Глава 1. Я есмь смерть
Тишина. Ни одного звука. Всё заглохло здесь. Все погибли, и она находилась на огромном кладбище, где были схоронены все люди. Вся Земля стала одним кладбищем, одной братской могилой. И только она осталась одна. Было холодно как, наверное, должно было быть лишь на Антарктиде.
Она ступала босиком по мягкому мху, коим проросла эта болотистая местность. Её окружал туман, скользкий, липкий, вязкий и непрозрачный, как серый дым. Ей было тоскливо, пустота пожрала её внутренности, как самый кровожадный демон. И сама она, как призрак, бродит мимо мертвецов, закопанных глубоко под землёй. И вдруг кто-то окликнул её, назвал её имя, прорезав глухую стену.
Она оживилась, подняла голову. Перед её взором предстал силуэт. Она думала, что это человек, такой же как она, выживший. Но чем ближе она подступала, тем явственнее понимала, что в нём мало осталось человеческого. Это была сама смерть, и смерть звала её сладким знакомым голосом. Тогда она остановилась, развернулась и бросилась прочь. Это было её ошибкой. Холод пронзил всю её спину, как будто к ней приложили большой кусок льда. Она упала на мягкую, как пуховая подушка, почву. Вдали ей слышалось журчание воды и наполнена она была слезами. Слезами мёртвых...
...Зеленск. Так называлось новое место пребывания Аредэлии. После того ужасного происшествия в Америке, которое ещё долго будет преследовать девушку в кошмарах, она перебралась через океан к своей малознакомой тёте. Зеленск не радовал своей зеленью. Было пасмурно, шёл промозглый ливневый дождь. Аредэль мрачно подумала, как же ей быть, у неё ведь даже не было зонта, они ей всегда казались жутко неудобными. Ей нравился дождь, впрочем. Он подходил к её чаще всего угрюмому настроению. Автобус остановился в автовокзале, маленьком и ущербном. Сложно описать насколько убог был этот вокзал. Аредэлия вышла из старого автобуса, пропахшего бензином и потом каждого его пассажира. Её ноги онемели от долго сидения, спина тоже устало ныла. Многие пассажиры сразу же ринулись под хилый навес уличного зала ожидания, другие же побежали в здание.
Тётя ждала девушку под зонтом. Аредэль мгновенно поняла, что эта невысокая темноволосая женщина в элегантном плаще и есть её родственница. Та тоже её признала.
– Аредэлия, - она обняла племянницу, не обращая внимания на зонт, - где твои вещи?
Она показала на свою небольшую сумку.
– И это всё? - со скепсисом спросила тётя.
– Всё.
– Так мало.
Аредэль не стала объяснять. Ей всегда требовалось мало. Одежда её состояла преимущественно из джинсов и водолазок тёмных оттенков. Она была не особо оригинальна в выборе. И поэтому, одна пара джинсов и три водолазки прекрасно уместились в сумке. Как и её два блокнота, один для рисования, другой для стихов. Три ручки, два карандаша. Влажные салфетки. Плюшевый мишка. Резинка для волос. Расчёска. Нижнее белье, гигиенические принадлежности. Пожалуй всё, что там было. Она хотела бы взять ещё и книги, но это было бы слишком затратно.
– Я вызвала такси. Оно ждёт у ворот.
Тётя, которую звали Теллура, как могла помнить Аредэль, взяла её под руку и накрыла зонтом. Но девушке нравилось быть под дождём, позволять холодным каплям стекать по её коже, как слезам. Они прошли по треснувшему асфальту до машины, стоявшей у ворот, вернее у того, что может, когда-то было воротами.
– Вот это дождина! - воскликнул шофёр.
– Да, похоже, Зеленск накрыл сезон дождей, - задумчиво протянула тётя.
Перед тем как сесть в салон, Аредэль вздохнула полной грудью, забирая в лёгкие этот запах мокрой пыли. Он был прекрасен. В машине, она ощутила, что насквозь промокла. Влажная одежда неприятно прилипала к коже, волосы тяжелым весом лежали на груди. А в ботинках хлюпала вода, и когда она только успела захлебнуть в обувь лужу?
– Здесь не самые приятные дороги, - проворчала тётя, когда машина подпрыгнула в выбоине, наполненной грязевой водой.
– Это ещё мягко сказано, - буркнул шофёр.
Аредэль смотрела на окно, которое застлало дождевой завесой. В этом было что-то волшебное. Как будто это был хрусталь тонкой работы, или же лёд, воссозданный в мороз, покрывающий узорами стекло. Это погружало её в меланхолию, но ей отчего-то было приятно находиться в таком состоянии. Ещё бы поплакать, но она никогда не плакала. Просто не могла. И она знала, что это чертовски плохо.
– Надеюсь, тебе всё же понравится здесь, - сказала тётя.
Это странно, но как будто в её душе, пасмурные тучи раздвинул лучик солнца, то был проблеск надежды. Почему-то, Аредэль была готова согласиться с тётей, несмотря на мрачную картину, встретившую её здесь. Здесь что-то произойдёт. Что-то особенно важное.
