Глава 1
После того, как е-мейл Селине был отправлен, я услышала дверной звонок. Это приехали родители. Незамедлительно я направилась к ним, чтобы открыть дверь и помочь с покупками. Сократив путь по перилам, я в пару мгновений оказалась в прихожей и встретила маму счастливой улыбкой. Она уже знала чего я дожидаюсь и сразу передала мне один из пакетов. Полная радости я побежала на кухню, где и достала небольшой тортик в простой белой коробке. На него я давно засматривалась в магазине, но никак не могла накопить, а потому в конце концов попросила у родителей.
— Мы покушаем его все вместе после обеда, так что раскладывайте продукты, мойте руки и садитесь, — за мамой подтянулся и папа, который, видимо, говорил с соседом. Они часто вместе смотрят хоккейные матчи, что будут делать и сегодня. Полуфинал пропускать было бы фатальной ошибкой для таких фанатов как они. А раз полуфинал, значит спать мы все ляжем поздно. Они — из интереса к итогам, а я — из-за шума. Маме такая участь не грозит, она засыпает спустя секунду, как её голова касается подушки.
Мы уселись за стол, и всю кухню окутал запах согретого супа, который мама добротно разливала по тарелкам. Когда она расставила их перед нами, она уселась и сама, и мы все начали обедать.
— А можно мне взять себе больничный? — вырвалось у меня в какой-то момент.
— Что? Ты болеешь? — мама одарила меня неодобрительным взглядом, какой я видела изредка, когда попадалась под горячую руку после тяжёлой рабочей смены.
— Нет, но я устала от учёбы. Там слишком неинтересно.
— Ну нет, я не хочу, чтобы ты начала прогуливать.
— Но это не прогул, это небольшой отпуск. Хотя бы пару дней.
— А потом он превратится в пару недель? Нет, я не хочу платить штраф.
Воцарилась тишина. Я понимала, что она на самом деле права.
— А если я и вправду заболею? — на что получила ещё один неодобрительный взгляд.
— Тогда и поговорим.
— Джанет, тебе нужно понимать, что это необходимо, — вмешался отец. — Когда ты будешь работать, таких поблажек не будет. Нужно уже готовиться к этому.
— Но это будет далеко не в ближайшее время, — я пыталась возразить, но тут же решила свести этот неловкий разговор к нулю: — Ну ладно, ладно. Я просто думала об этом. Если уж нельзя, то нельзя.
— Вот и правильно, — всё ещё обеспокоенная мама продолжила есть свой суп.
Я села за свой рабочий стол и уставилась на открытую вкладку браузера. Там была открыта моя страничка "Skitter", которую я использовала как некий дневник, потому что бумажные дневники у меня вести не получалось, я всегда их забрасывала спустя пару дней. А тут я могла всегда вписать конкретный момент. Как и сейчас. У меня ограниченное количество взаимных подписок, все из которых — люди из форума по интересам, и я собиралась спросить их о чём-то: «Как можно открыть себе справку о плохом самочувствии на три дня? Как хорошо имитировать болезнь? Очень нужно.» А затем стала ждать. А пока ждала, надела наушники и стала слушать песни "The Rolling Stones", которые недавно скачала себе. Во время прослушивания я как-то совершенно погрузилась в свои мысли и забыла представлять себя в клипе. Мой взгляд был устремлён в точку на потолке, а мысли прыгали от одной к другой.
