- Мар направлялся к воротам, узнать обстановку, а я собирался вернуться к фонтану за вами, но прежде решил убедиться что вы не тут.

- Мои парни где?

Алукард вышел перед Адой, осматриваясь, но не находя никого из своих солдат поблизости. Она не обратила внимания, вместо этого прошмыгнула за дверь, пока командир был занят.

- Как все началось - ринулись к своим семьям.

- Ада! Черт тебя дери, куда ты пошла уже? - он вздыхает, потирая лоб, - Как тебя звать? Рен?

- Рен - мой напарник. Я - Каин.

- Каин, хорошо. Если тебе есть кого забирать - забирай. Вернется Ада - уходим, ждать не будем.

Юноша промолчал, не задав вопроса, что крутился на языке. Он только кивнул и удалился. Алукард же, пошел следом за Адой. Но у самой двери его остановил Трициртис, крепко сжав его плечо.

- Думаю она позвала бы тебя, если бы хотела.

- А тебе какое дело? Она не должна ничего скрывать от меня, если хочет, чтобы я следил за её безопасностью.

- Не помню, чтобы госпожа просила об этом. Вдруг она переодевается? Думаешь, уместно будет войти?

Мужчина рывком освободил свою руку и оторвав свирепый взгляд от ухмыляющегося лекаря вошел. Он слышал копошение, звон стекла. Ада в спешке искала что-то, без чего не могла уйти. Зубами она стянула мешающую перчатку с одной руки, перебирала тонкими подрагивающими пальцами флаконы из темного стекла.

- Ада!

Она услышала его еще внизу, от чего спешила еще больше. Когда Алукард открыл дверь, Ада уже шла ему навстречу и едва не столкнулась с ним в проёме. Она молча прошла мимо него, одарив мужчину многозначительным взглядом поспешила вниз. Он же, последовал за ней. В мыслях мелькнуло: "Плевать ей было на инквизиторов и солдат". Но Алукард понимал - говорить с ней не имеет смысла, не расскажет, не сейчас, по крайней мере. Необходимо было изменить подход, чтобы вытянуть из неё что-либо. Слухи о Аде стали ходить сразу, как город узнал о её таланте. Алукард слышал их не раз: и о том, что она ведьма, и о том, что змея белёсая, чужестранка, чьего происхождения никто не знает. Так или иначе, её имя постоянно было на слуху, что лишь подначивало любопытство Алукарда. Она молчалива, сдержана, лишнего слова не скажет. Но как же ему хотелось узнать, что таится за этим фасадом, на какой почве он так устойчиво стоит. А уж то, как близко он теперь к ней оказался, не оставляло ему никаких шансов не найти способ, как выведать её тайны. Это чувство приходилось усмирять, заставлять размышлять более здраво и трезво от любых эмоций, как это сделала бы Ада. Придется много наблюдать, искать подход и меняться для этого.
Сразу как они вышли, Алукарда неприятно кольнуло от того, как быстро лекарь стал приятной компанией для Ады. Он определенно делал всё правильно, не вопиюще, не навязчиво. Это не могло не раздражать мужчину, ведь таким образом он уже был отстающим в гонке за расположением Ады.

Инквизитора не пришлось ждать, но пришел он сам, лишь взял еще один меч. Командир не стал спрашивать о том, почему он вернулся один. Солдат видно не было, но Алукард уже и не надеялся. Раз ушли к близким - значит либо спаслись вместе, либо выбрали сгинуть вместе с ними. Он не осуждал такой выбор, да и некогда было о том думать.

- Быстрее, нам нужно поспешить.

Путь предстоял через ветвистые улочки, прямо к вратам, а дальше - лес, пригородные деревни. Никто не знал когда они вернутся назад и вернутся ли вообще. Вчетвером оставаться незаметными было труднее, но такая компания была безопаснее. Первые две улочки были пустыми, но далее стало опаснее. Алукард шел первым, то и дело при каждом шорохе непроизвольно закрывая собой Аду. Она, безусловно, заметила это, но понимала - рефлекс. Сама девушка крепко держала саблю и имела непосредственное преимущество среди всех них. Трициртис внимательно смотрел на неё, понимая это, ожидая от неё сигнала. И он дождался.

- Алукард, назад!

Перехватив саблю в левую руку, она потянула его за плечо на себя, пригнулась, взмахнув лезвием перед их лицами. За долю секунды, на кожу брызнула горячая кровь и крупное мохнатое тело рухнуло.

- Сзади еще.

Каин среагировал быстро, вместе с Трициртисом перехватив одно из чудищ. Их было несколько и гнались они справа. Алукард не сразу понял, что если бы не Ада - он даже не заметил бы бесшумное создание. Ни он, ни остальные не подозревали, что эти монстры могли быть настолько тихими, буквально беззвучными. Останавливаться было некогда, ведь не было понятно, сколько еще чудищ стоило ожидать.

- Вперед, пока не хлынули! - рыкнул Алукард, потянув Аду за предплечье и ранив еще одного монстра.

Убежать не выйдет, приходилось то и дело отражать чудище за чудищем, двигаясь вперед. Трициртис видел, сколь безнадежным это было в перспективе. Он взглянул на ножны Каина, ощупал набедренную сумку. В миг он выхватил небольшой флакон, сорвал с него пробку и бросил внутрь ампулу с жидкостью, треснув её. Следующим он перехватил короткий кинжал с пояса инквизитора и всучил Аде, крепко сжав её руку.

- Попадите в цель, леди.

Ада сразу хотела спросить, но прежде чем она это сделала, Трициртис подбросил над несколькими чудищами флакон. Девушка в тот же миг выкинула кинжал, и лекарь поторопил всех вперед. Последовал несильный взрыв, которого было достаточно, чтобы выиграть время.

- Твою.. кхх-ха.. мать...

Вред от самого взрыва был куда меньшим, чем от дыма. Он был едким, выжигающим слизистую, но на таком расстоянии еще более менее терпимым. Можно было лишь представить, какую боль он нанес чудищам, лишь слыша жалобный вой дезориентированных созданий.

- Скоро пройдет. Нужно промыть глаза и выпить побольше воды.

Прокашлявшись, Алукард с трудом протер глаза. Врата были совсем близко, основная угроза осталась позади. Он низко рассмеялся, хлопнув Трициртиса по плечу и всё еще давясь кашлем.

- Да ты кх-кхааа лекарь с сюрпризом.

- Мы оторвались, - хрипло констатировал Каин, вновь закашлявшись.

- Да, черт возьми. Ада, ну как ты?

Она осторожно нашла ладонями плечо Алукарда, затем руку Трициртиса, повернула опустевшие глаза к командиру, почти наугад. Девушка не ответила, и оба обернулись к ней. Складывалось ощущение, словно смесь, что вызвала этот дым была залита прямо в ее веки. Белки её глаз, полностью багровые, остались без единого целого капилляра, а по щекам стекали струйки крови, смешавшись со слезами.