Дороги в этом Зеленске и вправду были ужасными, чуть ли не сплошь покрытые ямами и канализационными люками. Особенно было плохо, когда они свернули в частный сектор, проехав через мост. Но Аредэль молча это стерпела. И вот, такси остановилось перед неказистым двухэтажным домиком, облачённым в белый сайдинг. Ворот не было, подъезд к постройке был застлан галькой, которую судя по всему специально сюда завезли. У окна разместился небольшой огородик, заключённый под стражей прямоугольной низенькой ограды. Выйдя из машины, Аредэль пнула камушек, недоумевая, зачем здесь галька. И почему. В огороде была обычная земля. Тётя взглянула на племянницу, ожидая реакции.
– Выглядит неплохо, - произнесла она.
Тётя улыбнулась.
– Идём, - она пошла к домику.
Девушка поплелась за ней, разминая затёкшие конечности. Дождь уже начал стихать. Пока тётя открывала входную дверь, Аредэлия рассматривала зелёный участок, размышляя, что здесь растёт. Всё проросло укропом. Тётя расправилась, наконец, с дверью и пригласила племянницу внутрь. Она осторожно вошла, как будто опасаясь, что сейчас на неё что-то выпрыгнет.
Прихожая была небольшой, впереди виднелась лестница на второй этаж. Слева была арка, ведущая в гостиную. Аредэль заглянула туда. Там всё было довольно просто. Невзрачные обои с мелкими розовыми цветочками покрывали стены. Диван, которому было достаточно много лет, размещался в центре, дружелюбно призывая в свои объятья. Сбоку от него стояло кресло, похоже из того же комплекта. Напротив, на тумбе, располагался телевизор модели пятилетней давности. За диваном же стоял квадратный стол, заваленный бумагами. В целом, гостиная была светлая и уютная.
Внезапно, Аредэль почувствовала, как что-то прикоснулось к её ноге. Она взглянула вниз и увидела ошивающегося у её ног кота. Он был пушистым, чёрным, с белыми ножками. Аредэль наклонилась и почесала его за ушком. У него были жёлтые глаза и белая шея на внутренней стороне. Готова поспорить, его зовут Черныш, подумала она. Но если бы он был девочкой, то она бы обязательно назвала его Белоснежкой. Ведь сходство налицо, у Белоснежки были чёрные, как эбонитовое дерево, волосы, и белая, как снег кожа. А ещё губы, красные как кровь на свежем снегу.
– О, ты уже познакомилась с Фаустом? - спросила её тётя.
– Фауст? - удивилась девушка, - Ты назвала его в честь доктора Фауста?
– Нет, - она засмеялась, - В честь Фаустула. Так, согласно мифам, звали пастуха, воспитавшего Ромула и Рема. И его жена была первой жрицей богини земли Теллуры. В честь которой меня и назвали.
– Ах, ясно.
Аредэль очень сильно любила литературу. Особенно ей нравилась литература 19 века, её вообще привлекала древность. Но она не любила мифы, считала, что они глупые и скучные. Большинство древнегреческих мифов можно было описать, как "был бог на Олимпе, он влюбился в кого-то, похитил, соблазнил (на самом деле изнасиловал, но видно тогда такого термина не существовало) и родился ещё один бог, или крутой полукровка". Нет, она не знала, чем тут можно было восхищаться. Разве что только эпосом. И пафосом.
– Идём, я покажу твою комнату.
Тётя поднялась на лестницу. Аредэль взяла сумку и последовала за ней. Площадка на втором этаже была совсем небольшой. И вела в три двери. Тётя, указав на дверь в центре, сообщила, что это ванная комната. Дверь справа - комната тёти. Дверь слева - комната Аредэль. Туда они и пошли.
Комнатка была средних размеров, ненамного меньше гостиной внизу. С одной стороны было широкое пластиковое окно с подоконником, а с другой - двуспальная кровать, накрытая прекрасным цветочным мягким пледом. Неподалёку от кровати, прислонившись к стене, стоял шкаф, набитый книгами, что вызвало у Аредэль неподдельную радость. Был также шкаф и для одежды. В общем, комната была довольно аскетично оформлена, даже светлые обои здесь были без рисунка, но ей понравилось, о чём она и сказала тёте.
– Я рада, - Теллура кивнула.
Аредэль внимательно посмотрела на тётю. Ей можно было дать слегка за тридцать, она довольно хорошо выглядела для своих...Аредэль не знала, сколько ей точно лет. Она знала только, что Теллура была младшей сестрой матери. Но мать и отец погибли давным-давно, когда Аредэль была ещё совсем маленькой. Но никто не хотел ей рассказывать про родителей. Как будто это была какая-та запретная и скользкая тема. Аредэль за время своей короткой жизни побывала у всех своих родственников, как у близких, так и у далёких. Последний раз она жила у дяди Гектора в США. А теперь её место жительство - маленький городок Зеленск, Россия.
– Так...Располагайся пока. Если что, обращайся, - улыбнувшись, тётя вышла из комнаты.