Моя мать — человек свободы. По её рассказам она сбежала из дома, чтобы встречаться с моим папой и делать всё то, что действительно хотела. Несмотря на их разницу всего в 5 лет, её мама твердила, что это неправильно и позорно, но они уже тогда чувствовали друг с другом крепкую связь. Их связывали группа, любовь к рок-н-роллу и металлу и совместные попойки, которые они прекратили как только узнали, что у них будет ребёнок. И пьют теперь только в Рождество. Но несмотря на семейную жизнь, Дин и Марта Кроуки остались всё такими же крутыми ребятами. Пусть их группа и распалась, но оба до сих пор работают в том же клубе, где и выступали. Мама там бармен, а папа заправляет кальянами и прочими курительными принадлежностями. Они, конечно, опасались о том, что я захочу тоже вступить в этот порочный мир зависимостей, но никогда не запрещали этого наотрез. До сих пор помню слова папы: «Если ты захочешь покурить или выпить, то скажи нам. Хуже некачественного алкоголя и сигарет есть только наркотики. Я надеюсь, что ты у меня умная девочка и сама сможешь понять нужно оно тебе или нет.» И я не чувствую, что оно мне нужно. Даже когда смотрю на то, как за школой курит группка подростков, это не вызывает у меня интереса и стадного чувства повторить за ними, чтобы влиться в компанию.
Наверное, потому меня и не особо принимают в обществе. Я не изгой, никак нет, но все скорее делают вид, что меня не существует. Иногда могут напрочь игнорировать. Но самая главная заноза в заднице это Тиффани.
Она раньше была моей достаточно близкой подругой, но с переходом в старшую школу что-то пошло не так. Она познакомилась с группой каких-то фифочек и постепенно стала одной из них, начала злобно подшучивать надо мной и издеваться. Так наша дружба подошла к концу. А потом я встретила Роксану, и теперь всё просто замечательно. Теперь мы вместе являемся социальными приведениями.
Но дружба с ней компенсирует мне всё, чего могло бы не хватать. Роксана хоть и очень прямолинейная и резкая, но действительно приятная в общении. Не говорит на идиотские темы по типу моды, популярных вещичек и мальчишках из школы. Именно она может поддержать нормальный разговор со мной, в то время как остальные будут считать его неправильным или даже странным. В школе ей не интересно, потому большинство времени после школы она проводит на тусовках — в клубах и на рейвах, как они это называют. Сюда она приходит лишь для меня.
Иногда мне становится страшно за неё. Она ещё школьница, да и сама по себе маленькая и хрупкого телосложения. Так ко всему имеет вполне миловидную внешность — длинные пористые русые волосы и чёрные глазки-бусинки. Она конфликтна и не особо хороша в самообороне, имея при себе лишь электрошокер, который ей подарили на один из праздников.
Но, зная её старшего брата, я могу не беспокоиться, если она сказала, что идёт в его компании.
Купер — крепкий парень из баскетбольной команды его универа, так ещё и под два метра ростом. Да и к тому же на собственной машине. Был бы очень даже приятным пареньком, если бы не издевался надо мной в школе.
Когда я была в 6 классе, он постоянно ходил со своей компашкой по школьному коридору как по подиуму, попутно отжимая у попадавшихся под руку бедолаг их мобильники, карманные деньги и еду. Типичный задира из американских фильмов, но такое, оказывается, вправду бывает. Помню, как в какой-то особо грустный для меня день они зажали меня под лестницей и стали подкалывать мою внешность. Говоря проще, просили пояснить за видок. Это был единственный и последний раз, когда я плакала в школе. И даже когда потом они припоминали мне этот случай, я не проронила ни слезинки.
Конечно, обидно, когда брат моей лучшей подруги это твой бывший обидчик, но ещё обиднее будет опоздать на урок препарирования лягушек, поэтому я стартанула как можно быстрее от моего шкафчика, закинув туда блокнот, заполненный моими мыслями.
— Мне кажется, что мы никогда не доберёмся до препарирования, — буркнула я, косо глядя на задачи по биологии. — Ты что там? — я взглянула на спящую на парте Рокси. Когда она проснётся, её лоб будет с ярко-розовой отметиной прямо между бровей. — Ты надоела уже со своими ночными вылазками... Слышишь?!
— Отстань, — мычит она, едва приподнимаясь. — И так тошно.
— Что случилось?
— Наверное, мне что-то подмешали в "Швепс". Всю ночь сегодня целовала унитаз.
— Прекращай это, пока не поздно, — но мои слова не были услышаны, ведь подруга сразу же закрыла рот рукой, подскочила и выбежала из класса. Опять затошнило.
Я внезапно услышала перешёптывания с парты передо мной:
— Эй, видел её шорты под юбкой?
— Ага. Она что, юбку порвала?
— Так это я позаботился, — а затем он достал из портфеля длинный клетчатый лоскуток её темно-красной юбки. — Она целыми днями ходит как-будто под кайфом. Сделать с ней что-то вообще не трудно.
— Чувак, ты что? Да ты наглец!
Во мне кипела злость. Как они посмели сделать что-то настолько мерзкое с моей подругой?! Вот говнюки!
Я тут же схватила самый увесистый и твёрдый учебник — том "занимательной" математики, и швырнула в того, кто сотворил с Рокси такую пакость. К моему счастью книга, стукнув его углом, отрикошетила в его друга и с гулким хлопком плюхнулась на пол. От такого грохота весь класс тут же обернулся в нашу сторону. Учительница незамедлительно выглянула из-за своих очков-прямоугольников.
— Что у вас там происходит?
Парни поспешили завыть, схватившись за голову:
— Она в нас книгой швырнула!
— А они над моей подругой издеваются!
— Мне сейчас вообще не интересны ваши разборки. Все трое, быстро к директору! — своим сморщенным пальцем она указала на дверь, и нам пришлось последовать её указу.
Когда мы добрались до заветного кабинета, парни, прожигаемые моим взглядом всю дорогу, вломились внутрь.
— Мистер, она нас ударила книгой!
— У меня там шишка!
Мужчина же сидел за своим офисным столом и молча смотрел на нас. Затем, спустя пару мгновений, он выдал:
— Садитесь. Что вы стоите? — после этого мы уселись на скамью перед ним. — Давайте прямо сначала.
Тут уже я поспешила вставить слово:
— Мы сидели на уроке биологии. Моей подруге стало плохо, и она выбежала из кабинета. А потом я узнала, что один из них подорвал подол её юбки так, что было видно всё!
— А потом она кинула в меня книгой! — опять заскулил этот мудак.
— Подождите. Как зовут твою подругу?
— Роксана Райдер.
Он нажал на какую-то кнопку в микрофоне и проговорил в него: "Роксана Райдер, просьба немедленно подойти в кабинет директора". Со стороны коридора послышалось эхо этих самых слов.
— Девочка, можно поподробнее о том, что он сделал?
— Он оторвал кусок её юбки. Я видела, как он доставал его из портфеля.
— Можете предоставить Ваш портфель, молодой человек? — после этого одноклассник передал его директору. После быстрого осмотра мужчина продолжил: — Но там нет никаких лоскутков ткани.
— Проверьте ещё раз. Я точно его видела.
— Но там действительно ничего нет.
Я посмотрела на тех двоих, но они лишь невинно похлопали глазами.
— Значит, они успели его выбросить! — тут в кабинет с тремя тактичными стуками вошла Рокси, прижимающая салфетку к губам. — Посмотрите на её подол.
Директор подозвал её ближе и окинул взглядом юбку.
— Она действительно оборвана, мальчики, — мужчина бросил грозный взгляд на них. — Ну давайте тогда посмотрим камеры, — затем он пододвинулся к своему компьютеру. Когда он подозвал нас пальцем, мы незамедлительно подошли и прильнули глазами к экрану. Мужчина стал перематывать запись. Вот мы выходим из кабинета, а вот и я сижу с Рокси. Вот она выбегает, а вот и парни начинают ехидничать над моей подругой. Тут же показывается и оторванный кусок ткани. — Что можете сказать об этом? — сделав недовольную мину, он продолжил смотреть дальше. Тут уже я кинула книгу, и от удара об неё голова первого чуть не выдвинулась перманентно вперёд. Директор нажал на паузу и отодвинулся. — Ну что я могу сказать? Ник, Робби, родителей в школу. Джанет, тебя поставим на учёт к школьному психологу. Роксана... Выспитесь, пожалуйста. И можете тоже посетить психолога.