Дождь, кажется, окончательно прекратился. Аредэль подошла к окну, чтобы убедиться в этом. Она открыла окно, но высунуться не смогла, ей помешала антимоскитная сетка. Аредэль заправила прядь волос за ухо. Перед её глазами был умиротворяющий пейзаж. Деревья с зелёными сочными листьями колыхались на ветру. Разнопёрые домики, скрытые за ними. Идиллическая картина спокойной жизни в деревне. Может быть, все эти видения и странности наконец-то оставят её здесь?
Аредэлия прикусила губу, вспоминая происшествие приведшее её сюда. Это случилось в Нью-Йорке. Тогда Аредэль возвращалась домой со своей подругой Кейт с катка. Стояло жаркое лето, и поэтому прохлада ледовой арены была просто блаженством. Аредэль любила кататься на коньках. А вот Кейт не очень, и её пришлось уговаривать. Но после, она была вынуждена признаться в своей неправоте. Как будто они переместились на север после знойного юга. Пока Аредэль каталась, а её подруга падала, она вдруг почувствовала, что за ней наблюдают.
Это заметила и Кейт. "Тот парень не сводит с тебя глаз", - сказала она. И тот парень был невероятным странным. Скажем так, не такое внимание со стороны противоположного пола хотела получить Аредэль. И не от такого представителя. Кожа его была сероватого оттенка, как у трупа, начавшего процесс разложения. Волосы у него были взъерошены, они клочьями возвышались, как горная гряда, словно он их зафиксировал лаком. И смотрел он прямо на неё, немигающим взглядом. Кейт стала отпускать всякие шуточки. Аредэль же был откровенно неприятен этот парень. Он производил впечатление маньяка.
Когда девушки пошли домой, подозрительный парень не отставал от них. Ей казалось, что ещё немного, и он затеряется в толпе. И когда это вроде бы происходило, едва Аредэль облегчённо успевала вздохнуть, как он тут же появлялся снова. Кейт это не настораживало, и она только посмеялась над желанием подруги позвонить в 911. Она считала, что он просто стесняется, слишком скромный, боится подойти познакомиться. Аредэль распрощалась с Кейт у подъезда. Она оглядывалась назад по пути в квартиру, и оказавшись дома, она успокоилась. Ведь мой дом - моя крепость. Но парень не собирался отставать от неё. Он стал откровенно вламываться в дверь квартиры. Тогда Аредэль пришлось принять меры...
И это был лишь один из множества случаев, вереницей, преследующих её. Но определённо, пока самый ужасный. И она не хотела бы его вспоминать. За ней вечно кто-то охотился, где бы она не была. Иногда, она видела странных монстров, но те правда были словно тени, раз, они проявлялись, и в следующую секунду исчезали вон. Когда Аредэль была маленькой, она об этом рассказывала. Но все родственники считали, что у неё просто большое воображение, очевидно. А тьма вечно преследовала Аредэль. Странные люди шпионили за ней. Они могли проникнуть туда, где она жила, и всё вытрясти, устроив огромный беспорядок. Они точно что-то искали. Тот парень тоже сначала рыскал по квартире, переворачивал вещи, пока Аредэль заперлась в ванной и тщетно пыталась вызвать службу спасения. Затем, он стал искать её. Она не знала, что они искали, ведь у неё точно нет ничего ценного. И кто искал. С ней просто всегда случается какая-нибудь странная фигня, и она уже к этому привыкла. Иногда она задавалась себе вопросом, а не сходит ли она тихонько с ума? И Аредэль не могла отыскать на него ответа. Не могла ни с кем поделиться. Однажды она уже чуть не угодила в жёлтый домик.
Впрочем, легче обо всём этом забыть. Аредэль старалась не терять надежды. Пора снова начать с чистого листа. Ей просто так хотелось жить, как нормальная девчонка. Почему она не может стать просто нормальной? Стоит попробовать.
Девушка села на кровать. Она несколько минут задумчиво вглядывалась в окно. Тьма не застанет её здесь, по крайней мере, хотелось бы верить. Аредэль вытащила из-под майки свой медальон. Единственное, что досталось ей от матери. Он был с ней так давно, что она давно уже не чувствовала его тяжесть. Это был небольшой круглый позолоченный предмет, который никогда не хотел открывать, что в нём скрыто. На медальоне не было никаких надписей. Но Аредэль всегда нравилось ощущать в нём великую силу, или вернее делать вид, что она там есть. Девушка много раз размышляла как его открыть. Она была уверена, что мать оставила ей послание внутри, подсказка к разгадке тайны, что случилось с её родителями на самом деле. Но только вот мать забыла оставить ориентиры. Или же просто не успела...
Но когда-нибудь, она его обязательно откроет.
Вечером, тётя предложила ей погулять и осмотреть окрестности. Но Аредэль было очень тоскливо, в этом случае её всегда охватывала леность. Она решила, что закончит вечер книгой. Тем более долгий перелёт с пересадкой её сильно утомил. Хотя она всегда довольно хорошо переносила изменения климатических зон, часовых поясов.
А потом, за чтением её сморил сон. По счастью на этот раз, ей не приснилось кладбище. Ей вообще ничего не снилось.