— Не, спасибо. Мне дома лучше спится, — легко отмахнулась она и чуть встрепенулась.
— Теперь все свободны. Возвращайтесь к урокам и не смейте больше проказничать, — мы стали выходить из кабинета, и я, выходящая последней, услышала его тяжёлый выдох: "Идиоты". Как я вас понимаю, они те ещё придурки.
Этим днём больше с теми парнями мы не перекинулись ни словом, но вот они уже успели всем своим друзьям рассказать какая я стукачка. Ещё на обеде мы проходили мимо их компашки и ловили осуждающие и насмешливые взгляды. Рокси успела переодеть юбку на джинсы, которые преднозначались ей для физкультуры. Не понимаю, как она собирается в них бегать и собирается ли, но для спорта они явно не очень удобные. Да и повезло, что толстовка закрывает надпись из страз "Badass" на её паху. Было бы много вопросов от учителей, если бы она была видна. Хотя когда моя подружка однажды надела облегающую футболку с лого кролика Плейбой, все косо посматривали, но тактично молчали. Кажется, что все уже поняли и приняли её выходки и периодический запашок алкоголя. Особенно по утрам субботы. Вечер пятницы для неё всегда был некой разрядкой от всей недельной суеты, а выходные она проводила налегке.
— Пойдёшь с нами на заброшку? — внезапно выдала она, жуя сандвич. Этот вопрос застал меня врасплох.
— Какую заброшку? Когда? В смысле?
— Ну я, Купер и его друг собираемся на заброшку на следующих выходных. Знаешь старый мотель за лесом?
— Мотель "Моссиль"? Который за городом?
— Ага. Пойдёшь с нами? Мы ночевать там собираемся.
— Ты мне напиши потом когда именно встретимся. Такси ловить будем?
— Нет, Купер подвезёт.
— А еда с кого? — я складывала свой ланчбокс в портфель.
— Не знаю, — протянула она. — С тебя наверное. Ну, половина с тебя, а другая половина — с Купера или его друга.
— А ты что будешь делать?
— А я просто буду, — её губы изогнулись в зубастой улыбке. — Ну если хочешь, могу напитки принести.
— Договорились, — я аккуратно поднялась с газона так, чтобы не удариться головой о трибуну, под которыми мы сидели. Моя рука нащупала в боковом кармане рюкзака баночку "Колы". — Хочешь пить?
— Давай, — она тоже встала, и мы направились к выходу с футбольного поля.
Тут прямо перед нами пробежала Тиффани, едва не дав мне по лицу своим крашеным в чёрный конским хвостом. Удивительно, что у неё до сих пор нет парня. В фильмах про школу обязательно есть такая особа, которая встречается с самым популярным парнем, который к тому же обязательно футболист. Но, как удивительно, с ним она совершенно не дружит и ехидно заигрывает с его младшим братом. А тот, на минуту, на три года младше своего популярного брата, то есть учится в 8 классе. А Тиффани с нами в 10. Кажется, или тут попахивает чем-то не очень легальным. А возможно я просто слишком близко стою к школьному забору, за которым какие-то выпускники курят травку.
— Ой, смотри, — Рокси тычет пальцем на эту разновозрастную парочку. — Она его в губы поцеловала... — я кинула взгляд на эту сцену и выдохнула, благодаря высшие силы за то, что не увидела ничего конкретного. Это мерзкое зрелище не вызвало у меня ничего кроме закатывания глаз и острого желания никогда этого больше не вспоминать. — Ой, смотри, она к нам идёт, — взглянув снова в направлении зависшего в воздухе пальца, я увидела грозно приближающуюся одноклассницу, которая будто сквозь зубы рычала: "На что это вы пялитесь, дряни?!" Я поняла, что пора делать ноги, а потому схватила подругу за запястье и метнулась ко входу в здание школы. Какого было наше счастье, когда её остановил учитель по физре и отвёл обратно к полю.